Ёнавъёчгын

Ёнавъёчгын

Чукотская сказка

Рассказывают, что Ёнавъёчгын жил со своей женой. Каждый день ходил он промышлять диких оленей. И очень много оленей убивал.
Однажды пришел вечером с охоты домой, а жены нет. Говорит:
— Куда же ушла жена?
А надо сказать, что жили они вдвоем — ни сына у них не было, ни дочери, да и собаки не было.
Вошел Ёнавъёчгын в пустой дом. Давай жену искать — нигде не может найтн. Так и не нашел. Пошел в тундру, сел и заплакал.
Вдруг идет песец. Спрашивает:
— Что это ты делаешь? Чего это ты плачешь?
— Жена у меня потерялась. Нигде не могу найти.
— Ох, какая жалость! — говорит песец.
— Помоги мне, пожалуйста, найти мою жену.
— Ну что ж, помогу, пожалуй! Но только сначала навари мне самого лучшего мяса, тогда я тебе расскажу что-то, — говорит песец.
— Конечно, я сварю тебе самого лучшего мяса, — говорит Ёнавъёчгын.
— Тогда я пока посплю. Но только разбуди меня, когда мясо сварится, — говорит песец.
— Конечно!
Сварил мясо Ёнавъёчгын.
— Вставай, мясо готово!
— Давай!
Стал песец мясо есть. Много съел. Наелся.
— Ну вот, теперь буду рассказывать, — говорит песец. — Осталась твоя жена дома. Вдруг откуда ни возьмись летит великан-мужчина с большущими крыльями. Оказывается, это большущий орел. Схватил он твою жену и унес по воздуху в свой дом. Ты вот что сделай: смастери маленький лук и две стрелы и отправляйся в другую страну. Увидишь по дороге большой длинный холм. А перевалить через него нельзя: дорогу большой орел преграждает. До того большой, что свое место — этот длинный холм — почти весь своим телом закрыл. Так вот, если ты его сразу не убьешь, он убьет тебя. А ты вот как поступи. Он хотя и спит, но все равно всегда настороже, караулит, чтобы никто в землю орлов не вошел. Ты уж тихонько подкрадись к нему. Как подкрадешься, стреляй в него из лука. Но только целься прямо в голову. А как задрожит он, сразу вторую стрелу пускай. Если убьешь его, путь будет свободен и ты сможешь до жилища главного орла дойти. Это он твою жену себе в жены забрал. И помни: иди туда тайно; если открыто пойдешь, убьет он тебя.
Жену Енавъёчгына звали Варэны.
Стал собираться в путь Ёнавъёчгын. Песец говорит ему:
— Ну, теперь иди!
А сам стал в доме Енавъёчгына жить. Ведь Ёнавъёчгын сказал ему: «А ты пока в моем доме живи».
Отправился Ёнавъёчгын. Идет-идет, вдруг видит: очень большой орел. Действительно, большущий — своим телом даже весь длинный холм закрыл.
Стал Ёнавъёчгын подкрадываться, а большущий орел спит. Как подкрался поближе, выстрелил ему в толову. Задрожал орел, попытался в предсмертных муках убежать, а Ёнавъёчгын второй раз выстрелил. Теперь уж окончательно добил орла.
Затем дальше пошел. Очень быстро идет — так быстро, как только может.
Вдруг вдали большущий домище показался. Говорит он:
— Вот где, наверное, Варэны живет.
Спрятался в отдалении, стал вечера ждать. Сидит в укрытии, ждет. Как стало темнеть, отправился к этому дому. Подошел. Чуть в стороне большое озеро увидел. Притаился на берегу озера. Лежит.
Вдруг видит — Варэны за водой пошла. Длиннущая одежда на ней. К этому озеру за водой пошла.
