Возвращенный шпион

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

От одной ловушки проистекает другая ловушка.

Толкование:
Задача шпиона состоит в том, чтобы посеять среди врагов взаимное недоверие и вражду.
«Возвратить шпиона» означает воспользоваться шпионом, который заслан противником, чтобы отплатить ему той же монетой.

***

В эпоху Борющихся царств в государстве Янь однажды случилось так, что на престол взошел правитель, который не любил своего советника Юэ И, одного из талантливейших полководцев своего времени. Некто Тянь Дань, командующий войсками враждебного Янь царства Ци, тотчас послал в Янь лазутчика, которому было поручено распространить в Янь такой слух: «Генерал Юэ И не пользуется милостью нашего государя и боится, что не снесет головы. Его тайное желание — заключить союз с Ци, чтобы совершить переворот и завладеть царством. Однако двор Ци еще колеблется. По этой причине Юэ И очень вяло ведет осаду циского города Цзимо. Люди Ци очень страшатся того, что генерал Юэ И потеряет свой пост, ибо при другом генерале Цзимо немедленно будет захвачен».
Этот слух дошел до правителя Янь, и тот, недолго думая, лишил Юэ И всех его постов. Сам Юэ И бежал в соседнее царство Чжао. Генерал же, назначенный вместо него, очень скоро потерял все свое войско.

Как был убит вождь племени оглала

Американская легенда

В гарнизоне форта Робинсон, штат Небраска, было много разговоров по поводу сдачи в плен индейцев племени северных оглала, которые прошлым летом вместе с Сидящим Быком разгромили генерала Кестера. Часть воинов ушла после этого с Сидящим Быком в Канаду, другие погибли под пулями карателей, третьи отдали свои земли белым и согласились жить в резервациях. Что касается вождя северных оглала Неистовой Лошади, то он, несмотря на все уговоры, не сложил оружия и вместе со своими воинами укрылся в горах Монтаны. И тогда по наущению белых родичи Неистовой Лошади, вождь племени брюле Пятнистый Хвост и вождь племени южных оглала Красное Облако, явились в горы Монтаны убедить Неистовую Лошадь прекратить сопротивление. На совете старейшин было решено заключить с белыми мир. И вот в мае 1877 года Неистовая Лошадь прибыл в форт Робинсон.
Если Пятнистый Хвост и Красное Облако полагали, что после этого с популярностью Неистовой Лошади среди молодых воинов будет покончено, то они ошиблись: вскоре его выбрали главным вождем. Надо сказать, поначалу белые офицеры форта всячески старались ублажить молодого вождя. В честь него предполагалось даже устроить охоту на бизонов, но Пятнистый Хвост сообщил белым, что во время охоты вождь и его воины намерены бежать в Канаду и присоединиться к Сидящему Быку. Охота была отменена. Чтобы убедиться окончательно, готов ли вождь оглала сотрудничать с белыми, уполномоченный ни делам индейцев генерал Крук предложил Неистовой Лошади совершить совместный по ход против индейцев племени пронзенные носы.
Неистовая Лошадь (да простится ему это) ответил:
— Я и мой народ устали от войн. Мы пришли сюда и попросили у Великого Отца мира. Но если Великий Отец желает, чтоб мы снова вышли на тропу войны, мы пойдем и будем сражаться.
Однако индеец-переводчик по чьему-то злому наущению перевел последние слова так: «Мы пойдем и будем сражаться, пока на земле индейцев не останется ни одного белого». Генерал Крук встал и молча покинул вигвам. А утром отдал приказ арестовать вождя оглала и держать в заключении до особого распоряжения.
Карательный отряд в составе восьми кавалерийских эскадронов и одного полевого орудия выступил в направлении лагеря оглала. Но в лагере никого не оказалось. Еще ночью, почувствовав, вероятно, недоброе, Неистовая Лошадь ушел со своими людьми.
Утром следующего дня в форт прибыл гонец с сообщением, что северные оглала во главе со своим вождем остановились в деревне Пятнистого Хвоста. Поведение Пятнистого Хвоста в этой истории, мягко говоря, позорно. Дав знать о появлении Неистовой Лошади, он, опасаясь быть обвиненным в предательстве, не позволил арестовать его в своей деревне.
— Неистовая Лошадь мой гость, — елейно сказал он, и, если белый вождь желает поговорить с ним, мы придем вместе.
Однако, зная о предстоящем аресте, ничего Неистовой Лошади об этом не сообщил. Только по дороге в форт, сопровождаемый конным эскортом и Пятнистым Хвостом, Неистовая Лошадь понял, что он арестован. И когда попытался оказать последнее отчаянное сопротивление, один из солдат заколол его штыком.
Случилось это в 1877 году. Вождю оглала исполнилось тогда тридцать шесть лет.
В 1948 году племянник Неистовой Лошади вождь Генри Стоящий Медведь обратился к американскому скульптору Корчаку Золковски с просьбой изваять памятник Неистовой Лошади. «Мы хотим, чтобы белый человек знал, что и у индейцев были свои герои». Памятник (из цельной скалы гранита) находится в штате Южная Дакота. Изображает он вождя оглала на боевом коне. Волосы вождя развеваются, а вытянутая рука указывает в сторону земель, некогда принадлежавших племени. Памятник на двадцать шесть метров выше знаменитой пирамиды Хеопса.

