Повесть о бедном Фасо и трёх советах царя Соломона

Повесть о бедном Фасо и трёх советах царя Соломона

Грузинская сказка

В одном селе, во времена Соломона Мудрого, жил некий бедняк по имени Фасо. Была у него жена, двое сыновей и дочь Назико.
Семья бедного Фасо разве что с голоду не умирала – Фасо с трудом добывал пропитание. Когда нищета довела Фасо до отчаяния и он больше не мог раздобыть даже куска хлеба, обратился он с такими словами к своей жене:
– Ты сама видишь, что ни днем, ни ночью нет мне покоя, работаю я, мучаюсь, ночь превращаю в день, но все тщетно – ни разу мы не поели досыта, нам нечем прикрыть свою наготу. Чует сердце мое, что если я года на два куда-нибудь не подамся на заработки, никогда не встать нам на ноги. Вы же знайте, что с собой я увожу заботу о вас, не будет мне покоя ни днем, ни ночью.
– О нас ты не беспокойся, – отвечала жена, – иди, но мы тебя умоляем об одном, не оставайся на чужбине более трех лет, все равно, постигнет ли тебя неудача, или счастье улыбнется тебе, а эти три года мы как-нибудь протянем.
Услышав такие слова, Фасо громко заплакал. Собрался Фасо идти, сам не зная куда, босой, голый, с тысячью заплаток на черкеске. Расцеловал он детей на прощание и собрался в путь. Расставаясь с ним, жена его с болью в сердце воскликнула:
– О, несчастный, умереть бы мне вместо тебя, как же ты уходишь голодный? На, возьми хоть эту половину кукурузной лепешки и положи ее себе в карман.
– Жизнь моя, кроме этой лепешки, в доме нет ничего, как же я возьму ее, если вы останетесь голодными!
Так, обливаясь слезами, покинул бедный Фасо родной очаг.
Брел он куда глаза глядят несколько дней и ночей, одежда на нем вся изорвалась, голод нещадно терзал его. Питался он травами и кореньями, а голое тело прикрывал случайно подобранным по дороге тряпьем. Наконец он достиг того города, где царствовал Соломон Мудрый. Долго он бродил по городу, надеясь наняться в батраки, но все напрасно. За это время он повстречал много добрых людей, которые подавали ему милостыню. За две-три недели он немного приоделся и даже стал походить на почтенного человека. Наконец он явился к самому Соломону Мудрому и поклонился ему:
– Господин мой, я бедный странник, хочу наняться в батраки, но никак не могу найти себе места. Смею молить тебя – возьми меня к себе на службу и плати мне по моим заслугам, чтобы моя семья не померла с голоду.
Соломон Мудрый не спросил его, кто он и откуда родом.
– А сколько ты хочешь за свою службу? – спросил он.
Несчастный Фасо подумал: «Если я у него запрошу большое жалованье, вдруг он меня в темницу бросит, а если попрошу мало, то это мне ничего не даст!»
Горемыке и в голову не приходило, что Соломон Мудрый может дать ему денег сколько угодно! И еще раз спросил царь:
– Так сколько же платить тебе в год за службу твою?
– Три тумана, – испуганным голосом отвечал бедняк.
– Ладно, сын мой, по истечении года я дам тебе три тумана.
На том и порешили.
И вот несчастный Фасо начал свою службу у Соломона. Весь год он ему служил преданно и усердно. Соломон был им весьма доволен. Год его службы подходил к концу. И бедняк от радости был на седьмом небе: «Никогда в своей жизни я даже мечтать не мог о трех туманах, а не то что в руках своих держал! Представляю, что будет дома, когда я принесу такое богатство!»
Когда год прошел, Фасо обратился к царю:
– Господин мой, пожалуй мне за мою службу три тумана, чтобы я мог отнести их моей семье!
Соломон молча достал серебряные монеты, положил их на стол и сказал бедняку:
– Вот, сын мой, твое жалованье, ты был мне верным слугой, по сердцу мне твоя служба, ты мне все время угождал. Если хочешь, как мы договорились, возьми эти деньги и ступай, а если хочешь, я дам тебе один совет, но за это твои деньги останутся мне.
