О душевном постоянстве и верности

Из «Римских деяний»

Некогда был в Англии король, в чьем королевстве жили два рыцаря, один звался Гвидон, другой – Тирий. Гвидон бился во многих поединках и всегда оказывался победителем. Он полюбил одну прекрасную девицу благородного происхождения, но не мог взять ее в жены, ибо из любви к ней постоянно вступал в опасные поединки. Наконец в одном поединке из-за этой девицы он завоевал право на ней жениться и с большой пышностью повел ее под венец. На третью ночь после свадьбы рыцарь с пением петухов встал с постели, взглянул на небо и среди звезд явственно увидел господа нашего Иисуса Христа, который сказал ему: «Гвидон, Гвидон, сколько раз ты сражался во имя любви к своей даме, пора тебе бесстрашно поднять оружие на моих врагов во имя любви ко мне!». Сказав так, он исчез.
Гвидон понял, что божественная воля призывает его отправиться в святую землю и защищать имя Христово от неверных. Он сказал своей жене: «Я надеюсь, что ты родишь от меня. Расти ребенка, пока я не вернусь, ибо я ухожу в святую землю». Услышав эти слова, она, словно безумная, вскочила с постели, схватила лежавший в головах кинжал и сказала: «Господин мой, я давно тебя люблю и только и ждала, когда наконец соединюсь с тобой браком и ты свершишь множество подвигов, так что слава твоя облетит всю вселенную. Теперь у меня будет ребенок, неужели ты хочешь со мной расстаться? Прежде чем это случится, я убью себя этим кинжалом». Рыцарь поднялся, вырвал из рук ее кинжал и говорит: «Моя любимая, меня пугают твои слова; я дал господу обет отправиться в святую землю. Сейчас время исполнить его, а не тогда, когда я буду стариком. Скрепись, ибо по божьей воле я скоро вернусь». Женщина, ободренная словами мужа, дает ему колечко, говоря: «Возьми мое колечко; всякий раз как ты в странствии своем поглядишь на него, вспомнишь обо мне, а я буду терпеливо тебя дожидаться». Рыцарь попрощался с женой и взял себе в спутники Тирия, а она немало дней подряд проплакала, не осушая глаз. В свой час жена Гвидона родила пригожего мальчика и заботливо растила его.

читать дальше

О великой любви и верности, а также о том, что правдивое слово избавляет от смерти

Из «Римских деяний»

