Женщина в белом

Английская легенда

Из письма от 27 декабря 1897 года следует, что эту историю прислал лорду Галифаксу лорд Портман, чье загородное имение находилось в Бринстоне, неподалеку от Блэнфорда.
Двадцать пятого июля 1837 года трое мужчин, Ален, Элфорд и Болл, нанявшиеся очищать от тины реку Стоур, утонули в глубокой заводи у Бринстона. На меня, как на исполнявшего в то время обязанности приходского священника, легла печальная обязанность сообщить об этом прискорбном событии вдове Джона Алена, жившей в доме на Олд-Парк.
Выслушав мое сообщение, она тут же воскликнула, обращаясь к сестре:
– Значит, сестра, это призрак бедного Джона видела Поли!
Я спросил, что она имела в виду, и женщина рассказала, что около четырех часов пополудни или немного позже (насколько мне было известно, приблизительно в это время и утонул ее муж) ее вторая дочь, малышка трех лет, играла в саду перед домом. Неожиданно она вбежала и позвала мать «посмотреть на высокую женщину в белом, которая спускается с холма напротив».
Мать сказала, что она болтает чепуху, потому что откуда же взяться женщине в белом в этих местах, да еще и в рабочий день?
Но девочка настаивала, что видела фигуру, добавив:
– Я видела, как она прошла через Бэч-Гейт и спустилась с холма. Она была ужасно высокая, гораздо выше тебя, мама.
Стоит добавить, что Джон Ален, возвращаясь с обходов, всегда проходил через ворота и спускался с холма по тропинке, на которой ребенок видел, или вообразил, что видел, фигуру.
Чтобы успокоить дочь, миссис Ален и ее сестра вышли проверить, кто же там был, но так никого и не увидели, хотя смотрели в ту сторону около четверти часа. Вернувшись в дом, они больше не думали об этом случае до того, как я пришел, чтобы сообщить о смерти Алена. Мать и в самом деле рассказала мне, что пошутила тогда: «Что ж, Поли, наверное, это был мой дух». Но разумеется, это не вызвало у нее никаких дурных предчувствий или опасений за жизнь мужа, хотя могло бы, если принять во внимание его работу и то, что в прошлом году он чуть не утонул в том же самом месте.
Девочку затем подробно расспросили о том, что она видела, но Поли лишь повторила свой рассказ. Лично я верю, что она видела не человека, а призрак своего мертвого отца. Даже если придерживаться точки зрения, что это была всего лишь галлюцинация, нельзя не учитывать, что видение явилось ребенку в момент смерти отца. Утверждение девочки, что это была женщина, не является противоречием, так вполне могло показаться ребенку. К тому же Поли описала ее как «очень высокую», а ее отец был около шести футов роста.
Я должен отметить еще одно любопытное обстоятельство, которое может быть, а может и не быть связано с этим призраком. Приблизительно за полгода до своей смерти Джон Ален вернулся однажды ночью из Блэдфорда очень подавленный. Дома он сел и проплакал более часа. В ответ на расспросы жены он сказал, что ему не суждено долго оставаться с ними. Он никогда не описывал своего видения, но после того вечера часто бывал не в духе.
Думаю, что я не упустил никаких деталей, связанных с этим происшествием, и могу поручиться за точность своего рассказа.

