Шапка тайэ

Шапка тайэ

Бирманская сказка

В незапамятные времена жил в одной деревне человек по имени Коу Кау Кая. Кормился он тем, что ловил силками диких голубей, курочек, куропаток и других лесных птиц. От его дома до леса было далеко, а между деревней и лесом находилось кладбище. На кладбище стояла старая сая с развалившейся башенкой, а все кругом густо заросло. Даже самые отчаянные храбрецы не решались ночью идти через кладбище. Один только Коу Кау Кая каждый день проходил здесь и даже заворачивал отдохнуть в сая, когда возвращался из лесу домой.
Однажды Коу Кау Кая целый день охотился в лесу на голубей и куропаток, но так до самого вечера ничего и не поймал. И в сумерки он все еще надеялся на удачу, да вот уже совсем стемнело, а силки его все еще были пусты.
И тогда Kоy Кay Кая отправился к дому. В пути его застал дождь, и он решил укрыться в старой кладбищенской сая. Шел проливной дождь, и промокший Коу Кау Кая спрятался под крышей. Вдруг он услышал, будто наверху кто-то хлопает себя по руке. Поднял голову и видит: на балке под крышей сидит тайэ, обхватил балку ногами, а язык у него изо рта вывалился. Разозлился Коу Кау Кая: и птицы ни одной сегодня не поймал, и домой не попасть. Да еще этот тайэ его дурачит.
— Эй ты, — закричал птицелов. — Не пугай меня! А если уж ты такой смелый — слезай, поборемся!
Тайэ кивнул и спрыгнул с балки. Начали они биться. Коу Кау Кая бил тайэ чем мог — кулаками, ногами. Да только что кулаком стукнет, что ногой ударит — все равно как в мешок с травой попадет. Зато когда ударит тайэ — совсем как человек больно бьет! Так они сходились четыре или пять раз. Наконец Коу Кау Кая устал и подал знак, что надо отдохнуть. Тайэ понял и отскочил.
Пока они отдыхали, решил Коу Кау Кая про себя: попробую-ка я сразиться с ним по-другому.
«Дай, — думает, — я его за волосы схвачу и коленом поддам».
Вот сошлись они снова. И Коу Кау Кая сразу, как задумал, ухватил тайэ за волосы: что за штука? В руке у него что-то осталось. Принялся он рассматривать, что бы это могло быть, а тайэ уже тут как тут: уселся перед ним и кланяется в ноги. Увидел это Коу Кау Кая и давай пугать его:
— Ну что, теперь боишься меня? От меня пощады не жди! Я тебя тут же до смерти забью!
Тайэ снова стал кланяться и взмолился:
— Не убивай меня, друг. Я тебя очень боюсь! Отдай мне мою шапку, что у тебя в руках.
Но Коу Кау Кая был не прост, голыми руками не возьмешь.
— Вот те на! — говорит он. — С чего же это вдруг я ее отдавать стану? Так легко ты ее не получишь!
— Отдай, дружок! — снова жалобно просит тайэ. — Без этой шапки я уже больше не могу обличье менять. Проси у меня за шапку всего, чего ни пожелаешь! Исполню любую твою просьбу.
— Вот это другое дело! — Коу Кау Кая отдал шапку и сказал: — А теперь дай мне горшок золота и горшок серебра.
Тайэ тут же дал Коу Кау Кая горшок золота и горшок серебра, и тот отправился домой.
Дома Коу Кау Кая продал золото и серебро из обоих горшков и с того времени зажил припеваючи: ел да пил вдоволь, нужды не знал.
Весть о богатстве Коу Кау Кая мгновенно облетела всю деревню. Узнали про это и муж с женой — Коу Пьин Тху да Ма Ньин Ту. Работать они не любили. Коу Пьин Тху все боялся, что у него от работы спина переломится, а Ма Ньин Ту только жаловалась да хныкала, если ей приходилось браться за дело: и то не так, и это не по ней.
Когда Ма Ньин Ту увидела, как богато стал жить Коу Кау Кая и вся его семья, она начала приставать к Коу Пьин Тху: пойди да пойди в лес за дичью, сразись да сразись с тайэ на кладбище.
И вот Коу Пьин Тху отправился в лес. Птиц он не ловил, в лес пошел только за тем, чтобы все было, как у соседа. Потому охотиться не стал, а только время провел. Как подошел вечер, Коу Пьин Тху выбрался из лесу, дошел до кладбища, дрожа от страха, проник в сая и стал ждать.
Вскоре из-под крыши послышались громкие хлопки. Коу Пьин Тху сразу вспомнил про золото да серебро и закричал:
— Эй, кто там? Ты руками не хлопай! Если смелый — слезай, будем драться.
Но на этот раз тайэ был уже ученый. Как Коу Пьин Тху ни старался, он не дал схватить себя за голову, а задал лентяю такую трепку — и кулаками, и коленками, и локтями, и справа, и слева, — что тот не выдержал и свалился без памяти.
Когда Ма Ньин Ту увидела, что уже утро, а ее мужа все еще нет, то отправилась искать его. А муж ее так и пролежал без памяти всю ночь — пришлось Ма Ньин Ту приводить его в чувство.

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.