Пре Скарпачифико

Пре Скарпачифико, единожды обманутый тремя негодяями, обманывает их трижды и, в конце концов, одержавверх над ними, благоденствует со своей Ниной

Итальянская новелла из «Приятных ночей» Страпаролы

Близ Имолы, города торгового, но в наши дни доведённого враждующими между собой партиями почти до полного разорения, есть деревня, именуемая Постемой, при церкви которой в былые времена состоял священник, прозывавшийся пре Скарпачифико, человек и вправду богатый, но сверх всякой меры скаредный и жадный. Этот священник держал служанку, ловкую и сметливую женщину по имени Нина. Она отличалась такой рассудительностью, что не было человека, которому она не посмела бы высказать всё, чего он заслуживал. И так как она была предана пре Скарпачифико и разумно управляла его имуществом, он чрезвычайно дорожил ею. Славный священник в дни своей молодости был одним из самых крепких людей, проживавших на земле Имолы, но, дожив до глубокой старости, не мог больше переносить тяготы передвижения на своих на двоих. Вот почему славная женщина великое множество раз убеждала его купить себе лошадь, дабы не окончить безвременно своей жизни из-за того, что он столько ходит пешком. Пре Скарпачифико, сдавшись на просьбы и уговоры своей служанки, отправился, наконец, на торг и, присмотрев мула, который, как ему показалось, подходил для его надобностей, купил его за семь золотых флоринов. Вышло так, что на том же торгу были и три молодчика, любивших жить больше на чужой, чем на собственный счёт, как это нередко случается и поныне. И увидев, что пре Скарпачифико купил мула, один из них сказал двум другим: «Друзья мои, хочу, чтобы этот мул стал нашим». — «А как?» — спросили его приятели.
«Давайте выйдем на дорогу, по которой предстоит проехать священнику, и разойдёмся вдоль неё таким образом, чтобы один оказался от другого на расстоянии в четверть мили, и пусть каждый из нас скажет ему, что мул, которого он купил, не мул, а осёл. И если мы твёрдо будем держаться сказанного, мул наверняка станет нашим». Выйдя на дорогу они разошлись вдоль неё, как было задумано. И вот, когда пре Скарпачифико проезжал на своём муле мимо одного из этих разбойников, тот, прикинувшись, что идёт не с торга, а откуда-то из другого места, остановил его и сказал: «Да хранит вас господь, мессер». Пре Скарпачифико отозвался: «Здравствуй, братец». — «А вы откуда?» — спросил разбойник. «С торга», — ответил священник. «А что хорошее вы там купили?» — спросил молодчик. «Этого мула», — ответил священник. «Какого мула?» — удивился разбойник. «Того, верхом на котором я еду», — сказал священник. «Это вы взаправду или потешаетесь надо мной?» — «Почему же?» — спросил священник. «А потому, что, по-моему, это осёл, а не мул». — «Как так осёл!» — воскликнул священник и, не произнеся больше ни слова, поспешно пустился своею дорогой.
