Три героя

Абхазская сказка

Жили три героя. Много они слыхали друг о друге — у всех трех была большая слава, но один другого пока не встречал.

Первый герой был родом из Дагестана, и звали его Осман, другой был черкес по имени Омар, а третий — абхаз, его имя было Пулымса.

­Что ни день эти три героя слышали о подвигах друг друга.

­Вот однажды Осман оседлал своего коня и отправился в путь. Так ехал он без отдыха с самого утра до полудня, наконец, подъезжает к одному дубу с большой тенью и думает: «Здесь отдохну!»

­Осман спешился, ослабил подпруги, привязал коня, потом развернул бурку и сел.

­Прошло немного времени. К тому же дереву подъехал какой-то человек и сказал: «Добрый день!» — и тоже слез с лошади.

Это был Омар.

­— Рад тебя видеть! — ответил Осман и приподнялся навстречу.

­Они поздоровались, усадили друг друга и, достав табак, закурили.

­Еще через некоторое время подъехал третий всадник, слез с коня, сказал: «День добрый!» — и пожал им руки. После этого они усадили друг друга и начали беседовать. Вот когда наконец герои познакомились друг с другом.

Они сговорились в эту ночь показать один другому своё геройство. Условились, вскочили нa коней и отправились в набег на какое—то село.

­Ночью они втроем ‚напали на то село, о котором говорили, захватили богатую добычу и пленных и вернулись туда, где повстречались днем. Стали делить добычу и пленных. Разделили все, только одну девушку-пленницу не смогли поделить.

­Осман сказал: и

­— Я старше вас, дайте её мне!

­Но другие двое не согласились, и начался спор.

Из ближних сел собрался народ. Целый месяц люди просидели возле спорщиков, но никто из них не хотел уступать пленницу другому. Не найдя выхода, три героя вырыли друг против друга окопы и приготовились к сражению. Надоело это одному из крестьян, и он пошел домой. По дороге ему встретился пастух.

­— Спрос не беда! — сказал пастух.— Скажи-ка, что делают те люди, которые собрались там? Вот уже месяц, как они сидят на одном месте.

­— Ha что тебе знать? — ответил человек. — Лучше за скотом присматривай как следует! — и прошел мимо.

­Но пастух остановил его:

­— Ничего, о стаде не беспокойся! А все-таки нельзя ли мне узнать, что там происходит, может я помогу своим советом.

­Тогда человек рассказал пастуху в чем дело, что там происходит.

­Услышав это, пастух удивился:

­— Неужто только из-за этого они сидят здесь столько времени? Такие герои, а не могут разделить одну девушку!

­— Да вот не смогли же! — ответил прохожий.

­— A нельзя ли тебе дать совет? Я думаю, он поможет разрешить их спор‚ — сказал пастух.

­— Говори, говори! — ответил прохожий.

­И пастух посоветовал, как можно уладить спор и разделить девушку:

­— Вот что надо сделать: пусть каждый из трех героев по очереди расскажет о своих подвигах. Кто большее геройство совершил, тому и отдайте пленницу!

­Крестьянину понравился совет пастуха, он вернулся туда, откуда ушел, стал среди собравшегося народа и крикнул:

­— Хочу сказать о том, из-за чего мы сюда пришли и сидим до сих пор!

­Тут весь народ застонал:

­— Говори, говори!

­Омар, Осман и Пулымса тоже отозвались со своих мест:

­— Хорошо, говори!

­Тогда крестьянин сказал свое слово:

­— До сегодняшнего дня мы сидим здесь потому, что не можем поделить девушку между тремя героями. Мое сердце говорит мне, что надо сделать так: поставить всех трех героев, и пусть они расскажут по очереди о своих подвигах. Кто большее геройство совершил, тому и отдадим пленницу.

­— Хорошо, — согласился народ, и все расселись. Наступила тишина. Первому дали слово Осману, как самому старшему, и Осман начал свой рассказ так:

­«Я расскажу вам о том геройстве, которое совершил, когда приводил в свой дом жену. Я просватал девушку и назначил срок свадьбы через неделю. Прошла неделя, я собрал сто человек дружков и послал за невестой. Родственники моей невесты устроили им пиршество. Всю ночь они пировали, а на рассвете взяли невесту и поехали обратно. Невесту сопровождали еще двадцать пять человек. Семья моей невесты жила недалеко от моря, у самой дороги. Путники должны были целую версту проехать вдоль моря, другая дорога была хуже этой. Вот едут они по берегу, немного проехали, смотрят в море, недалеко от берега, лежит большая голодная рыба. Вдруг эта рыба как потянет в себя воздух, так и проглотила всех сто двадцать пять человек! А мы у себя дома уже все приготовили к встрече невесты. Весь скот, который нужно было резать, зарезали. Вот уже и вечер наступает, а невесту все не везут и не везут. Тут я не стерпел, вскочил на коня п поехал навстречу. Заехал в один дом, недалеко от дома тестя, и спрашиваю:

­— Сегодня увозили девушку отсюда?

­— Да-да,— ответили мне. — Этой ночью был пир, а утром сели на лошадей и увезли невесту.

­Когда я это услышал, в меня как будто огонь вошел. Попрощавшись: „Ваш день да будет хорош!“ — я уехал.

­Как ехал я по дороге, заметил следы коней. Поехал по этим следам. На пути мне попадались вытоптанные поля, где спутники невесты занимались джигитовкой. Но вдруг, в то время как я так ехал верхом, что-то невидимое вдохнуло воздух и втянуло меня внутрь. Там, внутри, я оглянулся по сторонам, смотрю и вижу: кругом стоят рядом с лошадьми мои дружки. Они уже обессилели от голода.

­Я воскликнул: „Ах вы гнилые!“ — выхватил шашку, ударил вниз, ударил вверх, все сделал, чтобы уничтожить рыбу. Я прорезал ее изнутри, вывел всех наружу, и мы поехали дальше. В ту ночь устроили свадьбу, и с тех пор я живу с моей женой. У нас уже есть трое детей». Так закончил свой рассказ Осман и сел на место. Народу рассказ очень поправился, и все стали бить в ладоши.

­После Османа говорил Омар. Он так начал свой рассказ:

­«В нашем селе я был самым лучшим охотником. Бывало, уйду на охоту и не возвращаюсь целую неделю. Вот однажды я взял свое ружье и пошел на охоту. Целый день я бродил, но до самого вечера не встречал ничего хорошего. Только вечером, идя по склону, я заметил дикого козла, вскинул ружье, прицелился, сказал: „Одна пуля, равная ста!“ — и выстрелил. Козел покатился вниз по склону, и, когда упал на равнину, я подбежал к нему. Там я вынул свой нож, сказал: „Да будет моя удача еще больше в следующий раз“, перерезал козлу шею, содрал с него шкуру, расчленил тушу, а мясо повесил на дерево. После этого я развел огонь и только приготовился жарить мясо, как вдруг услышал чей-то голос:

­— Человек, сидящий там, не двигайся!

­Но я быстро вскинул свое ружье, навел туда, откуда слышался голос, и спустил курок. После этого я больше не слыхал никакого голоса.

­Так я просидел до рассвета. А утром пошел в ту сторону, куда стрелял, и увидел кровавые следы. Я быстро пошел по этим следам, дошел до сложенных камней и там тоже заметил кровь. Я разобрал камни и пошел под землей в темноте. Возвращаться назад не хотелось — могли бы подумать, что я испугался‚ и я шел и шел, пока не вышел из темноты в какой-то очень светлый двор.

­Оказывается, я выстрелил в брата Ажвейпшаа. Раненый, он лежал под дубом, накрытый простыней. Вокруг сидела его семья, и все пели „Песню раненого“. Родственники оглянулись и сразу догадались, что это я его ранил. Тогда сестра раненого с плетью в руке пошла ко мне навстречу. Я подумал, что она просто встречает меня, и подошел к ней, но девушка сказала:

­— Пусть бог обратит тебя в собаку! Живи в нашем дворе, пока брат не поправится, а когда поправится, будешь ходить с ним на охоту! — и ударила меня плетью.

­Как девушка сказала, так и случилось: я превратился в собаку и с лаем побежал по двору.

­Прошло шесть месяцев. Раненый выздоровел. Он стал ходить на охоту и брал меня с собой. Я ловил зайцев и лисиц. Как-то раз утром пошли мы с ним на охоту. В этот день мы сильно устали. По дороге я увидел зайца и погнался за ним, но не смог поймать. Когда мне все это надоело, я вернулся домой. Смотрю, а девушка, превратившая меня в собаку, спит в тени, подложив свою плеть под голову. Я был собакой, но разум во мне оставался человечий. Потихоньку я вытащил зубами плеть у нее из-под головы и пожелал то, что подсказало мне сердце: „Пусть ты превратишься в кобылицу, а я опять стану человеком и вернусь верхом на тебе в свой дом. Аминь!“

­Как только я пожелал это и хлестнул девушку плетью, она мгновенно превратилась в небылицу и стала передо мной, а я снова стал человеком. После этого я отыскал уздечку, сел на лошадь и поехал по дороге. Выбравшись из темноты, я направился домой.

­На другую ночь я слегка ударил кобылицу своей плетью и сказал при этом:

— Обратись в девушку, да не вздумай бежать домой! — И кобылица превратилась в девушку.

­Дома, когда увидели меня, столько времени пропадавшего, окружили и стали обнимать. А я рассказал им все, что со мной случилось, сказал, что эта девушка— моя невеста. На другой день мы собрали всех родственников и устроили свадьбу. С тех пор та девушка стала моей женой, и у нас уже четверо детей», — закончил свое слово Омар.

­После Омара слово дали Пулымсе. Он встал и начал: «Нет таких пакостей и преступлений, каких бы я не совершил в своем селе. И вот однажды меня арестовали за налет и присудили к пяти годам ссылки в Россию. А в то время я уже засватал одну девушку. Меня выслали, и невеста все время писала мне письма, а я отвечал ей. Но какой-то человек, питавший ко мне зло, написал моей невесте, будто меня убили. Как только до нее дошла эта весть, она покончила с собой, но я об этом ничего не знал.

Так прошло три года. Я бежал из ссылки и вернулся в свое село. Вошел в село. Куда ни погляжу, во всех домах двери на запоре. Шел я, шел и пришел к одной старухе.

­— Добрый день! — поздоровался я с ней и сел.

­Потом спрашиваю ее:

­— Что здесь случилось? Почему во всех домах двери заперты, почему здесь никто не живет?

­Старуха ответила:

­— Здесь одна невеста, узнав, что ее жениха убили, наложила на себя руки.

­Как услышал я такое слово, огонь по мне прошел. Я попрощался со старухой: „Твой день да будет хорош!“ — и ушел от неё.

По пути я зашел в одно место, где жили мои знакомые, и попросил их продать мне содержимое одного улья.

­— Хорошо‚ — ответили мне и продали улей.

­Тогда я отделил воск от меда и отдал его, чтобы мне сделали свечу. А когда настал вечер, я пошел на кладбище устраивать поминки по невесте.

­Вот совсем стемнело, я зажег на могиле свечу и сел сторожить, чтобы никто не откопал мою невесту. Вдруг вижу: могила зашевелилась, и земля раздвинулась до самого дна. Гляжу, из могилы выползает черная змея. Я быстро ударил ее и убил.

­Прошло немного времени. Смотрю, другая змея лезет из могилы, держа что-то во рту. Я схватил камень и быстро ударил змею, но голове, но убить не смог: она уползла, выронив то, что держала во рту. Платком я поднял это с земли, но не успел рассмотреть, что это такое, как мгновенно уснул. То, что я держал, выпало у меня из рук прямо на лицо мертвой.

­Как только это случилось, она встала на ноги и говорит:

­— Как спокойно я спала!

­Потом глянула девушка на меня, узнала сразу и воскликнула:

­— Пусть все мои грехи падут на голову того, кто написал мне, что ты убит!

­Невеста обняла меня, обошла вокруг, и мы пошли к ней в дом. А в это время вся семья девушки, плача и рыдая, сидела возле ее одежды, сложенной на постели. Когда мы вошли, все люди испугались, но, догадавшись, что мы живы, мать моей невесты обошла вокруг нас и устроила нам пир.

На другой день дали нам провожатых, и я вместе со своей невестой приехал к себе домой. Дома устроили свадьбу. До сих пор я живу с этой женщиной, и мы уже троих детей имеем» — так закончил свое слово Пулымса.

­Народ стал судить, кто из героев совершил больший подвиг.

Подвиги всех трех были необыкновенны, но все же подвиг Пулымсы не был похож на другие. Если спросите почему, то вот почему: он вложил в мертвого душу, он оживил мертвеца. Народ присудил девушку Пулымсе, и после того все люди разошлись по домам, а я вернулся сюда.