Задумался Фасо над его словами: и денег ему жалко, и совет прельщает. Долго он колебался и наконец сказал:
– Лучше дай мне совет.
Соломон сгреб деньги со стола и сказал:
– Так вот, сынок, помни одну премудрость: когда тебя о чем-либо спрашивают, не отвечай сразу, подумай прежде хорошенько.
Опечалился бедный Фасо: как мне теперь поступить? Вернуться домой с пустыми руками? Долго думал он и наконец решил: «Послужу я еще один год и, может, отслужу жалованье и за этот год и за истекший».
Соломон Мудрый, конечно, заметил огорчение Фасо, но жалости не выразил, ибо знал, что его совет непременно принесет Фасо большую пользу. Фасо обратился к царю с просьбой:
– Господин мой, прошу тебя, да будут долгими твои годы, разреши мне послужить тебе еще один год.
– Хорошо, сын мой, в твоей просьбе я тебе не откажу, оставайся у меня, но только сговоримся насчет жалованья, сколько ты просишь?
– Десять туманов! – дрожащим голосом проговорил Фасо.
– Прекрасно, я отсчитаю тебе десять туманов, когда кончится срок, захочешь – возьмешь деньги, захочешь – получишь еще один совет, а деньги останутся при мне.
На том и порешили. Еще усерднее служил своему господину Фасо. За его преданную службу Соломон Мудрый его очень полюбил. Второй год службы подходил к концу, и бедный Фасо снова от радости пребывал на седьмом небе: вот он получит десять туманов, отнесет их семье и несказанно ее обрадует, выберутся они из нужды и заживут припеваючи.
– Господин мой, пожалуй мне мои десять туманов, чтобы мог я отнести их домой и избавить мою несчастную семью от нужды, – обратился Фасо к Соломону.
Соломон отсчитал ему десять туманов серебряными монетами, положил их на стол и сказал:
– Вот, сынок, твое годовое жалованье. Хочешь, бери его и ступай, если же нет, как мы с тобой договорились, я дам тебе один совет, а деньги зато оставлю себе.
Несчастный Фасо не мог оторвать глаз от новеньких рублевок… Что делать? Как поступить? И денег больно хочется и учение прельщает. Предпочел он деньгам мудрость и сказал Соломону:
– Давай мне совет.
Соломон сгреб со стола деньги и молвил:
– Вот тебе, сынок, мой совет: не тянись к тому, на что ты не способен и чего никогда не сможешь сделать…
У огорченного Фасо затрепетало сердце, и от горя он толком ничего не расслышал. Вспомнилась ему его семья, и горькие слезы потекли из его глаз. Слезы словно кипяток обжигали его лицо. Но Соломон совсем не пожалел его и сказал:
– Ступай!
Ну куда мог пойти несчастный Фасо без гроша в кармане? У него не было денег даже на дорогу!
Долго думал он и наконец сказал:
– Господин мой, разреши мне послужить у тебя еще год, да пошлет тебе господь долгих лет жизни!
– Прекрасно, я очень полюбил тебя за безупречную службу. А ты не унывай, – утешил его Соломон. – Сокровище лучше хранить в голове, из кармана оно может пропасть, а из головы ничего пропасть не может, и твое до смерти останется с тобой и, когда понадобится, сослужит службу, – сказав это, Соломон спросил бедняка: – Сколько же ты просишь за третий год службы?
Услышав сладкую речь Соломона и похвалу за верную службу, набравшись смелости, Фасо сказал:
– Назначь мне за этот год тридцать туманов.
– Ладно, я дам тебе по истечении года тридцать туманов, захочешь – возьмешь деньги, а нет – я опять тебе дам один совет, а деньги оставлю себе.
На том и порешили.
Пошел третий год, и бедняк снова приступил к службе. Насколько прибавилось его жалованье, ровно настолько возросло и его усердие: ни днем, ни ночью он не щадил себя, проводил в трудах бессонные ночи. На завтра заданную ему работу он выполнял до наступления рассвета. Ежедневно он заслуживал похвалу Соломона Мудрого.