Петр Альфонса передает, что жили-де два рыцаря, один в Египте, другой в Балдахе. От одного рыцаря к другому постоянно ходили двое гонцов: когда в Египте случалось какое-нибудь примечательное событие, рыцарь из египетской земли сообщал об этом через гонцов рыцарю из Балдаха, а тот в свою очередь ему, так что между обоими укрепилась верная любовь, хотя ни один из них никогда не видел другого. Однажды рыцарь из Балдаха, отдыхая на своей постели, стал размышлять сам с собою: «Друг мой из Египта выказывает ко мне большую дружбу, а между тем я никогда не видел его телесным оком; отправлюсь-ка я к нему и взгляну на него».
Рыцарь сел на корабль и поплыл в Египет, а друг его узнал об этом, вышел встречать и в радости привел в свой дом. В доме же этого рыцаря жила прекрасная собой девушка; когда рыцарь из Балдаха увидел ее, глаза ее пленили гостя, и он тяжко занемог от любви. Рыцарь из Египта, заметив это, говорит ему: «Дражайший друг, скажи мне, что с тобой?». А тот: «В доме твоем живет девушка, которую жаждет мое сердце столь сильно, что, если я не получу ее в жены, умру». Когда хозяин услышал эти его слова, показал ему всех женщин своего дома, кроме той девушки. А гость посмотрел на них всех и говорит: «Все эти женщины почти вовсе или вовсе мне безразличны, но есть одна – я здесь ее не вижу, – которая наполняет радостью мое сердце». В конце концов хозяин показал рыцарю из Балдаха ту девушку. Увидев ее, гость из Балдаха говорит: «Дражайший друг, в этой девушке для меня смерть и жизнь». Хозяин говорит: «Скажу тебе правду: эту девушку с младенческих ее годов я взрастил в моем доме, чтобы взять в жены и овладеть несметными ее богатствами. Но настолько я тебя люблю, что, дабы ты не умер, отдам ее тебе в жены со всеми сокровищами, которые должны были достаться мне». Услыша эти слова, гость весьма обрадовался, взял эту девушку со всеми ее сокровищами и уехал вместе с супругой на свою родину в Балдах.
Вскоре после этого рыцарь из Египта впал в столь великую нищету, что лишился и дома, и всего своего достояния; он стал рассуждать сам с собой: «К кому мне обратиться, как не к моему другу из Балдаха, которому я отдал богатства, – ведь он не прогонит бедняка?». Рыцарь из Египта садится на корабль и в вечерний час прибывает в некий город Балдах, где живет его богатый друг. Рыцарь раздумывает сам с собой: «Сейчас ночь; если я пойду к моему другу, он меня не признает, ибо я бедно одет и один, а прежде, бывало, ходил в сопровождении большой толпы слуг и всего имел в изобилии». Он еще говорит себе: «Эту ночь я проведу где-нибудь, а утром пойду к своему другу». Тут рыцарь глянул в сторону кладбища, заметил, что церковные двери отперты, и вошел в церковь, чтобы там переночевать. Когда, войдя внутрь, он расположился на ночлег, у самой церкви на улице двое прохожих затеяли драку и один убил другого. Убийца побежал на кладбище и скрылся, выйдя с противоположной стороны. Тотчас же в городе поднялся крик: «Где преступник, где злодей, который убил человека?». А рыцарь говорит: «Это я, хватайте меня и ведите на виселицу». Сбежавшиеся люди схватили рыцаря и на ночь заперли в темнице.