Девушка, отказавшаяся от замужества

Чукотская сказка

Одна девушка отказывалась замуж выходить. Выстроил ей отец ярангу, чтобы там с мужем жила, а она все равно никакого мужчину к себе не пускает.
И вот однажды дочь сказала отцу:
— Сделай мне, пожалуйста, из дерева глубокое корыто!
Отец сразу же выполнил просьбу дочери.
Как-то два дня не было дома девушки. И еще раз целый день ее не видели. А вечер наступил, услышали вдруг из ее яранги крик маленького моржонка.
Сказал отец:
— Да где же это моржонок кричит! А ну-ка, пойду посмотрю!
Пошел к дочериной яранге, а моржонок, оказывается, в пологе кричит. Заглянул туда. Видит — в корыте, которое он сделал, плавает в воде новорожденный моржонок и кричит.
Схватил он моржонка и убил. Домой принес. Говорит жене:
— Вот моржа убил. Свари-ка мясо, с удовольствием молоденькой моржатины поем!
Обрадовалась жена, стала еду готовить. Сварилось мясо, стали есть. А тут дочь вошла. Говорят ей:
— Поешь и ты с нами!
Подошла было, да узнала мясо моржонка. Сказала, отстраняясь:
— Не буду я своего ребенка есть, — заплакала и ушла домой.
Пришла домой, тут же на берег моря отправилась. И стала на берегу горько плакать.
Вдруг видит — в море четыре больших моржа прямо к ней плывут.
Вылез один на берег и спросил девушку:
— Что ты плачешь?
Отвечает девушка:
— Ох, прихожу я домой, а нашего ребеночка мои родителя уже доедают. Возьми меня к себе навсегда. Давай к тебе отправимся, буду я с вами жить. Ведь жена я тебе.
Морж сказал:
— Только вот отец ругать меня будет.
А девушка настаивает:
— Давай скорее уйдем отсюда, ведь родители съели ребенка моего!
— Ну что ж, пожалуй, отправимся, — сказал морж.
Стали четыре моржа рядышком, девушка на спину своего мужа села.
Отправились прямо в открытое море. Несколько суток плыли. Очень долго плыли. Наконец показалось вдали что-то вроде тумана. Шум послышался, крик. Оказывается, в страну моржей приплыли.
Сказал муж-морж девушке:
— Вон уже. наша страна видна. Скоро дома будем!
И вот огромная суша появилась, вся моржами заполнена.
Приплыли к берегу, вылезли, долго среди моржей шли. Когда до середины суши дошли, большое стадо моржей увидели.
Муж-морж сказал:
— Вот наконец домой пришли.
А дома-то никакого и нет. Только вплотную друг к другу на большом пространстве моржи лежат.
Старик морж и старушка моржиха сказали сыну:
— Значит, ты сюда чужую девушку привез? А ведь мы тебе велели в своей стране жениться. Не послушался ты, на чужой девушке женился. Вот теперь заботься о ней, чтобы она голодная не была. Охраняй ее, а то наши родичи по неосторожности и задавить ее могут.
Так и стала девушка в стране моржей жить. Муж каждый день ей моллюсков приносил. И хотя девушка ела их, однако вскоре сильно похудела.
И вот говорит старик морж сыну:
— Умрет тут с голоду чужая девушка. Ты ведь и сам знаешь, какая пища ей по вкусу. Но все равно я тебе напомню: оленина, нерпятина, тюленина, китятииа, моржатина — вот ее пища. Но ты ведь не можешь все это добывать. Пожалуй, только моржонка можешь добыть. Но тогда твой народ от тебя отвернется.
А сын только молчит и вниз смотрит. Отец опять ему говорит:
— Лучше увези ее обратно домой! Жалко ее! Так ведь и умрет здесь чужая дочь. Видишь, совсем исхудала!
Сын согласился:
— Да, надо отвезти, а то жалко, умрет!
Сказал своим трем товарищам:
— Еще раз проводите меня! Отвезем мою жену обратно!
Опять вчетвером отправились. В пути сказала девушка своему мужу:
— Не везите меня домой! Не хочу я своих родителей видеть! Не могу с ними жить! Ведь они нашего с тобой сына съели! В любое другое место отвезите меня.
Ответил муж-морж:
— Ладно, можно и так! Отвезу я тебя в другое селение. Я до тебя еще одну девушку в жены брал. Отец тоже велел отвезти ее домой. Ее родину я хорошо знаю. Вот туда мы тебя и отвезем.
— Да, правильно, — отвечает девушка. — Мы с соперницей будем дружно жить, тебя, своего мужа, вспоминать.
Вот уже земля показалась. Когда подплыли ближе, муж-морж сказал:
— Пусть мои товарищи еды принесут сначала. Как придешь, угости мою первую жену своей пищей и поешьте вместе.
Нырнули два моржа и вскоре с моллюсками вернулись.
Вышла девушка на берег, взвалила на спину запас пищи. А четверо моржей обратно поплыли. Пошла девушка по берегу. Видит — большая яранга. Зашла в нее, а там никого нет.
Сказала девушка:
— Ну, кажется, я погибла! Придет кто-нибудь и убьет меня!
А в яранге много мяса дикого оленя вялилось. Девушка говорит:
— Если уж умирать, то хоть поем как следует перед смертью!
Стала есть, а свой запас пока отложила. Вдруг слышит — чьи-то шаги снаружи и голос Говорил кто-то:
— Ого, кто же это в мою ярангу зашел? И запах какой плохой! Ну и задам же я незваному гостю.
Смотрит девушка, а в ярангу бурая медведица заходит, двух диких оленей тащит. Увидела девушку, спрашивает ее:
— Зачем ты в мой дом пришла? Ведь ты человек!
Девушка отвечает:
— Меня привезли сюда из страны моржей. Никакой другой яранги поблизости нет, вот я сюда и зашла. Ах, если бы ты захотела стать моей подругой!
Медведица сказала:
— А ведь и меня морж замуж брал!
Девушка ей ответила:
— Ага! Твой бывший муж потом на мне женился. Вот это мои дорожный припас. Он сказал мне: «Вы все это с моей первой женой съешьте».
Медведица сказала:
— Ну, так давай есть, а потом еще оленины поедим! Оставайся у меня навсегда, моей подругой будешь!
— Ладно, — ответила девушка. — Всегда буду с тобой жить.
Медведица предупредила:
— Только, пока я буду охотиться, ты не ленись, в ловкости и силе упражняйся. Так, чтобы не могли победить нас. А то врагов у меня много. Опять по осени нападут. Каждый год они нападают на меня. А я уже стара стала, боюсь, что не смогу их одолеть. Их много, а я одна.
Девушка сказала:
— Хорошо, буду силу развивать, пока ты охотишься!
Стала девушка упражняться в силе. Через каждые два дня проверяла ее медведица. Вот однажды не смогла девушку побороть. И все равно сказала:
— Продолжай упражняться! И учись быстро бегать!
И вот наконец очень сильная стала девушка. Медведицу, как перышко, вверх подбросила. И бегать стала быстро, не догонишь.
Сказала тогда медведица:
— Ну довольно, сильная уже стала! Можешь больше не упражняться! Теперь, наверное, одолеешь моих врагов.
Так и было. Осенью напала на них ватага вооруженных копьями мужчин.
Медведица сказала:
— Ты пока спрячься в густой траве! Но на меня поглядывай! Со всех сторон враги набросятся. Как устану и скажу: «Ох, устала!» — тогда выходи. Китовую кость возьми, ею будешь врагов бить.
Долго трое мужчин с медведицей сражались. И вот, наконец сказала медведица:
— Ох, устала!
Тут девушка выскочила. Китовой костью всех врагов перебила. Так девушка медведицу спасла.
И стали вместе жить медведица и девушка. Конец.

Старушка в лесу

Немецкая сказка из «Детских и домашних сказок» братьев Гримм

Бедная служанка отправилась однажды со своими господами в путь-дорогу. Когда они проезжали через большой дремучий лес, выскочили им навстречу разбойники из чащи и насмерть перебили всех, кто им попался под руку.
Погибли все, кроме служанки, которая в страхе выпрыгнула из повозки и прихоронилась за деревом.
Когда разбойники удалились со своею добычею, девушка вышла из-за дерева и с ужасом увидела, что случилось. Она стала горько плакать и приговаривать: «Что мне, бедной, делать? Не знаю я, как из этого леса выбраться, а здесь, в лесу, живой души нет! Видно, придется мне здесь помереть с голоду!»
Стала она кругом бродить, стала дороги искать, но никакой дороги отыскать не могла. Когда завечерело, она села под дерево, поручила себя милосердию Божию и решилась там сидеть, не сходя с места, что бы там ни случилось.
Вот посидела она там сколько-то времени, и вдруг слетел к ней белый голубочек, и держал он золотой ключик в клюве. Ключик положил он ей в руку и сказал: «Видишь ли ты вон то большое дерево? Там есть замочек, который ты отомкнешь этим ключиком, и найдешь там чем утолить свой голод».
Пошла девушка к дереву, отперла его и нашла там молоко и белый хлеб, и могла поесть досыта.
Насытившись, она сказала: «Теперь время курам на насест — время и мне бы на покой! Так-то я устала и так охотно легла бы в свою постель».
Вот опять слетел к ней голубок и принес другой золотой ключик в клюве и сказал: «Открой вон то дерево, там найдешь себе постельку».
Девушка открыла указанное дерево и нашла прекрасную мягкую постельку: помолилась Богу, чтобы он ее защитил от всякого ночного страха, улеглась в постельку и заснула.
Поутру голубок прилетел в третий раз, принес третий ключик и сказал: «Открой вон то дерево, там найдешь себе платья». И когда она то дерево открыла, то нашла там платья, вышитый золотом, усыпанные драгоценными камнями, — такие чудные, какие разве только у королев бывают!
Так и жила она там некоторое время, и голубок прилетал к ней каждый день и заботился обо всех ее нуждах, и жизнь ее протекала тихо и мирно.
Однажды прилетел к ней голубок и сказал: «Исполнишь ли ты мне в угоду то, о чем я попрошу тебя?» — «С удовольствием», — отвечала девушка.
Тогда голубок продолжал: «Я сведу тебя к избушечке, и в той избушечке у окна увидишь ты старуху, которая скажет тебе: »День добрый!« Но ты  — Боже тебя сохрани! — ничего не отвечай ей, что бы она ни вздумала делать, а проходи поправее от нее, в глубь избушки; там увидишь дверь, открой ее и войди в комнату, где на столе набросано много всяких колец — и богатых, и с блистающими каменьями… И все те кольца оставь, а отыщи среди них одно, совсем гладкое, и принеси его мне как можно скорее».
Пошла девушка к избушке и вошла в дверь: там увидела она старуху, которая удивленно посмотрела на нее и проговорила: «Добрый день, дитя мое».
Но девушка ей ничего не ответила и пошла прямо к двери в соседнюю комнату. «Куда собралась? — крикнула старуха и ухватила ее за платье, думая остановить. — Здесь мой дом, и никто не смеет сюда входить без моей воли».
Но девушка молча высвободила из ее рук свое платье и вошла в следующую комнату.
Там на столе грудою лежали кольца, которые ослепительно сверкали и блистали своими каменьями: стала девушка на том столе рыться в груде колец, отыскивая между ними гладкое колечко, и никак не могла его найти.
Между тем, как она тут рылась, она увидела, что старуха, крадучись, выходит из комнаты и уносит в руках птичью клетку.
Девушка подошла к ней, взяла у нее клетку из рук, и когда ее подняла да в нее заглянула, то увидела в ней птицу, которая держала гладкое колечко в клюве.
Выхватила она кольцо у птички, весело и радостно выбежала с ним из избушки и думала, что вот-вот прилетит к ней белый голубок за колечком… Но он не прилетал…
Поджидая голубочка, прислонилась она к одному дереву и вдруг почувствовала, что дерево стало мягким и гибким и опустило свои ветви к земле.
А тут вдруг ветви дерева сплелись вокруг девушки и обратились в человеческие руки, и когда она оглянулась, дерево обернулось добрым молодцом, которые ее обнимал и целовал и говорил: «Ты моя избавительница! Ты освободила меня из-под власти этой старухи, злой ведьмы, которая обратила меня в дерево. И каждый день только на два часа превращался я в беленького голубочка… Но до тех пор, пока мое кольцо хранилось у нее, я не мог вернуть себе мой человеческий образ».
В то же время освободились от чар ведьмы и его слуги, и его кони, которых старая ведьма также обратила в деревья, около него стоявшие.
Тут сели они на коней и поехали в его королевство (тот добрый-то молодец был королевич) и поженились, и жили весь своей век счастливо.

