Почему семинолы не хотели учиться читать и писать

Легенда семинолов

Когда Флорида вошла в состав Соединенных Штатов, новый губернатор Флориды Вильям П. Дюваль решил приобщить индейцев к грамоте и с этой целью пригласил к себе вождей индейского племени семинолов, населявших Флориду, и сообщил им, что Великий Отец в Вашингтоне (так индейцы именовали президента США) хотел бы, чтобы у семинолов были свои школы, свои учителя и чтоб дети семинолов стали такими же образованными, как дети белых. В своей речи губернатор изложил все преимущества образования и призвал семинолов внять пожеланиям Великого Отца. В заключение он дал им один день на обдумывание. Вполне возможно, губернатор искренне хотел приобщить семинолов к цивилизации, но краснокожие белым к тому времени уже не верили. И вот что из всей этой затеи получилось. Когда на следующий день вожди снова собрались у Дюваля, один из них обратился к губернатору со следующими знаменательными словами:
— Брат мой, мы долго думали над предложением нашего Великого Отца. Мы благодарны ему за заботу о благоденствии нашего племени. Но, поразмыслив, решили отказаться от его предложения. Что хорошо для белых, не годится для краснокожих. Когда крики и чироки научились читать и писать, они отправились в Вашингтон, чтоб повидать там Великого Отца. Им дали подписать бумагу под названием «Договор», и они, не спросясь своих соплеменников, ее подписали. Таким образом крики и чироки, обученные чтению и письму, отдали землю своих отцов и свои дома белым. Передай Великому Отцу, что мы, семинолы, не допустим к себе учителей, ибо знаем: то, что хорошо для белых, скверно заканчивается для краснокожих.

Кытгы

Сказка чукчей

Арельпыно пеший убегал от врагов вместе с дочерью. Это было поздней осенью. Ночью в темноте со скалы кувырком упал. Сломал себе ногу. Заметила дочь, как он кувыркался по склону. Слезла потихонечку со скалы, прыгнула. Когда очутилась внизу, позвала отца:
— Где-е ты, оте-ец?
Отец говорит:
— Здесь я! Только вот, наверное, ногу себе сломал.
Дочь говорит:
— Что же мне с тобой делать?
Отец отвечает:
— Убей-ка меня, а то я буду мучиться. Да и хлопот от меня будет много. Когда убьешь меня, тут же захоронишь. Потом иди в керекские селения. Пусть там тебя прячут. Выроют перед пологом ямку, там и будешь прятаться. Пусть не говорят о тебе Кунлелю. Если кто из кереков захочет тебя в жены взять, не отказывайся.
Убила она отца, похоронила, пошла к керекам. Пришла к ним. Говорит:
— Я к вам прибежала. Когда мы убегали от врагов, отец сломал ногу и научил меня, что делать. Сказал: «Убей меня здесь». И еще сказал: «Придешь к ним, пусть выроют тебе перед пологом яму, где ты сможешь прятаться». Еще сказал: «Пусть о тебе не говорят Кунлелю». И прибавил: «Если там будут свататься, не отказывайся».
Поверили кереки. Вырыли ей возле полога яму, приготовили место, где прятаться.
Так она и жила. Женился на ней один керек. Она там и родила в яме. Родила девочку. А когда стали враги приближаться, убежала. Куда ни придет, везде ее прячут. Опять на ней кто-нибудь женится. И опять она родит. Как только родит, говорит тамошним:
— Никогда вам не победить Кунлелю. Давайте-ка лучше перестанем воевать! Хватит! Пусть все люди живут в мире! Ведь Кунлелю и его товарищи ловкие, ничего вы с ними не сделаете. Пусть люди дружат!
Когда обошла она всю землю, только тогда наступил мир. Куда бы она ни приходила, женились на ней, а она рожала.
Обошла всю землю. И прекратилась война. Прославилась Кытгы, сестра Кунлелю. Стали ее называть «Кытгы — создающая». Кыгты не любила войны. Все.

Притворяться глупцом, не поддаваясь вожделениям

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Лучше сделать вид, что ничего не знаешь и не хочешь ничего делать,
Чем делать вид, что владеешь знанием, и действовать безрассудно.
Тот, кто пребывает в покое, не раскрывает своих планов.

