Пятая история рассказывает, как Уленшпигель в городе Штрассфурте обманул пекаря на целый мешок с хлебом и отнес хлеб домой, своей матери

«Тиль Уленшпигель»

«Боже милостивый, помоги, — думал Уленшпигель, — как мне мать успокоить, как в дом хлеба добыть?» И пошел он из местечка, где жила его мать, в город Штрассфурт и там приметил лавку богатого пекаря. Вот приходит он к пекарю в дом и спрашивает, не согласится ли тот доставить его хозяину ржаного и белого хлеба на десять шиллингов. И называет имя одного господина из округи, и говорит далее, что его хозяин здесь, в этом же городе, Штрассфурте, и называет постоялый двор, где он якобы остановился. Пусть пекарь пошлет мальчика на постоялый двор, там господин отдаст ему деньги.
Пекарь на это согласился, а Уленшпигель приготовил мешок, в котором была неприметная дыра, и велел отсчитывать хлеб в этот мешок.
И пекарь послал с Уленшпигелем мальчика получить деньги.
Как только Уленшпигель отошел от пекарева дома на расстояние выстрела из арбалета, он взял и вытряс из потайной дыры один белый хлеб прямо в грязь. Тут Уленшпигель поставил мешок на землю и говорит мальчику: «Ах, мне нельзя запачканный хлеб нести хозяину. Беги скорее с ним обратно в пекарню да принеси мне взамен другой. Я тебя здесь подожду». Мальчик побежал и вернулся с другим хлебом. А Уленшпигель тем временем ушел оттуда и пошел в слободу, к дому, где остановилась запряженная повозка из его местечка. На нее он положил свой мешок и пошел рядом. Ступая за повозкой, он и пришел домой к своей матери. Так что, когда пекарев мальчик пришел с другим хлебом, Уленшпигеля с мешком уже и след простыл. Тут мальчик побежал обратно и сказал об этом пекарю. Пекарь бросился бегом на постоялый двор, который назвал ему Уленшпигель, но никого здесь не нашел. Тут только понял пекарь, что его обманули.
Уленшпигель явился домой, принес матери хлеб и сказал ей: «Гляди сюда и ешь, раз у тебя есть, что есть. А когда нечего будет есть, соблюдай пост вместе со святым Николаем».

Открыли, а там лён

Сказка амхара (Эфиопия)