Не зря, видно, когда темнело, гагары сильно кричали. Идет она к озеру, где воду берут. Всю дорогу к озеру плачет. Идет Варэны, опустила голову и плачет. А на озере много гагар плавает. Постояла Варэны некоторое время задумавшись. А гагары на разные голоса кричат:
— Варэн, гуг-гуг-гук! Аау-га-ауу-гаа! Варэн, гуг-гуг-гук!
Закричал тогда главный орел, на спине лежа:
— Отчего это птицы так кричат?
Выскочил неожиданно из-за кочки Ёнавъёчгын. Увидела его жена:
— Откуда это ты пришел? — спрашивает.
— Из дому.
— Зачем ты пришел, убьют тебя!
— Пусть! За тем и пришел, чтобы убили.
— Он, боюсь ругать будет, что долго не возвращаюсь!
— Ну и пусть! Скажи ему, что нет здесь людей. И вот что сделай: ночью поразвлекай его как следует. А как только уснет орел, большущим ножом горло ему перережь.
— Ладно, — согласилась Варэны и ушла.
А вернулась Варэны с водой, стал орел сильно ругаться. Очень рассердился:
— Почему так долго не шла! Наверное, видела там кого-нибудь!
— Да нет! Никого не видела. Там ведь нет людей.
— А почему же так долго была там?
— Потому что воду долго брала.
— А-а? Значит, там нет людей? Нет? А почему птицы кричали?
— Так это же гагары!
— Aa-a!
Поверил. Но все еще спрашивает:
— А почему же они кричали: «Варэн, гуг-гуг-гук!» Почему они так кричали? Наверное, твой муж пришел?
— Как же он придет? Невозможно ему сюда прийти. Далеко.
— Аа-а! — только тогда поверил.
Легли спать. Весь вечер развлекала Варэны орла. Вот наконец стал он засыпать. Скоро крепко заснул. Вышла женщина потихоньку, ножище из-под подушки вытащила, зажгла огарок, подняла переднюю стену полога и ударила изо всех сил орла. Отделилась огромная голова от туловища. Стало одно туловище подниматься. Еще раз ударила Варэны. Наконец убила. Затем отправилась к мужу. И вот пошли они домой.
Приходят домой. А там все еще песец живет. Говорит им песец:
— Ну, здравствуйте!
— Здравствуй! Только не все еще опасности кончились. Погоня за нами. Что нам делать?
Стал песец думать:
— Вы пока в тундру идите, спрячьтесь, а я опять буду один здесь жить.
— Ладно.
Отправились они с женой в тундру. Муж спрятался в зарослях. Жена тоже. Но спрятались не вместе, а по отдельности, в зарослях, на берегу реки.
Вдруг громкие голоса вдалеке послышались. Очень много врагов из-за хребта появилось. Стал песец усердно хозяйничать.
Подступило вражеское войско к дому. Спрашивают у песца враги:
— Где Ёнавъёчгын?
Песец отвечает:
— Не знаю? А кто такой Ёнавъёчгын? Каков из себя?
— Говори скорее! Где Ёнавъёчгын? Если не скажешь, мы тебя кнутом побьем!
— Да не знаю я, кто такой Ёнавъёчгын!
— А чей же это дом?
— Как это чей? Мой! У меня тоже дом есть, — говорит песец.
Затем песец говорит:
— Давайте я вам лучше вкусного мяса сварю. Давно у меня таких хороших гостей не было! А вы пока поспите!
— Ну что ж, пожалуй, поспим, — говорят враги.
Как только уснули они в доме Енавъёчгына, начал песец дом со всех сторон поджигать. Загорелся дом, запылал. А песец громко так голосит:
— Ёнавъёчгын! Горят твои враги, пылают!
Выскочил Ёнавъёчгын из зарослей и прибежал. А у врагов уже все жилы скрючились. Некоторые так и сгорели, не проснувшись.
Вот как песец обманул врагов. Он им нарочно сказал: «Вкусного мяса сварю вам, давно таких хороших гостей не было». Конец.