Рано поутру зазвонили в городской колокол, судья произнес свой приговор и рыцаря повели на казнь. Среди прочих любопытных, бежавших следом, оказался и его друг, к которому рыцарь пришел. Когда он узнал, что рыцаря из Египта ведут на виселицу, сказал себе: «Не мой ли это друг, рыцарь из Египта, кто даровал мне супругу мою и большие сокровища, и не его ли ведут на казнь, а я остаюсь жить?». И закричал громким голосом: «Добрые люди, не убивайте невинного! Тот, кого вы ведете на смерть, невиновен, убийца – я, а не он!». Сопровождавшие рыцаря из Египта, услышав такие слова, схватили того, кто их крикнул, и тоже повели к виселице. Когда мнимые убийцы подошли к самой виселице, истинный подумал: «Если я, виновник убийства, допущу, чтобы невинные эти люди были казнены, бог, конечно, когда-нибудь покарает меня; лучше на земле принять скоротечное страдание, чем во веки веков терпеть муки в аду». Тут он громко закричал: «Добрые люди, ради бога, не губите невиновных! Ни один из осужденных ни знаком, ни словом, ни делом не виноват в смерти человека, который был убит. Это сделал я своими руками. Поэтому казните меня, а невиновных отпустите на свободу». Люди дивились этим его речам, но схватили также и его, и всех троих привели перед лицо судьи.
Судья взглянул на них, подивился и говорит: «Почему вы вернулись?». Тогда они рассказали, что случилось с начала до конца. Судья говорит первому рыцарю: «Друг мой, почему ты сказал, что убил того человека?». А рыцарь в ответ: «Я открою вам всю правду без обмана. На моей родине в Египте я был богат и всего имел в избытке, а затем сразу впал в столь великую нищету, что лишился и дома, и угла, и всего моего достояния; стыдясь своего несчастия, я пришел в эту землю в надежде найти тут какое-нибудь лекарство. На признание же я решился потому, что предпочитал жизни смерть, и сейчас прошу, бога ради, вели меня казнить». Судья говорит второму рыцарю, родом из Балдаха: «А ты, друг, почему сказал, что убил?». Тот отвечает: «Господин, этот рыцарь даровал мне жену, которую взрастил для себя, и несметные сокровища и сделал меня богачом; когда я увидел, что столь дорогого мне друга, даровавшего мне жену и сокровища, ведут на виселицу, я громко закричал: «Я повинен в убийстве, а не он». Из любви к другу я с радостью умру». Судья говорит настоящему убийце: «А ты почему сказал, что убил?». Тот говорит: «Господин, я сказал правду; было бы большим грехом, если б я допустил, чтобы невиновные приняли смерть, а сам я остался бы жить. Я предпочел открыть правду и принять кару на земле, нежели, если б казнили безвинных, в аду или еще где-нибудь терпеть муки». Судья говорит: «Раз ты сказал правду и спас от смерти невиновных, постарайся впредь исправить свою жизнь – я освобождаю тебя от смерти. Иди с миром!». Все, слышавшие эти слова, хвалили судью за то, что он произнес столь мягкий приговор тому, кто не утаил правды.