Едва проехал он расстояние в два полёта стрелы, как ему повстречался другой молодчик, сказавший: «Добрый день, мессер. Откуда вы?» — «С торга», — ответил священник. «А хорош ли торг?» — спросил молодчик. «Да, хорош», — ответил священник. «Сделали ли вы какую-нибудь стоящую покупку?» — спросил молодчик. «Да, — ответил священник, — я купил мула, которого ты пред собой видишь». — «Вы это взаправду? — спросил хитрюга молодчик, — неужто вы купили эту скотинку за мула?» — «Да», — ответил священник. «Но ведь на самом деле это осёл», — сказал хитрюга молодчик. «Как так осёл!» — воскликнул священник, — если то же скажет мне ещё кто-нибудь, я ему его подарю». И, следуя своею дорогой, пре Скарпачифико повстречался с третьим молодчиком, который ему сказал: «Здравствуйте, мессер. Случайно не с торга ли вы?» — «Да», — ответил священник. «А что хорошего вы купили?» — спросил хитрюга молодчик. «Я купил того мула, которого ты видишь перед собой». — «Как так мула? — поразился молодчик, — вы и вправду убеждены в этом или шутите?» — «Я вправду убеждён в этом и совсем не шучу», — отвечал славный священник. «Ох, до чего мне вас жалко! — воскликнул разбойник, — разве вы не видите, что это осёл, а не мул? Вот негодяи, как ловко они вас провели!» Услышав эти слова, пре Скарпачифико произнёс: «Ещё двое недавно сказали мне то же, а я им не поверило. И, сойдя с мула, проговорил: «Раз так, забирай его в подарок от меня». Молодчик, получив мула и учтиво поблагодарив священника, возвратился к своим приятелям, предоставив тому тащиться пешком. Добравшись до дома, пре Скарпачифико рассказал Нине, что он купил животное под седло, и считая, что купил мула, на самом деле купил осла, и так как многие на дороге ему сказали об этом, он последнему из них отдал его в подарок. На это Нина сказала: «Простак вы, да и только: неужто вам невдомёк, что они обвели вас вокруг пальца? А я думала, что вы рассудительнее, чем вышло на поверку. Уж меня-то, ручаюсь вам в этом, они бы не околпачили». Пре Скарпачифико заметил на это: «Не огорчайся, ибо, если они сыграли со мной одну шутку, я с ними сыграю две, и в этом можешь не сомневаться, — ведь, конечно, обманув меня один раз, они на этом не успокоятся, а измыслят какую-нибудь новую хитрость, чтобы узнать, нельзя ли из моих рук ещё чего-нибудь выманить».
Недалеко от дома священника в той же деревне жил один крестьянин, и были у него две козы, настолько похожие друг на друга, что отличить одну от другой было делом нелёгким. Священник сторговал их обеих и тут же отсчитал за них деньги. На следующий день он приказал Нине приготовить отменный обед, так как хотел, чтобы кое-кто из его друзей откушал с ним, и он велел ей взять кусок телятины и сварить его, а также изжарить кур и говяжий огузок. Кроме того, он выдал ей пряностей и приказал сделать подливку и испечь сладкий пирог, такой, какой она обыкновенно пекла. После этого священник вывел одну из коз во двор своего дома и привязал её к изгороди, оставив ей корма, а на шею другой накинул петлю и вместе с этой козою пошёл на торг. Едва он появился на торгу, как трое молодчиков, превративших мула в осла, заметив его, подошли к нему и сказали: «Здравствуйте, наш мессер! Что же вы собираетесь делать? Хотите купить что-нибудь стоящее?» Мессер им ответил: «Я пришёл сюда, чтобы сделать покупки, так как сегодня придут друзья отобедать со мною. И если вам будет угодно также прийти, вы доставите мне удовольствие». Хитрюги-молодчики охотно приняли приглашение.
Закупив всё, что нужно, и сложив купленные припасы козе на спину, пре Скарпачифико в присутствии трёх молодчиков сказал, обращаясь к козе: «Отправляйся домой и передай Нине, чтобы она сварила эту телятину, а кур и говяжий огузок изжарила; и ещё скажи, чтобы она испекла вкусный сладкий пирог с этими пряностями и приготовила с ними немного такой подливки, как всегда. Ты меня хорошо поняла? Ну, так ступай себе с миром». Коза, нагруженная съестными припасами и выпущенная на волю, ушла, но в чьи руки попала, этого не знает никто. А священник и трое молодчиков, а также несколько друзей пре Скарпачифико, потолкались на торге и, когда сочли, что пора уходить, направились к дому священника. Войдя в его двор, молодчики сразу наткнулись на козу, которая была привязана к изгороди и мирно щипала травку. Они решили, что это та самая, которую священник отправил домой с припасами, и очень этому подивились. И когда все вошли в дом, пре Скарпачифико сказал Нине: «Выполнила ли ты всё, что я велел тебе сделать, передав с козою распоряжение?» Смекнув и поняв, чего хотел от неё священник, Нина ответила: «Да, мессер. Я изжарила говяжий огузок и кур и сварила телятину.
