Предусмотрительный отец

Турецкий анекдот

Ходжа Насреддин женился. На пятый день у него родился ребенок. Через день Ходжа принес первый джуз Корана, сумочку для Корана, письменный прибор и т. д. и положил все это у изголовья люльки. Ему стали говорить: «Эфенди, для чего это ты так рано?» — «Ребенок, проделавший девятимесячный путь в пять дней, — заметил Ходжа, — через несколько дней пойдет в школу. Пока у меня сейчас есть деньги, я и заготовил все необходимое».

О том, что следует беречься козней диавола, чтобы он не обошел нас

Из «Римских деяний»

Некогда трое друзей отправились в святые места. Однажды случилось, что они не могли раздобыть ничего съестного, кроме одного хлеба, а пилигримы были очень голодны. И вот они сказали один другому: «Если хлеб наш разделить на три части, никто не будет сыт своей долей; давайте здраво рассудим, как разумнее распорядиться этим хлебом». Один говорит: «Давайте ляжем спать здесь при дороге, чтобы каждый увидел сон; чей окажется дивнее, тот и получит хлеб». Двое других ответили: «Это разумный совет». И они тут же улеглись спать. А тот, кто подал этот совет, встал и, пока остальные спали, съел весь хлеб, не оставив своим спутникам даже крошки.
Затем он разбудил спящих, говоря: «Пора вставать! Пришло время каждому рассказать свой сон». Первый говорит: «Друзья, мне приснился удивительный сон: будто с неба спустилась золотая лестница, а по ней сходили на землю и поднимались ангелы; они отделили от тела моего душу и донесли ее до самых небес. Там я узрел отца и сына и духа святого и вкусил такого блаженства, какого глаза не видели и уши не слышали. Вот мой сон». Второй говорит: «А мне приснилось, будто демоны железом и пламенем исторгли из тела моего душу, и мучили меня, и сказали: «Все время, пока бог царствует на небесах, ты пробудешь здесь, в этом месте»».
Третий говорит: «Слушайте теперь мой сон! Мне пригрезилось, что некий ангел приступил ко мне и говорит: «Дражайший, хочешь посмотреть, где сейчас твои спутники?». Я ответил: «Еще бы, владыка, хочу – ведь мы должны разделить между собой хлеб, а я опасаюсь, что они ушли и унесли его с собой». Ангел говорит: «Нет, хлеб лежит тут рядом. Иди за мной». Он привел меня к небесным вратам, и по его приказу я просунул голову в щель и увидел тебя: восхищенный на небо, ты сидишь на золотом троне, а перед тобой расставлено множество яств и отменных вин; ангел сказал мне: «Вот твой спутник наслаждается всяческими благами и яствами и пробудет здесь веки вечные, ибо кто однажды попал в царствие небесное, не уйдет оттуда. Пойдем со мной, и я покажу тебе, где твой второй спутник». Я последовал за ангелом, и он привел меня к вратам ада, и там я увидел тебя, терпящего, как ты рассказал, тягчайшие муки, но, прежде чем начать пытки, тебе каждодневно давали в изобилии хлеба и вина; я тебе сказал: «Милый друг, мне горько, что ты терпишь такие муки», а ты ответил мне, что «все время, пока бог царствует на небе, я-де останусь здесь, ибо заслужил этого. Скорей вставай и съешь весь хлеб: более ты не увидишь ни меня, ни другого нашего спутника». Когда я все это услышал во сне, вскочил на ноги и, следуя твоему совету, съел хлеб».