Толкование:
Нужно делать вид, что не знаешь, и знать воистину; делать вид, что ничего не собираешься предпринимать, пока невозможно действовать, но переходить к действиям, когда возможно.
В книге «Сунь-цзы» сказано: «Тот, кто искусен в делах войны, не приобретает славы за свою хитрость и не получает наград за свою храбрость».
Пока не подошло время действовать, нужно хранить покой и выглядеть как можно большим глупцом. Если же дать волю своим желаниям, подобно настоящему безумцу, непременно выдашь свои истинные намерения, а само действие будет несвоевременным и вызовет всеобщие подозрения.
Тот, кто ведет себя, как глупец, побеждает. А тот, кто ведет себя, как безумец, терпит поражение.
Еще говорят: «Притворяясь глупцом, можно противостоять противнику и притом управлять войском».

***

В эпоху Сун полководец Ди Усян (1008–1057) получил от императора приказ усмирить варварские племена на южных рубежах империи. Жители Юга в те времена были очень суеверны и не предпринимали ни одного дела без молебна богам. Чтобы поднять дух своих воинов, Ди Усян тоже устроил молебен и обратился к ним с такой молитвой:
— Я не знаю, одержу ли я победу или потерплю поражение. Вот сотня монет. Я подброшу их в воздух, и если судьба милостива к нам, они все упадут лицевой стороной вверх.
Приближенные Ди Усяна бросились его отговаривать от этой затеи:
— Вы не должны так рисковать! — говорили они. — Ведь на кон поставлен боевой дух всего войска.
Однако Ди Усян, не обращая внимания на эти уговоры, подбросил монетки, и… они все упали лицевой стороной кверху!
Все войско издало громкий крик радости, эхом прокатившийся по долине.
Ди Усян велел прибить каждую монетку гвоздиком и накрыть монеты шелковой вуалью.
— Когда мы вернемся с победой, — сказал он, — я поднесу эти монеты в дар богам.
Засим Ди Усян повел своих воинов на юг и одержал блистательную победу над мятежными племенами. Вернувшись в свой лагерь, он велел собрать монеты, и тогда все увидели, что у них обе стороны были лицевые.

***

В начале правления сунской династии полководцы Цао Бинь и Пань Мэй по приказу императора пошли в поход на город Тайюань, занятый врагами династии. Они предприняли успешный штурм, и уже почти было захватили город, как вдруг Цао Бинь приказал сунским войскам отступить и вернуться в столицу.
Пань Мэй, конечно, стал настойчиво расспрашивать Цао Биня о причине его неожиданного решения. Цао Бинь долго отмалчивался, но в конце концов сказал:
— Наш император несколько раз лично пытался взять Тайюань, но успеха не имел. Вот о чем нужно думать!
Когда же оба генерала вошли в тронный зал дворца, Цао Бинь обратился к императору с такими словами:
— Непревзойденная военная мудрость вашего величества не помогла вам захватить Тайюань. Могли ли мы сделать это?
Император опустил голову и не сказал ни слова.

***

Дополнительные высказывания:
В книге «Хань Фэй-цзы» сказано:
«Речи советников я слушаю, словно во хмелю. Мои губы, мои зубы — не разжимайтесь. Я никогда не говорю первым.
Мои зубы, мои губы словно запечатаны воском. Тот, кто заговорит со мной, выдаст себя, и я узнаю его сокровенные намерения».

Не договорились

Легенда индейцев лакота

Однажды представитель американского правительства приехал к вождю индейского племени брюле и попросил отдать в аренду горы Блэк-Хилс сроком на сто лет. Вождь обещал подумать. К концу дня, когда, так и не дождавшись ответа, представитель правительства собрался отбыть восвояси, к его карете, запряженной шестеркой мулов, вдруг подошел вождь.
— Ну, ты надумал? — высунувшись из кареты, спросил представитель.
— Нет еще. Но я хочу получить твоих мулов.
— Ты не можешь их получить, — запротестовал посланник правительства, — мулы не принадлежат мне, и я не могу их продать.
— Но я не хочу их купить, — возразил вождь, — я хочу взять их в аренду.
— А на какое время?
— На сто лет.
— В своем ли ты уме?! — воскликнул посланник. — От мулов ничего не останется за такой долгий срок! К тому же они принадлежат государству. Я не имею права ими распоряжаться.
— Это то, что я хотел сказать тебе, — ответил вождь. Горы тоже не принадлежат мне, а всему моему племени. Так что я не могу ни продать их, ни отдать в аренду.