Кроме того, я испекла сладкий пирог и приготовила подливку, положив и туда и сюда пряностей, как мне сказала коза». — «Отлично», — заметил священник. И трое молодчиков, увидав жаркое, варёное мясо и сладкий пирог на огне и услышав слова Нины, подивились ещё больше, чем прежде, и принялись обдумывать про себя, как бы им завладеть козой. По окончании обеда, после длительных размышлений о том, нельзя ли как-нибудь похитить козу и обвести вокруг пальца священника, и поняв, что это невозможно, они сказали ему: «Мессер, продайте нам эту козу». Славный священник на это ответил, что продавать её он вовсе не собирается, да у них и не найдётся достаточно денег, чтобы за неё заплатить: впрочем, если они настаивают, он продал бы её за пятьдесят золотых флоринов. Хитрюги-молодчики, сочтя, что за гроши им достанется золотая гора, тут же отсчитали пятьдесят золотых флоринов. «Но запомните, — сказал священник, — чтобы потом на меня не сетовать и не жаловаться, ибо коза, не зная вас и не успев в первые дни к вам привыкнуть, быть может, не станет делать того, что ей положено».
Однако молодчики, ничего не ответив на это, с великим ликованием отвели козу к себе и, обратившись к своим жёнам, сказали: «Завтра не варите обеда, пока мы не пришлём на этот счёт особого распоряжения». И отправившись на торговую площадь, купили кур и другие съестные припасы и, сложив их на спину козе, которую привели с собой, приказали ей передать их жёнам всё то, чего они хотели от них. Коза, нагруженная съестными припасами, оказавшись на воле, отправилась в путь и ушла так удачно, что больше её не видали. Наступил час обеда, и хитрюги-молодчики, вернувшись домой, спросили у своих жён, пришла ли коза со съестными припасами и приготовили ли они то, что она им сказала. Женщины на это ответили: «О, глупцы, о, полоумные, ужели вы сдуру поверили, что животное станет выполнять ваши обязанности? Разумеется, вас надули, и так как вы норовите всякий день обмануть другого, то и сами в конце концов остались обманутыми». Молодчики, поняв, что священник насмеялся над ними и вытянул у них пятьдесят золотых флоринов, распалились такой яростью, что решили во что бы то ни стало его убить и, взяв оружие, отправились на его розыски.
Но предусмотрительный пре Скарпачифико, опасавшийся за свою жизнь и не спускавший с молодчиков глаз, так как подозревал, что они собираются подстроить ему какую-нибудь пакость, сказал своей служанке такие слова: «Нина, возьми этот наполненный кровью бычий пузырь и пристрой его себе под нижнюю юбку, ибо, когда сюда явятся эти злодеи, я обвиню тебя и, прикинувшись, будто ты взбесила меня, нанесу этим ножом удар прямо в пузырь, и ты упадёшь на землю, как будто я поразил тебя насмерть, а об остальном предоставь позаботиться мне». Едва пре Скарпачифико закончил свои наставления Нине, как вошли трое злодеев и кинулись на священника, чтобы его убить. Но священник сказал: «Братцы, мне невдомёк, почему вы хотите со мною разделаться. Быть может, моя служанка причинила вам какую-нибудь неприятность, о которой я ничего не знаю». И, схватив нож, повернулся к ней и нанёс им удар в то самое место, где находился наполненный кровью пузырь. Притворившись мёртвой, она тут же упала на землю, и кровь ручьем текла у неё отовсюду.