Подлость монаха

Абхазская сказка

Жили брат и сестра — Александр и Татьяна. Александр жил у отца, а Татьяну воспитывал один монах — он был ее крестным отцом. Этот монах отдал Татьяну в школу. В школе она училась лучше всех.
Но вот однажды монах сказал Татьяне, что она ему очень нравится, и предложил выйти за него замуж.
Бедная Татьяна чуть с ума не сошла.
— Что ты говоришь мне, собака! Уйди прочь! — крикнула она монаху.
У Татьяны были друзья. Она доверяла им и рассказала все, что говорил ей монах. Друзья приняли близко к сердцу ее обиду, Поймали монаха и наложили на него клеймо.
Тогда монах сообщил брату Татьяны, что она позорит его, позорит свою семью и что он с ней ничего не в силах поделать. Родители Татьяны никогда не думали, что дочь запятнает их, станет развратной. Напротив, они считали, что у нее нет никаких недостатков. А брат, когда узнал это, очень огорчился и сказал:
— Как могло случиться, что моя сестра стала развратной? Ведь я думал, что лучше ее никого нет. Она так хорошо училась, я очень доверял ей!
Брат перестал и есть и пить: слова монаха были для него хуже смерти. И вот он пошел к отцу и сел там, обхватив голову руками. Из его глаз потекли слезы.
— Дад Александр, что с тобой? Дад, почему ты грустишь? — спросил отец. — Уж не случилось лп с нами какого несчастья?
Александру было тяжело рассказывать отцу всю правду.
— Бедныи отец, как плохо жить тебе на старости лет! — ответил он.
— Скажи, дад, что же случилось? —— опять спросил отец.
Тогда Александр сказал:
— Хорошо, пусть оно сгорит! Я расскажу тебе все… Отец, знаешь, что случилось? Татьяна, которую мы так старались воспитать, с ума сошла — опозорила нас, осрамила! Мне монах письмо прислал. Пншет, что Татьяну надо убрать из его дома или даже убить, потому что она запятнала его дом и опозорила самого монаха!
— Эх, дад Александ что ты сказал?! — в глубоком раздумье воскликнул бедный старик. — Иди, дад, но не убивай ее. Эх, несчастныи я! То, что ты сказал мне, дад, омрачило мою старость…
Александр вскочил:
— Да, отец мой, это так! А теперь я должен пойти туда!
— Ох, дад Александр, подожди, пожалей меня, не убивай дочь! Скажи ей, что отец заболел, а потом, сам знаешь, лучше завести ее в дремучий лес и бросить… Оставь ее там, а сам возвращайся домой.
Бедный старик, оставшись дома, метался из угла в угол — ведь он терял свою единственную дочь!
Тем временем Александр пришел к сестре и постучал в дверь, чтобы Татьяна открыла ему. Но бедная Татьяна уже сходила с ума, она не узнала голоса брата и спросила:
— Кто ты?
— Открой дверь, разве ты меня не узнаешь? — ответил брат, не называя себя.
— Откуда мне знать, кто ты такой?
— Как же ты не узнаешь меня. Ведь я тот, кто каждую ночь приходит к тебе!
— Клянусь богом, клянусь своим единственным братом Александром, я убью тебя, если ты не уйдешь! — крикнула в ответ Татьяна.
У бедного брата подкосились ноги, сжалось сердце. Ему стало стыдно, что он так говорил с бедной Татьяной. Он подумал немного и сказал: — Татьяна, открой дверь, это я, твой брат!
— Если ты мой брат, назови имена наших отца и матери, только тогда я тебе поверю!
Александр назвал имена отца и матери н напомнил сестре все её разговоры в то время, когда у них не было никаких печалей.
Татьяна сейчас же открыла дверь. Давно она не видела своего брата. Татьяна бросилась к нему, обняла и горько заплакала.
— Как ты со мной грешно разговариваешь, разве так говорят с сестрой? — сказала Татьяна.
— Да, сестра — Александр хотел засмеяться, но у него полились слезы.
Татьяна удивленно отступила назад.
— Брат, что с тобой случилось? — спросила она. — Почему ты грустишь?
— Татьяна, наш отец болен, он при смерти. Если мы быстро не пойдем домой, то, может быть, не застанем его в живых — сказал брат, продолжая плакать. Он плакал, потому что терял свою единственную сестру.
— Бедный мой отец, бедный! —— воскликнула Татьяна и стала собираться.
— Бери все свои вещи, может быть, не скоро вернешься,— сказал ей брат.
Сестра быстро собрала вещи, заперла комнату на ключ и пошла за братом.
У бедного брата всю дорогу надрывалось сердце.
— Что с тобой, Александр? Наверное, ты знаешь, что наш отец непременно умрет или, может быть, он уже умер? Почему ты боишься мне сказать? Говори же! — настаивала Татьяна.
— Нет, отец еще не умер,—— ответил брат.
Брат и сестра шли, шли и пришли к дремучему лесу. Татьяна удивилась: почему они идут дремучим лесом и куда идут? Они устали и сели отдохнуть. Когда они отдыхали, брат спросил Татьяну:
— Что с тобой случилось, Татьяна? Наш монах сообщил о тебе кое-что… Как же это ты могла осрамить своего отца и брата?
— Что же он вам сообщил? — изумилась сестра.
— Он сообщил, что ты испортилась, осрамила его, что он не можетостановить тебя ичто надо тебя убрать из его дома.
Только теперь Татьяна все поняла, но, зная, что ее душа ни в чем не повинна, громко засмеялась и спросила:
— Правда? Так он вам сообщил? Если так, то здесь я тебе ничего не скажу, но дома расскажу всю правду, только дай мне клятву, что ты не станешь ему мстить!
Несчастный брат не задумался над этими словами. Он оставил сестру и ушел, а Татьяне сказал, что скоро вернется.
Татьяна ждала, ждала, но брат все не приходил. Тогда она поняла, что случилось.
— Эх, брат, пусть мои грехи на тебя лягут! Как ты плохо обо мне подумал! Зачем ты поверил монаху и бросил свою сестру?! Честь моя, не дай меня съесть зверям! Боже, ты наверху и внизу, на земле! Был у меня единственный брат Александр, завел он меня сюда и бросил, а сам спасся. Вот я, обесчещенная, стою посреди тобой сотворенного огромного дремучего леса. Прошу, не дай зверям съесть меня, не дай мне такой ужасной гибели!
Потом Татьяна пораздумала немного и сказала:
— Нет, боже, пожалей моего единственного брата, прости его!
Сказала так, подняла голову и стала оглядываться по сторонам. Вдруг Татьяна заметила крышу большого дома. Она быстро засыпала листьями свои вещи и пошла к этому дому.
Когда Татьяна вошла во двор, у нее глаза разбежались: так прекрасно были устроены и дом, и двор, и все хозяйство. У бедной Татьяны от страха дрогнуло сердце — она нe знала, куда пришла. Во дворе валялось много костей крупной дичи. Призадумалась Татьяна, но никак не могла понять, почему здесь так много звериных костей — ей нигде не приходилось столько их видеть.
Татьяна собралась с духом, вошла во дворец, но хозяев там не было. Она стала прибирать, везде подмела, все вымыла и вычистила. После этого Татьяна вышла на балкон, присела ненадолго, нo потом встала, заперла дверь и пошла по той дороге, откуда пришла.
Так пришла она на то самое место, где лежали ее вещи, и промолвила:
— Наверху бог, а внизу земля. Пожалей меня, боже, не дай зверям съесть меня, не дай мне пропасть бесследно!
Не успела Татьяна сказать это, как на вершину дерева сел голубь.
— Не бойся, Татьяна! ——— сказал он ей.— Ты невинна в этом мире, тебе помогут все деревья, все птицы. Если тебе что—нибудь надо, скажи нам!
Татьяна ответила так:
— Я не спала три дня и три ночи. Пожалейте меня, если я здесь усну, не забудьте обо мне, держите меня в своем сердце!
— He бойся, засни! — сказал ей голубь. — Земля, на которую ты ляжешь, станет как вата, а мороз и холод превратятся в солнечное тепло!
И Татьяна спокойно уснула. Она легла в полдень и проснулась в следующий полдень. Татьяна не ела уже четыре дня, но голода и холода не чувствовала. Она проснулась веселой и подумала: «Святой я стала, что ли?»
Потом опять пошла ко дворцу. Войдя во дворец, она сделала так, как делала раньше: убрала все, вычистила и опять ушла.
Теперь скажем, кому принадлежал этот дворец. Оказывается, он принадлежал трем братьям-адауы: Базалбею, Таталбею и Хазалбею.
Увидели братья свой дворец чисто прибранным и очень удивились.
— Что мы видим? Кто это осмелился зайти в наш дом? Почему здесь слышится христианский дух?
На второй день адауы опять ушли, а Татьяна снова пришла, все убрала, вымыла, вычистила, а потом ушла в лес.
После её ухода вернулись братья. Они опять удивились, слыша христианский дух, но не знали, что сказать.
Тогда старший брат спросил:
— Что делать с тем, кто осмелился так поступить? — и адауы решили оставить дома самого младшего брата, Хазалбея.
— Мы тебя оставляем,— сказали они Хазалбею, — а сами уйдем на работу. Ты пойди спрячься в кукурузнике. Если тот человек опять придет убирать, то крикни ему, когда он будет уходить, чтобы он не боялся, что ты ему не станешь мешать. Только смотри не съешь его!
Наутро братья встали, приказали младшему брату спрятаться в кукурузнике, а сами ушли.
Младший брат спрятался. Вот пришла Татьяна. Она опять поприбирала все, как раньше, но только собралась уходить, как из кукурузника вышел громадный адауы.
— Будь мне сестрой, а я стану твоим братом! — крикнул он.
Бедная Татьяна услышала этот крик и, не зная, что случилось, испугалась, но адауы сказал ей:
— Не бойся, я тоже человек! Оставайся здесь!
Татьяна подумала немного и решила остаться.
Обрадованный адауы сообщил об этом своим братьям. Братья в тот же день собрали весь свой народ и устроили пир, радуясь, что нашли себе сестру. Адауы с ума сходили от радости. Они стали перед Татьяной на колени, поклялись, что с этого дня она будет их сестрой, и просили рассказать, как она к ним попала. Татьяна рассказала о всех своих несчастьях.
С тех пор Татьяна стала сестрой адауы и поселилась на самом верху дворца. Ее кормили только костным мозгом. Адауы очень любили Татьяну и клялись только именем своей единственной сестры. Но Татьяна никак не могла забыть своего горя.
Адауы замечали, что она глубоко вздыхает. Это очень их беспокоило. Услышав ее вздох, все три брата бросались к Татьяне и спрашивали, что с ней случилось. Они очень ее любили и выполняли все ее желания.
Однажды, когда Татьяна сидела на самом верху своего дворца, к ней вошла какая-то старуха. В руках она держала женское платье.
— Нан, Татьяна! —— сказала старуха — Надень это платье. У меня дочь с тебя ростом. Если оно тебе будет впору, то и ей подойдет!
— Хорошо, — сказала Татьяна. Она взяла платье и надела его, но нe успела опомниться, как сразу окаменела.
В то время ее братьев-адауы не было дома. Когда же они вечером вернулись домой и увидели свою окаменевшую сестру, они так поразились, что чуть с ума не сошли. От страшного рева адауы затряслись горы и побережье.
— Что с нами случилось?! Что за горе! С кем было такое несчастье? Что с нами сделал аллах! —— кричали адауы.
Адауы обошли всю землю, обыскали все небо, но ничего не нашлось, чем можно было бы оживить Татьяну. Тогда братья стали приносить жертвы. В крови этих жертв могли бы плавать карачаевскне лошади, но Татьяне ничего не помогало.
Прошло два года. Адауы успокоились. Но вот однажды они прослышали что какой-то царевич ищет себе жену. Услыхала об этом и старуха. Она пошла к царскому сыну и сказала:
— Слушай, что я тебе скажу! Я узнала, что ты ищешь себе жендд и вот я говорю тебе: есть одна красавица, зовут ее Татьяна. Она была сестрой трех братьев-адауы. Когда она выходила на балкон, то как солнце горела и освещала всю нашу землю. Я же пришла к ней и превратила ее в камень. Теперь ты должен дать адауы побольше денег и взять себе этот камень, а я его оживлю.
Царский сын, открыв рот, смотрел на старуху и думал, что он с ней сделает, если она лжет. Но старуха так много говорила, что наконец он ей поверил, повернулся и пошел домой. Пришел царевич к отцу и сказал:
— Отец, найди мне побольше денег и дай людей, я привезу окаменевшуто Татьяну.
Царь этому не удивился. Он отдал сыну столько денег, сколько тот мог взять, вызвал войско, приготовил все и отправил сына в дорогу.
Мать царевича стала браниться — ей не понравилась затея сына.
Тогда царь сказал ей:
— Успокоися! Зачем волноваться?
Царский сын со своим войском заехал за старухой, взял её и направился к адауы. Когда царевич приблизился к дому трех братьев, он послал старуху и войско выпросить у них камень. Адауы это не понравилось, но камень они отдали, не спрашивая зачем, и отказались от денег: адауы надеялись, что найдется какое-нибудь средство, которое оживит Татьяну.
Так царевич Коция достал этот камень. Снова страшный рев адауы потряс и землю и небо. Их сердца огнем горели от горя. Но что им было делать? Адауы остались без сестры.
Когда Татьяну привезли к царю, старуха сказала:
— Принесите мне такое зеркало, которое еще не видело света, и золотой гребень — этим можно ее оживить.
Царский сын отправился на поиски. Он нашел зеркало и гребень. Татьяну отнесли в церковь, оставили там наедине со старухой. И вот не прошло и часу, как бедная Татьяна, которая до сих пор даже солнца не видела, ожила.
— Где я была? — спросила она, удивленно оглядываясь по сторонам.
В это время все вокруг церкви, в которой была Татьяна, засияло, как от пылающего солнца. Около церкви стояло войско царевича. Сам царевич, открыв дверь, вошел в церковь. Он увидел необычайную красоту девушки и сразу полюбил ее.
Царевич отдал старухе все, что ей нужно было до конца жизни, а Татьяну повел в дом. Впереди себя царский сын Коция послал людей сказать, что он снял с неба солпце и везет его домой: пусть там сделают все, что возможно сделать.
Царь обрадовался, созвал весь свой народ до единого чело- века и стал готовиться к большой свадьбе.
Вечером, после захода солнца, привели сияющую без свечей Татьяну.
Все, кто любил и уважал Коцию, стали радоваться. Татьяна была достойна такой радости.
Пир продолжался непрерывно целый месяц.
За это время Татьяна сделалась хозяйкой, но она никак не могла забыть своего брата, который бросил ее в лесу.
Так прошел год.
И вот как—то раз Татьяна услыхала, что ее брат берет себе жену из той же страны, где живет она сама. Татьяна стала просить мужа н родителей, чтобы они отпустили ее на свадьбу брата. Разве Татьяне могли в чем-нибудь отказать? Ей разрешили…
Татьяна собрала свои вещи, надела мужское платье, повязала голову башлыком и поехала. До того стала хороша Татьяна, что не нашлось бы человека, кому бы она не понравилась.
Татьяна переменила имя и назвалась именем своего брата-адауы Хазалбея. Приехала она в родной дом и сказала отцу:
— Князь, я пришел к тебе и прошу только об одном: сделай меня своим прпказчиком!
— Но подобает ли тебе, такому прекрасному юноше, быть моим приказчиком? — удивился князь.
Татьяна стала рассказывать, будто она —— сын бедного крестьянина и хочет пожить во дворце князя, чтобы чему-нибудь научиться. «А потом видно будет, что из меня выйдет!» — добавила она под конец.
Князь поговорил со своим сыном Александром, и Татьяну сделали приказчиком старой лавки.
До свадьбы Александра оставалось еще три дня и три ночи.
За эти три дня и три ночи Татьяна так понравилась отцу и брату, что они поговорили между собой и решили отправить ее за невестой вместе с другими посланцами, а потом решили усыновить и объявить это народу.
Александр был этому очень рад.
Настало время ехать за невестой. Посланцы сели па коней, Татьяна тоже заперла двери лавки и поехала с ними.
Когда же они вернулись с невестой домой, отец Александра стал среди народа и сказал:
— Спервa обнимнте моего старшего сына! — он указал на Татьяну. — С этого дня Хазалбей будет старшим братом Александра и станет владеть всем имуществом наравне с нами.
Сказал так отец и принялся всех рассаживать, а Татьяну посадил на самое почетное место. Татьяна пила и ела‚ даже раз танцевала. Напротив нее сидел подлый монах. Это её мучило. Тогда Татьяна попросила себе ачамгур и стала играть и петь.
Все свои несчастья рассказала девушка в этои песне.
Пела она так: «Жил один князь, и было у него двое детей. Сына звали Александром, а дочь — Татьяной. Татьяну воспиты- вал монах. Бедная честная Татьяна кончила учение хорошо…»
Тут хитрый монах забеспокоился: он стал подозревать, что это сама Татьяна.
А девушка все пела и пела. В своей песне она рассказала о том, как однажды монах предложил Татьяне стать его женой, как она, доверяя друзьями передала им это и попросила наложить клеймо на монаха, как хорошие друзья ей помогли и наложили клеймо.
Слушая эту песню, монах умирал от страха.
Под конец Татьяна спросила:
— Сможет ли теперь отец, увидев свою пропавшую дочь, узнать её?
Когда она так спросила, все, кто слушал бедную Татьяну, чуть ума не лишились от удивления.
Тогда Татьяна обратилась к брату и спросила его:
— А ты, брат, сможешь ли теперь узнать сестру, брошенную тобой, если ее увидишь?
Сказала так Татьяна, вскочила, сбросила с себя мужское платье, положила его перед народом и, указав на монаха, сказала:
— Взгляните на этого монаха, у него на груди клеймо!
Не успела она это сказать, как люди повскакали, бросились на монаха и раздели его. И все увидели, что у монаха и вправду есть клеймо.
Тут Татьяна не могла больше вытерпеть — у нее душа кипела. Она выхватила из кармана оружие, попросила людей расступиться‚ прицелилась в монаха и выстрелила. Пуля попала монаху прямо в рот.
Вот как Татьяна покончила с монахом.
Из его рта пошла кровь, белая как молоко: так много грехов было у монаха. Народ не огорчился тем, что Татьяна его убила. Люди взяли и сожгли труп, а Татьяна стала упрекать отца и брата:
— Уничтожить бы ваш род! Когда у вас родятся дети, вы их отдаете на воспитание тому, кому можете доверить. Но как можно доверять монаху? Если уж непременно хотели отдать на воспитание, то почему не отдали какому-нибудь крестьянину, он бы воспитал меня с любовью! И вот ты, отец, отдал меня на воспитание этому монаху, а твой родной сын чуть не погубил меня! Не стыдно ли тебе, брат, что бросил свою невинную сестру посреди дремучего леса на съедение волкам? Хорошо, что ей помогло все, что есть на свете, и привело обратно!
Бедный Александр сидел неподвижно: как поднял руку, так она и осталась, и глаза его были неподвижны. Бедный отец никак не мог понять, отчего все так случилось. Они оба молчали.
Весь народ дивился такому случаю.
Потом отец п брат Татьяны пригласили её мужа, устроили большой пир и веселье, а когда Татьяна с мужем собрались уезжать, дали им провожатых.