Год его службы подходил к концу, и вместе с тем росла и радость бедняка Фасо: «Подумать только, тридцать туманов принесу я домой, как будет этому рада моя несчастная семья!»
Прошел год, и попросил он свое жалованье. Соломон немедля открыл маленький ларец, достал из него новенькие золотые и серебряные монеты, отсчитал тридцать туманов, положил их перед бедняком и приказал ему:
– Вот, сынок, твое жалованье, проверь, может, там не хватает, – и заставил Фасо пересчитать монеты.
От радости задрожали у бедняка руки, сердце его сильно забилось, глаза его заблестели при виде стольких золотых и серебряных монет… Когда бедняк кончил считать деньги и сложил их, Соломон и на этот раз сказал ему:
– Хочешь возьми их, а хочешь, я снова дам тебе один совет, а деньги оставлю себе.
Огнем загорелись глаза несчастного Фасо, хочет он взять деньги, да не решается: и деньги прельщают, и мудрость… Думает, колеблется, не знает, как ему поступить…
Наконец заговорил Соломон:
– Чего же ты думаешь? Или бери деньги и ступай, или я дам тебе еще один совет.
И что же – бедняк предпочел деньгам науку!
– Дай мне совет.
Соломон сгреб деньги в ларец и молвил:
– Помни, сын мой, мое учение и слушай, что я тебе сейчас скажу: не верь чужим словам, пока не увидишь сам собственными глазами!
Совсем сник несчастный Фасо. К тому же прошел срок, назначенный ему женой, прошло три года. На службе у Соломона он оставаться больше не мог, иначе домашние могли подумать, что его уже нет на свете, и ко всем их страданиям прибавилось бы еще и это горе. Страшно огорченный, исполненный тоски и печали, со слезами на глазах направился Фасо домой. Царь Соломон, богаче которого не было, нет и не будет на этом свете, совсем не пожалел его и не дал ему на дорогу даже двугривенного на пропитание! Соломон Мудрый знал, что его советы не пропадут даром, как говорится: корни ученья горьки, но зато сладки плоды его.
Долго шел несчастный Фасо и пришел в один город, где у царя была в женах лягушка: днем она была в образе лягушки, а ночью превращалась в женщину – писаную красавицу. Когда она сбрасывала с себя лягушачью кожу, то своим сиянием затмевала солнце. Потому-то она и была днем в образе лягушки, иначе при ее появлении произошло бы солнечное затмение, а от блеска красы ее люди бы слепли. От этих чар царица могла освободиться только в том случае, если кто-нибудь в лягушке признал бы женщину и восхвалил бы ее красоту. Поэтому царские слуги хватали каждого пришельца, приводили во дворец, показывали ему лягушку и спрашивали: «Что это такое?» Конечно пришелец отвечал, что это лягушка. За такой ответ ему отрубали голову, и отсеченную голову, словно кирпич, закладывали в стену дворцовой ограды. Вся ограда была возведена из человеческих голов. Вот так же схватили и Фасо, привели его в прекрасный дворец, который превосходил своей красотой дворец Соломона Мудрого, подвели к лягушке и спросили: «Что это такое?»
Глядит Фасо с удивлением и видит перед собой лягушку, которая печально смотрит ему в глаза.
Чуть было не вырвалось у него, что это лягушка, но, к счастью, припомнился ему совет Соломона Мудрого: «Прежде чем отвечать на вопрос, подумай хорошенько».
Тогда он подумал: «Если бы эта лягушка не являлась для царя чем-то дорогим его сердцу, не сидела бы она на троне, покрытом дорогими коврами, на драгоценном золотом подносе с драгоценными камнями!» И печальный взгляд лягушки говорил ему о том же.
– Почему ты молчишь? – спросили его.
– Я не могу подобрать слов, чтобы восхвалить и возвеличить ее, – отвечал Фасо.