Как-то один человек поспорил со своими товарищами.
— Если я не узнаю, на каком расстоянии отсюда находится центр земли и сколько звезд на небе, то отдам вам все свое добро, — сказал он им.
Потом человек понял, что погорячился и совершил ошибку.
Конечно, он проиграет спор, и ему придется расстаться со своим добром. Он потерял и аппетит и сон и погрузился в тяжкое раздумье.
Жена стала спрашивать, что с ним случилось. Сначала он молчал, а потом уступил настойчивым расспросам жены и сказал:
— Сегодня я поспорил с товарищами на свое добро, что узнаю, где находится центр земли и сколько звезд на небе. Но теперь я понял, что проиграл спор.
Жена того человека была очень сообразительной женщиной, и она дала ему такой совет:
— Мой милый! Это можно сделать очень просто. Сруби шест и скажи им, что центр земли находится на таком-то расстоянии отсюда, а если же они не поверят, пусть сами измерят расстояние твоим шестом. Скажи им, что на небе звезд столько же, сколько зерен тефа в одном мадыгга, а если они не поверят, пусть подсчитают сами.
Муж вздохнул с облегчением, успокоился, поел, напился воды и уснул.
Наутро он срубил шест и, придя к товарищам, сказал им так:
— Центр земли находится в этом месте. Если же вы не верите, измерьте сами. А звезд на небе столько, сколько помещается тефа в одном мадыгга. Если вы не верите, пусть кто-нибудь подсчитает.
Тогда тот вельможа, который был судьей, стал расспрашивать его:
— Откуда у тебя эти знания или, может быть, кто-нибудь помог тебе советом?
И он ответил вельможе:
— О мой господин! Моя жена очень умная и знающая женщина. К тому же она очень красивая. Вот именно она-то и помогла мне советом.
Вельможа задумался и говорит:
— Такая красивая и умная жена больше подходит мне, а не тебе. Иди приготовь угощение и жди меня. Я приду и возьму ее себе в жены.
Тогда этот человек огорчился еще больше и, придя домой, не стал ни есть, ни пить, ни спать, а погрузился в тяжкое раздумье.
Жена его спрашивает: А сегодня что с тобой случилось? Ты будто сам не свой?
И он рассказал жене все, что ему говорил этот вельможа.
— От этого вельможи избавиться очень просто. Скажи ему: «Приходите и берите ее», а пока давай приготовим угощение.
Когда угощение было готово, они позвали вельможу. Женщина собрала много горшков и наполнила их семенами льна, а потом один горшок накрыла накидкой, вышитой золотом, другой — накидкой, вышитой серебром, третий — накидкой, вышитой шелком, четвертый — бархатной накидкой. Потом все горшки по очереди внесли в комнату, где сидел вельможа.
Открыли первый горшок, и в нем оказались семена льна.
Потом по очереди открывали другие — и в каждом были семена льна.
Тогда вельможа разгневался и спрашивает:
— Что все это значит?!
Тут женщина вместе со своим мужем подошла к вельможе и сказала:
— О мой господин! Мы, женщины, отличаемся друг от друга только по своей внешности. А вообще мы все одинаковы. Поэтому пусть моя внешность вас не обманывает, и не надо огорчать моего мужа.
Вельможа похвалил женщину за ее ум, подарил им золото и серебро и, оставив свои дурные намерения, вернулся к себе домой. Так рассказывают.
Иметь умную и серьезную жену — большое счастье.

Старый кот и мыши

Кабардинская сказка

Жил-был старый-престарый Кот. Выпали у него все зубы, глаза стали совсем плохо видеть. Не мог он больше ловить Мышей.
А Мыши совсем осмелели: бегали прямо перед его носом, иногда даже задевали его своими хвостами, хозяйничали в доме, грызли всё подряд.
Крепко задумался старый Кот. Думал он, думал и решил хитростью разделаться разом со всеми Мышами.
Несколько дней караулил старый Кот и наконец поймал маленького Мышонка.
— Спасите, спасите, съест меня старый Кот! — пищал Мышонок.
Услышали Мыши его крик и в страхе разбежались.
— Не пищи, не съем я тебя, — сказал старый Кот. — Если б и хотел, то не смог бы: зубы у меня выпали, глаза ослепли. Видно, смерть близка. Честью хочу я ваше мышиное племя просить, чтоб простили мне всё зло, которое я вам причинил. Хочу помереть с чистой совестью!
С этими словами Кот отпустил Мышонка.
Не помня себя от радости, Мышонок кинулся в норку.
— Каким чудом ты вырвался целым и невредимым? — удивились Мыши.
— Старый Кот сам меня отпустил, — ответил Мышонок. — Он хочет, чтобы мы простили его за всё зло, что он нам причинил. Стар он стал, зубы у него выпали, глаза ослепли. Видно, смерть его близка.
— Не верьте Коту, не верьте! Он хочет нас съесть! — закричали одни.
— А может, и правда старого совесть замучила: отпустил же он невредимым маленького Мышонка! — закричали другие.
— Пойдём, простим Коту всё и скажем, чтоб больше нас не трогал.
Вылезли Мыши из подполья, а старый Кот уже поджидает их.
— Знаете ли вы, что из мешка можно сверху достать всё, что в нём есть? — спрашивает Кот.
— Как не знать, знаем, знаем! — ответили Мыши.
— Так зачем же вы снизу в мешке дыру прогрызаете? — снова спросил старый Кот и, не дожидаясь ответа, бросился на глупых Мышей и передавил всех до одной.