Труп в доме

Английская легенда

Зимой 1889–1890 годов лорд Галифакс отвез своего старшего сына Чарльза, который был серьезно болен, на Мадейру, где ему рассказали следующую историю.
Только что приходил доктор Грэбхэм и после того, как осмотрел няню, у которой был приступ ревматизма, остался на некоторое время, чтобы побеседовать со мной. Он рассказал историю, которая настолько поразила меня, что я, дабы ничего не забыть, сел записывать ее сразу же после его ухода.
Несколько лет назад мистер Фрилэнд приехал на Мадейру, он был очень нездоров, а так как в гостинице, где он остановился, должен был состояться бал, доктор Грэбхэм пригласил его перебраться на несколько дней к нему.
Как-то раз доктор, вернувшись довольно поздно, застал мистера Фрилэнда сидящим у камина вместе с миссис Грэбхэм.
– Дорогой друг, почему вы не в постели? – спросил доктор. – Вам давно уже следовало лечь.
– Я просто не смог бы заснуть, – ответил мистер Фрилэнд. – Я видел прошлой ночью такой жуткий сон, что он не выходит у меня из головы. Мне приснилось, будто кто-то принес сюда мертвое тело и оставил труп в доме.
– Что за чудеса! – воскликнул доктор Грэбхэм. – Ни одна душа, даже миссис Грэбхэм, ничего об этом не знала, но именно так я и собирался поступить.
Уступив уговорам, доктор Грэбхэм рассказал следующую историю. Некий профессор Клиффорд, приехавший на остров, был на пороге смерти и много раз говорил, что не хочет быть похороненным на христианском кладбище.
– Я лечил его, и поскольку он мой близкий друг, то пообещал ему позаботиться о том, чтобы его воля была исполнена. – «В конечном счете, – заверил я его, – если ты не хочешь лежать на христианском кладбище, то и оно тебя неволить не будет. Я заберу тебя домой и при первой возможности отправлю пароходом в Англию». Я думал, – добавил доктор Грэбхэм, – что никто в доме об этом не узнает. Это будет просто продолговатый ящик, стоящий где-нибудь в сторонке, так, чтобы все было организовано согласно последней воле моего пациента.
Мистер Фрилэнд решил съехать от меня на следующий день, и при этих обстоятельствах я не решился его задерживать. Но тем вечером, как только мне удалось уговорить его лечь в постель, я прямиком направился к профессору Клиффорду и рассказал ему, что гостю приснилось то, что я намеревался сделать, другими словами, что я принес домой тело. Профессор Клиффорд проявил к этому происшествию живейший интерес и стал выдвигать самые разные объяснения, почему мистеру Фрилэнду мог присниться подобный сон.
На следующий день или через день он умер. До самого конца он пребывал в полном сознании, так что доктор Грэбхэм смог ему сказать:
– Тебе осталось жить всего несколько часов. Ты уверен, что не хочешь ничего написать?
Профессор медлил с ответом, и доктор Грэбхэм продолжал:
– По-прежнему ли ты убежден, что смерть есть конец всего и через час или два ты обратишься в ничто? Если ты собираешься что-нибудь написать или сказать или у тебя осталось какое-то дело, нельзя терять времени.
Однако профессор Клиффорд, казалось, был уверенным и спокойным, и, хотя ему явно не хотелось расставаться с этим миром, он ничего не сказал и лишь перед самым концом попросил письменные принадлежности. Он написал письмо дочерям, которое они должны были открыть, когда вырастут. Он также попросил, чтобы в гроб положили следующую записку:
«Я испытываю и в то же время не испытываю удовлетворения. Я жил и кое-что сделал. Теперь меня нет, и я ни во что не верю».
Его тело находилось в доме доктора Грэбхэма, пока труп не удалось переправить в Англию.

Лорд Галифакс сделал следующее добавление: «Мистер Фрилэнд заболел на Мальте и умер на борту своей яхты очень богатым и без наследников и оставил доктору Грэбхэму 50 фунтов».

Сон убийцы

Английская легенда

Эту историю о несостоявшейся казни Джона Ли в Эксетере рассказал лорду Галифаксу лорд Клинтон, когда они одновременно гостили в Пау-дерхзм-Касл, доме отца леди Галифакс, графа Девона. Лорд Клинтон также приложил копии письма тюремного священника и показаний стражников.

Пятнадцатого ноября 1884 года труп мисс Кейз, пожилой леди, был найден среди обгоревших руин ее дома в Баббакаме, Торкуэй. Ее дворецкого, Джона Ли, допросили, признали виновным и четвертого января 1885 года вынесли в Эксетере смертный приговор. Двадцать третьего февраля его вывели на казнь из эксетерской тюрьмы. Ему набросили на шею веревку, священник прочел молитву и прозвучал сигнал, но опускающаяся подставка виселицы не сработала. Попытку повесить этого человека повторили трижды с тем же результатом, спустя полчаса было решено отложить казнь. Впоследствии смертная казнь была заменена пожизненными каторжными работами.
Преподобный Джон Питкин, тюремный священник, написал письмо лорду Клинтону, занимавшему в апреле 1885 года должность председателя выездного суда, и приложил свидетельства стражников.
Подставка была устроена из двух дверей, скрепленных снизу задвижкой. Приговоренный должен был встать одной ногой на каждую дверь, и, когда задвижку откроют, двери должны были разойтись.
В субботу перед казнью подставку испытали пять раз (дважды в присутствии палача, который выразил свое удовлетворение по этому поводу), все прошло гладко. После неудавшейся казни проверили снова, и, хотя на подставке не было никакого веса, двери открылись. Во время же казни задвижка не поддавалась и на долю дюйма.

