Выкрасть балку и подменить колонны, не передвигая дома

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Вынуждать союзника постоянно менять свое построение.
Пользоваться беспорядком в его рядах, чтобы истощить его силы.
Дождаться, пока он потерпит поражение
И самому стать победителем.

Построение войска в битве подобно устройству дома.
То, что называют «осью небесного равновесия», которая проходит по центру позиции с востока на запад перпендикулярно построению войск, есть как бы продольная балка дома.
То, что называют «земной осью», которая проходит параллельно позиции с юга на север, есть как бы боковые колонны дома.
Поэтому, глядя на расположение войск, мы можем знать, где находятся лучшие части.
Ведя сражение совместно с третьей стороной, мы можем по много раз вынуждать ее перестраивать свою позицию и незаметно посылать в бой лучшие части противника вместо собственных воинов, тем самым «выкрадывая балку и подменяя колонны» в позиции союзника.
Если сей маневр проведен удачно, позиция союзника ослабеет, и можно будет без труда вести сражение его войсками.
Такова лучшая тактика, если нужно «воевать с противником руками другого противника».

Иллюстрация:
В середине V в до н. э. в древнем царстве Цзинь власть принадлежала шести могущественным фамилиям: Чжи, Хань, Вэй, Чжао, Фань и Чжунхан. Самым сильным из них было семейство Чжи, возглавляемое Чжи Бо. Амбиции Чжи Бо не имели границ. Он заключил союз с семьями Хань, Вэй и Чжао, уничтожил кланы Фань и Чжунхан и захватил их земли. После этого он потребовал от клана Хань уступить ему свои владения. Предводитель клана Хань, Хань Кан-цзы, поначалу хотел дать отпор нахалу, но его советник сказал ему:
— Чжи Бо — человек алчный и злобный. Если мы не уступим ему, он захватит наши владения силой. В будущем он непременно захочет отобрать еще чьи-нибудь земли, и тогда, возможно, нам представится случай отомстить ему.
Хань Кан-цзы послушался своего советника и выразил покорность Чжи Бо. Последний, окрыленный успехом, в скором времени стал притязать и на владения семейства Вэй. Глава последнего, Вэй Хуань-цзы, тоже не оказал открытого сопротивления Чжи Бо в надежде дождаться благоприятного момента для того, чтобы освободиться от его диктата в будущем.
Наконец, Чжи Бо потребовал изъявления покорности от семейства Чжао. Глава этого клана, Чжао Сян-цзы, не хотел ничего слышать. Тогда Чжи Бо повел свои войска во владения Чжао и осадил их столицу. Он приказал построить плотину на протекавшей рядом реке, чтобы затопить город. Вода поднялась почти до самого верха городского рва. В городе начался голод, но его защитники поклялись стоять до последнего.
Однажды Чжи Бо в сопровождении Вэй Хуань-цзы и Хань Кан-цзы отправился посмотреть на осажденный город.
— Ну вот, — удовлетворенно сказал он, — теперь я знаю, что для того, чтобы уничтожить город, достаточно одной воды!
Услышав эти слова, Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы многозначительно переглянулись: они разом подумали о реках, которые протекали у их родных городов.
Очень скоро Чжао Сян-цзы прислал из осажденного города гонца к Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы, рассчитывая склонить их на свою сторону.
— Если отрезать губы, то зубам будет холодно, — сказал гонец. — Когда падет Чжао, наступит ваш черед.
И тогда Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы вступили в сговор с Чжао Сян-цзы.
Через некоторое время Чжао Сян-цзы послал группу ловких воинов разрушить плотину на реке, и вода затопила лагерь Чжи Бо. Одновременно армия Чжао вышла из города и легко смяла расстроенные ряды осаждавших. Сам Чжи Бо был убит в бою.
Трое победителей разделили между собой земли клана Чжи, а Чжао Сян-цзы сделал из черепа Чжи Бо чашу для вина.