Лявтылевал

Сказка чукчей

Говорят, жил когда-то Лявтылевал, нетелинский оленевод. Очень хороший человек был, очень сильный и ловкий. Давно уже он воевал. Враги его с противоположного берега Колымы пришли. А пришельцы те с Колымы были русские.
Однажды опять пришло много оленей и нарт караваном. Снова была большая война. Пришли ночью. Стадо Лявтылевала тогда другой мужчина сторожил. Близко подошли враги. Услышал мужчина, что враги идут. Прибежал в дом Лявтылевала. Говорит:
— Где Лявтылевал?
Высунулся из полога Лявтылевал, спросил:
— Что случилось?
Ночной пастух говорит:
— Кажется, опять вражеские воины пришли.
Лявтылевал поспешно оделся, обулся. Вышел на улицу. Спрашивает:
— Как стадо? Олени на старом месте? Все было в порядке, когда уходил?
Мужчина отвечает:
— Да, все.
Лявтылевал говорит:
— Ну что ж, пойдем проверим, как стадо!
Ветра совсем не было. Луна взошла. Как раз полнолуние было, светло кругом. Отправились.
Гора. Ущелье. В этом ущелье прятали стадо.
И все же враги обнаружили стадо. Пришли Лявтылевалины в ущелье, а стада нет. Угнали его враги. Отняли.
Ну и дрался с врагами Лявтылевал! Из лука стрелял, на копьях сражался. Много врагов убил. Испугались враги, убежали.
У врагов тоже было двое ловких. Продолжают с Лявтылевалом сражаться. В конце концов начал Лявтылевал уставать.
А дом Лявтылевала находился у реки, что у Нетелина.
Всю ночь сражался Лявтылевал. Наконец немного отступил. Боевой крик Лявтылевала стал еще слышнее. В русле реки уже оказался Лявтылевал — устал он.
Был у него нетелинский товарищ по имени Айван. Проснулась жена Айвана и вышла на улицу. Было очень тихо. Вдруг услышала жена крик Лявтылевала: «Ыгыыч!»
Бросилась она в дом, закричала. Айван говорит жене:
— Ты чего кричишь?
— Страшно мне. Там наш мужчина кричит. Наверное, война пришла!
— Пойду послушаю, — говорит Айван.
Вышел. Послушал. Действительно, Лявтылевал кричит. Взял Айван копье. Пошел на крик. Видит: наседают на Лявтылевала враги с двух сторон, к реке прижали. Айван сказал:
— Ыыч, я пришел!
Лявтылевал на высокий берег прыгнул. Стали сражаться двое на двое: Лявтылевал с одним врагом, Айван — с другим. Лявтылевал не убивал врага. Нотайван же убил своего противника. Лявтылевал увидел, что Нотайван перестал биться, говорит:
— Где твой мужчина?
Говорит Нотайван:
— Уснул!
Лявтылевал говорит ему:
— Зачем же ты его усыпил?
А Нотайван на самом деде убил его.
Перестал и Лявтылевал сражаться. Отдыхают все трое; Лявтылевал, Нотайван и вражеский воин. Лявтылевал говорит врагу, с которым сражался:
— Ладно, уходи, не буду тебя убивать. Отправляйся к своим. Только стадо верните.
Говорит этот мужчина:
— Хорошо, пойдем за твоим стадом!
Отправились, к стаду подошли. Вдруг бросился вражеский воин бежать. Опять пришлось Лявтылевалу сражаться. Отнял он свое стадо, да еще и у врагов оленей захватил.
Убежали враги. Все мужчины убежали. Двух мужчин он копьем заколол, головы отсек, через мозжечок вздел на копье. Машет ими и говорит:
— Не убегайте, еще повоюем!
На следующий год снова пришли караваном. Яранга Лявтылевала все там же стояла, на прежнем месте, у Нетелинской реки.
Пришли враги. Говорят:
— Ой! Яранга Лявтылевала на прежнем месте стоит. Давайте-ка обойдем ее подальше! Да к тому же у него теперь четыре яранги стало. Пусть живет Лявтылевал спокойно, нам с ним не совладать. А то опять недосчитаемся многих мужчин.
С этих пор перестал воевать Лявтылевал. Говорит:
— Хватит нам воевать! Со всеми этими мужчинами будем дружно жить. Если долго воевать, то оставшимся в живых и детям нашим плохо будет после войны: ни друзей, ни земли, ни мужчин у них не будет. Послушайтесь меня, перестаньте воевать! Пусть будет с этих пор всем хорошо!
Вот с тех пор войны прекратились. Все.