Репа

Немецкая сказка из «Детских и домашних сказок» братьев Гримм

Жили два брата, и оба были солдаты, но один из них был богат, а другой беден. Вот и задумал бедный от своей бедности отделаться, бросил службу и пошел в землепашцы. Вспахал, взборонил свое поле и засеял его семенем репы. Семя взошло, и выросла на поле между другими одна репина — пребольшая, прекрепкая и претолстая, и все еще росла… Ну, право, ее можно было бы назвать царицей над всеми репами, потому что такой другой еще никогда не бывало, да вряд ли и будет.
Под конец она уже так разрослась, что одна могла собою заполнить целую повозку, и ту два вола еле тащили, и поселянин сам не знал, что ему с тою репою делать, и на счастье ли ему или на несчастье она такою уродилась.
Стал он раздумывать: «Продать ее — немного за нее получишь, а самому ее есть — так я и от других, мелких реп сыт буду… Разве вот что! Не поднести ли мне ее королю в подарок?»
Вот и взвалил он ее на повозку, впряг двух волов, привез репу ко двору и подарил королю.
«Что это за диковинка такая? — сказал король.  — Видал таки я много дивного на своем веку, но такого чудища никогда не видывал. Из каких семян такая репища уродиться могла? Или уж это тебе одному удача, и ты уж один такой счастливчик?» — «О нет, — сказал поселянин, — счастливчиком я никогда не был: я просто бедняк-солдат; нечем мне было питаться, вот и покинул я службу и принялся землю пахать. Есть у меня и еще брат, богатый, и вам, государь, он известен; а у меня ничего нет, вот и забыт я всеми».

Читать дальше

Как крестьянин старосту обманул

Бирманская сказка

В округе города Чаусхе жил человек по имени Ба Шин. Он прославился умением врать и обманывать.
И вот как-то раз о Ба Шине узнал староста одной ближней деревни. Ему захотелось проверить, так ли уж искусен в обмане этот Ба Шин. Староста управлял не только своей, но и другими деревнями, в том числе той, где жил обманщик. Поэтому староста приказал одному из своих слуг:
— Возьми двух лошадей и привези ко мне этого человека.
Слуга сел на одну лошадь, другую привязал сзади и отправился за Ба Шином. Подъехав к дому Ба Шина, он закричал:
— Собирайся скорее, тебя зовет господин староста!
Испугался Ба Шин, но спорить не посмел. Сел на лошадь и поехал к старосте. Староста важно сидел на стуле возле своего дома.
Ба Шин с уважением поклонился ему.
— А, это ты! Я слышал, что ты здорово умеешь врать, — сказал староста, — правда ли это?
— Нет, это не так, господин староста, — почтительно отвечал Ба Шин.
— Я вижу, что ты тоже слышал обо мне!
— Да, — отвечал Ба Шин, — я слышал ваше имя, господин староста.
— Вот видишь, — сказал староста, — твоё имя известно людям и моё имя известно. Вот я и хочу, чтобы ты доказал мне, что умеешь врать. Если тебе удастся обмануть меня, я не стану тебя наказывать, а даже исполню твоё желание.
Ба Шин задумался, потом сказал:
— Разреши мне говорить.
— Говори, говори, — отвечал староста.
— В такой простой и грязной одежде я не смогу обмануть тебя — я ведь не знал, зачем ты зовешь меня, очень спешил и не успел переодеться. Позволь мне сменить одежду.
— Об одежде не беспокойся, — сказал староста и велел жене принести корзину с одеждой.
— Выбирай, что тебе нравится, — сказал староста.
Ба Шин выбрал самый красивый и дорогой наряд из тех, что были в корзине.
— А теперь думай, как меня обмануть, не то отправлю тебя в тюрьму, — приказал староста. — Однако уже время обедать. Пообедай и ты со мной.
Вскоре после обеда староста сказал:
— Теперь самое время отдохнуть. Я всегда сплю после обеда. Иди и ты со мной.
А когда староста уснул, Ба Шин вывел из конюшни самую красивую лошадь и ускакал на ней в свою деревню.
— Ба Шин, где ты? — закричал староста, как только проснулся.
Слуга рассказал ему, что Ба Шин уехал на самой красивой лошади.
— Верни его немедленно. Пусть он обманет меня, — приказал староста.
— Ба Шин, — закричал слуга старосты, подходя к дому, — тебя зовет староста, ты должен обмануть его!
Но Ба Шин даже не поднялся с кровати.
— Если я еще раз обману его, то от его дома останутся только столбы, — ответил Ба Шин. — А если староста хочет получить обратно свою лошадь, пусть пришлет мне полтора пейта монет.
Так как староста обещал выполнить желание Ба Шина, если тот его обманет, то пришлось старосте отдавать полтора пейта монет.