Ирод и восстановленный храм

Еврейская легенда

Когда строился храм во времена Ирода, по ночам шли дожди, а к утру ветер разгонял облака, и светило ясное солнце. И это укрепляло в народе убеждение, что работа эта угодна Господу.
Предание гласит: кому не довелось видеть храма, восстановленного Иродом, тот не видал ничего истинно великолепного. Здание построено было из мрамора и лазоревого камня; кладка стен делалась с выступами и углублениями. Ирод намеревался покрыть стены золотой обшивкой, но ему посоветовали не делать этого: в натуральном виде стены отливали тонами морских волн.

Пустой город

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Если пусто у самого —
Сотвори еще большую пустоту.
Пусть из собственной трудности у противника
Появится еще большая трудность.

Толкование:
Совсем пустое вдруг кажется совершенно полным: вот наваждение.
Правила для полководца меняются каждый раз.
Не было недостатка в людях, последовавших примеру Чжугэ Ляна.

***

Название стратагемы и последняя фраза в толковании указывают на известный эпизод из жизни знаменитого полководца Чжугэ Ляна, жившего в эпоху Троецарствия (первая половина III в.).
Однажды Чжугэ Лян с небольшим отрядом оказался в городе Сичэн, к которому приближалось огромное войско военачальника царства Вэй Сыма И. Не имея сил защищать город и не имея возможности отступить, Чжугэ Лян объявил своим воинам:
— Приказываю снять с городских стен боевые знамена, а всем воинам спрятаться в укромных местах, не шуметь и не двигаться. Нарушившие этот приказ будут казнены на месте.
Засим Чжугэ Лян отрядил несколько воинов, переодетых в гражданское платье, подметать землю у городских ворот, а сам, облачившись в парадное одеяние, поднялся на башню над городскими воротами в сопровождении двух слуг, возжег там благовония и уселся на башне, облокотившись на перила и перебирая струны лютни.
Когда передовой отряд Сыма И приблизился к городу, они увидели настежь распахнутые ворота, где какие-то мирные люди подметали землю, и самого Чжугэ Ляна, который как ни в чем не бывало сидел на башне и наигрывал на лютне. Разведчики не посмели войти в город, опасаясь подвоха, а поспешили назад и рассказали Сыме И о странном «пустом городе».
Сыма И, выслушав донесение разведчиков, только рассмеялся в ответ. Он приказал своим войскам остановиться, а сам поскакал во весь опор к Сичэну. Он увидел на башне Чжугэ Ляна, который непринужденно пел в обществе двух слуг, державших его меч и печать командующего, и людей, которые спокойно мели улицу за воротами. Казалось, город вымер. Внезапно страшное подозрение охватило Сыма И, он поскакал обратно и приказал своим войскам отступать. Младший сын Сыма И сказал отцу:
— Но у Чжугэ Ляна совсем нет войск, чтобы защищать город. Почему же мы отступили?
— Чжугэ Лян — очень осторожный человек и не любит играть с огнем, — ответил Сыма И. — Если он оставил ворота открытыми, значит, внутри нас ожидала какая-то страшная засада. Если бы мы вошли вовнутрь, мы оказались бы в ловушке. Ты еще слишком молод, чтобы это понять.
А сам Чжугэ Лян, увидев, что войско Сыма И отступает, сказал:
— Он подумал, что его ждет засада. Но на его месте я бы не стал отступать так поспешно.