Грозить софоре, указывая на тутовое дерево

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Начальник желающий укротить подчиненного,
Должен прежде внушить ему глубокий страх,
Чтобы тот служил предупреждением.

Толкование:
Если подчиненный не проявляет повиновения перед лицом неприятеля, если он насмехается над приказами и отвергает все попытки заставить его подчиняться, следует намеренно допустить промах и наказать за него кого-то постороннего, чтобы это послужило скрытым предостережением.
Усердие подчиненных подогревают обещаниями наград, но также и угрозами. Это может быть полезным приемом для полководца, который командует незнакомым ему войском.

***

Генерал династии Суй (VI в.) Ян Су славился строгим обращением с воинами. Накануне сражения он внезапно устраивал расследования ошибок, совершенных его подчиненными, и каждый раз приказывал казнить с десяток человек. На месте казни, стоя перед потоками крови, струившимися по земле, он непринужденно разговаривал и смеялся.
Перед началом сражения он посылал вперед одну-две сотни воинов с заданием разгромить передовые отряды противника. Если это задание не было выполнено, он предавал казни всех, кто участвовал в нападении. Затем Ян Су посылал более многочисленный отряд. Если и этот отряд не добивался успеха, он тоже отдавал приказ перебить его до последнего человека.
После этого вся армия, напуганная свирепым нравом командира, бесстрашно шла в бой и побеждала. Ян Су не проиграл ни одного сражения в своей жизни.

***

В древности сановник Гань Мао был назначен командующим войска Цинь, посланного для захвата города Иян. Когда войско подошло к Ияну, Гань Мао трижды приказывал бить в боевые барабаны, служившие сигналом к атаке, но воины не двигались с места. Один из приближенных сказал Гань Мао:
— Если вы не заставите воинов повиноваться вам, у вас будут большие неприятности.
— Я был назначен командующим потому, что обещал правителю захватить Иян, — ответил Гань Мао. — Если завтра я не возьму город, он станет моей могилой.
Тогда Гань Мао раздал все свои сбережения воинам.
Наутро, когда вновь зазвучали боевые барабаны, воины Гань Мао решительно пошли в атаку, и Иян был взят штурмом.

***

«Сунь-цзы»: «Если полководец разговаривает с воинами ласково и учтиво, значит, он потерял свое войско. Если он без счету раздает награды, значит, войско в трудном положении. Если он сначала жесток, а потом боится своего войска, это означает верх непонимания военного искусства».
«Искусство войны Вэй Ляо»: «В древности полководец, который был способен казнить половину своего войска, считался лучшим. Следом за ним шел тот, кто мог обречь на смерть три десятых своих подчиненных. А худшим считался тот, кто мог казнить только десятую часть.
Тот, кто мог казнить половину войска, распространял свою власть на весь мир.
Тот, кто мог казнить три десятых войска, распространял свою власть на удельное владение.
Тот, кто мог казнить только десятую часть войска, должен был повиноваться другим».