Притворяться глупцом, не поддаваясь вожделениям

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Лучше сделать вид, что ничего не знаешь и не хочешь ничего делать,
Чем делать вид, что владеешь знанием, и действовать безрассудно.
Тот, кто пребывает в покое, не раскрывает своих планов.

Толкование:
Нужно делать вид, что не знаешь, и знать воистину; делать вид, что ничего не собираешься предпринимать, пока невозможно действовать, но переходить к действиям, когда возможно.
В книге «Сунь-цзы» сказано: «Тот, кто искусен в делах войны, не приобретает славы за свою хитрость и не получает наград за свою храбрость».
Пока не подошло время действовать, нужно хранить покой и выглядеть как можно большим глупцом. Если же дать волю своим желаниям, подобно настоящему безумцу, непременно выдашь свои истинные намерения, а само действие будет несвоевременным и вызовет всеобщие подозрения.
Тот, кто ведет себя, как глупец, побеждает. А тот, кто ведет себя, как безумец, терпит поражение.
Еще говорят: «Притворяясь глупцом, можно противостоять противнику и притом управлять войском».

***

В эпоху Сун полководец Ди Усян (1008–1057) получил от императора приказ усмирить варварские племена на южных рубежах империи. Жители Юга в те времена были очень суеверны и не предпринимали ни одного дела без молебна богам. Чтобы поднять дух своих воинов, Ди Усян тоже устроил молебен и обратился к ним с такой молитвой:
— Я не знаю, одержу ли я победу или потерплю поражение. Вот сотня монет. Я подброшу их в воздух, и если судьба милостива к нам, они все упадут лицевой стороной вверх.
Приближенные Ди Усяна бросились его отговаривать от этой затеи:
— Вы не должны так рисковать! — говорили они. — Ведь на кон поставлен боевой дух всего войска.
Однако Ди Усян, не обращая внимания на эти уговоры, подбросил монетки, и… они все упали лицевой стороной кверху!
Все войско издало громкий крик радости, эхом прокатившийся по долине.
Ди Усян велел прибить каждую монетку гвоздиком и накрыть монеты шелковой вуалью.
— Когда мы вернемся с победой, — сказал он, — я поднесу эти монеты в дар богам.
Засим Ди Усян повел своих воинов на юг и одержал блистательную победу над мятежными племенами. Вернувшись в свой лагерь, он велел собрать монеты, и тогда все увидели, что у них обе стороны были лицевые.

***

В начале правления сунской династии полководцы Цао Бинь и Пань Мэй по приказу императора пошли в поход на город Тайюань, занятый врагами династии. Они предприняли успешный штурм, и уже почти было захватили город, как вдруг Цао Бинь приказал сунским войскам отступить и вернуться в столицу.
Пань Мэй, конечно, стал настойчиво расспрашивать Цао Биня о причине его неожиданного решения. Цао Бинь долго отмалчивался, но в конце концов сказал:
— Наш император несколько раз лично пытался взять Тайюань, но успеха не имел. Вот о чем нужно думать!
Когда же оба генерала вошли в тронный зал дворца, Цао Бинь обратился к императору с такими словами:
— Непревзойденная военная мудрость вашего величества не помогла вам захватить Тайюань. Могли ли мы сделать это?
Император опустил голову и не сказал ни слова.