Великий Договор о Мире

Легенда пассамокводов

Много кровопролитных битв числилось за воинами ирокезских и алгонкинских племен. Великие бедствия принесли эти битвы людям. И вот настало время, когда мудрые поняли, что надо прекратить смертоносную вражду, и разослали по всей стране гонцов. Прошло много лун, прежде чем гонцы достигли самых отдаленных границ. Они известили каждое племя, что созывается Великий Совет Мира. Индейцы, услышав такую весть, обрадовались, ибо все устали от вражды и непрерывных войн, которым не было видно конца. Каждое племя послало на Великий Совет самых достойных. В Вигваме Красноречия собрались вожди шести ирокезских племен — кайюга, сенека, онондага, могауки, онейда, тускарора и пяти алгонкинских — абенаки, пассамакводы, малеситы, микмаки, пенобскоты. Старейший из вождей сказал:
— Если мы оглянемся на пройденный нами путь, то увидим, сколько злых дел было совершено всеми нашими племенами. Наши томагавки, палицы, луки и стрелы покрыты кровью и должны быть погребены на вечные времена.
После речи старейшего было решено составить мирный договор, и вожди удалились в Вигвам Молчания, чтобы обдумать условия договора. Прошло семь солнц, и вожди снова собрались в Вигваме Красноречия. Каждый выступил и рассказал обо всех испытаниях, выпавших на долю его народа. И каждый заканчивал свою речь словами: «Настала пора подумать о наших женах, детях и внуках. Пора зажечь Вечный Огонь Мира». Выслушав всех. Совет постановил: зажечь Вечный Огонь в Вигваме Мира; отныне и навсегда алгонкинские и ирокезские племена являют собой единую семью и обязуются жить без споров и распрей; Совет определяет владения каждого племени, где оно может спокойно жить и добывать себе пищу, не опасаясь нападения соседей; нарушившие условия караются с согласия всех участников Договора. В тот же день Великий Мирный Договор был записан в вампум и об условиях Договора были оповещены все алгонкинские и ирокезские племена. Между индейскими племенами наступил мир. И этот мир сохранялся долго, пока на нашу землю не пришли бледнолицые.

Ловкая женщина

Сказка чукчей

Жил старичок оленевод с дочерью. А на побережье жил старичок, у которого было пятеро сыновей.
Дочь оленевода круглый год в силе и ловкости упражняется. Вот однажды отправилась женщина к берегу моря. Пришла к старику, у которого пятеро сыновей было. И пригласила она с собой самого ловкого мужчину. Вот пошли они вместе в тундру. Два дня шли. Под конец очень высокую гору увидели, пошли к ней и у подножия заснули. Назавтра, проснувшись, пошли разведать, какие места за горой. Вдруг увидели несколько врагов — коряков. Приготовились биться с ними. И враги тоже напасть собираются. Женщина и говорит мужчине:
— Сначала я выйду, а уж если меня убьют, тогда и ты выходи!
И вот собралась женщина.
Самый ловкий коряк в ожидании вприпрыжку ходит — уж очень сильный.
И вот вышла женщина. Увидел ее коряк, закричал:
— Гок, гок, гок! Маленькие птицы!
Потому что этот коряк всех жителей земли уничтожил.
А женщина тоже вприпрыжку с горы спускается. Идет коряк ей навстречу, подпрыгивает.
Стали они сражаться на копьях. Женщина держала копье наконечником к себе. Долго на копьях сражались. Наступил полдень, надоело женщине сражаться на копьях. Повернула она копье острием к врагу. И срезала копье коряка у самого острия.
Ничего не мог коряк сделать. Сел на землю и говорит:
— Ну что ж, убей меня!
Женщина говорит:
— Не буду я тебя убивать, живи!
Отвечает ей коряк:
— Ну и ловкая ты! Первый раз вижу такую. Я ведь всех ловких на всей земле уничтожил. Только тебя вот не смог убить. Пойдем к нам, — пригласил коряк женщину.
— Ладно, пойдем!
И вот пошли они к коряку.
Стыдно корякскому силачу. Приходят они к нему домой. Начал коряка старик отец ругать:
— Эх, сынок, что тебе говорил! Так тебе и надо! Ведь разные ж люди бывают. Теперь ты сам себя должен убить!
Когда перестали его ругать, ловкий коряк говорит женщине:
— Ну, пойдем в стадо!
И вот пришли они в стадо.
Женщина своего товарища позвала:
— Эй, иди сюда! Я победила этого ловкого коряка.
И вот пришел мужчина. Разделил стадо на две равные части, а также грузовые нарты разделил. И отдал все это женщине. Говорит тогда ловкий коряк:
— А я в тундру пошел, умирать!
И отправился ловкий коряк в тундру. Пришел в тундру. Сам себя убил, потому что очень ему было стыдно.
А женщина с оленьим стадом домой отправилась. Мужчина ей стадо погнал. Почти десять дней шли они домой. Когда пришли, женщина позвала его домой. Он стал любить женщину за ее ловкость. Вся сказка.