Слишком большой размах

Легенда ирокезов

Из чисто деловых соображений сэр Вильям Джонсон женился в свое время на индейской девушке из племени могауков. Когда же указом британского правительства он был назначен верховным управляющим по делам индейцев, то поспешил поселиться среди родственников жены. У сэра Вильяма были далеко идущие планы.
Вождь могауков познакомил новоявленного соплеменника с обычаями и верованиями индейцев. Не последнее место в этих верованиях занимали пророческие сны. Сэр Вильям принял это к сведению. На следующий день вождь могауков сообщил Джонсону, что минувшей ночью видел сон, будто король Великобритании дарит ему красивый красный плащ.
— Твой сон сбудется, — торжественно заверил его сэр Вильям.
И действительно, назавтра нарядный красный плащ был вручен вождю. Убедившись, что подарок понравился, сэр Вильям сказал:
— Мне тоже приснился сон. Будто вождь племени могауков дарит мне пять тысяч акров плодородной земли.
— Твой сон сбудется, — ответил вождь.
И через день верховный опекун индейцев сэр Вильям вступил во владение землей. Плодородной земли у могауков было еще достаточно, однако, к огорчению Джонсона, вождь со своими снами больше не приходил. Сэр Вильям решил ускорить события и сам посетил вождя.
— Ну, какой тебе сегодня приснился сон? — осведомился он.
— Никакой, — ответил вождь. — Эту ночь я спал спокойно.
— Не может быть! — забеспокоился сэр Вильям. — Все люди обязательно видят сны!…
— Очень может быть, — холодно ответил вождь. — Но для тебя у меня больше не будет снов. По сравнению с моими, в твоих снах слишком большой размах.

Вельвынэлевыт

Сказка чукчей

Говорят, у Вельвынэлевыта был брат Тымкынэлевыт. И еще другой брат — Эрыквын.
Говорят, Вельвынэлевыт очень ловок был, храбрый мужчина. Тымкынэлевыт тоже хороший, ловкий. А брат Эрыквын быстроногий, очень быстрый. Промышлял все: диких оленей, горных баранов и другую живность.
Была у оленеводов война у Рыркайпия. Земли Вельвынэлевыта находились поблизости от Рыркайпия. Вельвынэлевыт был очень богатый оленевод. Дом его издали казался не домом, а напоминал олений рог. Было у них три дома. Братья жили все вместе.
И вот была в старину война. Потому что эти три брата на всех страх наводили. Всех мужчин убивал Вельвынэлевыт. Но бедного, безоленного, не имеющего одежды он не трогал. Наоборот, давал ему шкур, мяса, оленины и говорил:
— Это ведь товарищ! Когда придут враги, будет нам помогать.
А Тымкынэлевыт говорит Вельвынэлевыту:
— Пусть будет товарищем, а мяса ему не давай! Нас трое и с любым врагом справимся.
Вельвынэлевыт отвечал:
— Да, нас трое, но, когда придет много врагов, этого мало будет.
И действительно, пришли враги. И действительно, помогали Вельвынэлевыту товарищи. Очень ловок Вельвынэлевыт. И братья его очень ловки. Победил Вельвынэлевыт, всех врагов убил.
Спать легли, Тымкынэлевыт говорит Эрыквыну:
— Плохой Вельвынэлевыт! Ты уж стадо около дома держи, а то враги еще близко от нас. Будешь стадо далеко пасти, враги перебьют нас. Наши враги еще совсем близко.
Пригнал Эрыквын вечером стадо, расположил вокруг дома. Вельвынэлевыт сказал:
