Третья история рассказывает, как Клаус Уленшпигель уехал из Кнетлингена к реке Заале, откуда родом была его мать, как умер Клаус и как его сын, Тиль, учился ходить по канату

«Тиль Уленшпигель»

После этого отец уехал отсюда вместе с Тилем и переселился всем домом в магдебургскую землю на реке Заале, откуда родом была его мать.
Вскоре после этого умер старый Клаус Уленшпигель и осталась вдова одна с сыном. Мать была бедна, Уленшпигель же не хотел учиться
никакому ремеслу, а ему уже было шестнадцать лет. Он шатался и
научился разным фокусам.
Мать Уленшпигеля жила в доме со двором на реку Заале.
Уленшпигель начал учиться ходить по канату, а упражнялся в этом дома на перилах балкона, так как при матери не мог этого делать
по-настоящему. Она не хотела терпеть его дурачества, того, что сын станет паясничать на канате, и грозила прибить его за это. Однажды она застала его на канате, взяла большую дубинку и хотела его оттуда согнать. Тогда Уленшпигель сбежал от нее через окно и остался сидеть на крыше, так что мать не могла до него дотянуться.
Так и шло, пока он не стал постарше, и тут он опять стал ходить по канату и протянул его с заднего двора поверху через Заале к дому напротив. Много людей, молодых и старых, заметили канат и то, что
Уленшпигель собрался по нему двинуться. Они пришли туда и хотели
посмотреть, как он будет ходить, и дивились, что за диковинную игру он затеял или что за чудную забаву собрался начать. И когда Уленшпигель уже был на канате и паясничал как нельзя лучше, мать увидала его, но ничего не могла с ним за это поделать. Тогда она проскользнула украдкой с заднего хода в дом к перилам, за которые был привязан канат, и перерезала его. Тут Уленшпигель, ее сын, к своему большому конфузу, упал в реку и славно выкупался в Заале.
Мужики стали громко смеяться, а мальчишки кричали ему: «Хе-хе,
мойся вволю, ты давно просил бани!». Это сильно огорчило Уленшпигеля. Не купание он принял к сердцу, а насмешки и выкрики
деревенских мальчишек и обдумывал, как отомстить им, с ними за все расквитаться. Вот каким образом он искупался как нельзя лучше.

Вторая история рассказывает о том, как крестьяне и крестьянки жаловались на Уленшпигеля и твердили, что он негодяй и плут, а он ехал на лошади, сидя верхом позади отца, и втихомолку показывал людям свой зад

«Тиль Уленшпигель»

Когда Уленшпигель подрос так, что мог стоять и ходить, он много играл с маленькими детьми, так как был очень непоседлив, резвился, как обезьянка, на подушках или траве, пока ему не минуло три года, Тогда он принялся за всякое озорство, так что соседи в один голос жаловались Клаусу Уленшпигелю, что его сын негодник. Тогда отец пришел к сыну и сказал ему: «Как это так получается, что наши соседи говорят будто ты негодник?». Уленшпигель отвечал: «Милый батюшка, я же никого не трогаю и это могу тебе доказать, хоть сейчас. Иди, сядь на свою лошадь, а я позади тебя сяду, поеду с тобой по улице и буду всю дорогу молчать, а они все равно будут на меня клепать, что им вздумается, вот увидишь!». Отец так и сделал и посадил его себе за спину на лошадь.
Тогда Уленшпигель приподнялся, выставил людям напоказ свою задницу вместе с дырочкой и снова уселся на место. Соседи и соседки стали на него указывать пальцами, приговаривая: «Фу, какой подлец!». Тогда Уленшпигель сказал: «Слышь, батюшка, ты хорошо видишь, что я никого не замаю и молчу, а они все-таки твердят, что я подлец». Тогда отец остановил лошадь и посадил Уленшпигеля, своего милого сына, впереди себя. Уленшпигель сидел тихо, только разевал рот, скалил на крестьян зубы и высовывал им язык. А встречные люди сбегались и говорили: «Гляньте, вот так маленький подлец!». Отец тут сказал: «Воистину в несчастный час ты родился: ты сидишь тихо, молчишь, никого не трогаешь, а люди все-таки говорят, что ты подлец».

Первая история рассказывает о том как Тиль Уленшпигель родился и был в один день трижды крещен, и о том, кто были его крестные родители

«Тиль Уленшпигель»

Близ леса, который зовется Мёльбе, в земле Саксонии, в селе Кнетлинген родился Уленшпигель. Отца его звали Клаус Уленшпигель, а мать — Анна Вифекен. Когда она разрешилась ребенком, его отправили под Амплевен в деревню крестить и велели назвать Тилем Уленшпигелем.
И Тиль фон Утцен, владелец Амплевена, был его крестным отцом.
Амплевен — это замок, который лет пятьдесят назад магдебуржцы с помощью жителей другого города разрушили как зловредное разбойничье гнездо. Церковь с деревней находилась в ведении почтенного Арнольда Пфафенмайера, настоятеля монастыря святого Эгидия. Когда Уленшпигеля окрестили и родители хотели доставить дитя обратно в Кнетлинген, крестная мать, которая несла ребенка,
поторопилась взойти на мостки, что между Кнетлингеном и Амплевеном, а она в ту пору выпила слишком много пива после крещения дитяти — ведь таков обычай, что ребят после крестин несут в трактир, веселятся и «пропивают» их, а выпивку должен потом оплатить отец ребенка, — вот крестная и шлепнулась в лужу и таким плачевным образом искупала себя и младенца в грязи, что мальчик едва не захлебнулся.
Тут другие женщины помогли крестной матери выбраться с ребенком из лужи и отправились домой в деревню, где вымыли ребенка в лохани, и сделали его опять красивым и чистым.
Вот так Уленшпигель в течение одного дня три раза был крещен: один раз в купели, один раз в луже и один раз в лохани с теплой водой.