Цензор Е Люй-тин и лиса

Цензор Е Люй-тин и лиса

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

В доме цензора Е Люй-тина начались вдруг лисьи чудеса: то средь бела дня кто-то с кем-то разговаривает, то Е Люй-тина с места сгонят, повсюду устроят беспорядок, нашкодят, то вдруг рюмки и чашки в пляс пойдут, то мебель по комнатам начнет расхаживать… Е Люй-тин рассказал об этом Чжан Чжэнь-жэню, и тот послал за даосским монахом.
Сначала даос написал амулет, но кто-то сейчас же разорвал этот амулет в клочья. Тогда даос посоветовал устроить жертвоприношение в честь духа — хранителя города, но и это не помогло.
— Наверняка это проделки Небесной лисы,— сказал даос,— без доклада Небу тут не обойтись.
Тогда воздвигли помост и начали семидневное служение. На третий день лиса все еще бранилась, но на четвертый она вдруг стала сама любезность и уступчивость.
Е Люй-тин не хотел с ней ссориться и предложил кончить дело миром, но Чжан Чжэнь-жэнь возразил:
— Доклад ведь уже пошел на Небо, теперь не догонишь.
Наступил седьмой день. Внезапно послышался шум, грохот, окна и двери все нараспашку, до самого вечера не стихал шум.
Даос вызвал на подмогу других духов, и тогда только удалось схватить лису. Ее затолкали в глиняный сосуд с узким горлышком и закопали за воротами Гуаньцюймэнь.
Как-то я спросил Чжан Чжэнь-жэня о том, как удается изгнать нечистую силу. Он ответил:
— Я тоже толком не знаю, как это происходит, но следую установленным правилам. В большинстве случаев духи и бесы подчиняются печати, амулеты же находятся в ведении даосов. Постигший истину подобен сановнику, а даос — мелкому чиновнику, без даоса он не может составить амулет, а даос без Постигшего истину не сможет поставить печать, амулет его не будет чудотворным. Что же до того, будет ли толк от этого или нет, так это похоже на официальные документы по судебным делам: либо они принимаются во внимание, либо оспариваются — раз на раз тут не приходится.
Рассуждение это показалось мне очень близким к истине.
Я еще спросил:
— Допустим, что в заброшенном жилище или в глубоких горах вам повстречается вдруг нечистая сила, сумеете вы подчинить ее себе или нет?
— Возьмем в качестве примера сановника в пути,— ответил Чжан Чжэнь-жэнь,— разбойники, естественно, разбегаются и прячутся от него кто куда, а какой-нибудь из них не знает, что здесь проезжает сановник со свитой, продолжает себе разбойничать, и вдруг перед ним бунчуки и знамена. Сановник же, хотя у него есть все полномочия, все-таки не решится завербовать его на военную службу. Вот так обстоит и с тем, о чем вы опрашиваете.
Эти слова тоже очень верны. Но в таком случае, все разговоры о чудесах, которые творят духи, сильно преувеличены.

Губернатор Э

Губернатор Э

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Тянь Бо-янь из Дэчжоу рассказывал:
«Губернатор Э, оказавшись в горах между провинциями Дянь и Цянь, увидел, как даосский монах, прижав к камню молодую красивую женщину, собирается вырезать у нее сердце. Красавица жалобно звала на помощь. Э галопом погнал своего скакуна и успел схватить даоса за руку. Красавица вскрикнула и, превратившись в пламя, улетела.
Топнув в ярости ногой, даос воскликнул:
— Она — оборотень! Своими чарами она довела до погибели уже более сотни людей, ее нужно было покарать, но так как она искусна и опытна в своем деле, то, если ей отрубить голову, дух ее сумеет спастись, а чтобы она умерла, необходимо было вырезать ее сердце. Отпустив ее на волю, вы стали причиной нескончаемых бед в грядущем. Это все равно что пожалеть хищного тигра, не подумав о тех лосях и оленях, которых он растерзает, о тех жизнях, которые он отнимет!
Вложив кинжал в ножны, даос в досаде и огорчении перешел речку и скрылся из виду.»
Рассказанная Бо-янем притча напоминает поговорку:
«Пусть уж лучше один плачет, чем многие».
Тот, кто отнесся снисходительно к чиновнику-взяточнику, считает, что совершил доброе дело, да и другие называют его великодушным, но ведь о бедном-то люде, что продает своих сыновей и отдает своих жен в наложницы, он не подумал. Куда же годится такой сановник?