Письмо преподобного Джона Питкина
лорду Клинтону

Тюрьма ее величества,
Эксетер, 8 апреля, 1885
Мой господин!
В этом письме содержатся подробности, касающиеся сна Джона Ли, которыми вы интересовались.
После несостоявшейся казни двадцать третьего февраля 1885 года я зашел в камеру Ли, чтобы побеседовать о необыкновенном случае, который с ним произошел. Он упомянул, что в ночь перед казнью ему приснился вещий сон.
По моей просьбе он пересказал его. Ему приснилось, что его ведут через нижний этаж к эшафоту, который стоял прямо у двери в подвал. Он видел, как поднялся на подставку и как, несмотря на все усилия палача, не поддалась задвижка. Затем он увидел, как его уводят с места казни и решают построить новый эшафот, для того чтобы привести приговор в исполнение. Он сообщил мне, что, когда его разбудили в шесть часов утра перед казнью, он упомянул о своем сне двум офицерам, зашедшим в его камеру.
Эти офицеры не присутствовали во время нашего разговора и не видели заключенного после неудавшейся казни. Они, однако, доложили об этом сновидении начальнику тюрьмы, которому я также все подтвердил.
Должен добавить, что Джон Ли вначале не придал сну никакого значения. И до момента казни был убежден, что его повесят. Он вспомнил о своем сновидении, лишь когда очнулся от полуобморочного состояния, в которое впал во время попыток привести приговор в исполнение.
Ваш покорный слуга, капеллан Джон Питкин

Свидетельство стражников, которые провели с Джоном Ли ночь перед его несостоявшейся казнью

В шесть часов утра, когда Джон Ли поднялся с кровати, он сказал: «Мистер Беннет, я видел очень необычный сон. Мне снилось, что пришло время, и меня вывели через приемную к виселице, но, когда я встал на подставку, повесить меня не смогли, из-за какой-то неисправности механизма. Тогда меня сняли с эшафота и повели (не тем путем, которым я пришел, а вокруг крыла А.) через пост А. в мою камеру».
Он сказал мне это в присутствии мистера Милфорда, который дежурил со мной той ночью.
Сэмюэль Беннет, тюремный надзиратель
Джеймс Милфорд, старший офицер

Сумасшедший дворецкий

Английская легенда

Совсем еще недавно жила в Южном Девоне одна благополучная процветающая семья. Однажды ночью около двенадцати часов леди в ужасе разбудила своего мужа и сказала, что видела, как убили ее овдовевшую мать, которая одна жила в Абердине. Сон настолько потряс её, что мужу едва удалось успокоить ее и убедить, что страхи беспочвенны и что ей следует постараться заснуть.
Следующей ночью ей приснился тот же сон, и теперь она уверилась, что это было предупреждение, которое нельзя оставить без внимания. Поэтому утром она сообщила мужу, что намерена навестить свою матушку. Будучи не в силах отговорить свою супругу, он отпустил ее, хотя сам из-за неотложных дел поехать с ней не мог.
Когда карета этой леди остановилась у дома ее матери в Абердине, она увидела у дверей дворецкого и, вздрогнув, вскрикнула: «Это тот человек!». Когда к ней вернулось самообладание, она в смущении постаралась скрыть свой испуг и направилась в гостиную, где ее матушка принимала гостей, двух старинных друзей семьи.
Молодая леди извинилась за то, что приехала без предупреждения, умолчав об истинной причине своего визита. Из-за приезда гостей мать с дочерью вынуждены были ночевать в одной комнате. Перед тем как гости отправились спать, дочь сумела поговорить с ними наедине, попросив, если они хоть немного ее любят, поступить так, как она скажет, не требуя объяснения. Получив их согласие, она попросила их провести ночь в комнате по соседству с ней и бодрствовать.
Сказав это, она вернулась в спальню матери и, перед тем как лечь спать, попыталась убедить мать запереть дверь. Но пожилая леди решительно отказалась это сделать, однако, как только она заснула, дочь выскользнула из постели и тихонько повернула ключ.
Вскоре после этого она увидела, как медная ручка начала поворачиваться. Она поспешно спрыгнула с кровати, зовя друзей, и распахнула дверь со словами: «Что ты здесь делаешь, негодяй!».
Дворецкий стоял там с полной корзиной угля в руках. Дворецкий ответил, что ему послышался звон колокольчика, вот он и принес угля для камина. Леди попыталась схватить его, воскликнув, что все это ложь. Мужчина начал вырываться, но молодая леди с помощью друзей задержала его. Тогда несчастный признался, что дьявол искушал его убить свою хозяйку, но Провидение милостиво вмешалось. На следующий день он окончательно сошел с ума.