Потребовать прохода через Го, чтобы напасть на него

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Кто-то слабый зажат между двумя сильными врагами.
Противник угрожает подчинить его себе.
Я же, под предлогом помощи слабому, укрепляю свои позиции.

Толкование:
Доступ войск на земли слабого соседа нельзя получить только с помощью красивых слов. Нужно, чтобы он понял, что, не пустив мои войска к себе, он подвергнет себя угрозе не только нашествия противника, но и войны на два фронта.
Если в такой обстановке противник станет еще настойчивее угрожать соседу, будет тем более легко сыграть на его отчаянии и страхах, и добиться всего даже без применения силы. Тогда можно захватить всю его территорию, даже не приводя в действие войска.

***

В эпоху «Весен и Осеней» (VIII–V вв. до н. э.) князь удела Цзинь потребовал у правителя удела Ю пропустить его войско, собиравшееся напасть на город Го. Советник князя Сюнь Си сказал ему:
— Предложите правителю Ю свою лучшую яшму и лучшие колесницы, и он откроет для вас свои границы.
— Но моя яшма — это достояние рода, и мои лошади дороги мне, — ответил князь. — Я боюсь, что он примет мои подарки, но не позволит мне войти в его владения.
— Он не примет подарков, если откажется выполнить вашу просьбу. А если он согласится, то считайте, что отправили яшму и лошадей на временное хранение.
В конце концов князь решил послать подарки. Правитель Ю очень хотел принять их, но его советник Гунцзы Ци сказал ему:
— Эти дары принимать нельзя. Город Го защищает нас, как губы защищают зубы. Если мы откроем проход для войск цзиньского князя, мы падем вместе с Го.
Однако правитель не послушался своего советника и впустил войско Цзинь на свои земли.
Сюнь Си повел войска на Го и захватил его, а спустя три года напал на Ю и тоже захватил его.
Когда Сюнь Си торжественно возвратил князю Цзинь его яшму и лошадей, тот сказал:
— Яшма такая же, как прежде, а вот лошади постарели.

***

В конце эпохи Борющихся царств правитель Цинь попросил правителя маленького царства Чжао пропустить его войска, которые шли походом против царства Хань. Советник правителя Чжао предложил ему такой план:
— Мы можем отправить гонца в Хань и разъяснить ханьскому правителю, что в обмен на часть его земель можем привести на помощь войска Чу — злейшего врага Цинь. А потом мы отправим посла в Цинь с таким донесением: «Правитель Хань предложил нам часть своих земель для того, чтобы поссорить Чжао и Цинь. Мы не смеем отказаться от этого предложения, чтобы не навлечь на себя его гнев». Тогда правитель Цинь будет вынужден согласиться с тем, что мы приняли дар ханьцев, и в итоге мы извлечем выгоду, не восстанавливая против себя правителя Цинь.