О возвращении грешника на путь раскаяния

Из «Римских деяний»

Некий игрок в кости встречает ехавшего на коне блаженного Бернарда и говорит ему: «Отче, давай сыграем, я ставлю свою душу против твоего коня». Святой Бернард тут же спешивается и говорит: «Если тебе выпадет больше очков, конь – твой, а если мне, ты отдашь мне свою душу». Игрок согласился и, не раздумывая, метнул три кости и набрал 17 очков. После такой удачи он взял в руки поводья, точно конь уже принадлежал ему. Святой Бернард говорит: «Сын мой, до сих пор при трех костях можно было набрать и больше очков». И, метнув кости, получил 18 очков, на одно более, чем игрок. Когда игрок увидел такое, он последовал за отцом Бернардом, прожил святую жизнь и, удостоившись блаженной кончины, отошел к господу.

О святом Викентии

Из «Золотой легенды»

Викентий означает vitium incendens — сожигающий грех, или его имя происходит от vincens incendia — побеждающий пламя, или от victoriam tenens — одерживающий победу. Викентий сжигал, то есть уничтожал, грехи, умерщвляя плоть. Он победил пламя казней, стойко претерпев мучения, и одержал победу над миром, пренебрегши им. Викентий победил три греха, которые были в мире: лживые ереси, нечистые страсти и мирские страхи, преодолев их мудростью, чистотой и твердостью. Об этом говорит Августин: «Примеры мучеников учили и учат нас, как можно победить сей
мир со всеми его заблуждениями, страстями и страхами». Считают, что рассказ о мученичестве святого Викентия составил Августин, Пруденций же вдохновенно изложил его стихами.

***

Викентий, благородный от рождения и еще более благородный своей верой и служением, был диаконом при блаженном епископе Валерии. Поскольку Викентий был красноречивее епископа, тот поручил юноше свои обязанности, а сам пребывал в молитве и созерцании. По приказу наместника Дакиана Валерий и Викентий были схвачены, отведены в Валенсию и подвергнуты тяжкому заключению. Когда Дакиан счел, что мученики обессилели от голода, он приказал привести их и был разгневан, увидев их бодрыми и здоровыми. Дакиан воскликнул в ярости: «Что скажешь, Валерий, ведь под видом богослужений ты нарушаешь указы принцепса?».
Поскольку блаженный Валерий говорил медленно, Викентий сказал ему: «Досточтимый отче, не бормочи слова, как будто в страхе, возвысь свой голос! Если прикажешь мне, отче, я сам буду отвечать на обвинения судьи». Валерий ответил: «Дражайший сыне, уже давно я передал тебе заботы о проповеди, ныне же поручаю отстаивать нашу веру». Тогда Викентий обратился к Дакиану: «В своей речи ты обвинил нас в том, что мы отрицаем веру. Так узнай, что для благоразумных христиан нечестиво отрицать Бога и отвергать Его почитание».
Разгневанный Дакиан приказал отправить епископа в изгнание, а дерзкого и непреклонного юношу, дабы его пример устрашил других, наместник велел растянуть на дыбе так, чтобы разорвались все его члены.