Плуг, погубивший прерии

Американская легенда

Случилось это в Северной Дакоте. Фермер по фамилии Христиансен обрабатывал плугом землю, как вдруг почувствовал присутствие постороннего. Он поднял глаза и увидел старого индейца из племени сиу. Тот стоял и внимательно следил за тем, как плуг слой за слоем поднимает нетронутую почву и вминает в землю сочную зеленую траву, некогда кормившую многочисленные стада бизонов. Фермер приостановил работу, сдвинул назад свою широкополую шляпу и вопросительно посмотрел на индейца. А тот стал на колени, погрузил пальцы во вспаханную борозду, смерил ее глубину, пощупал свежесрезанный дерн, потом выпрямился, поглядел на фермера и произнес: «Плохой земля вверху, худо». И удалился. Долгие годы вся эта история воспринималась как смешной анекдот о невежественном индейце. А сегодня в Северной Дакоте на шоссе No 10, на том самом месте, где некогда находилось поле Христиансена, стоит указатель, на котором начертаны слова, сказанные старым индейцем. Эти слова напоминают белому, что его краснокожий собрат был не так уж глуп: бездумная распашка земли погубила некогда богатые прерии.

Сон леди Горинг

Английская легенда

Однажды ночью леди Горинг ясно увидела во сне некий старый дом, который был ей совсем незнаком. Она знала, что тут не одна и посещала этот дом с какой-то целью. Когда она вошла внутрь, одна комната особенно привлекла ее внимание.
Вдоль потолка шел удивительный бордюр, зарешеченные окна были необычно узкими и длинными и соединялись причудливой лепниной. Во сне она увидела старуху, которая, сгорбившись, сидела в кресле у камина, но через мгновение внимание леди Горинг переключилось на дверь, которая бесшумно открылась. Она увидела, как вошел мужчина, и как он подбежал к дремавшей старой леди. Достав пистолет, он приставил его к виску своей жертвы и выстрелил. Убийца попытался пристроить пистолет так, словно он выпал из ее руки. Затем он бесшумно покинул комнату, затворив за собой дверь, но вскоре вернулся и вновь изменил положение тела и пистолета. Проделав все это, он ушел окончательно. Леди Горинг так ясно видела во сне его лицо, что оно запечатлелось в ее памяти.
Через какое-то время она и ее муж, сэр Крэйвен, решили снять дом и осмотрели несколько особняков, среди которых была одна старая усадьба в Чешире. Когда леди Горинг вошла в дом, он показался ей странно знакомым. И тут ее озарило. «Я не была здесь ни разу в жизни, это дом из моего сна», – сказала она себе.
В этот момент смотрительница произнесла:
– Эта дверь справа ведет в гостиную.
– Вы, наверное, имели в виду столовую, – уточнила леди Горинг.
– Извините, оговорилась. Я хотела сказать – столовая, – поправилась смотрительница.
Как только они вошли, леди Горинг узнала великолепный бордюр, зарешеченные окна и причудливую лепнину. А у камина стояло кресло.
Отвечая на дальнейшие вопросы о доме, смотрительница сказала, что последний съемщик прожил здесь недолго, а до этого дом снимали иностранцы.
Она полагала, что австрийцы или швейцарцы. Они жили втроем, джентльмен с женой и тещей. Здесь произошла ужасная трагедия: старая леди застрелилась. После этого муж с женой уехали куда-то за границу, и некоторое время дом пустовал.
Леди Горинг отказалась снимать усадьбу, но несколько месяцев спустя, прогуливаясь по Риджен-стрит и рассеянно глядя на витрины, она шла к остановке.
Внезапно ее внимание привлекла одна фотография.
«Боже! – подумала она. – Это же убийца из моего сна!»
Она зашла в магазин, чтобы выяснить, кто этот мужчина на фотографии, и узнала, что это Турвиль, которого судили за убийство жены в Тироле.