Осёл-оборотень

Немецкая сказка из «Детских и домашних сказок» братьев Гримм

Жил-был молодой егерь; однажды пошел он в лес на охоту. Сердце у него было доброе, и малый он был веселый, и в то время, когда он из лесу возвращался и насвистывал на листке, повстречалась ему старая, безобразная старушоночка, заговорила с ним и сказала: «День добрый, охотничек! Вижу я, что ты весел и доволен; а я терплю и голод, и жажду: не подашь ли ты мне милостыньку?»
Егерь над нею сжалился, сунул руку в карман, подал ей, что мог, и хотел было идти далее, но старушоночка его остановила и сказала: «Послушай, милый мой, за твою доброту я тебе подарочек подарю. Вот ступай себе прямо своей дорогою; пройдешь немного, придешь к дереву, а на том дереве увидишь девять птиц, которые в когтях плащ держат и из-за него ссорятся. Прицелься ты в них и выстрели в самую середину их стаи; плащ у них из когтей выпадет, и одна из них, насмерть убитая, также падет с дерева. Плащ тот возьми себе: он волшебный! Стоит только его накинуть на плечи да пожелать перенестись в какое-нибудь место, и мигом там очутишься. Из убитой же птицы вынь-ка ты сердце да проглоти его целиком: тогда каждое утро при вставанье будешь находить у себя под подушкою по золотому».
Поблагодарил егерь вещунью и подумал про себя: «Хорошо бы ее устами да мед пить!»
Однако ж, пройдя с сотню шагов, он услышал над собою в древесных ветвях птичьи крики и писк и невольно поднял голову вверх. И увидел он стаю птиц, которые клювами и когтями вырывали друг у друга какой-то кусок материи и при этом клевались, бились и царапались, словно бы каждая из них хотела одна владеть этим куском.
«Странно, — подумал егерь, — дело-то выходит как раз так, как предсказала мне старушоночка».
Снял он ружье с плеча, прицелился и выстрелил как раз в середину стаи, так что перья кругом посыпались. Тотчас же вся стая взвилась вверх с громким криком, одна из птиц пала мертвая, а с ней вместе на землю упал и плащ.
Тогда егерь поступил, как предсказывала ему старушоночка: взрезал птицу, отыскал у нее сердце, проглотил его, а плащ захватил с собою домой.
На другое утро, проснувшись, вспомнил он слова старухи и задумал их проверить на деле.
И чуть только приподнял подушку, как сверкнул у него под изголовьем золотой.
И на другое утро тоже, и на третье, и так при каждом вставанье. Накопил он целую кучу золота, а затем и стал думать: «Куда мне это золото, коли я буду сиднем дома сидеть? Пойду-ка я постранствую по белу свету».
Тогда распростился он со своими родителями, взял охотничью суму и ружье и пошел по белу свету.
Вот и случилось однажды, что проходил он дремучим лесом, и как пришел к его опушке, то увидал перед собою красивый замок среди равнины.
В одном из окон замка стояла старуха и рядом с нею девушка дивной красоты, и обе смотрели из окна вниз.
Старуха же была ведьма и стала говорить девушке: «Вон из лесу выходит человек, в котором скрыто большое сокровище, его-то мы и должны отуманить, доченька! Нам это сокровище нужнее, чем ему… Он проглотил и носит в себе сердце птицы и из-за этого каждое утро находит под своим изголовьем по золотому».
Затем она рассказала ей, как все было и как ей следует обойти его, и, гневно взглянув на нее, стала грозить: «Если ты меня не послушаешь, так я тебя на век несчастной сделаю».
Подойдя поближе, егерь увидел девушку и подумал про себя: «Побродил я по свету довольно, не дурно бы мне и поотдохнуть в этом прекрасном замке».
Собственно же говоря, так побуждало его думать то, что он увидел в окне красавицу. В доме он был ласково принят и радушно угощен.
Немного спустя он так сильно влюбился в дочь ведьмы, что ни о чем, кроме нее, и думать не мог, на все смотрел ее глазами и охотно исполнял все ее желания.
«Теперь надо нам добыть птичье сердце, — сказала ведьма дочке, — он и не заметит, как оно у него пропадет».
Приготовили они вместе питье, сварили его, слили в кубок, и девушка должна была поднести тот кубок егерю.
Она и поднесла этот кубок ему, приговаривая: «Милый мой, выпей за мое здоровье!»
Он принял кубок, выпил его, и сердце птицы выскочило из его желудка.
Девушка должна была тайно унести его и затем сама его проглотить, потому что так хотелось старой ведьме.
С того дня он уже не находил более золотых у себя под изголовьем, они появлялись каждое утро под изголовьем девушки, и старая ведьма их там собирала.
Но он был так влюблен и так одурачен, что ни о чем ином и не думал, как о своей возлюбленной, и не мог с ней расстаться…
После того старая ведьма стала говорить: «Птичье сердце теперь у нас, но и волшебный плащ надо бы также у него отнять». — «Зачем?  — сказала дочь. — Оставим плащ у него: он и так уже потерял все свое богатство».
Старая ведьма озлилась: «Такой плащ — диковинка, которую редко и на свете сыщешь; я непременно хочу его иметь». Она дала дочке известные наставления и сказала, что если та им не последует, ей худо будет.
Девушка поступила по приказанию ведьмы и однажды, стоя у окна и устремив взор в синюю даль, прикинулась печальною.
Ее милый спросил у нее: «Почему ты так печальна?» — «Ах, дорогой мой, — отвечала она, — вон там, вдали, видишь ли ты эту гранатную гору? На ней родятся лучшие из драгоценных камней. Мне так бы хотелось эти камни иметь, что как только об этом подумаю, всегда печалюсь; но кто их оттуда может добыть! Птицы разве? Они одни туда залететь могут! А человеку это невозможно». — «Коли только в этом печаль твоя, так ее мудрено ли рассеять!» — сказал егерь.
Прихватил он ее с собою под свой плащ, пожелал быть тотчас на гранатной горе — и вмиг они оба очутились на ней.
Там повсюду сверкали драгоценные камни, и было их так много, что сердце на них радовалось; они стали вместе собирать лучшие и самые дорогие из этих камней.
А между тем старая ведьма ухитрилась при помощи своих чар так подействовать издали на егеря, что глаза у него вдруг стали слипаться…
Он сказал девушке: «Присядем здесь и отдохнем, я так устал, что с трудом держусь на ногах».
Они присели, он положил голову ей на колени и уснул. Во время его сна она отвязала у него плащ с плеч, накинула его себе на плечи, захватила с собою гранаты и другие драгоценные камни и пожелала очутиться дома.
Когда же егерь выспался и открыл глаза, то увидел, что милая обманула и покинула его на горе одинокого…
«О! — воскликнул он. — До чего велико коварство людское!»  — и сел, пригорюнившись, и раздумывал, что ему делать.
А та гора была во владении диких и громадных великанов, которые на ней постоянно обитали, и немного времени прошло, как егерь уже завидел троих из них, к нему приближавшихся.
Егерь вытянулся на земле, прикинувшись, будто спит.
Великаны подошли, и один из них, толкнув егеря ногой, проговорил: «Это что за червяк тут лежит и что про себя думает?»
Второй сказал: «Расплющи его ногой!»
А третий добавил с пренебрежением: «Стоит ли он того? Пусть живет… Здесь он все равно не останется, а если взберется выше, до самой вершины горы, его тотчас подхватит облако и унесет в даль».
Так разговаривая между собою, они прошли мимо, а егерь, все слышавший, тотчас после их ухода поднялся на ноги и вскарабкался на вершину горы.
Не просидел он там и минуты, как налетело на вершину облако, подхватило его, увлекло за собою вслед, какое-то время несло по небу, затем опустилось к земле над большим, обнесенным стенами огородом и обронило его легонько на гряды капусты и других овощей.
Оглянулся егерь кругом и сказал: «Кабы мне чего-нибудь поесть! Голод так и морит меня, но я не вижу здесь ни яблок, ни груш, ни других плодов, а везде только одни овощи».
Наконец ему пришло в голову: «Разве вот что? По нужде я могу и салату поесть… Он хоть и не особенно вкусен, однако все же подкрепит меня немного».
Вот и выискал он себе хорошенький кочешок, стал его есть, но едва успел проглотить два-три листочка, как почувствовал себя очень странно и заметил в себе необычайную перемену: у него выросли четыре ноги, голова стала большою и толстою, уши удлинились, и он с ужасом увидел, что превратился в осла.
Однако же, чувствуя по-прежнему сильный голод и находя по своей теперешней природе сочный салат очень вкусным, он продолжал есть его с жадностью.
Таким образом он добрался наконец до салата другого сорта, и едва только проглотил несколько листочков его, он вновь почувствовал перемену и вернулся в свой прежний человеческий образ.
Тут он растянулся на земле и выспался надлежащим образом. Проснувшись на другое утро, егерь сорвал один кочан дурного и один кочан хорошего салата и подумал: «Это мне поможет в моем деле и даст возможность наказать коварство».
Тут он спрятал кочны в дорожную сумку, перелез через стену и пошел разыскивать замок своей милой. Проходивши дня два, он благополучно разыскал его. Тогда он замазал себе лицо так, что и сама родная мать его не узнала бы, вошел в замок и попросил себе приюта. «Я так устал, — сказал он, — что не могу идти далее». — «Землячок, — сказала ему ведьма,  — кто вы такой и чем занимаетесь?»
Он отвечал: «Я королевский посол и был послан на розыски драгоценнейшего по своим свойствам салата, какой только может произрастать на белом свете. Мне посчастливилось его отыскать, и я его несу с собою; однако же солнце палит так сильно, что это нежное растение, пожалуй, еще завянет у меня, и я сомневаюсь, чтобы я мог донести его далее…»
Услышав о диковинном салате, старуха захотела непременно его отведать и сказала: «Милый землячок, дай же ты мне этого чудесного салата попробовать». — «Почему бы и не дать? — отвечал егерь. — Я принес с собою два кочна и дам вам один». Вскрыл он свою суму и подал ей кочан дурного салата.
Ведьме ничто плохое и в помыслы не пришло, и ей такая припала охота поскорее попробовать нового кушанья, что она сама побежала на кухню и изготовила его.
Изготовив салат, она дождаться не могла, пока его подадут на стол, и тотчас схватила с блюда два листочка и сунула их в рот; и едва только она их проглотила, как утратила человеческий образ и в виде ослицы сбежала во двор.
Вслед за тем пришла в кухню служанка, увидела готовый салат и собралась подать его на стол; но в то время, как она его несла, припала ей по старой привычке охота отведать салата, и она съела парочку листочков. Волшебная сила салата тотчас проявилась и на ней, и она обратилась в ослицу и сбежала во двор к старой ведьме, а блюдо с салатом упало на пол.
А егерь тем временем сидел у красавицы, и так как никто с салатом не появлялся, а красавице тоже хотелось его отведать, то она сказала: «Понять не могу, почему же этот салат не несут?» Тут егерь подумал: «Верно, салат-то уж произвел свое действие!» Сойдя вниз, он увидел, что во дворе бегают две ослицы, а салат лежит на полу. «Вот и отлично! — сказал он. — Эти две уже получили свою часть!» — и затем собрал остальные листочки его на блюдо и принес их красавице.
«Я сам приношу вам это чудесное кушанье, — сказал он, — чтобы не заставлять вас ждать его». Красавица покушала салату и тотчас же лишилась, как и все остальные, своего человеческого образа и побежала во двор ослицей.
Тогда егерь умылся, так что обращенные им в ослиц женщины могли его узнать, сошел во двор и сказал им: «Теперь вы должны получить достойную награду за ваше коварство!»
Привязал он их всех к веревке и погнал перед собою, и гнал, пока не пригнал на мельницу.
Постучал он в оконце мельницы; мельник высунулся из оконца и спросил, чего ему нужно. «Да вот есть у меня три дрянных животины,  — отвечал егерь, — которых я больше не хочу у себя держать. Если хочешь их принять на свой корм и стойло да содержать их по моему указанию, то я заплачу тебе за это, сколько ты с меня потребуешь!» — «А почему бы мне их и не взять? — сказал мельник. — Говори, как должен я их держать?»