Читать дальше

О том, что следует прислушиваться к доброму совету

Из «Римских деяний»

Однажды стрелок поймал птичку под названием соловей, и когда хотел убить ее, она заговорила человеческим голосом и сказала так: «Что тебе за прок, человек, если убьешь меня? Ведь ты не насытишься мной, а если отпустишь, я подам тебе три совета. Если неукоснительно будешь им следовать, получишь великую пользу». Пораженный тем, что птица говорит, стрелок пообещал отпустить ее на волю, коли она даст ему эти три полезных совета. Соловей говорит: «Ну, слушай! Первый: никогда не гонись за тем, что тебе не под силу. Слушай теперь второй: не жалей того, что непоправимо! Слушай третий: никогда не верь невероятному. Следуй трем этим советам и будешь счастлив!».
Стрелок, как пообещал, отпустил соловья. Он, вольно летая, сладко запел, а кончив свою песню, сказал стрелку: «Увы тебе, человек, ибо ты принял неправильное решение и потому лишился сегодня драгоценного сокровища: ведь у меня внутри жемчужина величиной более страусового яйца».
Стрелок, услышав это, весьма огорчился, что отпустил птицу на свободу, развернул свою сеть, чтобы вновь ее поймать, и сказал: «Лети ко мне в дом, и я буду тебя всячески ластить, кормить из рук и давать тебе, когда захочешь, летать». Соловей в ответ: «Теперь я точно знаю, что ты глуп, ибо ничего не извлек из моих советов: ты жалеешь о том, что непоправимо, напрасно стараясь меня поймать, и даже пустил в ход сеть; вдобавок ты поверил, что у меня внутри жемчужина величиной более страусового яйца, тогда как я сам намного меньше его. Ты глуп и никогда не поумнеешь». С этими словами соловей улетел, а стрелок в огорчении и печали воротился домой и больше не встречал соловья.

Чудеса на могиле святой Агнессы

Из «Золотой легенды»

У Агнессы была молочная сестра Эмерентиана, святейшая дева, хотя еще только оглашаемая. Стоя у гробницы Агнессы, Эмерентиана твердо обличала язычников и за это была каменована ими. В тот же миг земля содрогнулась, вспышки огня и молнии снизошли от Бога и поразили многих язычников, так что впредь они не вредили никому, кто приходил на могилу Агнессы.
Тело Эмерентианы было положено рядом с телом святой Агнессы. Когда ее родители на восьмой день бодрствовали у могилы, они увидели хор дев в сверкающих золотых одеждах, а среди них блаженную Агнессу. Она стояла среди дев в таком же, как у них, лучезарном платье, и одесную ее стоял агнец белее снега. Агнесса сказала им: «Смотрите, не оплакивайте меня как мертвую, но возрадуйтесь со мною и поздравьте меня, ибо я удостоилась сияющей обители и пребываю вместе с этими девами».
После этого видения стал отмечаться второй праздник, посвященный святой Агнессе.

***

Дева Констанция, дочь Константина, тяжко страдая от проказы, услышала об этом видении. Придя на могилу святой Агнессы, Констанция долго молилась и во сне увидела святую, которая сказала ей: «Будь тверда духом, Констанция! Если уверуешь во Христа, немедля получишь исцеление». Разбуженная этим голосом Констанция увидела, что полностью исцелилась. Приняв крещение, она воздвигла храм над могилой святой Агнессы. Храня девство, Констанция жила в том месте в окружении множества дев, подражавших ее примеру.

***

Некий муж по имени Павлин, бывший священником в церкви Святой Агнессы, испытывал жестокие искушения плоти. Он не хотел оскорбить Бога и потому попросил у верховного понтифика разрешение вступить в брак. Отметив его простоту и честность, Папа даровал Павлину перстень с изумрудом и велел, чтобы от имени Папы священник попросил образ прекрасной Агнессы, который находился на стене той церкви, дать разрешение на брак. Стоя перед образом святой, священник передал ей слова Папы. Тогда Агнесса протянула Павлину палец, а затем, приняв перстень, убрала палец, изгнав из священника всякое искушение. Этот перстень, как говорят, до сих пор можно видеть на пальце святой.
Есть и другое изложение этой истории. Когда церковь Святой Агнессы стала разрушаться, Папа сказал некоему священнику, что желает дать ему невесту, дабы тот хранил и питал ее. Говоря так, Папа поручил ему заботиться о церкви Святой Агнессы. Папа дал священнику кольцо и велел обручиться с изображением святой. Священник обручился со святой, которая протянула ему палец и затем снова убрала его.