Кунлелю

Сказка чукчей

У отца Кунлелю умерла жена, когда Кунлелю еще не было, а была только одна дочь по имени Кытгы, которую звали то Ляйвыт кокытгы, что означает: «Кытгы, обошедшая землю, когда от врагов убегала», а то еще Томгавкытгы, что значит: «Кытгы создающая». Так вот эта Кытгы была сестрой Кунлелю.
Вот раз говорит Кытгы отцу:
— Иди к корякам свататься!
— Не могу. Старик я уже, куда мне свататься!
Но она говорит:
— Можешь! Вот сейчас и иди! Там живет сирота, девушка. Ее и возьми замуж!
Отец отвечает:
— Да не могу я. Совсем старик стал!
А дочь опять свое:
— Иди! Возьми себе жену, вот тогда увидишь. Она тебе маленького Кунлелю родит!
В конце концов согласился отец. Отправился свататься. Пока шел, много дров набрал и понес на спине. Очень много дров набрал, кое-как несет.
Подошел к тому дому, где жила сиротка. А у хозяина было много дочерей. Когда пришелец опускал дрова на землю, вышел хозяин дома, тоже старик, и говорит:
— Oго-го! Зачем пожаловал?

Читать дальше

Дружить с дальним и воевать с ближним

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Когда мы стеснены в позиции и скованы в действиях,
Нужно извлекать выгоду из слабостей противника вблизи
И избегать ведения войны против противника вдали.

Толкование:
В войне, в которой участвуют много сторон, возникает много разных союзов, где каждый ищет выгоду для себя.
Войну против отдаленного противника вести трудно, а союз с ним заключить легко. Союз же с ближним партнером, если он вдруг прервется, грозит поражением.
Строя свои планы сообразно географическому положению царств, Фань Суй сполна осуществил этот принцип.

Иллюстрация:
В середине IV в. до н. э. царство Цинь, самое могущественное из всех древнекитайских царств того времени, захватило часть земель своего восточного соседа — царства Вэй. Было очевидно, что цинский правитель на этом не остановится. Правители пяти крупнейших государств — Вэй, Чу, Янь, Хань и Ци — заключили между собой союз с целью противостоять натиску Цинь.
В это время талантливый дипломат из царства Вэй по имени Фань Суй, подвергшийся у себя на родине неслыханным унижениям со стороны завистливых царедворцев, перебрался в Цинь и предложил свои услуги стратега циньскому царю. Последний поначалу хотел напасть на царство Ци, проведя свое войско через земли Хань и Вэй, лежавшие между Цинь и Ци. Фань Суй отверг этот план.
«Чтобы пройти через земли Хань и Вэй, потребуется большое войско, — сказал он правителю. — А послать большое войско далеко от рубежей царства — значит ослабить свое государство и подвергнуть себя опасности. Вспомните, как царство Ци напало на царство Чу. Ци одержало большую победу и захватило десять тысяч квадратных верст чуской земли. И сколько же из этой земли цисцы смогли удержать? Ни одного вершка! Ци располагалось слишком далеко от этих земель, и находившиеся поблизости царства Хань и Вэй воспользовались завоеваниями Ци в своих интересах. Вам следовало бы искать союза с отдаленными государствами и воевать со своими соседями. Тогда каждая пядь земли, завоеванная вами, навсегда станет вашим владением. Поскольку царства Хань и Вэй расположены в самой середине обитаемого мира, вам следовало бы первым делом наладить с ними дружеские отношения. Тогда вы сможете усилить натиск на Чжао и Чу. Если Чу окажется сильнее, тогда Чжао отступит перед вами. Если же сильнее окажется Чжао, тогда перед вами отступит Чу. Во всяком случае, и Чжао, и Чу перейдут на вашу сторону. Это напугает правителя Ци, и он пришлет вам богатые подарки, чтобы завоевать вашу дружбу. А когда вы установите тесные связи с Ци, вам будет гораздо легче завоевать Хань и Вэй…»
Правитель Цинь счел доводы Фань Суя весьма разумными, но прибавил:
— Я уже давно желаю установить добрые отношения с Вэй, и все-таки не могу добиться своей цели. Что мне нужно делать?
— Сначала используйте льстивые речи и богатые подарки, — ответил Фань Суй. — а потом предложите вэйскому царю уступить вам земли. Если он откажется, начинайте войну против него.
После этого разговора Фань Суй завоевал полное доверие циньского государя и стал его первым советником. Он никогда не оставлял без награды тех, кто хотя бы немного помог ему, и никому не прощал даже малейшей обиды. Он оставался у власти в течение двенадцати лет и уступил свой пост тому, кого сам назначил своим преемником.
Фань Суй ушел в отставку в 255 г. до н. э. Через двадцать пять лет царство Хань пало под ударами циньских войск, еще пять лет спустя циньцы завоевали царство Вэй, а еще через два года — царство Чу. Наконец, в 221 г. до н. э. Цинь поглотило царство Ци, и циньский правитель стал императором всего Китая.