Когда он это сказал, печальная лягушка насторожилась и приподнялась. Фасо понял, что его слова обрадовали ее. Тогда в присутствии всего народа, придворных и визирей Фасо доложил царю:
– Великий государь! Хоть ты и являешься величайшим и могущественным владыкой, но твое счастье и радость приумножает это бесценное существо, равное солнцу и луне, красоту и прелесть которого немыслимо описать ни пером, ни словом! Многие цари и короли мечтают владеть таким сокровищем, но бог благословил только тебя и на тебя вытряхнул свой всемилостивейший и благодатный подол.
Услышав такие речи, лягушка обрадовалась и запрыгала, то вскочит Фасо на плечи, то прижмется к его груди. Лицо царя тоже просияло, радость осенила лица всех придворных. Когда Фасо понял, что его хвала принесла всем большую радость, он еще больше осмелел и еще пуще стал восхвалять лягушку.
Наступил вечер, закатилось солнце, мир погрузился в темноту. Лягушка скинула свою кожу и превратилась в прекрасную солнцеликую женщину. Обняла, поцеловала она спасшего ее Фасо и сказала ему:
– Видно, бог вразумил тебя, мой дорогой брат, что за всю жизнь я и мой муж только от тебя услыхали хвалу мне. Ведь не счесть отрубленных голов, из которых построена ограда дворца. И если бы ты тоже назвал меня лягушкой, твоя отрубленная голова довершила бы постройку этой стены. Но ты спасен от смерти, а я избавлена от горя и страданий, и чар колдовских.
Посадили царь и царица между собой Фасо и целую ночь предавались радости и ликованию, славили его и благодарили. Наступил день прощания. Царь и царица просили его остаться у них и быть их сыном и наследником, но Фасо отказался:
– Господин мой, я бедный человек, ждет меня моя несчастная, пребывающая в нищете семья. Прошло уже три года, как я о них ничего не знаю, хочу скорее вернуться домой и повидать их, без них нет мне жизни, каковы бы они ни были, бог наделил меня ими, и я должен этим довольствоваться.
Царю и царице понравилось, что Фасо предпочел свою бедную семью предложенному ему богатству и власти, и в знак благодарности велели пригнать сотню верблюдов, сотню коней и сотню мулов и нагрузить их золотом, серебром и множеством дорогих товаров. Нарядили Фасо в царские одежды, сшили для всей его семьи расшитые золотом наряды. Фасо стал обладателем огромного богатства. Несколько дней двигался караван. Тяжелая поклажа утомила животных. Пришлось сделать привал на одной живописной лесной поляне, усеянной цветами. Разгрузили животных и пустили их пастись на сочную траву. А сам Фасо, новоявленный богач, приказал расстелить золотую ткань, подложил под голову дорогую подушку и лег. Затем он потребовал себе обед, и ему подали все, чего только душа его желала.
Плотно пообедав, Фасо увидел, что к ним приближается купеческий караван, груженный богатым товаром. Хозяин каравана стал на привал поблизости от Фасо. Купец отдохнул, пообедал и стал прогуливаться. Во время прогулки он подошел к отдыхающему под деревом Фасо, поклонился ему, справился о его здоровье, и они стали любезно беседовать. На ветку дерева села небольшая птичка, оперение ее переливалось всеми цветами радуги, и запела нежным голоском. Долго и с удовольствием слушали они пение этой пташки и любовались красотой ее перьев. Вдруг купец обратился к Фасо:
– Как было бы хорошо поймать эту птичку!
– Разумеется, было бы очень хорошо, но как это сделать! – отозвался Фасо.
А прелестная птичка, словно привязанная к дереву, безмятежно продолжала петь.
Тогда купец сказал Фасо:
– Поднимись на дерево, и если поймаешь ее, все мое бесчисленное богатство и слуг, все отдам тебе; если же ты не поймаешь ее, тогда все твои товары, которые не составят и одной трети моих, перейдут ко мне.
Фасо подумал и вспомнил совет Соломона Мудрого: «Не тянись к тому, на что ты неспособен и чего никогда не сможешь сделать». Вспомнив об этом совете, Фасо тотчас отказался от предложения купца.