***

В эпоху правления династии Тан западные племена тубо подняли мятеж и захватили город Гуачжоу, убив его правителя. На должность правителя Гуачжоу назначали военачальника Чжан Шоугуя.
Чжан Шоугуй занялся ремонтом городской стены, но когда работы были еще далеки от завершения, на город внезапно вновь напали мятежные варвары. Защитники были совершенно беззащитны перед нападавшими. Среди горожан уже началась было паника, но Чжан Шоугуй придумал такую хитрость: он устроил веселый праздник с шумными пирами и концертами, в которых участвовали все его воины.
Варвары, опасаясь ловушки, не посмели войти.

Индейцы и нефть

Американская легенда

Разведчики нефти и скупщики нефтеносных участков пускались на всякие хитрости, чтобы обмануть индейцев чоктавов, когда на их территории была обнаружена нефть. Чаще всего им это удавалось. Но иногда — нет. Раз один такой скупщик пытался уговорить индейца продать участок.
— Понимаешь, — уверял он индейца, — через тридцать дней весь твой участок будет изрыт нефтяными колодцами. Каждый такой колодец принесет тебе больше, чем вся твоя земля. Ясно?
— Угу! — отозвался индеец.
— И тогда твои дети смогут учиться в университете.
— Угу!
— Твоя жена будет каждый день наряжаться в новое шелковое платье.
— Угу!
— Нет, ты не «угукай», ты вникни. Нефть стоит восемь долларов бочка (вранье!), и из каждой сотни бочек десять бочек будут твои (еще большее вранье). Понял, какая ожидает тебя выгода?
— Угу! Только откуда я достану все эти бочки, чтобы налить туда всю эту нефть? — усмехнулся индеец.

Ирод, законоучители и Бава бен Бута

Еврейская легенда

“Из среды братий твоих поставь над собой царя”.
— Это кем установлено? — сказал Ирод. — Законоучителями? Казнить их всех!
Оставлен был в живых, по велению Ирода, один Бава бен Бута, чтобы пользоваться мудрыми советами его. Предварительно, однако, у него выкололи глаза и пиявками окружили в виде венца голову его.
Пришел Ирод, сел против него и сказал:
— Видел ты, что этот жестокий раб сделал?
— Что же я в силах сделать в отношении его? — спросил слепой Бава.
— Прокляни его!
— В Писании сказано: “Даже в помыслах не кляни царя”.
— Сказано: “Начальника в народе твоем не проклинай”, т.е. преданного народу. Этот же — враг народу. — И ты не бойся проклясть его: ведь кроме меня и тебя здесь нет никого.
— “Птица небесная может слово перенести; и крылатая — речь пересказать”.
— Знай же, это я, Ирод, говорю с тобою. И признаюсь: знай я, что иудейские ученые — люди столь строгой нравственности, я не казнил бы их. Ныне же чем могу я искупить преступление свое?
На это Бава ответил так:
— “Заповедь — светильник и закон — свет”. Погасивший свет мира (казнью мудрых), пусть зажжет свет мира (восстановлением храма).

Красавица

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Если войско могучее, нападай на его командира.
Если командир мудр, воздействуй на его чувства.
Когда его воинский дух ослабнет, сила войска растает сама.

Толкование:
Нельзя противостоять открыто могучему войску и мудрому военачальнику. Нужно принимать обстоятельства и следовать им.
Отдать противнику свои земли означает лишь увеличить его могущество. Так Шесть царств понапрасну пытались умиротворить Цинь, делая ему одну уступку за другой. Это худшая политика.
Заплатить противнику золотыми слитками или кусками шелка означает лишь увеличить его богатства. Так династия Сун понапрасну пыталась умиротворить царства Ляо и Цзинь. Такая политика еще хуже первой.
Единственное подношение, которым следует задабривать противника — это красивые девы, ибо такой дар ослабит его волю, навредит его здоровью и породит ропот среди его подчиненных.
Таков был подарок, который Гоу Цзянь преподнес Фу Чжаю. Так Гоу Цзянь сумел поражение превратить в победу.

