Три Ахмада

Курдская сказка

Жил падишах. В год один раз ходил он на женскую половину к своей жене. Два сына родились у него. И первого звали Ахмад и второго звали Ахмад. Как-то раз везир — а он был очень хитрый — узнал о том, когда падишах ходит на женскую половину к своей жене. И вот однажды он пробирается на женскую половину прежде падишаха. Спит с женой падишаха и уходит.
После этого на женскую половину идет падишах, стучит в дверь, жена открывает ему.
— Что это ты, падишах! — удивленно восклицает она. — Ведь ты же только что был здесь!
Падишах сразу догадался, в чем дело, говорит:
— Я забыл здесь свой кисет с табаком.
Падишах уходит и после этого ни разу не переступает порога женской половины. Через девять месяцев у жены рождается еще один сын. И этого сына тоже называют Ахмад.
Все три сына вырастают. Вскоре падишах умирает. А в завещании, которое падишах после себя оставил, было написано: «Ахмад — мой сын, Ахмад — мой сын, Ахмад — не мой сын — лишен наследства».
Прочли это завещание три Ахмада и заспорили: «Кто-то из нас не сын падишаха!» Спорили, спорили, чуть не подрались, а потом решили: «Зачем нам ссориться, пойдем-ка к падишаху соседней страны. Он славится своей мудростью — пусть он нас рассудит».
Все трое собрались в путь. Долго шли они.
Остановились на привал. Старший брат, поглядев кругом, сказал:
— Здесь только что прошел верблюд — хромой, слепой на один глаз и без двух передних зубов.
Средний сказал:
— А нагружен он был маслом и медом.
А младший добавил:
— На нем ехала верхом беременная женщина.
В это время к ним подошел какой-то человек:
— Не видели ли вы тут верблюда? Пропал куда-то, никак не могу найти.
— Верблюд твой хромой, слепой на один глаз и без двух передних зубов? — спросил старший.
— А нагружен он медом и маслом? — спросил второй.
— И еще на нем сидела верхом беременная женщина? — спросил третий.
— Да, да, этот самый!—обрадовался владелец верблюда.— Стало быть, это вы нашли его, ну так верните же мне его!
— Ей-богу, не видели мы твоего верблюда! — в один голос воскликнули братья.
— Как не видели! Вы издеваетесь надо мной? Пошли к кази!
Пришли к кази. Владелец верблюда рассказал казн все как было.
— Пусть отдают мне моего верблюда, они, наверное, его спрятали где-то, — сказал он.
— Да, ей-богу, не видели мы никакого верблюда, — поклялись братья.
— Как же вы узнали все признаки верблюда, если даже не видели его? — спросил кази. — Вот ты, — обратился он к старшему. — Откуда ты узнал, что верблюд был хромой, слепой и что у него не хватало двух передних зубов?