Тогда купец сказал Фасо:
– Раз ты не можешь поймать птичку, тогда я ее поймаю, но с условием: в случае удачи все свое богатство ты отдашь мне, а если я ее не поймаю, все мое богатство будет твоим.
Фасо еще раз подумал и сказал в душе: «Если вдруг он поймает птичку и заберет все мое состояние, я вернусь к своим названым родителям и они не откажут мне, дадут мне столько, чтобы я мог обрадовать свою семью».
А птичка все сидит на том же самом месте и сладко поет. Подозвали купец и Фасо своих слуг, составили письменный договор и скрепили своими подписями и печатью.
Подкрался купец к птичке и только хотел ее схватить, как она вспорхнула и уселась повыше. Купец поднялся на дерево, но как только дотянулся рукой до птички, она опять взлетела и пересела повыше. Таким образом птичка несколько раз перелетала с ветки на ветку, поднимаясь к самой верхушке. Когда она поднялась на самую макушку дерева и перелетать было некуда, она вспорхнула и улетела. Купец спустился с дерева, а Фасо прибавил к своему богатству все состояние этого купца и двинулся в путь, благословляя своего учителя.
Наконец караван Фасо приблизился к его родным местам. Фасо сиял от радости: он обладал несметным богатством и предвкушал радостную встречу с семьей. Оставалось два дня пути до его родной деревни, когда он повстречал своего близкого соседа, к которому не раз обращался за куском кукурузной лепешки, но тот отказывал ему. И все же сердце Фасо забилось от радости, из глаз его потекли слезы. Кинулся он к соседу с возгласом:
– Титэ, а ну-ка погляди на меня!
Титэ, разумеется, не узнал своего нищего соседа и решил, что перед ним сам царь. Наконец он со страхом приблизился к незнакомцу, низко поклонился ему и с перепугу не смог вымолвить ни слова, казалось, он проглотил язык. Фасо заметил замешательство Титэ, подскочил к нему, обнял его и стал целовать. А тот все никак не догадывался, что это его бедный сосед Фасо. Тогда Фасо спросил его:
– Разве ты не наш Титэ?
Титэ подумал: кто он и кто я, я никогда в своей жизни в глаза не видел этого человека, а он все твердит свое.
– Ты что, в самом деле меня не узнаешь? – снова обратился к нему Фасо.
Титэ показался знакомым его голос, но разве он мог подумать, что этот человек, одетый в расшитые золотом царские одежды, и есть бедняк Фасо! Дрожа от страха, с пересохшим горлом, он наконец обратился к нему:
– Никак не могу признать тебя, господин, хоть ты мне и напоминаешь кого-то.
– Дружище, – вскричал Фасо, – значит, ты не признал меня? Ведь прошло всего три года, как я оставил свой очаг и свою деревню!
При этих словах Титэ и вовсе поразился, но опять не выговорил ни слова. В конце концов он пробормотал:
– Фасо, это ты?!
– Так точно, это я, – ответил Фасо.
– Кому же принадлежит это огромное богатство? – спросил его Титэ.
– Мне, – ответил Фасо.
– Где и как ты его раздобыл?
На это Фасо ему ничего не ответил, а велел слугам принести им обед, и три года не видавшие друг друга соседи как нельзя лучше провели время. Во время обеда Фасо рассказал Титэ о своих приключениях и о том, как он стал владельцем стольких богатств. Пообедав, Фасо спросил Титэ:
– Как поживает моя семья?
– Эх, бедняга Фасо, нет уже больше на свете твоей семьи. Все умерли в тот же год, как ты их покинул. От твоей хибары не осталось даже развалин. То место, где когда-то стояла твоя хижина, узнать можно только по яме, в которой после дождей образуется лужа, полная лягушек, от кваканья которых ни днем ни ночью нет покоя. Мы несколько раз собирались засыпать эту яму камнями и землей, никак не выберем времени.
Услышав об этом, Фасо стал горько плакать и бить себя по лицу. Слуги еле успокоили и утешили его. Успокоившись, Фасо подумал: «К чему же мне идти в деревню, разве только для того, чтобы меня там подняли на смех? Или люди не скажут мне: для чего тебе столько богатства, когда ты уморил с голоду свою семью!»
