Путь в один конец

Китайская чаньская притча

Однажды чаньский наставник Дуншань навестил своего ученика Дэчжао. Дэчжао в ту пору тяжело занемог и попросил помочь ему
понять перед смертью буддийские истины. Он не мог даже и представить, что может уйти из этого мира, так и не встав на путь
просветления!
— Ты последователь какой школы? — спросил Дуншань.
— Я последователь школы Отсутствия природы Будды, — отвечал Дэчжао.
Монах Дуншань ничего не сказал и лишь пристально взглянул на ученика,
— В то время как меня со всех сторон окружили высокие горы, отчего же мне может стать легче? — взволнованно продолжал спрашивать
Дэчжао.
— Так я же и сам сошел сюда из мира людей, — произнес наставник Дуншань.
— А если бы я и Вы, учитель, вновь сошли в этот мир, не разминулись бы мы с Вами? — спросил Дэчжао.
— Конечно, не разминулись бы! — ответил наставник Дуншань.
— Если бы мы не разминулись, то куда Вы, учитель, направили бы меня? — продолжал спрашивать Дэчжао.
— Туда, где начинается дорога, несомненно! И если ты не можешь успокоить свой дух, то пойди к распаханным полям благодати и посей зерно истины! — указал монах Дуншань.
— Тогда прощайте! Счастливо оставаться, — произнес Дэчжао и испустил дух.
Монах Дуншань взмахнул перед ним посохом три раза и, горестно вздохнув, сказал:
— Да, ты воистину смог уйти, но вот так же воистину вернуться уже не сможешь.

Мухи

Басня Эзопа

В одной кладовой пролился мед, и на него налетели мухи; они его отведали и, почуяв, какой он сладкий, набросились на него. Но когда увязли у них ноги и не могли они улететь, то сказали, утопая: «Несчастные мы! за недолгую сладость погубили мы свою жизнь».
Так для многих сластолюбие становится причиной великих несчастий.

Оставь это!

Китайская чаньская притча

Один представитель иного учения — вайдао преподнес Миром Почитаемому (то есть Будде) две вазы с цветами.
Миром Почитаемый сказал:
— Оставь это!
Вайдао поставил одну из двух ваз, что были у него в руках.
Миром Почитаемый снова сказал:
— Оставь это!
Вайдао поставил другую вазу.
Однако Миром Почитаемый вновь сказал:
— Оставь это!
Вайдао, разжав ладони, промолвил:
— Обе мои руки уже пусты, что же ты еще просишь оставить?
Миром Почитаемый изрек:
— Я прошу тебя оставить не эти вазы, а все страсти и заботы, что несешь ты в себе. Если оставишь их, то во все последующие времена будешь свободен от оков жизни и смерти.

Мудрость Соломона

Еврейская сказка

В Гаваоне явился Господь Соломону во сне ночном и сказал: “Проси, что дать тебе”.
— Даруй рабу твоему сердце разумное, — отвечал Соломон.
Притча раби Симеона бен Халафты:
— У царя был советник, которого царь отличал особым благоволением.
— Проси, что дать тебе, — сказал ему однажды царь.
Подумал советник царский: попрошу серебра и золота, царь даст мне; драгоценных камней и жемчуга — он и в этом не откажет.
Попрошу я лучше царевну в невесты: вместе с нею придет и все остальное.
— Так и Соломон: попрошу я лучше, — решил он, — разума у Господа, а с разумом я и всего достигну. — Господь и сказал Соломону:
— За то, что ты просил разума и не просил себе жизни долгой, богатства, победы над врагами, Я сделаю по слову твоему, и то, чего ты не просил, Я дам тебе.