— Все вместе спать будем! А то придут враги, мы их прозеваем. Женщины пусть не ложатся спать. Чтобы мы хорошо выспались, ни о чем не тревожась. Пусть караулят врага, пока мы спим.
Собрались все в доме у Вельвынэлевыта. Он сказал:
— Наверное, плохо будет, если мы так просто спать ляжем! Пусть яранга будет открыта — иначе придут враги, а мы не услышим. Всю ночь мясо варите! Пусть в светильнике большой огонь всю ночь горит! И большой костер разведите!
Действительно, подошли ночью враги. А у Вельвынэлевыта было очень много оленей — широкой полосой дом окружили. Действительно, подошли враги. Стали олени кричать — испугали их враги. Одна женщина говорит:
— Почему это олени кричат? Наверное, враги пришли!
Разбудили женщины Вельвынэлевыта:
— Проснись!
— Почему?
— Да вот олени кричат.
Вельвынэлевыт сказал:
— Да-а, действительно!
Затем закричал:
— Где товарищи?
Женщина говорит:
— Вот они!
— Эрыквын, Тымкынэлевыт, одевайтесь, враги пришли!
Вельвынэлевыт стал ругаться на братьев, говорит:
— Вставайте! Сражаться надо идти! Ну-ка, отогните покрышку яранги! Женщины, смотрите за детьми, пусть огонь в светильнике будет большим, и костер горит жарко!
Все ближе кричат олени. Вельвынэлевыт сказал:
— Ты, Тымкынэлевыт, выходи спереди, да побыстрее! А ты, Эрыквын, выходи сзади дома!
Продолжает Вельвынэлевыт:
— Вот вы говорили, что втроем будем сражаться. А как? Что, если очень много врагов пришло? Ну ладно, выходите! Погоним стадо во все стороны, будем кричать оленям: «Гыыч, гыыч, гоов-гов!»
И правда, вышли. Погнали стадо во все стороны.
Очень много врагов пришло. Окружили они дом Вельвынэлевыта вместе со стадом. Побежали олени во все стороны, потоптали врагов, поубивали. Детей, женщин, которые у костра сидели, не топтали, не убивали — боятся олени огня.
Когда рассвело, увидели братья — множество врагов перебито. Посмотрели на стадо. Очень много оленей стало. Своих много да и чужие примкнули. Еще больше оленей стало у Вельвынэлевыта.
С наступлением заморозков снова воевать пришлось. Опять много врагов к дому Вельвынэлевыта подступило.
Много оленей убил и освежевал Вельвынэлевыт. Опять большущий костер развели. Стал Вельвынэлевыт есть. Много ест. Говорит:
— Плох я стал, состарился! Не могу я сражаться. Бегите все!
Тымкынэлевыт говорит ему:
— Нет, ты еще не стар! Поживи еще, не умирай! Лучше уж через год умирай! А сейчас посмотри, как мы будем сражаться. А тебе не надо! Ты уже не работник. Ну, пойдем, Эрыквын, враги пришли!
И вот начали они сражаться. Ох, какие ловкие были Тымкынэлевыт и Эрыквын! Всех врагов вдвоем истребили!
И опять очень много оленей забрали. Опять забили оленей. Целый холм из рогов сложили.
Вблизи Рыркайпия находилась земля Вельвынэлевыта.
Вот с этих пор и не стало войн. Вельвынэлевыт говорит:
— Если будем еще воевать, совсем не станет мужчин. Хватит, перестаньте воевать! В войне ничего хорошего нет. Одно только плохое. Пусть с этих пор все мужчины будут друзьями! А то жены, дети, девочки, мальчики от голода умирают, когда воюют отцы.
Так прекратились войны. И сейчас поблизости от Рыркайпия все еще лежат рога от оленей Вельвынэлевыта, Тымкынэлевыта, Эрыквына. Все.