***

Дополнительные высказывания:
В книге «Хань Фэй-цзы» сказано:
«Речи советников я слушаю, словно во хмелю. Мои губы, мои зубы — не разжимайтесь. Я никогда не говорю первым.
Мои зубы, мои губы словно запечатаны воском. Тот, кто заговорит со мной, выдаст себя, и я узнаю его сокровенные намерения».

Как шут Гонелла бился об заклад

Итальянская сказка

Герцог Лоренцо Медичи, по прозванию Великолепный, никогда не садился за стол в одиночестве. 
— Только собака, — говорил он, — раздобыв кость, забивается с ней в угол и рычит на всех. А человеку должно быть приятнее угощать друзей, чем есть самому. К тому же занимательная беседа — лучшая приправа к любому блюду. 
Поэтому во дворце Лоренцо каждый вечер собирались к ужину учёные, поэты, музыканты и знатные горожане. Иные приходили послушать умные речи, другие сами не прочь были поговорить. 
Напрашивались к нему в гости и просто любители вкусно поесть. 
В один из таких вечеров за столом заговорили о том, что Флоренция богата не только прекрасными зданиями, фонтанами и статуями, но и искусными мастерами. 
— Больше всего в нашем славном городе суконщиков, — сказал пожилой судья, который всегда одевался так пышно, что все над ним смеялись. 
— Вздор, — ответил ему молодой дворянин, известный забияка, чуть что пускавший в ход свою шпагу, — во Флоренции больше всего оружейников. 
— Ах, нет, — вмешалась в спор прекрасная дама, вся увешанная драгоценностями, — больше всего золотых дел мастеров. Чтобы достать вот это кольцо, я объехала сто двадцать восемь ювелиров. 
— А ты что скажешь, Гонелла? — повернулся герцог 
Лоренцо к своему шуту, который сидел подле него на маленькой скамеечке. 
— Во Флоренции больше всего докторов, — ответил, не задумываясь, Гонелла. 
Герцог очень удивился. 
— Что ты! — сказал он. — В списках горожан Флоренции значится только три медика: мой придворный лекарь Антонио Амброджо и ещё два для всех прочих. 
— Ай-ай-ай! Как мало знают правители о своих подданных! Если мессер Амброджо день и ночь печётся о вашем здоровье, которое и без того не так уж плохо, вам кажется, что остальные флорентийцы здоровёшеньки. Между тем они только и делают, что болеют и лечатся. А кто их лечит? Говорю вам, Лоренцо, что во Флоренции каждый десятый — лекарь! 
Герцог, который охотнее смеялся, когда Гонелла подтрунивал не над ним, а над его гостями, нахмурился. 
— Твои слова стоят недорого. Я охотно заплатил бы сто флоринов, если бы ты подкрепил их доказательствами. 
— Идёт! — отвечал Гонелла. — Я докажу вам, что каждое моё слово стоит гораздо больше флорина. Не позже завтрашнего вечера я представлю вам список лекарей. 
Герцог отстегнул от пояса кошелёк, отсчитал сто золотых монет и положил их в серебряную вазу. 
Гонелла стал на своей скамье во весь рост и поклонился сидящим за столом.
— Не хотите ли вы, синьоры гости, участвовать в закладе? Вы так часто набиваете себе животы за столом герцога, что вам не мешает хоть раз заплатить за угощение если не самому хозяину, то хотя бы его шуту. 
Гостям ничего не оставалось, как развязать кошельки. Серебряная ваза до краёв наполнилась монетами. 
На следующее утро Гонелла обвязал щёку толстым шерстяным платком и вышел из дворца. Не прошёл он и ста шагов, как ему повстречался богатый купец, торговавший шелками. 
— Что с тобой, Гонелла? — спросил купец. 
— Ох, мои зубы! — застонал Гонелла. — Перец, расплавленное олово, пылающий огонь — вот что у меня во рту. 
— Я тебе посоветую верное средство, — сказал купец. — В ночь под Новый год ты должен поймать на перекрёстке четырёх улиц чёрного кота и вырвать у него из хвоста три волосинки. Эти волосинки сожги и понюхай пепел. Зубную боль как рукой снимет! 
— Благодарю вас, мессер Лючано! Жаль, что Новый год мы отпраздновали две недели назад. Но если мои зубы доболят до нового Нового года, я последую вашему совету. А пока разрешите его записать, чтобы я не забыл. 