Початкын и Пэляткольын

Чукотская сказка

Жили старик и старуха. Была у них одна дочь по имени Пэляткольын.
Старики никуда не ходили, дочь всю работу делала: летом ягоды и коренья запасала, дрова заготавливала, зимой оленей к упряжке приучала. Хорошо Пэляткольын жила. Ни один юноша не мог стать ее мужем. Отец и мать сказали, что она только за того замуж выйдет, кто ее в состязаниях по бегу обгонит.
Жил далеко в другой стране юноша. Прослышал о быстроногой девушке-пастушке. Звали его Початкын. И начал он упражняться. Три года упражнялся. Даже горных баранов, которые на гору бегом взбираются, стал без особого труда догонять.
Отправился наконец Початкын в путь, хочет с отважной девушкой познакомиться. Пришел туда, где Пэляткольын жила. Увидел ее возле стада. Очень уж она красивой оказалась!
Увидел ее, схватил и понес к другому концу стада. Девушка говорит ему:
— Ну и напугал ты меня! А теперь попробуй догнать!
Побежала от него девушка что было мочи. Юноша ни на шаг не отстает. Наконец устала девушка, говорит:
— Раз уж не могу я тебя обогнать, пойдем ко мне домой!
Пошли домой. Перестала Пэляткольын оленей пасти. Стал этот юноша оленей пасти. Вышла Пэляткольын за него замуж. И вскоре забеременела. Говорит старик зятю:
— Мы можем умереть, так и не увидев стада. Пригони завтра утром оленей, забьем несколько.
Говорит жене Початкын:
— Сплети из ремней кнут.
Как только кнут был готов, пошел муж в стадо. Собрал стадо, погнал домой, вдруг видит — увяз старый бык в глине. Начал мужчина бить старого быка кнутом. Вылез наконец старый бык из глины. Хочет в сторону свернуть, а мужчина его опять кнутом бьет. Наконец старый бык пошел прямо к дому. И все стадо за ним пошло, как будто кто его гонит. А этот старый бык был хозяином в стаде. Пригнал он стадо к дому. Забили оленей.
После забоя велели старики убить себя. Перед смертью старик говорит молодым:
— Мы вам оставляем большое стадо, чтобы вы могли безбедно жить. А теперь убейте нас. Но жить будете хорошо, только если стадо будете беречь. Помните: тот хорошо живет, кто много трудится.

Кошка и мыши

Басня Эзопа

В одном доме было много мышей. Кошка, узнав об этом, явилась туда и стала их ловить и пожирать одну за другою. Мыши, чтобы не погибнуть вконец, попрятались по норам, и кошка не могла до них там добраться. Тогда она решила выманить их хитростью. Для этого она ухватилась за гвоздь, повисла и притворилась мертвой. Но выглянула одна из мышей, увидела ее и сказала: «Нет, любезная, хоть и вовсе мешком обернись, а я к тебе не подойду».
Басня показывает, что разумные люди, испытав чье-нибудь коварство, не дают больше ввести себя в обман.

Ходжа Насреддин и женоненавистник

Турецкая сказка

Один тиран, которому жена его бесстыдно изменила, почувствовал к женщинам ненависть; и с того времени, чуть где услышит об ученых и просвещенных людях, зазывал их к себе, говорил на ухо несколько слов и, если не получал ответа, соответствовавшего его настроению, способного развеять его скорбь, приказывал рубить им голову. В расчете, что только Ходжа Насреддин может выручить из этой беды, направили его к тирану. Тиран усадил Ходжу рядом с собой и прошептал ему на ухо: «Ты женат или холост?» И как только Ходжа сказал: «Да разве, дожив до моих лет, бывает человек холост?» — тиран заметил: «Вот и ты такой, как все. Отрубите-ка ему голову!» Ходжа сообразил сразу всю серьезность положения и сказал: «Не торопись, а ты прежде узнай: может быть, я бросил одну жену и взял потом другую? Или, может быть, она умерла, и я опять женился. Или, быть может, у меня была одна жена, а я взял еще несколько жен. Случилось уж так, что я ошибся и — женился. Это — пропасть, и, только попав в нее, познаешь ее глубину. Есть известная поговорка: «У спотыкающейся лошади не рубят головы»». Говорят, что остроумный ответ Ходжи отвратил тирана от ужасной привычки.