***

В древности правитель царства Цзинь захотел присоединить к своим владениям два маленьких соседних удела — Го и Ю. Советник цзиньского царя Синь Си сказал:
— У правителя Го есть мудрые советники. Однако в старинных книгах по военному искусству говорится: «Красивые девушки могут заткнуть рот умным советникам». Нужно подарить правителю Го красивую девицу, и тогда мы посеем смуту в его дворце.
Правитель Го был так рад такому подарку, что перестал слушать советы своих приближенных. В скором времени его царство погибло.
Потом Сюнь Си сказал правителю Цзинь:
— В старинных книгах по военному искусству сказано еще и так: «Красивые юноши прогоняют седовласых старцев».
Правитель Цзинь подарил правителю Ю красивого юношу, и с тех пор правитель Ю больше не желал слушать своих советников. Царство Ю погибло вслед за царством Го.

Гуаньшиинь спасает от неминуемой гибели

Из «Вестей из потустороннего мира» Ван Яня

Чжан Цзун был уроженцем уезда Дулин округа Цзин-чжао. С младых лет он чтил Закон. В годы правления династии Цзинь под девизом Великое начало (376—396), когда Фу Цзянь потерпел поражение, жители Чанъани, более тысячи семейств, бежали на юг принять подданство династии Цзинь. На границе они были задержаны охраной. Их объявили разбойниками и нарушителями границы и приговорили мужчин, достигших совершеннолетия, к казни, а их сыновей и дочерей — к продаже в рабство. Цзуна и еще пятерых с закованными в кандалы руками и ногами столкнули в вырытые ими же ямы глубиной по пояс и на расстоянии двадцати шагов одна от другой. На следующий день воинов ждала потеха: стрельба на полном скаку по пленникам. Цзун с тоской думал о том, что ему пришел конец, и обратил свои чистые помыслы на Гуаньшииня. Среди ночи кандалы распались да сами и отвалились. Цзун немедля бежал, и ему удалось спастись.
Цзун поранил ноги, но продолжал путь. Он пришел к какому-то монастырю и вновь назвал имя Гуаньшииня. Преисполнясь глубочайшей преданности, он совершил поклон и, стоя перед каменной глыбой, прочел заклинание:
— Ныне я собираюсь переправиться в Цзяндун и пожаловаться императору династии Цзинь на беззакония, призвать к ответу убийцу безвинных людей, спасти жен и детей убиенных. Если моим чаяниям суждено сбыться, то пусть эта глыба расколется надвое!
Цзун завершил ритуал поклонения, и глыба тотчас раскололась.
Вскоре Цзун прибыл в столицу, отправился к Чаше белого тигра и представил императору список семей невинно погибших. Император всем семьям оказал благодеяния, а тех, кто был продан в рабство, перевел в податное сословие.
Праведник Чжи-шэн был тому свидетелем.