О святом Ремигии

Из «Золотой легенды»

Ремигий происходит от remi, то есть питающий, и geos — земля, как бы питающий христианским учением тех, кто живет на земле. Или Ремигий происходит от remi, что значит пастух, и gyon — борьба, как бы пастух и борец. Он питал свое стадо словом проповеди, примером жизни, голосом молитвы. Существуют три рода оружия: оружие защиты, как щит, оружие нападения, как меч, и доспехи, как броня и шлем. Святой Ремигий боролся против диавола, вооруженный щитом веры, мечом слова Божия и шлемом надежды. Жизнь его описал Гинкмар, архиепископ Реймсский.
Рождение Ремигия, достойного учителя и славного исповедника Господня, было предсказано неким отшельником. Когда вандалы опустошали Францию, один затворник, святой человек, утративший зрение, неустанно возносил Господу молитвы о мире для Галльской Церкви. И вот ангел Господень явился ему и сказал: «Знай, что некая жена по имени Цилина родит сына, которого назовут Ремигием: он избавит свой народ от набегов нечестивцев». Пробудившись, отшельник тотчас отправился к дому Цилины и рассказал ей о том, что произошло.
Она не поверила ему, поскольку была уже стара, но отшельник сказал ей: «Запомни: когда будешь кормить младенца, смажь мне глаза своим молоком, и тогда ты тотчас вернешь мне зрение». Поскольку все предсказанное отшельником сбылось, Ремигий бежал от мира и ушел в монастырь. Слава о нем возрастала, и когда Ремигий достиг двадцати двух лет, его избрали архиепископом Реймсским. Он отличался столь великой кротостью, что воробьи слетались к его столу и клевали крошки с его ладоней.
Однажды, когда Ремигий гостил в доме у одной достойной женщины, оказалось, что у нее мало вина. Ремигий вошел в кладовую и перекрестил бочку. По его молитве бочка наполнилась вином, так что оно стало изливаться через край и растеклось по кладовой.
В то время король Франции Хлодвиг был язычником, и христианнейшая супруга короля не могла обратить его к вере. Видя, что против франков выступило бесчисленное войско алеманов, Хлодвиг дал обет Господу Богу, которого почитала его жена, что немедля примет христианскую веру, если Господь дарует ему победу над врагом. Желание короля исполнилось, и Хлодвиг обратился к блаженному Ремигию и попросил, чтобы тот крестил его. Когда Ремигий подошел к купели, у него не оказалось священного елея, и вот голубка принесла ему в клюве фиал с елеем, от которого епископ помазал короля. Фиал этот хранится в Реймсской церкви, и вплоть до сего дня короли Франции помазываются тем елеем.
Спустя много лет Генебальд, мудрый и достойный муж, взял в жены племянницу блаженного Ремигия, но затем решил принять сан. По взаимному согласию супруги освободили друг друга от обетов, после чего блаженный Ремигий поставил Генебальда епископом Лаонским. Тем временем Генебальд часто разрешал жене приходить к себе, дабы наставлять ее в вере. Беседы их проходили все чаще, так что дух его воспламенился вожделением, и он согрешил. Женщина зачала и, родив сына, тайно поведала обо всем епископу. Тот же смутился и написал ей в ответ: «Поскольку мальчик приобретен разбоем, я хочу назвать его Латро [Разбойник]». Чтобы ни у кого не возникло подозрений, Генебальд разрешил жене приходить к себе, как и раньше, но вслед за первым плачем о грехе снова впал в грех. Когда женщина родила дочь и рассказала о том епископу, он ответил: «Назовите ее Вульпекулой [Лисичкой; лиса — символ похоти]».
Наконец, опомнившись, Генебальд пришел к блаженному Ремигию и, пав ему в ноги, захотел сбросить епископскую столу со своих плеч. Выслушав его рассказ, святой Ремигий ласково успокоил Генебальда и на семь лет затворил в тесной келье, взяв на себя управление его церковью.
На седьмой год, в день Вечери Господней, когда Генебальд молился, перед ним предстал ангел. Отпустив ему некогда совершенный грех, ангел приказал Генебальду покинуть келью. Тот ответил: «Я не могу, поскольку осподин мой, святой Ремигий, затворил дверь и запечатал ее своей печатью». Ангел сказал: «Узнай же, запечатанная дверь этой кельи откроется, как отверзлись для тебя небеса». Как только ангел произнес это, дверь тотчас же отворилась. Тогда Генебальд простерся на пороге, раскинув руки крестом, и воскликнул: «Даже если бы в мою келью явился Господь мой Иисус Христос, я бы не вышел из нее без разрешения господина моего Ремигия, заключившего меня сюда». Тогда по внушению ангела святой Ремигий пришел в Лаон и восстановил Генебальда на епископском престоле.
Генебальд усердно исполнял святые обязанности до самой смерти, и его сын Латро, также отмеченный святостью, унаследовал епископский престол. Наконец, святой Ремигий, прославленный многими добродетелями, почил в мире в лето Господне 500-е.
В этот день отмечают также память Илария, епископа Пуатье.