***

Амвросий в книге О девах говорит о святой Агнессе: «Старцы, юноши и дети воспевают ее, ибо никто другой не достоин столь великой хвалы, как эта дева, которую могут хвалить все: сколько людей, столько и глашатаев, проповедующих о мученице в своих речах. Дивитесь все, ибо стала свидетельствовать о Божественном та, которая по возрасту еще не могла говорить за себя. Люди верили, когда о Боге говорила юная дева, которой еще не было дозволено говорить о человеке: ведь все, что превыше природы, исходит от ее Создателя. Невиданное доселе мученичество претерпела та, которая, будучи юной, уже созрела для победы. Ей было тяжко сражаться, но она смогла принять венец. Наставницей добродетели стала дева, которая по юности своей не имела права выносить суждение. Подобно невесте, идущей к брачному ложу, легкой поступью, быстрыми шагами направлялась дева к месту своей казни».
Амвросий также говорит в Префации: «Блаженная Агнесса, презрев достоинство знатного рода, удостоилась небесной славы, отвергнув обеты земного союза, обрела союз с Небесным Царем, приняв многоценную смерть за Христа, стала подобной Ему».

О том, что следует опасаться произносить проклятия

Из «Римских деяний»

Гервазий Тильберийский, живший во времена императора римского Оттона, сообщил о неслыханном и небывалом происшествии, полном, однако, мудрого значения и запросто побуждающем неосмотрительных людей быть на страже.
В Каталонии в херонском епископстве есть очень высокая гора, подъем на нее нелегок, а кое-где и вовсе невозможен. На вершине горы находится озеро с темной водой, в глубине почти черной. Там, говорят, владения демонов и их дворец, ворота которого плотно заперты. Но дворец, как и сами демоны, невидим и скрыт от людских глаз. Если же кто бросит в озеро камень или что-нибудь в этом роде, сразу же разгневанные демоны поднимут бурю. В иных местах гор лежит вечный снег и никогда не сходит лед. Там великое изобилие горного хрусталя и никогда не светит солнце. У подножия этой горы течет река, несущая золотой песок; из него намывают золото, которое в народе зовется паллиум. В недрах горы и вблизи нее находят серебро и скрываются многообразные другие богатства. Вблизи горы жилище некоего земледельца. Однажды, когда он был занят домашней работой, а его малолетняя дочь, не смолкая, плакала, он, как поступают несдержанные люди, послал ее ко всем чертям. И тут же необдуманно сорвавшееся с языка проклятие исполнилось и незримая толпа демонов унесла девочку.
Спустя семь лет после этого у подножия горы проходил кто-то из местных жителей и увидел быстро идущего человека, который печально жаловался: «Увы мне, горькому, что мне делать – ведь меня придавило страшное несчастье!». На вопрос другого путника, какова причина его горя, он ответил, что уже семь лет по велению демонов он совершает этот путь, а они всякий день на нем ездят. Дабы собеседник поверил столь странным его словам, этот человек вспомнил другой случай, рассказав, что дочь его соседа, которую он видел, тоже попала во власть демонов, но им-де прискучило печься о девочке и они бы охотно воротили ее назад, если б отец поднялся за нею в горы.
Собеседник его удивился и стал колебаться, скрыть от ее отца то, что он услышал, или рассказать ему. Решил, однако, открыть все. Человек этот пришел к отцу девочки и, видя, что тот до сих пор оплакивает исчезновение своей двухлетней дочери, спросил о причине его слез. Услышав ответ, путник поведал ему то, что узнал от человека, на котором ездили демоны, и посоветовал пойти в указанное место и, свидетельствуясь именем господним, заклинать демонов, чтобы они воротили назад его дочь, которую некогда он отдал им. Отец девочки удивился этим словам, но, размыслив, как ему быть, почел правильным послушаться совета. Он взошел на гору, направился к озеру и стал, заклиная именем господним, требовать от демонов вернуть ему некогда отданную им дочь.
И вот внезапно, словно принесенная дуновением ветра, перед ним предстала высокого роста девочка; глаза ее блуждали, кожа обтягивала мышцы ее и нервы, она не умела говорить, и лицо было неосмысленно – появившееся существо едва ли имело в себе что-либо человеческое. Отец дивился виду вновь обретенной дочери и, сомневаясь, надлежит ли ему возвращать ее в свой дом, обратился к епископу херонскому, рассказал ему о печальном этом происшествии и в своем затруднении спрашивал совета – как быть. Епископ, человек благочестивый и образцовой добродетели, поведал об этом своей пастве, показал девочку всем и призывал к тому, чтобы впредь никто не препоручал своих кровных демонам, ибо враг наш диавол, подобно рыкающему льву, постоянно рыщет, кого пожрать, иных губит, а иных без надежды на избавление держит словно в узилище, дабы предать затем муке и сокрушить.
Вскоре тот, на ком ездили демоны, вследствие такого же отеческого проклятия попавший в их руки, перед лицом всех правдиво и внятно рассказал о том, какова жизнь демонов. Человек этот поведал, что вблизи упомянутого места под землей построен у них огромный дворец, вход в который покрыт густым мраком; туда слетаются демоны, совершив свой полет в различные части земного мира, и сообщают начальствующим над ними о том, какие дела свершили. Никому не ведомо, из чего сделан этот дворец, кроме самих этих демонов, обитателей его, и людей, которые властью приговора подпадают под вечное их иго.