Подумав так, Фасо тут же повернул свой караван обратно.
Несколько дней слезы не высыхали на его глазах, не пил он и не ел, он не считал себя живым. В таком горе достиг он того места, где повстречался с купцом. Фасо сделал здесь привал, велел постелить золотую ткань, прилег, положил под голову свою мутаку и предался думам: куда же мне теперь податься и кому передать богатства свои? Размышляя об этом, он взглянул на дерево, где прежде сидела сладкоголосая птичка, и подумал: ведь я пропал бы, если бы Соломон не научил меня своей мудрости. И тут он вспомнил третий совет Соломона Мудрого: «Не верь чужим словам, пока не увидишь сам собственными глазами».
Вспомнив об этом, он сразу же велел повернуть к дому. Слуги выполнили его приказ, погрузили караван и двинулись в путь. Отдохнувшие за неделю животные двигались быстро. То печальный, то радостный Фасо всю дорогу думал: может быть, на самом деле оправдает себя и третий совет Соломона Мудрого и слова моего соседа окажутся ложью.
Наконец на десятый день приблизились они к деревне. Остановившись на окраине, Фасо взял с собой самых верных слуг и направился к своему дому. Издали он увидел свою жалкую хижину, подъехал к ней. И соскочил с коня. Его бедная жена вышла ему навстречу, прикрывая тряпьем голое тело. Увидев ее, Фасо с радостью бросился к ней, обнял ее и стал целовать. Несчастная женщина в ужасе закричала:
– Будь ты проклят, бесстыдник, кто ты и откуда ты взялся? Разве не хватает мне моего несчастья, голода и нужды, что еще ты позоришь меня! Хоть я и очень бедна, но не посрамлю своей чести и совести и до последнего дыхания буду верна своему мужу!
– Ну-ка хорошенько взгляни на меня, я всего-навсего сменил лохмотья бедняка на царские одежды, неужели ты на самом деле меня не узнаешь?
Услышав знакомый голос, жена взглянула Фасо в глаза и узнала его.
Убедившись, что это ее муж, она кинулась его обнимать. Сопровождающие Фасо слуги были крайне удивлены: «Что видят наши глаза? Неужели эта жалкая побирушка его жена?»
Насытившись ласками, Фасо велел разгружать караван.
Он нарядил жену в богатые одежды, отделанные всевозможными драгоценностями. Хоть лицо ее от нужды и невзгод было худым, измученным, но ее черные, как ежевика, глаза, брови и ресницы были по-прежнему прекрасны, а в богатых одеждах она и вовсе преобразилась.
Налюбовавшись на жену, Фасо справился о детях.
– Оба сына в поле на работе. Целый день они работают за одну кукурузную лепешку, а дочка у соседей треплет шерсть, – ответила жена.
– А ей сколько платят?
– Ей ничего не платят, ее только кормят за это. Вечером сыновья приносят в дом две кукурузные лепешки, одну я съедаю сразу, а вторую прячу на завтра. Вот в такой горькой нужде мы и живем, но раз я снова увидела тебя, теперь мне ничего не страшно!
Фасо отправил слуг и велел доставить домой все его богатства. В доме и во дворе Фасо не оказалось достаточно места, чтобы разместить все его достояние, пришлось сложить часть в соседские дворы. Вечером вернулись дети Фасо и от страха и удивления не смогли вымолвить ни слова. Они, несчастные, решили, что на них напали враги, которые хотят вдобавок к их нужде истребить их и уничтожить. Навстречу им вышла мать, но где им было узнать ее, разодетую в богатые парчовые одежды! Сначала мать обрадовала дочку:
– Дитя мое, вернулся твой отец и привез нам много подарков!
Затем она обняла обоих сыновей и стала их целовать.
– Входите, дети, домой и обнимите своего отца.
Бедные дети все еще не верили своим ушам. Тогда вышел сам Фасо, обнял их, расцеловал, завел в дом, переодел в богатые одежды, и все они предались неописуемой радости.

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.