Золотая цикада сбрасывает чешую

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Всегда сохраняй уверенный вид.
Не допускай изъянов в своей позиции.
Так можно не позволить союзнику поддаться страхам
И не дать противнику повода предпринять нападение.

Толкование:
Когда вступаешь в бой вместе с союзником против общего неприятеля, необходимо со стороны оценить обстановку в целом.
Если в ходе сражения появляется новый противник, нужно уклониться от его атаки, сохраняя первоначальную позицию.
Это и называется «золотая цикада сбрасывает чешую», и прием сей означает не бегство от боя, а как бы раздвоение: войско производит скрытый маневр, в то время как его знамена и боевые барабаны не выдают его настоящих передвижений. Этот прием позволяет усыпить бдительность противника и предотвратить панику в рядах союзника. И тот, и другой не поймут, что произошло, до тех пор, пока войско не восстановит свою первоначальную позицию. Впрочем, такой маневр может пройти и вовсе не замеченным.
Прием «золотая цикада сбрасывает чешую» означает, таким образом, что мы направляем лучшие силы войска против нового противника, сохраняя боевую позицию против первоначального противника.

***

В конце правления династии Хань, когда в Китае повсюду вспыхнули междоусобицы, могущественнейший в то время правитель северных областей Юань Шао двинул свои войска против его главного соперника Цао Цао. Одновременно союзник Цао Цао Лю Бэй, воспользовавшись благоприятным моментом, тоже выступил против Цао Цао и захватил город Сюйчжоу на восточных рубежах владений Цао Цао.
Цао Цао созвал своих советников, чтобы обсудить положение. Один советник сказал ему:
— Юань Шао остается вашим главным противником. Если вы перебросите войска, которые сейчас противостоят Юань Шао, к Сюйчжоу, он извлечет из этого немалую выгоду для себя.
— Лю Бэй — грозный противник, — ответил Цао Цао. — Если я не разобью его сейчас, я могу иметь большие неприятности в будущем.
Другой советник сказал:
— Юань Шао медлителен и всегда преисполнен колебаний и сомнений. Он не станет ускорять движение своих войск. Что же касается Лю Бэя, то он только что захватил Сюйчжоу и не пользуется поддержкой местных жителей. Надлежит напасть на него как можно быстрее.
Цао Цао последовал этому совету. Его лучшие войска совершили стремительный бросок на Сюйчжоу, нанесли серьезное поражение армии Лю Бэя и успели вернуться на прежние позиции еще до прихода войск Юань Шао.