Вторым, кто встретился шуту, был настоятель флорентийского монастыря. 
— Ах, святой отец, — заговорил Гонелла, едва завидев его, — грех произносить вслух бранные слова, но из-за этих проклятых зубов я всю ночь не спал. 
— Хорошо, что ты встретил меня, — сказал настоятель. — Я знаю верное средство. Пойди домой и согрей красного вина. Набери полный рот и читай про себя молитву. Кончишь молитву, проглоти вино. Потом снова набери в рот вина и опять помолись… 
— И много надо проглотить… я хотел сказать, прочесть молитв? — спросил Гонелла. 
— Да чем больше, тем лучше, — ответил настоятель. 
— Ваш совет мне нравится, — сказал Гонелла. — Я очень люблю красное вино. Пойду молиться. 
Гонелла внёс имя настоятеля и его совет в свой список и отправился дальше. 
Советы так и сыпались на него. Учёные, поэты, музыканты, знатные горожане, ремесленники и крестьяне — все останавливались, завидев обвязанного платком, охающего Гонеллу. Как бы эти люди ни спешили по своим делам, они не жалели времени, чтобы растолковать шуту, каким способом избавиться от зубной боли. 
Гонелла всех выслушивал и всё записывал. Скоро у него и в самом деле чуть не разболелись зубы. 
Под вечер Гонелла, шатаясь от усталости, вернулся во дворец. На дворцовой лестнице он встретил самого герцога Лоренцо, который собирался покататься верхом перед ужином. 
— Мой бедный Гонелла! — воскликнул герцог. — У тебя болят зубы? 
— Ужасно, ваше величество, — ответил шут. — Я даже хотел попросить у вас разрешения обратиться к вашему придворному врачу мессеру Антонио Амброджо. 
— Зачем тебе Амброджо? Я понимаю в таких делах больше, чем он, и сам вылечу тебя. Возьми листья шалфея, завари их покрепче и делай горячие припарки. Хорошо бы ещё настоять ромашку и полоскать рот. Неплохо помогает нагретый песок в холщовом мешочке. Полезно также. . . 
Герцог надавал столько советов, что у Гонеллы, пока он их выслушивал, начали подкашиваться ноги. 
Вечером за столом герцога Лоренцо снова собрались гости. Герцог сидел во главе стола, а рядом примостился на своей скамеечке Гонелла. Повязку он уже снял. 
— Ну, Гонелла, — сказал герцог, — что-то я не вижу обещанного списка медиков. Будем считать, что ты проиграл спор, и заберём назад наш заклад. 
Тут герцог придвинул к себе серебряную вазу и увидел, что она пуста. 
— Не беспокойтесь, ваше величество, — оказал спокойно Гонелла, я обменял золотые флорины на доказательство своей правоты. Вот вам список. 
С этими словами он протянул герцогу длинный свиток. Герцог Лоренцо развернул его и начал читать вслух: 
— Мессер Лючано, флорентийский купец, просвещённейший медик. Советует… Настоятель флорентийского монастыря, фра Бенедетто…
Стены пышного зала, казалось, вот-вот рухнут, так громко смеялись герцог и его гости. Не смеялся только тот, чьё имя произносил вслух герцог. В списке уместилось триста имён и тысяча советов добровольных врачевателей. Гости уже изнемогали от смеха, когда Лоренцо свернул свиток, сказав: 
— Вот и всё. 
— Как всё? — воскликнул Гонелла. — Вы кое-кого забыли! 
Он схватил свиток и прочёл: 
— Хоть и последний в списке, но первый из первых медиков нашего славного города — его величество герцог Лоренцо Медичи — по прозванию Великолепный. Недаром он носит фамилию Медичи, — значит, в роду его были лекари. Лоренцо и сам утверждает, что лечит лучше, чем придворный врач Антонио Амброджо. Да и как может быть иначе, ведь в гербе его красуется шесть пилюль! При зубной боли герцог советует… 
Тут зазвенели даже хрустальные подвески на люстрах. Не удержался от смеха и сам герцог. 
— Ну, Гонелла, ты выиграл! — воскликнул он. 
— А как же иначе! — отвечал шут. — Я не был бы шутом, если б не видел людей насквозь. Уж я-то знаю: единственное, что люди любят давать бесплатно, — это советы.