О святой деве Агнессе

Из «Золотой легенды»

Агнесса происходит от агнец, ведь она была кроткой и смиренной, как агнец. Также ее имя может происходить от греческого слова agnos, то есть благочестивый, ибо она была благочестива и милосердна.
Либо Агнесса — от agnoscendum, то есть постижение, ведь она постигла путь истины. Согласно Августину, истина противоположна суетности, лжи и сомнению. Своей добродетелью святая Агнесса удалила от себя эти три порока.
Агнесса была разумнейшей из дев, как свидетельствует о том Амвросий, описавший ее мученическую смерть. В тринадцать лет она утратила смерть и обрела жизнь. Она была ребенком по годам, но обладала умом, свойственным старости, телом она была девочка, но духом — старица; прекрасно было ее лицо, но вера ее была еще прекрасней.
Однажды, когда Агнесса возвращалась с занятий, в нее влюбился сын префекта. Обещая ей драгоценности и несметные сокровища, он умолял деву согласиться выйти за него замуж.
Агнесса ответила: «Отойди от меня, искра греха, источник злодейства, пища смерти, ибо я уже обручена с другим возлюбленным». Она стала описывать своего Жениха, говоря о пяти достоинствах, которые невесты ищут в своих женихах: о его благородстве; сиянии красоты, изобилии богатств, крепости силы, чистоте великой любви. «Я люблю Того, — сказала она, — кто много благороднее и достойнее тебя: Его Матерь — дева, Отец Его не ведал жены; ангелы служат Ему, луна и солнце дивятся Его красоте. Силы Его не оскудеют и богатства Его не иссякнут вовеки; благоухание Его воскрешает мертвых, и прикосновение Его укрепляет больных. Любовь к Нему — непорочность, прикосновение — святость, союз с ним — девство». И вновь она стала перечислять пять достоинств Жениха своего: «Чья щедрость больше, могущество сильнее, красота несравненнее,
любовь сладостнее, милость прекраснее?». Затем перечислила она пять даров, которые Жених принес ей и приносит всем своим невестам: Он обручается с ними кольцом веры, одевает и украшает их многоцветием добродетелей, Он знаменует их кровью Своих Страстей, связывает их узами любви и щедро осыпает сокровищами небесной славы. И говорила Агнесса: «Он обручился со мною кольцом Своим и облек драгоценными камнями шею мою, Он окутал меня покровом, расшитым золотом, и украсил меня бесчисленными драгоценностями, Он наложил печать на лицо мое, чтобы я никогда не приняла другого возлюбленного, кроме Него. Он окрасил ланиты мои Своею кровью. Я связана с ним непорочными объятьями, и тело Его едино с моим телом. Он показал мне бесценные сокровища и обещал мне эти сокровища, если я буду Ему верна».
Услышав речи девы, юноша простерся на ложе, лишившись рассудка. По его тяжелым вздохам лекари поняли, что он страдает от любви. Тогда отец юноши сам стал сватать Агнессе своего сына, но она ответила, что у нее уже есть жених и она не может нарушить данного слова. Префект стал расспрашивать всех, кто же тот жених, могуществом которого гордится Агнесса. Когда же некто открыл ему, что она называет женихом Христа, префект стал преследовать деву льстивыми уговорами, а затем грозить ей наказанием. Агнесса отвечала: «Поступай, как хочешь, но ты не сможешь добиться того, о чем просишь», — и только смеялась над его угрозами и обещаниями. Префект сказал ей: «Выбирай одно из двух: либо, если тебе угодно хранить девство, приноси жертвы вместе с девами-весталками, либо придется тебе жить среди блудниц». Была же Агнесса знатного рода, и префект не мог заставить ее сделать что-либо против ее воли, но мог обвинить в том, что она — христианка. Дева ответила ему: «Нет, я не стану ни приносить жертвы твоим богам, ни осквернять себя развратом. Со мною страж тела моего, ангел Господень».
Тогда префект велел раздеть деву и обнаженной отвести в блудилище. Но Господь сделал ее косы настолько густыми, что они укрыли Агнессу лучше, чем одежды. Войдя в дом разврата, дева увидела там ангела Господня. Озарив все вокруг чудным светом, ангел вышел навстречу Агнессе и подал ей белоснежную ризу. Так блудилище стало домом молитвы, и всякий, кто почтил этот ярчайший свет, выходил оттуда, став более чистым, чем прежде.
И вот сын префекта вместе с другими юношами пришел в дом разврата и пригласил своих спутников войти к Агнессе первыми. Вошедши, они были напуганы случившимся чудом и в сокрушении бежали. Он же, назвав их ничтожными, в ярости ворвался к деве. Юноша захотел коснуться ее и устремился в сияющий свет, но, не почтив Бога, он испустил дух, задушенный диаволом. Узнав об этом, префект вбежал к деве с громким плачем и стал со всем тщанием допытываться, отчего умер его сын. Агнесса сказала ему: «Тот, чью волю исполнял твой сын, взял над ним власть и убил его. Сотоварищи же его, убоявшись чудесного знамения, вернулись домой невредимыми». Префект сказал ей: «Вели ему воскреснуть, дабы стало
ясно, что ты совершила это не с помощью колдовства!». По молитвам Агнессы юноша воскрес и стал открыто проповедовать Христа. Тогда жрецы храмов стали кричать, подстрекая народ к бунту: «Хватайте колдунью, хватайте злодейку, она смущает умы и похищает души!». Префект же, увидев столь великое чудо, захотел отпустить деву на свободу, но побоялся наказания.
Он препоручил Агнессу своему наместнику и удалился в печали,
поскольку не смог ее освободить. Тогда наместник, чье имя было Аспасий, приказал бросить деву в огонь. Разделившись на две части, пламя обожгло бунтующий народ, но не коснулось Агнессы. Наконец, Аспасий велел вонзить ей в горло меч, и так Жених ее, сияющий белизной и румяный, как заря, освятил мученичество Своей невесты. Принято считать, что святая Агнесса пострадала во времена Константина Великого, который начал править в лето Господне 309-е. Христиане и родители Агнессы с радостью похоронили ее тело, едва избежав при этом гнева язычников, которые хотели побить их камнями.