Тогда егерь сказал ему, чтобы старой ослице (а это и была сама ведьма) он давал есть только раз в день, а бил бы ее три раза в день; той, что помоложе (служанке), давал бы корму три раза в день, а бил бы ее только раз в день; а самой младшей из ослиц, то есть его красавице, трижды в день отпускал бы корм, а не бил бы ее ни разу… Никак он не мог допустить, чтобы его красавица была бита. Затем он вернулся в замок и нашел там все, что ему было нужно.
Дня два спустя пришел в замок мельник и доложил егерю, что старая ослица, которую он кормил единожды, а бил трижды в день, не выдержала и издохла. «А две другие, — продолжал мельник, — хоть и живы и получают трижды в день свой корм, но так понуро смотрят, что едва ли и они долго протянут».
Тут егерь сжалился, сменил гнев на милость и приказал мельнику пригнать этих двух ослиц в замок.
И когда их пригнали, он дал им поесть хорошего салата, и они снова приняли человеческий образ.
Тогда красавица упала перед ним на колени и сказала: «О, милый мой, прости меня за то зло, которое я тебе сделала; моя мать меня к тому вынудила, и все это случилось против моей воли, потому что я любила тебя от всего сердца. Твой волшебный плащ висит в одном из шкафов, а если хочешь, чтобы я вернула тебе птичье сердце, то я сейчас готова принять рвотное».
Тут он отнесся к ней совсем иначе и сказал: «Оставь его при себе; ведь все равно я хочу тебя взять себе в супруги».
И они сыграли свадьбу, и с той поры жили в полном довольстве до самой своей смерти.

Сын короля, который ничего не боялся

Немецкая сказка из «Детских и домашних сказок» братьев Гримм

Жил-был королевич, которому не полюбилось житье в отеческом доме, и так как он ничего на свете не боялся, то и подумал: «Дай-ка я пойду побродить по белу свету, душеньку свою потешу, диковинок всяких повидаю».
Простился он со своими родителями, пустился в путьдорогу и ехал с утра и до вечера, и ему было решительно все равно, куда приведет его дорога.
Случилось ему прибыть к дому великана, и так как он был очень утомлен, то присел около дверей его и стал отдыхать. Оглядевшись кругом себя, королевич увидел во дворе игрушки великана: пару громадных шаров и кегли величиной в рост человека.
Спустя немного вздумалось ему расставить те кегли и сбивать их шаром, и он радостно вскрикивал, когда те кегли падали, и веселился от души.
Великан услышал шум, выглянул в окошко и увидел человека, который был ничуть не больше других людей, а между тем играл его кеглями.
«Червяк! — воскликнул великан. — Как это можешь ты моими кеглями играть? Кто тебе такую силу дал?»
Королевич взглянул на великана и сказал: «Ах ты, болван! Или ты думаешь, что ты один силен на свете? Да вот я — я все могу, была бы лишь охота!»
Великан сошел вниз, с изумлением стал приглядываться к игре в кегли и сказал: «Человек! Коли ты точно таков, тогда пойди и добудь мне яблоко с дерева жизни». — «А на что оно тебе?» — спросил королевич. «Яблоко мне не для себя нужно, — отвечал великан. — Есть у меня невеста, которая очень желает его получить; но сколько я ни бродил по белу свету, а дерева того все отыскать не мог». — «Ну, так я отыщу его! — сказал королевич. — И не понимаю, что бы могло помешать мне то яблоко с ветки сорвать?» — «А ты думаешь, это легко? — спросил великан. — Тот сад, в котором дерево растет, окружен железной решеткой, а перед тою решеткою лежат рядком дикие звери и стерегут сад, и никого внутрь его не впускают».  — «Меня-то впустят!» — самоуверенно сказал королевич. «Даже если ты и попадешь в сад и увидишь яблоко на дереве, добыть его все же мудрено: перед тем яблоком повешено кольцо, и через это кольцо нужно к яблоку руку протянуть, если желаешь яблоко достать и сорвать, а это еще никому не удавалось». — «Ну, а мне удастся», — сказал королевич.
Простился он с великаном, пошел по горам, по долам, по полям и долам и дошел наконец до волшебного сада.
И точно: вокруг него у решетки сплошным рядом лежали звери; но они склонили головы и спали.
Не проснулись они даже и тогда, когда королевич к ним подошел, и он переступил через них, перелез через решетку и благополучно пробрался в сад.
Посреди того сада стояло дерево жизни, и красные яблоки его так и рдели на ветвях!
Влез он по стволу вверх и чуть только хотел протянуть руку к одному из яблок, видит, что висит перед тем яблоком кольцо…
И он, не задумавшись, без всякого усилия просунул через то кольцо руку и сорвал яблоко с ветки…
Кольцо же крепко-накрепко обхватило его руку, и он вдруг почувствовал во всем теле своем громадную силу.
Когда королевич слез с яблоком с дерева, он уже не захотел перелезать через решетку, а ухватился за большие садовые ворота, встряхнул их разок — и ворота с треском распахнулись.
Он вышел из сада, и лев, лежавший перед воротами, проснулся и побежал за ним следом, но уже не дикий, не яростный — он кротко следовал за ним, как за своим господином.
Королевич принес великану обещанное яблоко и сказал: «Видишь, я достал его без всякого труда».
Великан, обрадованный тем, что его желание исполнилось так быстро, поспешил к своей невесте и отдал ей яблоко, которого она так сильно добивалась.
Но его невеста была прекрасная и умная девушка, и когда она не увидела кольца на его руке, то сказала; «Не поверю я, что ты сам добыл это яблоко, пока не увижу кольца на твоей руке». Великан сказал: «Мне стоит только сходить домой и принести его», — а сам про себя думал, что не мудрено будет у слабого человека отнять силою то, что он не захочет уступить добровольно.
И вот он потребовал кольцо от королевича; но тот не отдавал. «Ну, нет! Где яблоко — там и кольцо должно быть! — сказал великан. — И если ты мне не отдашь его добровольно, то должен со мною за то кольцо биться!»
Долго боролись они, но великан никак не мог совладать с королевичем, которому постоянно придавало силы его волшебное кольцо.
Вот тогда-то великан и пустился на коварную хитрость, и говорит он королевичу: «Очень уж я разогрелся от борьбы, да и ты тоже! Пойдем, искупаемся в реке и прохладимся, прежде чем снова бороться станем».
Королевич, не ведавший коварства, пошел с великаном к реке, вместе с одеждою снял и кольцо с руки своей и бросился в реку.
Великан же тотчас схватил кольцо и побежал с ним прочь; однако лев, заметивший кражу, тотчас пустился вслед за великаном, вырвал у него кольцо из рук и принес его своему господину.
Тогда великан потихоньку вернулся назад, спрятался позади дуба, росшего на берегу, и в то время, когда королевич стал одеваться, он напал на него и выколол ему оба глаза.
Вот бедный королевич и оказался слепым и беспомощным; а великан вновь подошел к нему, взял его за руку, словно хотел помочь ему, а сам отвел его на край высокой скалы.
Здесь великан его покинул, думая: «Вот, еще два шага переступит и убьется насмерть — тогда я и сниму с него кольцо».
Но верный лев не оставил своего господина, крепко ухватил его за одежду и полегоньку стянул его обратно со скалы.
Когда вернулся великан, чтобы ограбить насмерть убившегося королевича, он убедился, что хитрость не удалась ему. «Да неужели же нельзя ничем сгубить этого слабого человечишку!» — только проговорил он, ухватил королевича за руку и свел его по другой дороге к краю пропасти; но лев, приметив злой умысел, и на этот раз избавил королевича от опасности.
Подойдя к самому краю пропасти, великан выпустил руку слепца и хотел его оставить одного, но лев так толкнул великана, что тот сам полетел в пропасть и разбился насмерть.
Верное животное после этого снова сумело оттянуть своего господина от пропасти и привело его к дереву, у которого протекал чистый, прозрачный ручеек.
Королевич присел у ручья, а лев прилег на бережок и стал ему лапою обрызгивать из ручья лицо водою.
Едва только две капли той воды оросили глазные впадины королевича, он опять уже стал немного видеть и вдруг разглядел птичку, которая близехонько от него пролетела и ткнулась в ствол дерева; затем она опустилась к воде и окунулась в нее разок-другой — и уже взвилась легко и, не задевая за деревья, пролетела между ними, как будто вода вернула ей зрение.
В этом королевич увидел перст Божий — наклонился к воде ручья, стал в нем обмывать свои очи и окунать в воду лицо. И когда поднялся от воды, то его глаза оказались опять настолько светлыми и чистыми, как никогда прежде и не бывали.
Возблагодарил Бога королевич за великую милость и пошел со своим львом бродить по белу свету. И вот случилось ему прийти к заколдованному замку. В воротах замка стояла девушка, стройная и красивая собою, но совсем черная.
Она с ним заговорила и сказала: «О, если бы ты мог освободить меня от злых чар, тяготеющих надо мною!» — «А что я должен для этого сделать?» — спросил королевич. Девушка отвечала ему: «Три ночи должен ты провести в большом зале заколдованного замка, и страх не должен иметь доступа к твоему сердцу. Как бы тебя ни мучили, ты должен все выдержать, не испустив ни звука, — тогда я буду избавлена от чар! Знай притом, что жизни твоей у тебя не отнимут». — «Сердце мое не знает страха, — отвечал королевич, — попытаюсь, при Божьей помощи».
И он весело направился в замок; а когда стемнело, сел он в большом зале и стал ожидать.
До полуночи все было тихо; а в полночь поднялся в замке страшный шум, и изо всех углов явились во множестве маленькие чертенята. Они прикинулись, будто его не видят, расселись посреди зала, развели на полу огонь и принялись за игру.
Когда один из них проиграл, то сказал: «Не ладно дело! Затесался сюда один чужак, он и виноват в том, что я проигрываю».  — «Погоди, сейчас приду, запечный бес!» — сказал другой.
А крик и шум, и гам все возрастали, и никто бы не мог их слышать без ужаса…
Но королевич сидел совершенно спокойно, и страх не брал его. Но вот все чертенята разом вскочили с земли и бросились на него, и было их так много, что он не мог с ними справиться. Они рвали его, таскали по земле, щипали, кололи, били и мучили, но он не произнес ни звука.
Под утро они исчезли, и он был до такой степени истомлен, что едва мог шевелиться.
Когда же рассвело, к нему взошла в залу черная девица. Она принесла ему бутылку с живою водою, обмыла его тою водою, и он тотчас почуял в себе наплыв новых сил, а все его боли стихли разом…
Девица сказала ему: «Одну-то ночь ты вынес благополучно, но тебе предстоят еще две».
Сказав это, она удалилась, и он успел заметить, что ее ноги уже побелели за эту ночь.
На следующую ночь опять явились черти и снова принялись за свою игру; потом снова напали на королевича и били, и мучили его еще более жестоко, нежели в предшествующую ночь, так что все его тело было покрыто ранами.
Но так как он все выносил молча, они наконец должны были от него отстать, а на заре явилась к нему черная девушка и исцелила его живой водой.
И когда она от него уходила, он с радостью увидел, что она успела побелеть до кончиков пальцев на руках.
Оставалось ему выдержать еще только одну ночь, но зато самую страшную!
Черти явились снова гурьбою…
«Ты все еще жив! — кричали они. — Тебя, значит, надо так измучить, чтобы из тебя и дух вон!»
Стали они его колоть и бить, стали бросать туда и сюда, таскать за руки и за ноги, словно бы хотели разорвать его на части: однако же он все вытерпел и звука не произнес.
Наконец они исчезли; но он уже лежал совсем обессиленный и не двигался; не мог он даже и век приподнять, чтобы взглянуть на девушку, которая вошла к нему и опрыскивала, и обильно обливала его живою водою.
И вдруг все боли в его теле как рукой сняло, и он почувствовал себя свежим и здоровым, словно очнувшимся от тягостного сна; когда же он открыл глаза, то увидел перед собою девушку — как снег белую и прекрасную как ясный день.
«Вставай, — сказала она, — да взмахни трижды своим мечом над лестницей и все чары сгинут разом».
И когда он это выполнил, весь замок разом был избавлен от чар, и девушка оказалась богатою королевною. Явились к ним и слуги, и заявили, что в большом зале стол уже накрыт и кушанья поданы.
Затем они уселись за стол, стали пить и есть вместе, а вечером того же дня сыграли и радостно отпраздновали свою свадьбу.

