Рассказ об угре

Новогебридская сказка

В одной деревне жили муж с женой и сыном. Родители работали в поле, а мальчик оставался дома один.
Однажды, когда они собрались в поле, сын сказал:
— Завтра, когда вы будете уходить, отложите для меня батат.
На следующее утро отец и мать оставили сыну батат и ушли в поле. Мальчик испек батат и съел его, а потом пошел к другим детям и стал просить еще. Но дети рассердились на попрошайку и сказали:
— Разве отец не оставил тебе еды?
— Родители оставили мне немного, но я съел все сразу.
— Так зачем же ты просишь еду у нас? — сердито спросили они.
Тогда он крикнул:
— Хорошо же, я расскажу отцу с матерью, что вы ругали меня!
Его родители вернулись, и он стал им жаловаться:
— Когда вы ушли, я съел батат и попросил еще немного у детей. Они очень рассердились на меня за это. Поэтому завтра оставьте мне два батата.
Наутро родители снова ушли в поле, оставив мальчику два батата. Он испек их и побрел по берегу реки. Там он нашел хорошее местечко и сел поесть.
Когда он ел, крошки батата упали в воду, и их съел угорь. Угорь превратился в юношу, поднялся на поверхность и подошел к мальчику. Они вдвоем доели батат, и юноша сказал мальчику:
— Завтра ты снова испечешь два батата, принесешь сюда, и мы съедим их вместе.
После этого юноша-угорь вернулся в воду, а мальчик пошел домой и сказал родителям:
— Завтра снова оставьте мне два батата.
Наутро он испек отложенные для него бататы и отправился на берег на то место. И опять перед ним появился юноша. Они вдвоем съели бататы, и юноша предложил:
— Давай украсим свои головы.
Они красиво убрали головы, отправились в поле и стали помогать работающим. Когда юноша начал копать землю, все столпились, чтобы посмотреть на его работу. Потом некоторые вернулись к своему занятию, но женщины не хотели отойти от юноши. Их мужья очень рассердились и бросились к юноше, чтобы убить его, но мальчик, который пришел с ним, облил его водой, и тот снова стал угрем.
Мужчины погнались за ним, но он ускользнул от них.
Еще немного, и они бы схватили его, но тут он прыгнул в воду.
Тогда они закричали:
— Хорошо же, мы нашлем на него дождь!
Они вызвали большой дождь, река вышла из берегов и выбросила угря на отмель.
Когда вода спала, люди спустились к берегу и увидели угря. Они разрубили его на мелкие куски и ушли.
Тогда мальчик сбежал вниз, увидел, что люди сделали с угрем, и заплакал. Его слезы упали на угря, и тот снова превратился в человека.
Он поднялся и сказал мальчику:
— Иди домой и скажи родителям, чтобы они с тобой уехали и поселились на другом острове.
Мальчик пришел домой и сказал отцу с матерью:
— Мы втроем переедем на другой остров.
После их отъезда одна старуха услышала как-то песню угря.
— Послушайте, похоже, что это поет угорь, — сказала она людям.
— Этого не может быть, уторь мертв, — ответили они. Но голос угря слышался очень ясно, и тогда люди сказали:
— Да, это правда песня угря.
Но вот он кончил петь, и все услышали страшный шум. Не успели они опомниться, как огромная волна накатилась на остров и смыла их всех. Все люди погибли, а остров поглотила вода.

Потоп

Еврейская легенда

Вначале, до сотворения человека, одни только воды славили Всевышнего.
“Пуще гула многих вод могучих, в небесах могуч Господь!” — пели моря, пели озера.
И сказал Господь:
— Так славит имя моё стихия, лишенная живой речи.
Каким же сладостным гимном огласит вселенную человек, которого Я сотворю!
У царя был великолепный дворец, все обитатели которого были глухонемые. Не умея говорить, они приветствия свои царю выражали знаками и поклонами. Вместо них поселил царь во дворце людей, обладающих даром речи. Что же от этих людей услышал царь?
— Мы — хозяева этого дворца; он наш!
И повелел царь возвратить дворец прежним жильцам, глухонемым.
Так й Господь — направил снова водяную стихию на ту землю, на которой люди перестали признавать Господа творцом и хозяином всего сущего.