О наказании грешников, вовремя не понесших кару за содеянное

Из «Римских деяний»

В королевском дворце был один очень сообразительный привратник, который постоянно просил своего господина, чтобы тот на один месяц поставил его стражем у городских ворот, дозволив взимать плату с каждого горбатого, одноглазого, шелудивого, прокаженного и страдающего грыжей. Король согласился и скрепил свое согласие печатью. А привратник, получив эту должность, стоял у городских ворот и следил за всеми входящими и выходящими, дабы не упустить своей выгоды.
Однажды к воротам приблизился горбун с головой, закутанной в плащ. Привратник пошел ему навстречу и потребовал денарий, согласно статуту и полученному от короля распоряжению. Горбун отказался и не пожелал ничего заплатить. Тогда привратник ударил его и хотел сорвать с его головы шлык. Сбив шлык на сторону, он увидел, что путник не имеет глаза, и тут же потребовал два денария. Тот отказался платить и пытался бежать. Но привратник за шлык поволок горбуна назад, и – гляди – когда голова горбуна обнажилась, привратник увидел, что он ко всему и шелудив, и тут же потребовал три денария. Горбун пустил в ход кулаки, и тогда на руках его выше локтей открылись пятна проказы; привратник потребовал четыре денария. В драке он сорвал с путника плащ, и тогда оказалось, что у того грыжа; привратник потребовал пять денариев. Так случилось, что, не желая заплатить один денарий, человек этот принужден был отдать целых пять.

О святом Себастьяне

Из «Золотой легенды»

Себастьян, как считают, происходит от sequens — тот, кто следует, и beatitude — благодать, а также astim, что значит город, и ana — вверх, как бы Восходящий к благодати Града Небесного — града высшей
славы, то есть обладающий благодатью и обретающий ее. Себастьян снискал эту благодать пятью способами, о которых говорит Августин. Царство приобретается бедностью, радость — горем, покой — страданием, слава — безвестностью, жизнь — смертью.
Или же считают, что Себастьян происходит от слова basto — седло. Ведь Христос — это Воин, и конь Его — Церковь, седло же коня — Себастьян: через его посредство Христос сражался в сонме верных и одерживал победы подвигами многих мучеников. Себастьян также может означать укрепленный или обходящий кругом: укрепленный, поскольку, как еж своими иглами, он был унизан стрелами, а обходящий кругом, ибо он обходил всех мучеников и ободрял их.

Себастьян, христианнейший муж родом из Нарбонна, жил в Медиолане. Императоры Диоклетиан и Максимиан любили его настолько, что поставили Себастьяна во главе Первой когорты и велели ему повсюду сопровождать их. Он носил одеяние воина лишь для того, чтобы укреплять души иных христиан, которые, как он видел, ослабевали во время пыток.
Случилось, что преславные мужи, братья-близнецы Марцеллин и Марк были приговорены к казни за исповедание веры Христовой. Родители пришли к ним, надеясь уговорить сыновей отречься от своих обетов.
Причитая, приблизилась к ним мать: с непокрытой головой, в разорванной одежде, обнажавшей грудь ее, она стояла, говоря: «О милые сыновья, неслыханное несчастье поразило меня и невыразимое горе! О я, несчастная! Теряю я сыновей моих, оба они идут на смерть. Если бы враги отняли у меня сыновей, я преследовала бы их среди битв и браней. Если бы жестокий приговор осудил сыновей томиться в заключении, я стучалась бы в дверь темницы, доколе не упала бы замертво. Новый способ умирать придумали люди: они сами приглашают палача, чтобы тот казнил их, они стремятся жить, чтобы умереть, они призывают смерть, чтобы та пришла к ним скорее. Новая скорбь, новая беда, когда по своей воле юноши покидают родных и оставляют родителей доживать свой век в горькой старости».
Так плакала мать. Рядом с нею, поддерживаемый слугами, старец-отец посыпал прахом главу и возносил свой голос к небесам: «Пришел я в последний раз проститься с сыновьями, идущими на смерть! Воистину, в той гробнице, которую уготовал себе, я, несчастный, погребу моих сыновей. О сыны мои, опора моей старости и свет очей моих, зачем стремитесь вы к смерти? Придите, юные, оплакивайте молодых, которые по своей воле уходят от нас. Придите, старцы, плачьте вместе со мной о сынах моих! Войдите сюда, отцы, и сделайте так, чтобы вы сами не испытали подобных мучений! Пусть от слез ослепнут глаза мои, дабы я не видел, как палач занесет меч над моими сыновьями».

Читать дальше