Сказка о трех братьях и агулшапе

Абхазская сказка

Жили три брата. У них была единственная сестра. Держали её в запертой комнате, подальше от чужих глаз.
Каждый день братья ходили на охоту и возвращались увешанные дичью. Сестру они кормили только костным мозгом.
Однажды братья пошли на охоту, а мать понесла дочери мозг. Но не успела она открыть дверь комнаты, где была заперта дочь, как туда ворвался агулшап и унес с собой сестру трех братьев.
Мать плакала, рыдала, но делать нечего — она была бессильна! Так она просидела, печально склонив голову, пока не вернулись братья.
Тогда мать созвала своих сыновей и сказала им:
— Нан, сыновья мои! У вас много храбрости и силы, вы уверены, что вас никто не одолеет, но чего с человеком не бывает?
Скажем, у нас случилось несчастье, что бы вы сделали?
Старший брат встал и ответил:
— Если захочешь — все сделаю! Даже иголку могу найти, где бы она ни лежала, если только касается земли: пусть на дне морском или в крепости, если эта крепость стоит на земле. Пусть она зажата в руке, заперта в крепости или в сундуке — я найду, непременно разыщу и незаметно унесу. Если я захочу, то могу тайком вынуть плод из утробы коровы и унести его!
Тогда встал средний брат и сказал:
— Если захочешь, я выстрелом могу убить все, что есть над землей, пусть около неба или на самом далеком небе, и сбросить на землю.
Наконец встал младший брат.
— Я одно в силах сделать,— сказал он,— то, что будет падать с неба, легкое ли оно или тяжелое, я обязательно поймаю и удержу.
— Если так, — сказала мать своим сыновьям, — я расскажу вам о несчастье, которое нас постигло. Сегодня я несла дочери мозг, и, как только открыла дверь, ворвался агулшап, схватил вашу сестру и скрылся.
Тогда три брата воскликнули:
— He вернуться нам сюда живыми без сестры! — и отправились в путь.
Старший брат сразу же узнал, где находилась их сестра.
Она была далеко-далеко, на поляне, посреди большого леса, а возле нее, свернувшись, лежал агулшап.
Братья тайком взяли сестру. Но разве от агулшапа можно было уйти? Он заметил, полетел за ними, быстро догнал, отнял сестру, умчался как пуля в небо и сразу очутился около солнца.
Тогда средний брат выстрелил, убил агулшапа, и сестра стала падать вниз. Младший сейчас же подбежал, подхватил сестру, удержал и поставил на землю. Обрадованные, братья вместе с сестрой отправились в свой дом.
Тем временем мать сшила бешмет и повесила на балконе, чтобы наградить того из сыновей, кто отличился особой храбростью‚ спасая сестру от агулшапа.
Братья пришли домой и узнали о бешмете.
Старший сказал:
— Бешмет возьму я. Если бы не я, никто из вас не смог бы найти сестру, а если бы даже и нашли, то не смогли бы отнять у агулшапа. На земле вы с ним ничего не смогли бы поделать, и сестра пропала бы для нас.
Средний брат сказал:
— Правда, на земле я ничего не могу поделать с агулшапом‚ но, когда он поднял нашу сестру в небеса, вы не смогли ее отнять и она бы для нас пропала, если б я не убил агулшапа. Бешмет принадлежит мне!
Но младший возразил:
— Нет! Бешмет следует отдать мне! Когда наша сестра падала с неба, я удержал ее. Без меня она разбилась бы вдребезги.
Выслушала мать своих сыновей и сказала:
— Правда, если бы не старший, не нашли бы мою дочь, а если бы и нашли, пе отняли бы у агулшапа. Но когда агулшап поднялмою дочь в небо, она бы пропала, не будь среднего, потому что остальные были бессильны. А когда она падала с неба, имей моя дочь хоть сто жизней, она разбилась бы вдребезги, но её спас младший.
Так мать и не смогла решить, кому из сыновей следует отдать бешмет, и стояла, в раздумье глядя на них.
В конце концов она созвала мудрых советчиков, усадила их и сказала:
— Решите, кто из моих сыновей заслужил бешмет, тому и отдайте!
Судьи сидят, решают, до сих пор ничего не решили.
Слушатель! Как видишь, это трудное дело, и поэтому рассказчик просит тебя: присоедини свой ум к уму судей, ускорь дело, помоги узнать, кому из братьев следует присудить бешмет, кто из них вправе его получить.