Твой завтрак остыл

Китайская чаньская притча

Один последователь только-только пришел в школу Чань. На следующий день прямо во время завтрака он сразу же, не переводя дух, начал засыпать наставника вопросами:
Первый: «Нетленны ли наши души?»
Второй: «Обязательно ли наше тело должно обратиться в Ничто?»
Третий: «Действительно ли наши души могут переселяться постоянно?»
Четвертый: «Если наши души постоянно переселяются, то остаются ли воспоминания о предыдущих перерождениях?»
Пятый: «Может ли чаньское созерцание избавить нас от бесконечной череды жизней и смертей?»
Этот человек задал старому монаху сразу десяток вопросов и после хотел спросить еще, но наставник остановил его всего лишь одной фразой:
— Твой завтрак уже остыл.

О глухом, который вырубил лес, и глухом, у которого пропали овцы

Сказка амхара (Эфиопия)

Как-то один глухой вырубил лес под пашню. Подошел к нему другой глухой, у которого пропали овцы, и спрашивает:
— Ты не видел здесь овец?
Тому послышалось, что он спрашивает его, сколько он вырубил леса, и он ответил:
— Сегодня я вырубил отсюда вон до того места.
Хозяину овец послышалось, что тот спрашивает: «Что ты дашь мне, если я покажу, где овцы», — и он сказал:
— Я отдам тебе свою хромую овцу.
Тот же еще раз повторил:
— Да, сегодня я только отсюда до того места вырубил.
Сказав это, он указал рукой до какого именно места.
Владельцу овец показалось, что тот указывает ему, куда ушли овцы, и он отправился туда. Там он действительно нашел своих овец.
— На, возьми хромую овцу, которую я обещал тебе, — сказал хозяин овец, таща за собой овцу.
А тому послышалось, что тот говорит: «Это ты сломал овце ногу», — и он сказал:
— Это не я сломал ей ногу.
Хозяин овец подумал, что тот не хочет брать хромую овцу, а требует здоровую. Он стал настаивать, чтобы тот взял овцу.
Так они спорили, не понимая друг друга. Тем временем к ним подошла женщина с маленьким ребенком на спине. Они попросили ее показать, где живет судья, и она привела их к судье.
Судья же тоже был глухим. Хозяин овец подошел к нему и стал рассказывать:
— У меня потерялись овцы, и я пошел их искать. Мне повстречался этот человек. Он показал мне, куда ушли овцы. Я обещал ему, что, если найду овец, то дам ему за это хромую овцу. После того как овцы нашлись, я хотел дать ему хромую овцу, а он говорит, что я обещал дать ему здоровую овцу.
А тот человек, не дожидаясь вопроса, стал возражать:
— Это не я сломал ногу твоей овце.
Глухой судья подумал, что они спорят, кто из них отец ребенка, привязанного на спине у женщины, и, указав на одного из них, изрек:
— Ах ты, распутник! Мошенник! Негодный человек! Это твой ребенок! Он похож на тебя. Поэтому ты должен помогать ей растить его.
Так рассказывают.
Тот, кто судит, не разобравшись в деле, напоминает этого глухого судью. Не следует судить, основываясь на предположении.

Человек и бес

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Чжу Цин-лэй рассказывал:
«Некто, скрываясь от врага, спрятался глубоко в горах. Ярко светила луна, дул чистый ветерок, и вдруг этот человек заметил под тополем беса. Человек упал ничком и не решался подняться. Увидев его, бес спросил:
— Почему вы не выходите из укрытия, почтеннейший?
Тот, весь дрожа от страха, ответил:
— Я боюсь вас, господин.
— Люди ведь пострашнее будут, — возразил бес, — а бесов чего же бояться? Сюда-то вас кто загнал — человек или бес? — Засмеялся и исчез.»
В рассказе Чжу Цин-лэя, по-моему, заключена аллегория.