Первое упоминание о правосудии

Португальская сказка

Случилось как-то двум приятелям по берегу моря путь держать — один на кобыле ехал, а другой пешим шел. Всадник заметил устрицу и сказал пешему:
— Глянь-ка, устрица.
Тот пошел да поднял устрицу.
— Слышь, приятель, отдай устрицу — моя она, я ее заметил, — сказал тот, что ехал на лошади.
— Как бы не так. Устрица моя — кто ее с земли подобрал?
Так препирались они час-другой. Вдруг, откуда ни возьмись, мужичонка — волосы седые, зубы вставные.
— Из-за чего крик? — спрашивает.
Оба спорщика всяк по-своему дело толкуют, а седой послушал-послушал и говорит:
— Хотите, я вашему спору конец положу?
— А ты кто такой?
— А я Правосудие и с вас первых судить-рядить начну.
— Что ж, мы согласны. Решай это дело по справедливости.
Чужак устрицу хвать — кончиком ножа ее вскрыл, сердцевину съел, а спорщикам по половине раковины отдал.
— Иного решения, — говорит, — от меня и не ждите.
Так оно с тех пор и повелось, что лакомая часть всякий раз Правосудию достается.

Печаль и рыжая борода

Немецкий шванк из «Фацетий» Генриха Бебеля

Когда недавно, во время поста в 1506 году, мы были в Вейльберге в гостях у крестьянина с длинной рыжей бородой, я спросил, почему он ее носит. Он ответил: «В знак печали по своему тестю». Я сказал: «Не может быть: рыжий цвет обыкновенно напоминает о веселье, а не о печали». Это чрезвычайно рассмешило всех гостей. Он же в своей деревенской простоте смутился и сказал: «Это правда, но мне с рыжей бородой так же грустно, как другому с черной».

А если бы в рубашке был я?

Турецкий анекдот

Ветер уронил на землю висевшую на дереве рубашку Ходжи Насреддина. Ходжа сказал: «Нужно нам будет принести благодарственную жертву». Жена спросила у него о причине, и Ходжа объяснил: «А если бы, не дай бог, в рубашке был я?».

О том, как купец ободрял свою жену звоном колокольчика, покуда добрый молодец ее пользовал