***

Когда в эпоху, предшествовавшую потопу, люди, вместо Бога Живого, стали служить идолам, пред лицом Предвечного предстали два ангела, Шемхазай и Азаил. Видя скорбь Господа, они говорили:
— Властитель вселенной! Когда Ты созидал этот мир, не предостерегали ли мы Тебя, говоря: достоин ли человек, чтобы Ты помнил его, и сын праха, чтобы Ты милостью посещал его?
— Что же теперь с миром делать? — сказал Господь.
— Мы найдем для него другое назначение.
— А мне, — отвечал на это Господь, — ведомо и несомненно, что, если бы вместо людей жили на земле вы, ангелы, искушение овладело бы вами еще легче и скорее, чем это случилось с родом человеческим.
— Испытай, Господи, — сказали они, — позволь нам поселиться на земле, и Ты увидишь, как мы возвеличим святое имя Твое.
Сошли сыны Божии на землю и — стали входить к дочерям человеческим, их земной красотой обольщенные.
Встретил Шемхазай одну девицу по имени Истеарь и пленился ею.
Но Истеарь сказала:
— Я соглашусь ответить на твою любовь, если ты откроешь мне “Шем-Гамфорош”, произнося которое ты возносишься на небо, когда этого пожелаешь. Ангел исполнил ее требование. Тогда Истеарь произнесла Святое Имя и вознеслась на небо, сохранив беспорочность свою. В воздаяние за ее добродетель Всевышний обратил Истеарь в звезду и поместил ее в плеяде.
После этого Шемхазай и Азаил взяли себе жен, и у Шемхазая родились два сына: исполины Гива и Гийа.
Архангел Метатрон послал сказать Шемхазаю, что готовится потоп и миру грозит полное разрушение. Поднял голос свой Шемхазай и горько зарыдал:
— Горе мне, — вопил он, — что станется с моими детьми после разрушения мира? Чем они питаться будут?
А съедал каждый из них по тысяче верблюдов, тысяче лошадей и тысяче быков ежедневно.
В ту же ночь обоим было сонное видение. Одному приснилось: лежит на земле гигантский камень в виде стола, поверхность которого вся покрыта рядами письмен. А с неба сходит ангел и, держа в руках нечто похожее на нож, соскабливает и уничтожает строку за строкой до тех пор, пока не осталось всего четыре слова.
Другому привиделось: роскошный сад, засаженный всевозможными деревьями, и ангелы с топорами в руках вырубают деревья одно за другим и оставляют единственное дерево о трех ветвях.
Сны эти Шемхазай истолковал как предвещание близкого потопа, после которого на земле останутся в живых только Ной и три сына его.
Впоследствии Шемхазай раскаялся в земном грехе своем и добровольно покарал себя, повиснув в пространстве между небом и землей, где висит и поныне, вниз головою, в скорби покаянной. Азаил же не раскаялся и продолжает свое грешное бытие и поныне.

Ной и ковчег

Еврейская легенда

Рав Гуно со слов раби Иосэ учил:
— В продолжение ста двадцати лет до потопа Господь предостерегал род человеческий и, не видя ни в ком раскаяния, повелел Ною приступить к сооружению ковчега.
Стал Ной сажать кедровые деревья.
— Для чего тебе эти деревья? — спрашивали его люди.
Ной отвечал:
— Господь решил послать потоп на землю и повелел мне построить ковчег, чтобы спастись от потопа мне и семье моей.
Смеялись над Ноем люди, издевались над ним. Смеялись и шутили люди, видя, как усердно он поливает свои кедры, заботясь об успешном росте их; не переставали смеяться и тогда, когда он, срубив деревья, принялся распиливать их на доски. Все предупреждения были напрасны — и настал потоп.
Видя неизбежную гибель свою, озлобленные, обезумевшие люди пытались опрокинуть ковчег, но ковчег, по мановению перста Господня, оказался окруженным львами.

***

Из всех исполинов от потопа спасся один только Ог, царь Васанский. Он был взят Ноем в ковчег, после того как поклялся быть вечным слугою Ною и потомкам его. Ной и прокармливал его, просовывая пищу в особое отверстие, проделанное им для этого в ковчеге.

***

Выпущенный Ноем голубь вернулся со свежим масличным листом в клюве. И взмолился голубь к Господу, говоря:
— Господи! Лучше корм, горький как лист масличный, от Твоей руки, нежели сладкий как мед — от рук человеческих.

***

Двенадцать месяцев пробыл Ной в ковчеге и за все это время не знал покоя ни днем, ни ночью. Один прокорм разнороднейших обитателей ковчега требовал неимоверного труда и терпения. Одни животные принимают корм в час дня, другие — в два часа, третьи — в три и четыре; эти — в первую ночную смену, те — в полночь, еще другие — на рассвете. Верблюду давалась солома, слону — древесная листва, оленю — трава и мох, а прожорливому страусу — всякая всячина.
Были и такие животные, которых Ной и вовсе не знал чем кормить. С хамелеоном был такой случай. Однажды Ной разрезывал гранатовое яблоко; оно оказалось червивым. Находившийся близко хамелеон стал жадно подбирать выпавших из яблока червячков. С тех пор ему начали давать овощи с червоточиной.
Из всех обитателей ковчега только феникс лежал, скромно прикорнув в уголке, и на вопрос Ноя: «Отчего ты не требуешь себе пищи?» — отвечал:
— Я видел, как много у тебя хлопот с другими, и не решился беспокоить тебя.
Тронутый этими словами, Ной сказал:
— Ты пожалел моего труда, соболезнуя моим огорчениям. Да пошлет тебе Всевышний жизнь вечную.