Кват и Марава

Новогебридская сказка

У Квата была жена по имени Ро Леи, а у его братьев жен не было. Они очень завидовали Квату — ведь он обладал прекрасной женой и замечательной лодкой. И они все время думали, как бы захватить у него и то и другое.
Как-то раз Кват предложил братьям выдолбить себе лодки. Братья выбрали деревья разной породы и начали работать. А сам Кват свалил большое дерево и втайне от братьев тоже принялся делать лодку. Он трудился каждый день, но дело не двигалось. Утром, когда Кват приходил в лес, оказывалось, что срубленное им дерево стоит на месте и что оно снова совсем целое.
Однажды вечером Кват кончил работать и решил устроить засаду. Он отнес в сторону одну щепку и, сделавшись маленьким, спрятался под ней. Вскоре Кват увидел, как из-под земли вылез маленький старичок с длинными белыми волосами и начал приставлять к срубленному дереву щепки, каждую на свое место. И вот ствол дерева стал уже почти целым, на нем оставалась лишь одна щербина — на месте той щепки, под которой спрятался Кват. Старичок начал искать эту щепку, а Кват ждал. Наконец старичок заметил щепку, но едва он собрался взять ее, как из-под щепки выскочил Кват и поднял свой раковинный топор. Тогда старичок — а это был Марава-паук — воскликнул:
— Друг, не убивай меня! Я сделаю тебе лодку!
И он принялся за работу и вскоре с помощью ногтей сделал лодку.
Когда же и у братьев лодки были готовы, Кват велел спускать их на воду. Но когда лодки братьев оказались на воде, Кват поднял руку и все лодки затонули. А Кват и Марава выплыли на своей лодке. Братья очень удивились — они и не знали, что Кват тоже делает лодку. Посмеявшись над братьями, Кват поправил их лодки.
Братья еще много раз пытались погубить Квата и завладеть его женой и лодкой.
Однажды они позвали его охотиться на земляного краба. Перед этим они подрыли тяжелый камень, закрывавший нору, так, чтобы можно было придавить им Квата. И вот Кват залез в нору и стал рыть землю, чтобы добыть краба. А братья стали сверху на камень, и он провалился. Полагая, что Квата раздавило, братья побежали, чтобы схватить Ро Леи и лодку.
Но Кват позвал своего друга Мараву:
— Марава! Перенеси меня к Ро Леи!
И когда братья добежали до деревни, они с изумлением увидели, что Кват сидит рядом с женой.
В другой раз они подрубили ветку каштана и подговорили Квата залезть на нее. Ветка сломалась, и Кват упал, но Марава снова спас его. И когда братья прибежали к Ро Леи, Кват уже лежал у нее на коленях.
Кват и сам всегда был готов подшутить над братьями, только он не делал им зла.
Как-то лунной ночью он подговорил братьев пойти охотиться на летучих лисиц. Братья пошли на охоту, а Кват со всех сторон привязал к себе доски, взлетел на панданус и повис так, как висят летучие лисицы. Один из братьев выстрелил в него и попал. Кват сплюнул кровью на землю. Думая, что лисица ранена, братья полезли на дерево, а Кват слетел с ветки.
Братья спустились на землю, а Кват снова повис. Так он делал, пока в него не выстрелили все братья. Тогда Кват полетел домой, вытащил из досок стрелы и развесил их в гамале.
Когда же братья вернулись, Кват спросил их:
— Ну, как вы охотились?
— Мы стреляли в необыкновенную летучую лисицу и ранили ее,— отвечали братья.
Тогда Кват показал им стрелы и сказал:
— Вот ваши стрелы.
Иногда Кват устраивал свои проделки вместе с Ро Леи. Однажды Кват и его братья плыли на лодках и на вершине скалы увидели какую-то женщину. Каждому из них она предложила подплыть поближе и взять у нее еды. Один за другим братья подплывали к ней, но, увидев перед собой старуху, отказывались. Только Кват подплыл и посадил ее к себе в лодку. А это была Ро Леи, которой так домогались братья Квата! Только она изменила свою внешность.
И снова братья стали думать, как бы погубить Квата, и решили сделать это во время охоты на птиц. Братья приготовили себе места на деревьях, на которых растут мускатные орехи. Квату они отвели дерево, которое было дальше всех от деревни. Кват залез на него и стал готовить силки. В это время брат, который был неподалеку, соскочил со своего дерева, подбежал к дереву Квата и закричал:
— Дерево, дерево, разбухни!
И дерево начало раздуваться. Его ствол стал таким толстым, что Кват не мог обхватить его руками. Все ветви и сучья тоже стали очень толстыми. Кват не сразу заметил, что дерево разбухает,— он был занят своими силками. А братья бросились в деревню. Там они схватили Ро Леи, взяли лодку Квата и вместе с Ро Леи отплыли в море. Когда берег скрылся из вида, они протрубили в раковину, давая знать Квату, что они убежали.
Кват услышал звук раковины и понял, что произошло. Он хотел было погнаться за братьями, но не мог спуститься с заколдованного дерева. И тогда Кват заплакал. Марава-паук услышал плач своего друга, немедленно прибежал туда и спросил:
— Что случилось?
— Я не могу спуститься, — отвечал Кват, — мои братья заколдовали дерево.
— Я помогу тебе,— сказал Марава, у которого были длинные волосы. Он протянул один волос Квату, и тот спустился по нему на землю. Кват побежал в деревню, но не нашел ни жены, ни лодки.
Тогда Кват взял перо из петушиного хвоста, снизку мелких раковинных денег, красной земли и раковинный топор.
— А где моя кисть бананов? — спросил он у матери.
— Братья оборвали все бананы, остались только самые мелкие на конце кисти,— ответила мать.
— Оборви их,— велел ей Кват. Затем он сложил все в пустую кокосовую скорлупу, сделался маленьким и сам залез туда же.
— Отсчитай три волны, — сказал он матери,— а когда придет четвертая, брось орех в море.
Мать сделала так, как он велел. Кват в скорлупе поплыл по морю и догнал лодку, в которой сидели его братья. Он поплыл перед лодкой и с помощью колдовства заставил ее следовать за собой.
Затем Кват съел один банан и бросил кожуру в море — туда, где должна была проплыть лодка. Братья увидели кожуру и заметили, что она точно такая, как у бананов, похищенных у Квата. Братья стали спрашивать друг друга, кто ел бананы.
Когда оказалось, что никто не ел, Тангаро Мудрый сказал:
— Друзья, это ел Кват. Он бросает кожуру, давая нам знать, что он поблизости.
Но остальные не стали его слушать.
— Кват умер,— сказали они уверенно.
То же самое произошло, когда Кват бросил кожуру второй раз. А потом братья заметили и сам кокосовый орех, в котором плыл Кват. Один из них подобрал орех, думая, что он вполне хороший, но почувствовал, как он скверно пахнет, и выбросил в воду. То же случилось и со всеми другими братьями, за исключением Тангаро Мудрого, который не заметил кокосового ореха.
Потом Кват подплыл к острову Маэво и выбрался из скорлупы. Он покрасил волосы красной землей, обвязал голову снизкой раковин, воткнул в волосы петушиное перо и забрался на панданус поджидать братьев, которые еще плыли в море.
Вскоре они прошли риф, приблизились к берегу и заметили, что на панданусе кто-то сидит.
— Кто это там сидит? — стали они спрашивать друг друга.
— Это Кват,— сказал Тангаро Мудрый. Но другие братья начали с ним спорить.
— Кват не мог попасть сюда,— говорили они,— он мертв.
— Нет, я не ошибаюсь, это Кват,— настаивал Тангаро Мудрый. Он лучше своих братьев знал и это и все остальное.
Наконец братья подвели лодку к берегу, но им не пришлось ее вытаскивать: Кват поднял морское дно, и лодка оказалась на высоком и сухом месте. Потом Кват спустился с пандануса и стал рубить лодку топором. При этом он пел такую песню:

Рубись, рубись, лодка!
Чья это лодка?
Это лодка Маравы.
Мои братья подшутили надо мной,
Они скрутили веревочку,
Раздули дерево,
Натянули снасть.
У меня была одна лодка,
Моя лодка ускользнула от меня.

И Кват на виду у братьев изрубил лодку в щепки. А после этого он подружился с братьями и зажил с ними в добром согласии.

Невеста трех братьев

Абхазская сказка

Жили три брата. Они родились от одного отца и одной матери.
Все три брата были хорошие парни. Они пользовались хорошей славой и имели много добра. У каждого из них была своя лошадь, свое седло, и ни один из братьев не был хуже другого.
Братья ни в чем не нуждались, но они не были женаты.
И вот в одно и то же время братья задумали жениться.
Они были настоящими мужчинами, днем и ночью совершали набеги, но всегда поодиночке.
Однажды вечером старший брат вернулся домой, просватав где-то девушку и назначив день свадьбы.
Своих братьев он дома не застал.
На другой день вернулся средний брат. Он тоже просватал девушку и назначил день свадьбы.
На третий день вернулся младший брат. Он весело джигитовал на своей серой лошади, у него на шапке сидела птичка: он тоже нашел себе невесту и назначил день свадьбы.
Все три брата просватали невест, но ни один из них ничего не знал о сватовстве другого.
Когда все братья собрались, старший встал и сказал, что он нашел себе невесту и в четверг будет свадьба.
Средний брат не утаил своих дел от других братьев, он сказал, что срок его свадьбы — тоже четверг.
Долго сидел и думал младший брат. Наконец он сказал, что назначил свою свадьбу тоже на четверг.
Оказывается, все три брата просватали одну и ту же девушку, и она нарочно назначила им один и тот же день.
Старшему брату казалось, что срок свадьбы слишком длинный: уж очень ему хотелось посмотреть на свою невесту.
Средний тоже не мог ни стать, ни сесть: он все метался, тосковал, думал о своей красавице невесте, которая дала ему слово.
Младшему брату еще хуже: всю ночь он видел невесту во сне и весь день носил ее в своем сердце. Все время он поглядывал на солнце и луну, желая, чтобы поскорее настал срок свадьбы.
Все три брата в ожидании свадьбы очень страдали, но про страдания одного ничего не знали другие.
Три родных брата захотели жениться в один и тот же день и, конечно, должны были устроить большой пир. Они известили всех своих родственников и знакомых, приготовили все, что нужно для свадьбы: вино, скот на мясо, поставили навесы во дворе и стали подыскивать себе дружков и стариков предводителей, чтобы ехать за невестами.
Старший брат собрал своих сверстников, все они сели на лошадей и поехали.
Средний брат тоже собрал своих сверстников и поехал за старшим.
Собрались друзья и младшего брата — те, которых он позвал, — и гурьбой поехали за невестой.
И вот все три брата, не зная, куда идет другой, оказались в одном и том же дворе. Что им оставалось делать? Только тут они узнали, что посватались к одной и той же девушке.
Братьям это не понравилось. Хотя они стеснялись своих родственников и друзей, что были с ними, но все же заспорили братья и целую неделю просидели у невесты. Ни один из них не хотел уступить другому, поэтому они решили пойти к невесте и спросить:
— Кого из нас ты хочешь?
Но все три брата были хороши, один не хуже другого, и невеста не могла выбрать никого из них.
Тогда она позвала всех трех братьев и сказала:
— Правда, я всем вам дала слово и люблю вас всех одинаково, но ни один из вас не хочет уступить меня другому. Поэтому идите по всему миру: кто найдет невиданно прекрасную вещь, подобной которой нет в мире, тот станет моим мужем.
Братья выслушали невесту, рассказали все это своим друзьям, повернулись и разъехались в разные стороны куда глаза глядят.
Ездили они месяца три, наконец встретились где-то в далекой земле. Каждый спросил другого, что он нашел.
Старший брат показал хороший ковер, средний показал хорошее зеркало, а младший, оказывается, достал маленькое красное яблочко и показал его последним.
И вот братья стали судить о том, что можно считать такой вещью, лучше которой в мире нет.
Старший брат сказал:
— Мой ковер — такой ковер: стоит только сесть на него и подумать, куда хочешь полететь, как сразу там очутишься, как бы далеко это ни было.
Средний брат сказал:
— Мое зеркало — такое зеркало: если захочешь кого-нибудь увидеть, стоит только пожелать этого, как сейчас же его увидишь, как бы далеко он ни был.
А младший сказал:
— Моя находка ценнее ваших. Если, имея это яблочко, встретишься со смертельно больным человеком, он сразу выздоровеет и встанет на ноги.
Правда, все-эти три вещи были разные, но зато других таких в мире больше не было.
После того как братья рассказали о своих вещах, средний пожелал увидеть свою невесту, глянул в зеркало и вдруг вскрикнул,
— Что случилось? — спросили его братья.
Он ответил:
— Девушка, из-за которой мы страдаем, умирает!
Братья кинулись к зеркалу и тут увидели, что девушка в самом деле умирает, а вокруг нее стоят родственники и безнадежно смотрят на умирающую.
Братьям надо было ехать три месяца, чтобы доехать туда, где была их невеста, но они быстро сели на ковер старшего брата и в ту же минуту оказались у постели умирающей. Тогда младший брат очистил свое яблочко, выжал из него сок и влил ей в рот. В тот же миг девушка поднялась: она стала такой же здоровой, как была раньше.
И вот старший брат собрал своих друзей, чтобы привезти невесту к себе домой.
Средний брат тоже собрал своих друзей, чтобы взять невесту, — он считал, что девушка бесспорно должна принадлежать ему.
Младший брат тоже собрал своих друзей, чтобы взять невесту к себе. Он думал, что невеста должна принадлежать ему, потому что он спас ее от смерти.
Снова собрались братья со своими друзьями у невесты и опять начали спорить, но так ничего и не решили. Тогда они вызвали судью.
Судья сперва дал слово старшему брату.
Старший брат сказал:
— Я достал такой ковер, подобного которому на свете нет. Если бы не мой ковер, никто из нас не смог бы застать невесту в живых: нам надо было бы ехать три месяца, а мы прилетели за одну минуту. Вот и посуди сам, судья, кому должна принадлежать невеста — мне или другому?
Тогда встал средний брат и сказал:
— Правда, мы подоспели к умирающей только благодаря твоему ковру, но, если б не мое зеркало, мы не смогли бы узнать о ее болезни и она бы умерла. Подумай сам, судья, кому она может принадлежать — мне или другому?
Наконец, встал младший брат и сказал:
— Да, ты быстро прилетел бы сюда на своем ковре, но что бы ты мог сделать без моего яблочка? И ты, брат, увидел невесту в своем зеркале и быстро прилетел на ковре, но как бы ты помог ей без моего яблочка?
Не успел он это сказать, как братья напали на него:
— Твоим яблоком невеста спасена, но как бы ты узнал, что она умирает? A если бы даже узнал, то как бы смог подоспеть к умирающей?
Долго думал судья, но ничего не мог придумать. Если бы он отдал; девушку тому, кто имел зеркало, то против выступил бы тот, кто имел ковер, и он был бы прав. Если бы судья присудил невесту тому, кто имел ковер, то против выступил бы тот, кто имел яблочко, и тоже был бы прав. А если присудить тому, кто имел яблоко‚ — другие станут оспаривать и тоже будут правы. Никак судья не мог решить, кому должна принадлежать девушка, и сидел, обхватив голову обеими руками.
Наконец встал младший брат. Он сказал такие слова, на которые никто не мог обидеться:
— Простите меня, старшие братья, я виноват перед вами. Я уступаю вам девушку, а вы сами рассудите, кому из вас она должна принадлежать. Только извлеките мое яблоко из невесты и целым дайте мне: ведь то, что вы нашли, находится у вас в целости, вы ничего не потеряли, и вам не приходится жаловаться.
Но откуда братья могли взять то яблоко, которое уже было съедено? Даже если убить невесту — никак не достанешь яблока.
Поэтому судья присудил невесту младшему брату, и он устроил большую свадьбу.