Немецкий шванк из «Книжицы для отдохновения» Михаэля Линденера

У одного купца была молодая и красивая жена. А у него и без того все из рук валилось. Не знаю, то ли он плохо потчевал свою жену в постели, то ли она была чересчур игривого нрава, — одним словом, супружескими милостями она не довольствовалась, искала утешения на стороне и охоча была до всего, что плохо лежит, да хорошо стоит. И занималась она подобными пакостями до тех пор, пока сам Господь Бог на небесах не захотел терпеть этого более и порешил вразумить ее простодушного супруга. А произошло это так. Пришел к ней однажды молодой купец, и наверняка с недвусмысленными намерениями, потому что был о ней изрядно наслышан. Поговорили о том о сем, и перешел он к той теме, или к тому делу, за которым и прибыл, — и препираться с нею ему не пришлось, потому что красотка, оказывается, готова была ему уступить свой товар, но не меньше чем за сорок гульденов. Тут уж и молодому человеку грех было отступаться от собственных намерений, не в деньгах счастье, хоть денег-то у него с собой как раз и не было. И пообещал он сорок гульденов, она же посулила ему сладкое свидание. И договорились так: в ближайшую ночь молодой купец прокрадется в дом к старому и спрячется в укромном месте, а беспутная жена выскользнет тайком из супружеской постели и придет к нему, — а тут уж им ничто помешать не сможет. Подсказала такое решение она, но и ему пришлось оно по сердцу. И когда настала ночь, проник молодой развратник в дом и спрятался там, где никто не стал бы его искать. Вернулся и хозяин, поужинал с женою, и отправились они к себе в спальню. А примерно через полчаса решила молодая жена, что настало самое времечко держать слово и выполнить обещанное, и сказала мужу: «Милый мой муженек, не знаю, что со мною, да только все внутри у меня болит и горит. Так что, знаешь ли, придется мне, пожалуй, сходить в одно место, да не на одну минуточку. Только мне будет страшно одной. А чтобы не было так страшно, ты, пожалуйста, возьми колокольчик и звони не переставая — и пока я буду слышать звон, я ничего не испугаюсь». Славный купец, не заподозрив жену ни в чем дурном, взял колокольчик и принялся звонить в него. А жена пошла к любовнику, провела с ним изрядное время — и провела изрядно, взяла сорок гульденов, вернулась в спальню, шмыгнула в постель, заснула и проспала до утра. А молодой купец, получив то, за чем приходил, убрался восвояси. И вот сидит он с товарищами по ремеслу в трактире, едят, пьют, балагурят, а среди них и тот, с женой которого скоротал забавник часок-другой этой ночью, да только сам он с ним не знаком и ранее его никогда не видел. И начал он хвастаться: «Милые господа и друзья мои! Выпало на мою долю нынешней ночью такое приключеньице, каких у меня еще не было, да и навряд ли еще будут. Потому что провел я ночь с женой одного здешнего купца, а он, болван, названивал нам при этом в колокольчик. Названивал и названивал, пока мы с его женой не натешились до отвала». Купцы принялись хохотать во все горло и нахваливать молодца за удачу и смелость в столь диковинном предприятии. А добрый купец, женатый на ветреной красотке, живо сообразил, зачем выходила ночью жена да чем занималась, пока он ее подбадривал колокольчиком, но промолчал, посмеялся со всеми и не подал виду, что это дело его касается — и самым прямым образом. Но в конце трапезы пригласил он молодого купца к себе на чашу вина. Тот охотно согласился и пошел с ним, нимало не подозревая, что это обманутый им муж. И лишь когда подошли к самому дому, понял молодой шалопай, что влип, хотел было повернуть обратно, да не таков был его спутник, чтобы дать ему спуску. Схватил он прелюбодея за ворот кафтана, затолкнул в дом и поволок вверх по лестнице — как раз туда, где находилась в эти часы обманщица. Разгневанный муж обратился к ней: «Женщина, куда ты девала сорок гульденов, которые уплатил тебе прошлой ночью этот юноша?» Ах ты Господи! Как тут было распутнице отпереться, когда свидетель и соучастник ее преступления стоял здесь же. И пришлось ей принести сорок гульденов и отдать их мужу. А тот взял деньги, пересчитал их и вернул молодому купцу все до копеечки, копеечку же отдал жене, сказав при этом: «Забирай свои сорок гульденов без копеечки, а ты, шлюха, забирай копеечку, потому что больше этого шлюхам не платят. А копеечку ты заработала честно!» После чего велел молодому человеку убираться прочь. А оставшись наедине с женой, взялся пороть ее, да уходил так, что наверняка она больше не отважится выкидывать подобные штуки. Бог ведает, что женщинам следует платить именно так и ни в коем случае не иначе!

Дешевый юбилей

Еврейский анекдот

Леви отмечает пятнадцатилетие своей фирмы и говорит помощнику: — Послушайте, мне бы хотелось отпраздновать юбилей фирмы так, чтобы это всем было заметно, чтобы мои подчиненные радовались, но чтобы мне это ничего не стоило.
— Господин советник коммерции, вам надо повеситься. Это все заметят, вам это обойдется совсем даром, а уж как рады будут ваши подчиненные!

О рыжем

Немецкий шванк из «Фацетий» Генриха Бебеля

У нас, как только увидят рыжего человека, обыкновенно говорят: он плохой каминарий (это тот, кто чистит печные трубы). Когда спрашивают, почему, то отвечают: «Потому что, если он высунет голову из трубы, крестьяне подумают, что это огонь, сбегутся отовсюду и ударят, как говорится, в набатный колокол, который по необходимости сзывает людей при тревоге».

Ходжа Насреддин лечит больной глаз

Турецкий анекдот

У Ходжи Насреддина попросили лекарство для глаз. «На днях у меня болел зуб, — заметил Ходжа, — и ничего больше мне не помогло, как только то, что я его выдернул».