— Когда он шел, то волочил ногу, и на земле остался след; трава была съедена только по одной стороне, и на том месте, где у верблюда передние зубы, трава оставалась нетронутой — вот я и понял, что верблюд был хромой, слепой на один глаз и у него недоставало двух передних зубов, — отвечал старший брат.
— Ну, а ты как догадался, что верблюд был нагружен медом и маслом? — спросил кази среднего.
— А очень просто, — отвечал тот. — Когда верблюд опускался, то с одной стороны у него проливалось масло, а с другой — мед. С той стороны, где было масло, собирались муравьи, а где мед — мухи.
— Ну хорошо, а ты как мог догадаться, что на верблюде ехала женщина и к тому же беременная? — спросил кази младшего.
— Тоже по следам, — отвечал младший. — Когда женщина садилась на землю отдохнуть, то прежде чем встать, она опиралась о землю обеими руками.
Все доводы были так убедительны, что кази не мог ничего возразить. «Как же мне быть, — подумал он, — какое решение принять?» А вслух сказал:
— Оставайтесь сегодня у меня, поужинайте, переночуйте, а завтра снова поговорим, бог даст, за ночь я что-нибудь придумаю.
Велел он своей жене приготовить хороший ужин. Та зарезала ягненка, сделала вкусный кебаб и подала на стол.
Старший взял кусочек в рот и выплюнул.
— Что ты, —спрашивает кази, — невкусно, что ли?
— Псиной пахнет, ты прости меня, не могу есть, — отвечает тот.
— А ну, позовите сюда пастуха, — говорит кази.
Пришел пастух.
— Почему это мясо псиной пахнет? — спрашивает кази.
— Господин мой, пощади меня! Когда овца объягнилась, то сука наша как раз кормила щенят. Этот глупый ягненок как-то раз подлез к суке и стал сосать ее вместе со щенятами. Недосмотрел я, ты прости меня!
— Выбросить весь котел мяса, — велел кази.
Подали большое блюдо с пловом. Средний взял горсточку, попробовал и тут же выбросил.
— Почему не ешь? — спрашивает казн.
— Железом пахнет, — отвечает средний.
Перевернули блюдо с пловом, смотрят: там большой гвоздь.
Весь плов выбросили.
В это время слуга поставил на стол кувшин с вином.
— Отведайте вина, пока жарится кебаб, — предложил кази и, налив вина в финджан, протянул младшему брату. Тот едва пригубил и тут же поставил финджан на стол.
— Что такое, почему ты не пьешь? — спрашивает кази.
— Кровью пахнет!
— Кровью? А ну позвать сюда винодела! — велит кази.
Привели винодела.
— Почему вино кровью пахнет? — спрашивает кази.
— Не прогневайся, господин, — отвечал винодел. — Когда мы давили виноград, то мне в ногу вонзилась колючка, и одна капля крови попала в корыто.
— Вылейте вон всю бочку, — велел кази.
А потом, обратившись к владельцу верблюда, сказал:
— Дорогой мой, иди себе с миром, эти люди не видели твоего верблюда, уверяю тебя!
Владелец верблюда ушел.
— Куда же вы путь держите? — спрашивает кази братьев.
— Да вот идем к мудрому падишаху соседней страны, хотим, чтобы он нас рассудил, — отвечают они.
— А может быть, я смогу помочь вам, расскажите мне о своем деле.
Братья рассказали кази все и попросили его помочь им разобраться, который же Ахмад — не сын падишаха.
— Трудную задачу задали вы мне, — вздохнул кази, — не знаю, что мне сказать вам! Ну, подождем до утра.
А у кази была дочь. Пока братья рассказывали, она стояла за занавеской и все слышала. Перед сном она говорит отцу:
— Отец, ты не беспокойся, я разрешу спор этих трех братьев.
— Ладно, спи, что ты понимаешь, — прикрикнул на нее отец.
Утром девушка подошла к братьям и говорит:
— Послушайте, юноши, я вам расскажу одну историю. Жила-была одна девушка. Она была очень бедная и кормилась тем, что пасла телят своей деревни. Как-то раз убежал ее теленок в отару соседнего пастуха. Девушка прибежала к пастуху и просит: «Пастух, да стану я твоей жертвой, мой теленок забежал в твою отару, отдай мне его». — «Переспишь со мной — тогда отдам», — сказал пастух, схватив ее за руку. «Я еще девушка, — взмолилась она, — отпусти меня и верни теленка. А я обещаю тебе, что когда выйду замуж, то в первую же ночь приду к тебе, а потом уже к мужу». Пастух пожалел ее и отпустил. Идет девушка домой с теленком, а навстречу — сын падишаха. Посмотрел сын падишаха на ее лохмотья, и сердце у него сжалось. Но ничего не сказал он, только спросил ее, кто она и где живет. Девушка ответила ему и пошла дальше. А надо сказать, что сыну падишаха было предсказано еще при рождении пророком Хыдыром, что он умрет, как только женится. Вот падишах и не хотел его женить. Но вот прошли все сроки, и народ и приближенные падишаха стали требовать, чтобы он женил сына и не оставил бы свой дом без наследников. Сколько ни убеждал их падишах, что сын его сразу же умрет, — они и слушать ничего не хотели. Делать нечего, зовет падишах своего сына и говорит ему: «Настало время тебе жениться, выбирай себе жену». Вспомнил тут сын падишаха ту девушку в лохмотьях, которая встретилась ему. «Все равно, — подумал он, — мне умирать, так я хоть ее от нищеты избавлю!» А вслух сказал: «Я женюсь только на той девушке, которая пасет телят соседней деревни». — «Стыдно, — говорит падишах, — что люди скажут! Как это мы приведем в дом какую-то пастушку грязную!» — «Или ее, или никого», — стоит на своем сын падишаха. Делать нечего, справили свадьбу. Вечером, когда сын падишаха прошел в брачную комнату, невеста сказала ему: «Ты должен выполнить одно мое условие, прежде чем стать моим мужем!» — «В чем твое условие?» — «Когда-то давно я дала слово одному пастуху, что в свою первую брачную ночь я приду сначала к нему, а потом уже к мужу, теперь ты должен отпустить меня — ведь я слово дала!» — «Ну иди, раз дала слово»,— сказал сын падишаха. Девушка пошла в деревню, разыскала пастуха. «Чего тебе?» — спросил пастух: он-то ведь давно успел забыть и девушку и ее обещание. «Как что? Разве ты не помнишь, что ты отпустил меня когда-то только с тем, что в первую свою брачную ночь я приду к тебе?» — спросила девушка. «Ах, прости меня, я был тогда еще молод и глуп. Иди с миром, ты — сестра мне, а я —твой брат!» Обрадовалась девушка, вернулась домой. «Пастух стал мне братом, а я ему — сестрой», — говорит. Только хотела она лечь рядом с мужем, явился ангел Джебраил. «Отдавай мне свою душу», — потребовал он у сына падишаха. «Погоди, — говорит сын падишаха,— я позову сначала своего отца и мать, а потом — забирай мою душу!» Пришли отец с матерью. «Пощади сына,— взмолился отец,— забери мою душу!» Джебраил стал тянуть его душу. Вытянул до пояса. Отец закричал: «Ой-ой, оставь меня — забирай душу сына!» То же самое случилось и с матерью. Тогда вышла из-за занавески жена и говорит: «Возьми мою душу, а муж мой пусть живет». Вытянул Джебраил ее душу до самого горла, а она говорит: «Скорей тащи!» Отпустил Джебраил душу девушки и говорит: «Дарю тебе сто сорок лет жизни за твою доброту».— «Половину мне, а половину — моему мужу», — сказала девушка.
— Ну, а теперь, — обратилась к трем братьям дочь судьи, — скажите мне, кто из всех троих самый благородный: сын падишаха, отпустивший свою жену в первую ночь к пастуху ради данного слова, девушка, сдержавшая свое слово, данное пастуху, или пастух, который отказался от девушки и стал ее братом?
Старший сын сказал:
— Сын падишаха! Будь я на его месте, я бы не отпустил на такое дело свою жену!
Средний сын сказал:
— Нет, девушка! Ведь прошло столько лет, она могла бы и забыть свое слово. Не всякая стала бы жертвовать ценой первой ночи!
— Нет, благороднее всех — пастух, — сказал младший. — Он отпустил девушку! Будь я на его месте, уж я бы сделал, как надо, я бы взял ее!
Тут дочь судьи сказала:
— Вот ты-то и есть незаконнорожденный!

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.