Взятие крепости Ватулака

Фиджийская сказка

Однажды Ра Ингоинго-а-Вануа сказал вождю Вусо-ни-Лаве:
— Подойди ко мне. Вот что я хочу сказать тебе. Ты покорил множество земель. Но остается непокоренной одна деревня по имени Ватулака. На острове, где она стоит, нет песчаного берега, и лодкам невозможно причалить к нему.
— Да будет так! — ответил ему Вусо-ни-Лаве. — Утром мы отправимся туда. Сейчас же я отправлюсь в свою деревню.
Вождь Вусо-ни-Лаве вернулся в свою деревню, вошел в дом и протрубил в раковину. Люди племени сьетура тотчас же пришли на зов. Тогда Вусо-ни-Лаве сказал им:
— Я вернулся из На-Вуни-Вануа. Ра Ингоинго-а-Вануа сказал мне так: «Много земель завоевали вы. Непокоренной осталась только одна деревня. Она находится за полуостровом Наивака и лежит в открытом море. Ее название Ватулака». Ра Ингоинго-а-Вануа сказал мне: «Там нет песчаного берега». Я ответил ему: «Люди племени сьетура высадятся там утром».
Тогда люди племени сьетура ответили своему вождю:
— Мы согласны. Мы быстро соберем еду, воду, дрова и приготовим все, что нужно для битвы.
За ночь все было подготовлено. Утром люди племени сьетура сели в лодки и отправились в путь. Они плыли до тех пор, пока не достигли Ватулаки. Лодки не могли причалить к ней и стали плавать вокруг острова. Этот остров был одинокой скалой. Она поднималась из морских глубин и возвышалась до половины неба. И там, на вершине, находилась деревня.
Шли дни и ночи. И вот вождь Ватулаки сказал своему человеку:
— Отправляйся, узнай, откуда прибыли люди на лодках. Если их суда торговые, открой ворота. А если они военные, то плотней закрой их.
Посланец отправился к лодкам. Он спросил людей племени сьетура, кто они такие. Вусо-ни-Лаве ответил:
— Люди племени сьетура.
— Ваши суда торговые или военные?
Вусо-ни-Лаве отвечал:
— Если бы наши суда были торговыми, мы заранее предупредили бы о своем приезде вашего вождя.
— Суда военные! — закричал посланец и плотнее затворил ворота.
Тогда Вусо-ни-Лаве сказал:
— А-Кело-ни-Табуа, будь готов! Вместе со своими одногодками ты будешь брать деревню.
А-Кело-ни-Табуа и его одногодки стали подниматься наверх, к деревне. Прошел день и настала ночь. Но они не достигли своей цели, и им пришлось вернуться в лодку. Все легли спать.
Наутро Вусо-ни-Лаве сказал:
— Ра Лива-ни-Вула, скажи своим одногодкам, что вы будете брать деревню.
Но и Ра Лива-ни-Вула с одногодками постигла та же участь, что и А-Кело-ни-Табуа. На следующее утро Вусо-ни-Лаве сказал:
— Племянник Моалы, готовься со своими одногодками взять деревню.
Племянник Моалы и его одногодки стали подниматься наверх, к деревне. Прошел день, и наступила ночь, но они так и не добрались до цели. Им тоже пришлось вернуться назад в лодку и лечь спать.
Тогда наутро Вусо-ни-Лаве сказал:
— Хорошо, я сам пойду брать деревню.
Он встал и обратился к Ра Ингоинго-а-Вануа:
— Ра Ингоинго-а-Вануа, приди на помощь ко мне! Все люди племени сьетура устали. Сегодня я пойду брать Ватулаку.
И Вусо-ни-Лаве прыгнул вверх. Он опустился на самомкраю деревни. Своей головой Вусо-ни-Лаве вышиб камень, который закрывал ворота. Теперь они были открыты. Вусо-ни-Лаве вернулся к лодкам и крикнул:
— В бой, люди племени сьетура!
Воины устремились в проход. Ра Лива-ни-Вула первым ворвался в деревню и сразу же побежал к вождю Ватулаки, которого звали Месяц Цветка Кокоса. Ра Лива-ни-Вула схватил его за руку и рванул так, что вывихнул ее.
— Отправляйся к лодкам, — сказал Ра Лива-ни-Вула вождю Ватулаки.
Они спустились вниз, к лодкам. Вусо-ни-Лаве схватил вождя по имени Месяц Цветка Кокоса за руку, вырвал ее и с силой швырнул прямо в небо! Потом он крикнул:
— Для Ра Ингоинго-а-Вануа разрушим Ватулаку! Пусть будет она бесплодным местом!
Люди племени сьетура бросились в бой. Они разрушили деревню Ватулака. И когда в деревне никто не остался в живых, люди племени сьетура вернулись к лодкам, сели в них и поплыли назад, на родину. Они пели песню победы.
Люди племени сьетура отправились в На-Вуни-Вануа и там совершили жертвоприношения. Ра Ингопнго-а-Вануа распределил угощение между вождями, и люди племени сьетура вернулись в свою деревню,

Ирод и Асмонеи

Еврейская легенда

Ирод был слугою царствующего дома Асмонеев, и полюбилась ему юная царевна. Однажды услышал он вещий голос: “Рабу, который ныне изменит, будет удача”. Встал Ирод и убил всех членов Асмонеева рода, оставив в живых одну упомянутую царевну. Поняв намерение Ирода, царевна взошла на кровлю дома и громким голосом провозгласила:
— Кто придет и скажет, что он из рода Асмонеев, тот — раб лживый, ибо из рода этого оставлена была в живых единственная отроковица, и та бросилась с кровли на землю.
И с этими словами царевна бросилась с кровли и убилась насмерть.