Глупая жена

Албанская сказка

Женился храбрый молодец, и попалась ему в жены дурочка.
Говорит он однажды своей жене:
— У нас, жена, на пороге рамазан. Нужно закупить как можно больше припасов. Рамазан длинный, и еды на него не напасешься.
Жена ему отвечает:
— Что же делать? Если еды на него не напасешься, то поди на базар и закупи всего как можно больше, а уж об остальном не беспокойся, положись на меня.
Муж отправился на базар, накупил всякой снеди и отослал ее домой жене. Та сложила все, что получила, на улице возле ворот дома и уселась рядом. Каждого человека, который проходил мимо, она спрашивала:
— Ты длинный Рамазан?
Но люди шли и не обращали внимания на слова глупой женщины. Наконец на улице показался высокий юноша и звали его по чистой случайности Рамазаном. Когда он поравнялся с воротами их дома, женщина остановила его и спросила:
— Послушай, это ты длинный Рамазан?
— Да, это я, — ответил юноша.
— Как хорошо! — сказала женщина. — А то я уже устала сидеть здесь и ждать тебя. Мой муж купил для тебя еды на базаре, вот забирай все скорее и иди.
Рамазан взвалил на плечи тяжелые мешки с припасами, поблагодарил женщину и отправился по своим делам.
Вечером пришел муж и спросил жену:
— Принесли тебе с базара мешки с едой?
— Да, — ответила жена, — принесли, и я распорядилась ими так, как ты велел. Отдала все длинному Рамазану.
Муж удивился:
— О чем ты говоришь, жена?
— Как о чем? О том и говорю. Всю еду я отдала длинному Рамазану.
— Какому Рамазану? — вскричал муж.
Жена ему все подробно рассказала. Муж не нашел ничего лучше, как хорошенько ее поколотить.
На следующий день он сказал жене:
— Купить много еды я уже не могу, у меня почти не осталось денег, но все же постараюсь выторговать сегодня на базаре баранью тушу и велю тебе ее прислать.
Жена спросила:
— А как ее едят, эту баранью тушу?
Муж ответил:
— Сначала нужно ее приготовить, как любое другое мясо: нарубить на куски и потушить с капустой. Не забыть посолить, конечно.
— Очень хорошо! — ответила жена.
Муж пошел на базар, купил баранью тушу и отослал ее домой. Жена получила баранину и нарубила ее на куски. Капусты у нее на огороде было много, но жечь понапрасну дрова ей не захотелось. Поэтому она пошла на огород и разложила куски мяса прямо на капусте.
— В такую жару мясо и на солнце испечется, — подумала она, затем посолила куски баранины и кочны капусты и вернулась в дом заниматься своими делами.
К вечеру глупая жена вышла на огород посмотреть, готова ли баранья солянка. Она увидела, что кочны капусты стоят на своих местах сырые, как и были, а мяса нет, потому что его съели собаки. Что было делать бедной женщине? Рассердилась она, поймала одну собаку, привязала во дворе к крану от бочки с вином и стала бить. Собака взвыла, заметалась из стороны в сторону, дергая кран, и до тех пор его дергала, пока ни вырвала совсем. Потом собака убежала, а вино хлынуло из бочки и текло до тех пор, пока бочка ни опустела. Женщина очень расстроилась, увидев во дворе лужу грязи. Она взяла серп и долго била им по утоптанной площадке перед бочкой, чтобы вино впиталось в землю. Серп покривился и затупился, но земля подсохла и грязи больше не было.
Вечером пришел муж и спросил:
— Принесли тебе мясо?
Жена ответила:
— Да, принесли, и я сделала все, как ты велел: нарезала тушу на куски, а дров решила не расходовать, потому что и так на солнце жарко. Разложила баранину в огороде прямо на кочнах капусты и все посолила, как ты сказал, а стеречь мне было некогда, и я пошла домой. К вечеру выхожу посмотреть, хорошо ли запеклось мясо, а его и след простыл, все собаки съели. Ну, я поймала одну собаку, привязала к крану бочки и как следует отлупила. Собака дергалась, дергалась, кран из бочки вырвала, потом убежала, а вино все вытекло. Я взяла серп и хорошенько побила им по земле, чтобы не было грязи, долго била, даже серп покривился. Зато на сердце у меня теперь спокойно, потому что грязи во дворе нет.