Польза от знаний

Македонская сказка

Жил в одном городе богатый купец. Был у него сын, паренек рассудительный, умный, и очень ему хотелось учиться. Все бы ладно, да вот ведь беда: купчина был жаден и упрям. Не желал он, чтобы сын занимался науками, не давал ему ни читать, ни писать, ни на дудке играть. Только увидит сынка с книгой, кричит:
— Книга тебя не накормит, сыночек! И дудка богатства не даст! Нужно, милый, работать, работать, работать. Понял иль нет?
Так вот и донимал паренька, — деньги богатею свет застили, видно! Не давал сыну учиться, да и все тут!
В ту пору открылась поблизости ярмарка. «Пусть-ка сынок делом займется», — рассудил купец и отправил парня на ярмарку, надавал ему всяких поручений и велел закупить товары. Ну, а сын заниматься торговлей не стал, отправился прямо к учителю, захотел обучиться письму. Паренек был толковый, усердный и быстро всю премудрость постиг. Возвратился домой хоть и с пустыми руками, да умнее, чем ушел. Отец рассердился:
— Где так долго гулял? Почему задержался? Где товары? Может, забравшись в чужие края, ты решил отцовскую мошну растрясти?
— Не привез я товаров, отец, — ответил ему сын, — зато купил ума и полезных знаний. Даст бог, я потом накуплю все, что ты пожелаешь!
— Ишь хитрый какой! — усмехнулся отец. — А ты слышал пословицу: «Пока трава вырастет, конь ледащий издохнуть успеет»? Столько денег пустил на пустые затеи и снова уйти норовишь? Нет, любезный, знаю теперь, какой ты добытчик!
Прошел год, снова открылась ярмарка. Снова дал купец сыну много денег и снарядил в путь, — авось, думает, исправится! А чтоб парень с пустыми руками назад не вернулся — прочел ему на прощанье строгое наставление. Уж он ему грозил, грозил. Только все попусту. Добрался купеческий сын до ярмарки, на товары и не взглянул. Тотчас же отыскал бродячих музыкантов и пошел к ним учиться. Учился упорно и скоро своих учителей превзошел. А потом возвратился домой с пустыми руками. Как увидел отец, что сынок натворил, весь затрясся, от злобы позеленел, чуть не помер. Уж кричал он, кричал, уж ругался, ругался! Да, спасибо, жена понемножку утихомирила, сына-то ей было жалко!