Выкрасть балку и подменить колонны, не передвигая дома

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Вынуждать союзника постоянно менять свое построение.
Пользоваться беспорядком в его рядах, чтобы истощить его силы.
Дождаться, пока он потерпит поражение
И самому стать победителем.

Построение войска в битве подобно устройству дома.
То, что называют «осью небесного равновесия», которая проходит по центру позиции с востока на запад перпендикулярно построению войск, есть как бы продольная балка дома.
То, что называют «земной осью», которая проходит параллельно позиции с юга на север, есть как бы боковые колонны дома.
Поэтому, глядя на расположение войск, мы можем знать, где находятся лучшие части.
Ведя сражение совместно с третьей стороной, мы можем по много раз вынуждать ее перестраивать свою позицию и незаметно посылать в бой лучшие части противника вместо собственных воинов, тем самым «выкрадывая балку и подменяя колонны» в позиции союзника.
Если сей маневр проведен удачно, позиция союзника ослабеет, и можно будет без труда вести сражение его войсками.
Такова лучшая тактика, если нужно «воевать с противником руками другого противника».

Иллюстрация:
В середине V в до н. э. в древнем царстве Цзинь власть принадлежала шести могущественным фамилиям: Чжи, Хань, Вэй, Чжао, Фань и Чжунхан. Самым сильным из них было семейство Чжи, возглавляемое Чжи Бо. Амбиции Чжи Бо не имели границ. Он заключил союз с семьями Хань, Вэй и Чжао, уничтожил кланы Фань и Чжунхан и захватил их земли. После этого он потребовал от клана Хань уступить ему свои владения. Предводитель клана Хань, Хань Кан-цзы, поначалу хотел дать отпор нахалу, но его советник сказал ему:
— Чжи Бо — человек алчный и злобный. Если мы не уступим ему, он захватит наши владения силой. В будущем он непременно захочет отобрать еще чьи-нибудь земли, и тогда, возможно, нам представится случай отомстить ему.
Хань Кан-цзы послушался своего советника и выразил покорность Чжи Бо. Последний, окрыленный успехом, в скором времени стал притязать и на владения семейства Вэй. Глава последнего, Вэй Хуань-цзы, тоже не оказал открытого сопротивления Чжи Бо в надежде дождаться благоприятного момента для того, чтобы освободиться от его диктата в будущем.
Наконец, Чжи Бо потребовал изъявления покорности от семейства Чжао. Глава этого клана, Чжао Сян-цзы, не хотел ничего слышать. Тогда Чжи Бо повел свои войска во владения Чжао и осадил их столицу. Он приказал построить плотину на протекавшей рядом реке, чтобы затопить город. Вода поднялась почти до самого верха городского рва. В городе начался голод, но его защитники поклялись стоять до последнего.
Однажды Чжи Бо в сопровождении Вэй Хуань-цзы и Хань Кан-цзы отправился посмотреть на осажденный город.
— Ну вот, — удовлетворенно сказал он, — теперь я знаю, что для того, чтобы уничтожить город, достаточно одной воды!
Услышав эти слова, Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы многозначительно переглянулись: они разом подумали о реках, которые протекали у их родных городов.
Очень скоро Чжао Сян-цзы прислал из осажденного города гонца к Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы, рассчитывая склонить их на свою сторону.
— Если отрезать губы, то зубам будет холодно, — сказал гонец. — Когда падет Чжао, наступит ваш черед.
И тогда Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы вступили в сговор с Чжао Сян-цзы.
Через некоторое время Чжао Сян-цзы послал группу ловких воинов разрушить плотину на реке, и вода затопила лагерь Чжи Бо. Одновременно армия Чжао вышла из города и легко смяла расстроенные ряды осаждавших. Сам Чжи Бо был убит в бою.
Трое победителей разделили между собой земли клана Чжи, а Чжао Сян-цзы сделал из черепа Чжи Бо чашу для вина.

Великий Договор о Мире

Легенда пассамокводов

Много кровопролитных битв числилось за воинами ирокезских и алгонкинских племен. Великие бедствия принесли эти битвы людям. И вот настало время, когда мудрые поняли, что надо прекратить смертоносную вражду, и разослали по всей стране гонцов. Прошло много лун, прежде чем гонцы достигли самых отдаленных границ. Они известили каждое племя, что созывается Великий Совет Мира. Индейцы, услышав такую весть, обрадовались, ибо все устали от вражды и непрерывных войн, которым не было видно конца. Каждое племя послало на Великий Совет самых достойных. В Вигваме Красноречия собрались вожди шести ирокезских племен — кайюга, сенека, онондага, могауки, онейда, тускарора и пяти алгонкинских — абенаки, пассамакводы, малеситы, микмаки, пенобскоты. Старейший из вождей сказал:
— Если мы оглянемся на пройденный нами путь, то увидим, сколько злых дел было совершено всеми нашими племенами. Наши томагавки, палицы, луки и стрелы покрыты кровью и должны быть погребены на вечные времена.
После речи старейшего было решено составить мирный договор, и вожди удалились в Вигвам Молчания, чтобы обдумать условия договора. Прошло семь солнц, и вожди снова собрались в Вигваме Красноречия. Каждый выступил и рассказал обо всех испытаниях, выпавших на долю его народа. И каждый заканчивал свою речь словами: «Настала пора подумать о наших женах, детях и внуках. Пора зажечь Вечный Огонь Мира». Выслушав всех. Совет постановил: зажечь Вечный Огонь в Вигваме Мира; отныне и навсегда алгонкинские и ирокезские племена являют собой единую семью и обязуются жить без споров и распрей; Совет определяет владения каждого племени, где оно может спокойно жить и добывать себе пищу, не опасаясь нападения соседей; нарушившие условия караются с согласия всех участников Договора. В тот же день Великий Мирный Договор был записан в вампум и об условиях Договора были оповещены все алгонкинские и ирокезские племена. Между индейскими племенами наступил мир. И этот мир сохранялся долго, пока на нашу землю не пришли бледнолицые.