Муж в отчаянии стал бить себя в грудь кулаками, вопить и кричать на весь дом:
— О аллах, зачем ты допустил, чтобы я женился на такой дурочке?! Бедный я, горемычный! Что мне делать теперь, как жить?
Через несколько дней у паши, жившего неподалеку от них, убежал верблюд. Злосчастный муж глупой жены поймал этого верблюда и с помощью друзей привел к себе во двор. Задумал он верблюда убить и пустить на мясо, ведь денег у него больше не было, чтобы закупить продуктов на весь долгий рамазан. Но одно смущало его: боялся он, что жена проболтается и выдаст его паше. Взял он тогда огромный казан, подвесил его к сказал жене:
— Придется тебе залезть под этот казан и спрятаться там, потому что аллах решил наказать нас и забить камнями насмерть, но я хочу спасти от гибели хотя бы тебя.
А своим друзьям он сказал:
— Соберите побольше камней и сидите наготове. Как только я начну запихивать жену под казан, пусть один из вас бросает на дно казана камни, а другие в это время удавят верблюда. Тогда жена и не поймет, что такое мы делаем.
Но глупая женщина, когда муж запихивал ее под казан и держал там, чтобы она раньше времени не вылезла, все же сумела заметить, как его друзья удавили верблюда, нарубили верблюжью тушу на куски и побросали мясо в казан. Как только с верблюдом было покончено, муж вытащил жену из-под казана и сказал:
— Вылезай. Аллах простил нас.
На следующий день паша послал своих сыновей искать верблюда. Сыновья обходили дом за домом и всех спрашивали:
— Не видали вы нашего верблюда?
Пришли они к глупой женщине и тоже спросили:
— Не видала ты нашего верблюда?
— Видала, — спокойно ответила женщина.
— Где же? Когда ты его видала? — заволновались сыновья паши.
— Когда его душили у нас во дворе, тогда и видала, — ответила женщина.
Сыновья паши отправились к отцу и все ему рассказали. Паша немедленно позвал к себе мужа глупой женщины и спросил:
— Это ты задушил моего верблюда?
Тот испугался и стал все отрицать:
— Ничего я не знаю. Я вообще не видел верблюда.
Но паша настаивал:
— Твоя жена говорит, что это ты его удавил.
— Ничего я не знаю, не видал я твоего верблюда, — отнекивался несчастный муж глупой женщины.
Паша не поверил ему и велел своим сыновьям бросить его в темницу. Но сомнения все же не оставляли его. Он решил сам побеседовать с женщиной и позвал ее к себе. А паша, надо сказать, был старый и кривой: глаз он когда-то потерял на войне.
Когда глупая женщина пришла к нему, он спросил:
— Верно ли сказали мои сыновья, что твой муж удавил моего верблюда?
Женщина ответила:
— Верно, паша.
Тогда паша решил узнать, как же и когда это могло случиться.
— А когда твой муж удавил его? — спросил он.
Женщина ответила:
— Он удавил его в тот день, когда аллах, рассердившись на нас, бросал с неба каменья и какие-то другие тяжелые вещи и выбил тебе глаз.
Паша очень рассердился, прогнал женщину, позвал своих сыновей и сказал им:
— Я не для того посылал вас искать моего верблюда, чтобы вы нашли вместо него эту сумасшедшую, которая еще и насмехается надо мной.
Он велел освободить мужа глупой женщины из темницы и посадить туда для острастки своих сыновей. Вот такая получилась история: сначала эта неразумная женщина довела мужа своими глупостями до тюрьмы, а потом, наговорив еще больше глупостей, сумела его оттуда освободить.