Тогда священник, поняв, что его поведение необъяснимо, притворился, что охвачен раскаянием и принялся истошным голосом причитать: «Горе мне, злополучному и несчастному! Что я наделал! Как бессмысленно я убил ту, кто была костылем моей старости! Как мне жить без неё?!» И схватив волынку обычного образца, задрал Нине платье и, сунув её между ягодиц, дунул внутрь с такой силой, что служанка сразу очнулась и вскочила на ноги жива-здоровехонька. Увидев это, злодеи остолбенели от изумления, и, забыв о приведшей их сюда ярости, купили волынку за двести флоринов, и, довольные своей покупкой, возвратились к себе. Как-то случилось, что один из злодеев, бранясь с женой, рассвирепел и вонзил нож ей в грудь, и от этого удара она умерла. Тогда муж схватил волынку, которую они приобрели у священника, сунул мундштук ей между ягодиц и стал дуть так, как это делал священник, рассчитывая вернуть жене жизнь. Но тщётно трудился он, не щадя дыхания, ибо душа несчастной покинула эту жизнь и перенеслась в иную. Второй молодчик, видя это, сказал: «О, глупец, ты не сумел это сделать, как следует. Давай, я тебе покажу».
И схватив собственную жену за волосы, перерезал ей бритвой горло, после чего, взяв волынку, стал дуть ей в детородное место, но несчастная так и не ожила. То же самое проделал и третий, и, таким образом, все трое остались без жен. Разъярённые, пришли они в дом священника, и, не пожелав больше выслушивать побасенки пре Скарпачифико, схватили его, и, засунув в мешок, порешили утопить в ближней реке. Когда они тащили его, чтобы кинуть в реку, их нагнал некий человек, и злодеям пришлось опустить на землю накрепко завязанного в мешке священника и убежать. И пока священник лежал в мешке и не мог выбраться из него, случилось, что к этому месту приблизилось стадо щипавших чахлую травку овец, и пастух, продвигаясь с ними, услышал жалобный голос, произносивший: «Они хотят мне отдать её, но я её не хочу: ведь я священник и не могу её взять», и, опешив от изумления, остановился как вкопанный, так как не мог понять, откуда доносятся эти многократно повторяемые слова. Посмотрев туда и сюда, он в конце концов заметил мешок, в котором был завязан священник.
Подойдя к мешку, из которого продолжали нестись громкие вопли священника, он развязал его и выпустил пре Скарпачифико. Спросив его, почему он оказался в мешке и так громко кричит, пастух услышал в ответ, что Синьор города хотел дать ему в жены дочь, но он её не хотел и потому, что уже состарился, и потому, что, будучи священником, не имеет на это права. Бедняга пастух, простодушно поверив лживым словам священника, спросил: — «А не думаете ли вы, мессер, что Синьор отдаст её за меня?» — «Да, я в этом уверен, — ответил священник, — но только в том случае, если ты будешь завязан в этом мешке, как то было со мною». И после того как пастух влез в мешок, пре Скарпачифико накрепко его завязал и вместе со стадом удалился с этого места. Не прошло и часа, как трое злодеев вернулись в то место, где оставили мешок со священником, и, не заглянув внутрь мешка, взвалили его на плечи, и затем швырнула в реку; таким образом, несчастный пастух ни за что ни про что расстался с жизнью вместо священника. Покончив с этим, злодеи пустились домой и, беседуя о своих делах, увидели пасшихся невдалеке овец.
Задумав украсть пару ягнят и приблизившись к стаду, они обнаружили, что пасёт его не кто иной, как пре Скарпачифико, и немало этому удивились, так как считали, что утопили его в реке. Поэтому они спросили его, как ему удалось выбраться из реки. И священник ответил им: «О, глупцы, ничего-те вы и не знаете. Если бы вы погрузили меня поглубже, мне бы досталось вдесятеро больше овец». Услышав это, трое молодчиков сказали священнику: «О, мессер, не снизойдёте ли вы сотворить нам такое благодеяние? Уложите нас в мешки и бросьте в реку, и из разбойников мы превратимся в стерегущих овец пастухов». Священник ответил: «Готов выполнить всё, что вам будет угодно, и на этом свете нет ничего такого, чего бы я с величайшей охотой не сделал для вас». И отыскав три добротных мешка из плотной и прочной холстины, он упрятал в них злодеев и, накрепко завязав мешки, чтобы из них нельзя было выйти, швырнул их в реку. И их злосчастные души отправились в ад, где их терзают вечные муки, а пре Скарпачифико, раздобыв деньжат и овец, вернулся домой и безмятежно прожил со своей Ниной ещё несколько лет.

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.