Мутить воду, чтобы поймать рыбу

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Воспользоваться скрытым разладом во вражеском стане.
Извлечь выгоду из его слабости и отсутствия постоянства.

В «Шести наставлениях» сказано:
«Войско, пораженное паникой; отряд, не признающий воинского порядка; воины, которые пугают друг друга могуществом неприятеля; блуждающие в войске испуганные взгляды и смущенный шепот; пугающие слухи, которые распространяются в войсках, несмотря на все запреты; сомнения, высказываемые тысячами уст; воины, которые больше не боятся невыполнения приказов и потеряли всякое уважение к командирам, — вот верные признаки слабости войска».

***

В середине IV в. правитель царства Цинь и вождь западных кочевых племен Фу Цзянь, объединив под своей властью весь Северный Китай, затеял большой поход против южнокитайского царства Цзинь. У реки Фэйшуй полумиллионное войско Фу Цзяня встретила цзиньская армия, насчитывавшая лишь около 80 тысяч воинов. Однако цзиньцы расположились так искусно, что Фу Цзянь издали принял за воинов кусты на склонах холмов и решил, что ему противостоит огромная сила. Командующий же цзиньской армией направил Фу Цзяню послание, в котором просил циньцев отступить немного от берега реки, чтобы дать цзиньской армии возможность переправиться на северный берег Фэйшуй и там дать сражение циньцам. По существу, это предложение означало, что цзиньские воины уверены в успехе или, по крайней мере, полны решимости скорее погибнуть в бою, чем отступить.
Умелые маневры цзиньской армии и ее вызывающее предложение посеяли семена сомнения и страха среди циньцев. Когда же Фу Цзянь отдал приказ отойти назад, разношерстное воинство Цинь, напуганное мнимой многочисленностью армии Цзинь и ее высоким боевым духом, неожиданно впало в панику и обратилось в бегство. Цзиньским воинам оставалось только преследовать бегущих врагов и уничтожать их поодиночке. Так свершилось «чудо на реке Фэйшуй»: малочисленная армия Цзинь разгромила войско Фу Цзяня, равного которому по численности еще не знала история.
Рассказывают, что когда главнокомандующему цзиньской армией Се Аню принесли донесение, в котором сообщалось об исходе сражения при Фэйшуй, он был занят игрой в шашки. Се Ань с невозмутимым видом прочитал депешу, отложил ее в сторону и, не говоря ни слова, продолжил игру. Лишь окончив партию, он все так же спокойно ответил приближенным, жаждавшим узнать, что было сказано в донесении: «Ничего особенного. Наши парни разгромили наголову циньских разбойников».

Рабство и свобода

Еврейская притча

Некто имел участок земли, покрытый кучами мусора, и решил его продать. Купивший эту землю очистил ее от мусора и нашел на том месте родник превосходной воды. Насадил он виноград и гранатовые деревья, остальное место разбил на грядки под ароматические растения; посадки свои подвязал на тычинках; построил тут же башню и приставил к месту надежного сторожа.
Прохожие не могли налюбоваться. Случилось побывать там прежнему владельцу. Видя, во что превратилась прежняя пустошь, он воскликнул: “Горе мне! Такое место я продал! Такой благодати я лишился!”
Народ израильский, находясь в Египте, представлял собою пустошь, покрытую мусором. Свобода превратила их в вертоград цветущий — и слава их прошла по всему миру, как живой укор прежнему их поработителю, фараону