Праздник в Джидгиле

Арабская легенда из «Чудес мира»

В пределах Джидгила в день праздника собираются жители из всех селений и местностей и приносят с собой всех своих идолов. Вокруг — зеленая степь, проточные воды, многочисленные деревья. По случаю праздника устроено новое место. Идолов несут туда. Старейшина идолопоклонников выпивает сто кубков вина и, стоя перед своим
идолом, немного выжидает. Затем краска сходит с его щек, и он становится как помешанный. Приносят кинжал. Он кладет его себе на живот таким образом, чтобы его кончик немного вошел в живот. Тогда он идет на возвышенное место, садится там и говорит: «О люди, в этом году жара будет такой-то и холод таким-то. В такое-то время будет война и смута, тогда-то будут царить мир и спокойствие». Обо всем, что произойдет в том году, он скажет им. Тогда люди вынут кончик кинжала из живота, он же теряет сознание и некоторое время лежит без сознания.
Затем сознание к нему возвращается. На рану ему кладут немного земли, и она заживает. Никакого беспокойства от раны он не испытывает. После того люди расходятся по домам до следующего года, до наступления этого же праздника.

Шрамана Сэн-лан

Из «Вестей из потустороннего мира» Ван Яня

Шрамана Сэн-лан строжайше исполнял монашеские обеты, был в великом почете и в Срединном государстве (Китае), и у варваров-жунов. Как-то он и еще несколько монахов были приглашены в собрание. На полпути Сэн-лан обратился вдруг к своим товарищам:
— Братья, а ведь одежду и утварь, оставшуюся в монастыре, вот-вот разграбят!
Путники вернулись в монастырь и застигли там грабителей.
В годы правления династии Цзинь под девизом Великое начало в ущелье гор Цзиньюйшань в уезде Фэнгаосянь Сэн-лан воздвиг ступу и монастырь, изготовил статую Будды. В последние годы своего правления Фу Цзянь учинил гонения на праведников. Из всей сангхи он чтил одного только Сэн-лана и потому не посмел разрушить его монастырь.
В монастырь приходили исповедовать буддизм праведники и миряне. За день до их прихода Сэн-лан уже знал, сколько человек прибудет, и отдавал своим ученикам распоряжения сделать соответствующие приготовления. Все, что он говорил, непременно сбывалось.
В ущелье издавна водилось много тигров, нападавших на людей. С тех пор как Сэн-лан возвел там монастыри, тигры стали как домашние.
Мужун Дэ из племени сяньби предоставил храму монастыря Сэн-лана средства от налогов с двух своих родовых владений. Теперь то ущелье называют Ущельем Сэн-лана.