Читать дальше

Скверная сделка, навязанная рыцарем монаху

Немецкий шванк из «Катципори» Михаэля Линденера

Жил-был один рыцарь, человек редкостной и благородной души, испытавший за свою жизнь немало приключений и давший повод и начало еще большему их количеству. И пришел он однажды в монашескую обитель, а так как было время поста, то направился на исповедь. А монах, собиравшийся его исповедовать, оказался толст, как самая настоящая свинья. Рыцарь приветливо поздоровался с обжорой и спросил у него: «Монах, а почему у тебя такое здоровенное брюхо? Денег у меня, полагаю, не меньше, чем у тебя, и ем я ничуть не хуже, — а вот поди ж ты! Или так хороши и обильны бывают подаяния, что тебя так разнесло? Да нет, едва ли. Сдается мне, монах, что ты забрюхател — и в животе у тебя сидит сам черт». Монах ответил: «Нет, сударь, упаси меня Бог! Все это — от Бога! Это его рук дело!» Рыцарь сказал: «Его рук дело или не его, только руки эти поработали на славу. — И продолжил: — Но я пришел к тебе не за этим. Выслушай меня, монах, и отпусти мне грехи! А если не отпустишь, я тут же, не сходя с места, проткну тебя мечом!» — «С удовольствием отпущу», — откликнулся монах, и рыцарь начал свой рассказ: «Был я разбойником, но разбойничал я далеко не всегда. Ел я и пил до отвала, но, случалось, и умирал от голода и жажды. Так на так и выходит. Я не пропускал ни одной юбки, но, бывало, подолгу не знал женщины. Так на так и выходит. Был завзятым грешником, но и молился Господу горячо. Так на так и выходит. Бывало мне жарко и бывало зябко. Так на так и выходит. И поэтому даруй мне утешение и отпусти мне прегрешения и прости мне мои дурные дела. А если не отпустишь, то я убью тебя на месте, клянусь святым крестом!» Монах струхнул настолько, что чуть не наложил в штаны, и поспешил ответить: «Сударь мой, я должен обсудить этот вопрос с настоятелем». И, воротясь, произнес приговор: «Мы даруем вам такое отпущение: мы служим Господу, а вы — дьяволу. Так на так и выходит».

Ловкач У Ньян Пайн

Бирманская сказка

Некогда в одной лесной деревне жил человек по имени У Пхью. Он разводил буйволов. И о чем бы ни зашла речь, У Пхью всегда переводил разговор на них.
Однажды У Пхью прилег отдохнуть на своем поле. К нему подошли два крестьянина, и он сразу же завел разговор о буйволах. Один из крестьян, которого звали У Не, тоже стал хвастаться своими буйволами. Но У Пхью, не обращая внимания на его слова, расхваливал своих.
Третий крестьянин, У Ньян Пайн, подумал: «Пожалуй, я смогу извлечь выгоду из их спора».
У Ньян Пайн посоветовал им:
— Эй, друзья, чем спорить без толку, давайте перейдем к делу: устроим состязание буйволов, тогда и узнаем, чьи лучше.
Эти слова пришлись по душе спорщикам. Вечером они привели своих буйволов на проезжую дорогу. У Пхью и У Не запрягли буйволов в повозки, а У Ньян Пайн стоял между ними и подбадривал каждого, давая им различные советы. Соперники погнали буйволов по дороге.
Буйволы У Пхью пришли гораздо раньше, и он выиграл спор.
На следующий день У Ньян Пайн пришел к победителю и сказал ему:
— Молодец, У Пхью! Хорошо, что ты послушался моих советов, вот и выиграл в состязании.
У Пхью был очень признателен соседу. Он поверил, что стал победителем именно благодаря его советам, и пригласил У Ньян Пайна отобедать.
У Пхью угостил гостя на славу, и оба остались довольны друг другом.
Затем У Ньян Пайн отправился к проигравшему. Он сказал У Не:
— Зря ты не послушался моих советов — вот и проиграл. А то непременно бы выиграл!
У Не был благодарен соседу за сочувствие и ответил ему:
— Конечно, я сам виноват, надо было делать все так, как ты говорил.
И У Не угостил участливого приятеля вкусным ужином.
На следующий день У Не и У Пхью случайно встретились на деревенской площади и заговорили о вчерашних состязаниях. У Не сказал:
— Эх, зря я не послушался советов У Ньян Пайна, а то бы точно выиграл у тебя.
Тут-то и выяснилось, что ловкач У Ньян Пайн успел побывать у обоих. Приятели догадались, что сосед обвел их вокруг пальца ради угощения. С тех пор в деревне и говорят:
«Давай совет, да и не забывай себя».