Золотой кубок

Абхазская сказка

Жили три брата. За всю свою жизнь они позора не знали,
жили как хотели.
Как-то ночью братья отправились на грабеж. Приехали к одному глупцу, у которого было много добра, но, когда напали на глупца, он сказал им так:
— Зачем вы напали на меня? Это не принесет вам славы. А вы можете прославиться. Здесь поблизости живет один царь. Испытайте свою храбрость, устройте набег на этого царя.
Братья оставили старика в покое и направились туда, куда он им указал. Приехали, напали — как им хотелось, так и поступили. Много добра забрали. Поехали назад, но, когда они повернули назад, в старшего брата попала пуля. Братья из-за этого не стали бросать своего добра, но и мертвого не оставили
То, что случилось, братья посчитали позором для себя. За ночь они сделали золотой гроб. В этот гроб вместе с телом убитого положили столько денег, сколько надо было его жене, чтобы прокормиться до конца жизни. Ночью привезли гроб домой, таясь от людей, поставили его в доме и, опозоренные, ушли куда глаза глядят.
Утром, когда рассвело, жена открыла дверь, увидела блестящий гроб и закричала. Сбежались соседи, открыли крышку, смотрят, а там лежит ее убитый муж. Жена заметила то, что положили в гроб ее девери, чем она могла прокормиться до самой смерти, и догадалась, что они ушли, посчитав это убийство позором для себя.
Мертвого похоронили. Жена горевала больше о своих деверях, чем о муже, но где она их теперь найдет?
Она была беременной и вскоре родила сына. Когда мальчик вырос, ни мать, ни соседи не говорили ему, как погиб его отец и куда исчезли братья отца. Мать ему ничего не говорила, потому что боялась потерять сына: она знала, если сын услышит об этом, сделает с собой что-нибудь страшное.
Однажды мальчик смастерил лук и стрелу и забавлялся ими. В это время соседка, поставив кувшин на плечо, несла воду. Мальчик пустил стрелу в кувшин, и кувшин разбился. Женщина рассердилась и говорит:
— Если ты такой храбрец, лучше бы узнал, где погибли братья твоего отца!
От этих слов мальчик почернел, как котел. Обернулся к матери, подступил к ней. Глянула мать в лицо сына и увидела, как оно потемнело.
— А, нан, нан, что с тобой, что с тобой? — воскликнула мать.
— Ничего. Постели мне постель, — ответил сын.
Мать быстро пошла и постелила ему постель. Мальчик лег, три дня и три ночи пролежал. За это время он ничего не ел, а мать все к нему приставала:
— Ты должен поесть!
Наконец через три дня и три ночи мальчик ответил:
— Если испечешь на огне чурек и дашь мне, я съем.
Мать положила чурек, чурек испекся. Мать стала брать его с очага, но мальчик сказал:
— Мать моя, так не бери: подложи под чурек обе руки и сними.
Как мальчик сказал, так мать и сделала: подложила под чурек обе руки. Но только хотела снять его, как сын прыгнул, стал на чурек ногами и пригнал руки матери к горячему чуреку.
— A, нан, что ты со мной сделал? О чем болит твое сердце! — воскликнула мать.
А мальчик в ответ:
— Пока не расскажешь, как исчезли братья моего отца, не отпущу тебя!
И мать рассказала:
— Да будет их путь твоей дорогой. Братья вместе с твоим отцом отправились в набег, и там отец был убит. В ту же ночь братья сделали золотой гроб, принесли его, поставили в доме и, посчитав себя опозоренными, ушли, не знаю куда. А выглядели братья отца вот так-то и так, — рассказала мать.
Как только мальчик услыхал это, вскочил и ушел из дому.
Он поклялся:
— Не вернусь, пока их не разыщу!
Шел он шел, долго шел, наконец пришел на одно большое поле. Была сильная жара. Глянул мальчик вдаль и едва различил глазом посреди большого поля дерево. Мальчик направился к дереву и видит: под деревом сидят двое, а волосы на голове у них покрыты вшами.
Мальчик подумал: «Не это ли братья моего отца?» Братья тоже тут заподозрили, что этот мальчик сын их старшего брата.
Тогда мальчик сказал:
— Меня одолела жажда, нет ли поблизости воды?
Братья отца считали себя большими героями. Но теперь, когда какой-то мальчишка разыскал их, они сочли себя опозоренными и решили погубить его.
Поблизости протекала река. Кто бы ни подходил к той реке, обратно не возвращался: все там погибали. И вот братья послали мальчика к реке с кувшином. Они Думали: «Он там погибнет!»
Мальчик пошел к реке, зачерпнул полный кувшин воды и только приподнял голову, как неведомое страшилище набросилось на него. Мальчик быстро обернулся и стал с ним бороться. Сильно боролись, разгорячились оба, но все же мальчик повалил чудовище. Свалив, он вынул шашку и замахнулся, чтобы ударить чудовище, по тут из кожи страшилища появилась прекрасная девушка и сказала:
— Не убивай меня, с этого дня я освобождаю реку!
Мальчик удивился и отпустил красавицу. Девушка поднялась, подала ему золотой кубок, сказала: «Будешь помнить меня!» — и вдруг исчезла неведомо куда. Тогда мальчик поднял кубок и вернулся к братьям своего отца. Завидя его, братья сразу приуныли. А мальчик напоил их водой и сам напился.
После этого все они вернулись домой. Дома мать собрала всех, кто был ей дорог, и устроила пир.
Неподалеку от них жил один царь. Как только царь узнал, что мальчик принес золотой кубок, он сказал ему:
— Если не принесешь мне дюжину таких золотых кубков — голову сниму!
И вот мальчик отправился в путь. Долго он ходил, наконец пришел к одной старухе. Эта старуха плакала, царапая себе щеки.
— Эй, мать моя, я вижу, ты горюешь, у тебя несчастье, но сперва дай мне поесть, голод одолел меня, а потом поведаем друг другу о нашем горе, — сказал ей мальчик.
— Нан, —ответила старуха, — разве я что-нибудь пожалею для тебя, раз ты голоден?
Все, что она имела, дала мальчику и накормила его. А после этого стала рассказывать:
— Нан, вот в чем мое горе. Рядом с нами живет царь. У него умер сын. Каждую ночь царь ставит к могиле сына пять караульных, по перед рассветом кто-то их убивает. В эту ночь охранять могилу должен мой единственный сын, нан, он умрет там!
Но мальчик сказал:
— He плачь! В эту ночь я пойду туда вместо твоего сына и стану караулить. Вот увидишь, что будет!
Старуха не хотела пустить его, но мальчик пошел. Пришел, вырыл яму, залез в нее, а сверху немного прикрылся. Луна, рассеивая свои лучи, освещала мир. В полночь мальчик высунул голову из ямы и видит: со стороны моря несется черная-пречерная туча. Кружась, она подлетела к могиле, где был похоронен царский сын. Как только туча очутилась над могилой, из нее, словно ящерица, выскользнула девушка.
Девушка подошла к могиле и стала над ней. В руке она держала плеть. Быстро подняв ее, девушка три раза стукнула по могиле. И вдруг, раздвинув землю, из могилы вышел сын царя.
Девушка бросила плеть и, играя, пошла с ним к лесу. Мальчик все это видел. Не успела девушка с царским сыном войти в лес, как он выскочил из своей ямы, схватил брошенную плеть и снова спрятался в яму.
Вскоре царский сын и девушка вернулись из лесу. Сын царя скрылся в своей могиле, а девушка начала искать плеть и, не найдя ее, догадалась, что плеть кто-то взял. Тогда она обернулась и сказала:
— Ты, который это сделал! Если знаешь, как обращаться с моей плетью, — молодец, а если не знаешь — напрасно взял ее у меня.
После этого девушка прыгнула и, скрывшись в черной туче, улетела.
Когда она улетела, мальчик вышел из своей ямы, ударил плетью могилу, в которой был похоронен царский сын, и сын царя встал из могилы. После этого мальчик начал хлестать могилы всех умерших, оживляя их. А потом снова ударил их плетью, убил всех, отправил по местам и вернулся к старухе.
— Нан, нан, жив ли ты? — бросилась к нему старуха. — Спас ли ты нас от смерти?
Старуха стала обнимать мальчика, а мальчик сказал ей, что-бы она пошла к царю и передала ему:
— Собери всех подвластных тебе!
Старуха пошла к царю и сказала ему так:
— Нан, нан! Какой-то молодец пришел в наш дом. Этой ночью мой сын должен был охранять могилу, но тот молодец, что пришел к нам, отправился вместо него. Он спас моего сына от смерти и сам вернулся цел и невредим. Этот юноша прислал тебе сказать: «Собери народ!»
На другой же день царь созвал весь народ. Когда все собрались, пришла старуха с мальчиком. Мальчик сказал:
— Добрый день! С этих пор никто не станет умирать возле этой могилы! — И он на виду у всех подошел к могиле, где был похоронен царский сын, ударил плетью, и в тот же миг из могилы выскочил оживший сын царя.
Мальчик стал прикасаться плетью к могилам других умерших, оживил человек триста, и они, все в белом, стали посреди народа. Семьи и родичи оживших очень обрадовались.
Тогда царь сказал мальчику:
— Ты сделал нам столько добра! При всем народе говорю тебе: возьми мое царство и мою дочь!
Но мальчик не согласился и не остался у них:
— У меня впереди долгий путь, и я не стою таких почестей. Прощайте!
Шел, шел, долго шел и наконец пришел в большой город. Через город протекала огромная река. Те, кто поселились по эту сторону реки, жили богато, голода не знали, а по ту сторону народ погибал от засухи — она сжигала людей. Каждый день с этой стороны реки на тот берег посылали корабль, нагруженный пищей, но, когда корабль доходил до середины реки, из воды мгновенно высовывалась огромная бычья голова, вонзала свои зубы в корабль и задерживала его, не пуская к голодающим.
Увидел это мальчик и говорит народу:
— Посадите меня на корабль!
Корабль остановили, посадили мальчика, и корабль двинулся вперед, рассекая воду. Но как только он достиг середины реки, из воды мгновенно показалась бычья голова с оскаленными зубами и вонзила в корабль свои зубы. Тогда мальчик быстро протянул руку, выдернул зубы из корабля, поднял их вверх и с грохотом бросил на палубу. Корабль быстро пошел вперед и привез еду голодающим.
С тех пор корабль каждый день переплывал реку. В городе все были рады мальчику. Хотели оставить его жить, но он ушел, говоря:
— У меня дело есть!
Долго ходил мальчик и наконец увидел большой сверкающий дворец. Дворец был окружен железной стеной с железными воротами. Во дворе росла зеленая трава. Мальчик подошел к воротам, но они были заперты. Тогда он быстро подпрыгнул, стал на ворота крепости, спрыгнул во двор и направился ко дворцу. Кругом ни звука. Мальчик поднялся по лестнице во дворец. Наверху во дворце стояли три убранные постели. Мальчик долго осматривался, застыв на месте. Потом глянул в окно и видит: за оградой идут друг за другом три девушки. Вот подошли они к воротам, передняя девушка взмахнула платком, и железные ворота с грохотом растворились. Прошли девушки через ворота, задняя тоже взмахнула платком, и ворота опять сомкнулись. Тогда девушки, следуя друг за другом, направились ко дворцу. Тут мальчик завертелся по комнате: «Куда мне деваться?» — и спрятался под постель.
Все три сестры поднялись наверх и вошли в комнату. И в то же мгновение на круглом столе появились три стакана с вином. Тогда старшая взяла со стола стакан и сказала так:
— Боже, благослови того, который освободил меня от жадной души, когда я сидела в большой реке и не давала брать из неё воду! — C этими словами девушка опорожнила стакан.
Средняя сестра взяла со стола стакан и тоже сказала:
— Боже, благослови того человека, который взял из моих рук плеть и освободил меня от греха.
Наконец, младшая сестра взяла стакан и сказала:
— Да благословит бог того человека, который освободил корабль и не дал мне совершить греха!
— Аминь. Это я! — сказал им в ответ мальчик и выскочил из под постели. При этом младшая из трех сестер, застеснявшись, спряталась.
Мальчик спросил:
— Почему ваша младшая сестра спряталась?
— Наша младшая сестра просватана за тебя, — ответили сестры.
Потом старшая сказала:
— Средняя из нас — жена младшего брата твоего отца, а я жена старшего.
Тут мальчик сказал им:
— Завтра в полдень кончается мой срок: если я не достану для царя двенадцать золотых кубков, он снимет мне голову.
Но сестры успокоили его:
— Оставайся спокойно со своей женой. Завтра ты будешь там, откуда пришел, — и послали его в комнату к жене.
Наутро мальчик проснулся и видит: все они очутились дома.
Он взял двенадцать золотых кубков и пошел к царю. Царь удивился и все свое царство передал мальчику. Девушки же стали женами братьев отца юноши, и все устроили большой пир.