Могильщик из Чилтон-Полдена

Английская легенда

Несколько лет назад в приходе Чилтон-Полден, что в Корнуолле, служил священник по фамилии Друри. Прихожане жили на большом расстоянии друг от друга, а дороги из-за болотистой почвы были довольно скверными.
Однажды апрельским вечером мистер Друри, возвращаясь домой, оступился и серьезно подвернул ногу. Отдохнув немного, он двинулся дальше и со многими остановками наконец с большим трудом добрался до дома и послал за доктором, прося прийти как можно скорее.
Последняя миля пути с вывихнутой лодыжкой совсем его доконала.
Опухоль и воспаление были такими серьезными, что доктор, осмотрев ногу, сказал:
– Проповедовать, мистер Друри, вы не сможете еще недели три.
– Это ужасно, – ответил мистер Друри. – Ведь через две недели Пасха, священники будут едва справляться со своими обязанностями. Как же мне быть?
– Я и правда не знаю, – ответил доктор. – В одном только могу вас уверить: ни проповедовать, ни совершать богослужений в эту Пасху вам не придется.
После ухода доктора мистер Друри, размышляя над своим положением, решил написать младшему брату Фрэнку, служившему священником в Ливерпуле, с просьбой приехать и помочь.
Он был очень благодарен, когда получил незамедлительный ответ.
Фрэнк писал, что викарий, прочитав письмо мистера Друри и войдя в его положение, был так добр, что отпустил его в Чилтон-Полден с Вербного воскресенья до Пасхи. Заканчивал письмо Фрэнк обещанием приехать через два дня.
Так Фрэнк и сделал, он был рад снова видеть брата, к тому же ему приятно было оказаться за городом в такое чудесное время года, после зимы, проведенной в трущобах Ливерпуля. Фрэнк прибыл в Чилтон-Полден в пятницу перед Вербным воскресеньем.
На следующий день, разговаривая с братом, он сказал:
– Прошлой ночью мне приснился странный сон. Будто я шел мимо кладбища и увидел старика с длинными седыми волосами, согнутого, словно он страдал ревматизмом. Он копал могилу, недалеко от южного церковного крыльца. Я подошел и спросил его, кто же это умер недавно, и для кого могила. Старик оторвался от своего занятия и, посмотрев мне прямо в лицо, довольно отчетливо проговорил: «Она ваша, сэр». Я знаю, это звучит нелепо, но этот сон настолько меня потряс, что мне пришлось встать, зажечь свечу и читать около часа, прежде чем я смог заснуть.
Рассказав брату свой сон, Фрэнк, казалось, вовсе забыл о нем. Вечером он вернулся с букетом полевых цветов и сообщил:
– Я видел один замечательный цветок, за которым схожу завтра, в воскресенье, вечером после службы. Цветок этот растет внизу под самой скалой, сегодня у меня уже не было времени слазить за ним.
На утренней воскресной службе Фрэнк выбрал для проповеди текст: «Помяни меня, Господи, когда придешь в Царствие Твоё!». Посредине проповеди он вдруг запнулся, и прихожане, сидевшие ближе к кафедре, заметили, как он побледнел. Однако он быстро оправился и закончил свою речь.
Вернувшись в дом брата, он сказал мистеру Друри:
– Знаешь, сегодня утром я видел в церкви старика из моего сна. На меня нахлынул такой ужас, и я уже было подумал, что не смогу закончить проповедь. Тот человек сидел у третьей колонны в правом приделе.
– Да, там обычно и сидит старик Бен, могильщик, – ответил мистер Друри, – Но твой сон – совершенная чепуха. Тебе осталось пробыть здесь меньше десяти дней, к тому же ты совершенно здоров. Забудь свои страхи и считай это простым совпадением.
Фрэнк был молодым человеком и весьма жизнерадостным. И вскоре выбросил это из головы, или, во всяком случае, сделал вид. Днем он читал проповедь, основанную на стихе: «Ныне же будешь со мною в раю». Вернувшись домой, он больше не говорил о своем сновидении.
После чая Фрэнк бодро отправился в маленькую экспедицию за цветком, который приметил предыдущим вечером. Но к ужину не вернулся. Начало смеркаться, потом и вовсе стемнело, а Фрэнка все не было. Мистер Друри, заключенный в своем доме с вывихнутой лодыжкой, начал беспокоиться и в конце концов послал хозяйку за деревенским констеблем. Несколько человек вышли с фонарями на поиски, но до утра так ничего и не обнаружили. Утром, когда возобновили поиски, тело Фрэнка нашли на дне заброшенного карьера. В руках он держал цветок. В ту же неделю его похоронили на чилтон-полденском кладбище.

Последнее появление мистера Баллока

Английская легенда

Этим случаем поделился мистер Г. У. Хилл.

Несколько лет назад под утро мне приснился сон, будто я ужинаю в ресторане Гатти на Чаринг-кросс. Сев за один из боковых столиков, я заметил преподобного Дж. Ф. Баллока, священника из Радуинтреа, что неподалеку от Саффрон-Уолдена, члена совета Сообщества англиканских церквей, хорошо известного духовенству как составитель сборника церковных гимнов. Тогда я сказал себе: «Надо же, ведь это мистер Баллок, и как скверно он выглядит!».
Когда утром я пришел в свой кабинет, первое письмо, которое я открыл, было от мисс Баллок, сообщавшей, что с ее братом случился удар, он очень болен и потому не сможет участвовать в заседаниях совета. На следующем заседании я объяснил причину отсутствия мистера Баллока и рассказал эту историю.