Цзюйжэнь из Тяньцзиня

Цзюйжэнь из Тяньцзиня

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Некий цзюйжэнь родом из Тяньцзиня гулял как-то с друзьями в предместье. Bice это были люди молодые, ветреные. Заметив, что в тени деревьев верхом на осле едет молодая женщина, друзья воспользовались тем, что ее никто не сопровождает, и всей толпой увязались за ней следом, выкрикивая всякие шутки и оскорбительные словечки.
Женщина ни словом не отзывалась на их приставания и только нахлестывала своего ослика. Когда же двое или трое из этих молодцов забежали вперед, женщина неожиданно соскочила с осла и ласково заговорила с ними, словно радуясь этой встрече.
В это время подоспел и цзюйжэнь с остальными приятелями и узнал в ней свою жену. Но только жена его не ездила верхом и в тот день не была в предместье. В сомнении и гневе он подошел поближе и стал бранить женщину, а она по-прежнему весело смеялась. Тогда, охваченный яростью, он замахнулся, собираясь дать ей оплеуху, но она вдруг легко вскочила на спину осла, приняла другой облик и, указав хлыстом на цзюйжэня, сказала с упреком:
— Увидев чужую жену, начал оскорблять ее, а увидев свою, вон в какую ярость пришел. Книги древних мудрецов вы читали, но, видно, так и не поняли значения слова «прощать». Да разве выйдет из вас что-нибудь путное? — сказала и уехала.
А цзюйжэнь даже посерел весь, стоит как вкопанный и с места сдвинуться не может. Так он и не узнал, что это был за оборотень.

Студент У и лиса

Студент У и лиса

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Студент У из Нинбо любил совершать прогулки по «Северному селению», потом сошелся с лисой, часто тайно встречался с ней, но по-прежнему продолжал бывать в веселых домах. Однажды лиса предложила ему:
— Я владею искусством превращений. Могу принять облик любой красавицы, которая приглянется вам, стоит мне лишь разок на нее взглянуть. Подумайте об этом, почтеннейший, и если вы согласны, то так и сделаем: зачем вам тратить деньги на любовь!
Решили, и действительно лиса тотчас же приняла другой облик, так что ее не отличить было от той, что понравилась У. С тех пор он больше уже не ходил на сторону.
Как-то раз У сказал лисе:
— Разнообразие действительно радует душу, но жаль, что превращения разлучают навеки.
— Неверно,— возразила лиса,— радость от песен и плясок мгновенна, как вспышка молнии или искра, высеченная из камня. Если я превращаюсь в другую женщину, то подвергается превращению и она. Если подвергается превращению другая, то превращаюсь и я. На протяжении тысячелетий знаменитые певички, прекраснейшие из женщин проходили через превращения. Есть ли хоть одно место среди тополей и зеленых трав, на желтой земле и в темных горах, которое с древности не служило бы сценой для песен и танцев? Чтобы оборвать любовную встречу, зарыть в землю нежный аромат, похоронить красавицу яшму, разлучить любящую пару — на все это нужно лишь одно мгновение! Двое становятся четой на краткий миг или на дни, на месяцы, даже на годы — и все равно наступает пора разлуки. А когда приходит пора разлуки, то и для тех, кто расстается, пробыв вместе несколько десятков лет, и для тех, кто встретился лишь на минуту, одинаково наступает момент, когда разжимаются объятия и в мгновение ока возникает пустота. Разве близость с любимой не похожа на весенний сон? Как бы ни была глубока старинная привязанность, все равно наступает конец, исчезает цветущий лик и берет свое седина. Ведь человеческое тело не может принять прежнего облика. А если начать красить брови и белить щеки, нельзя ли это назвать превращением? Так разве со мною одной происходят превращения?
У понял то, что хотела сказать лиса.
Прошло несколько лет, и наступил день, когда лиса распрощалась с У и исчезла, а У покинул родные места и стал скитаться по свету.

Правитель-инок и оборотни-тэнгу

Правитель-инок и оборотни-тэнгу

Японская легенда из «Повести о доме Тайра»

С той самой поры, как столицу перенесли в Фукухару, людям Тайра снились дурные сны, неспокойно стало у них на сердце, и много странного случилось в то время. Однажды ночью в опочивальню Правителя-инока внезапно просунулась огромная, чуть ли не во весь покой, рожа и в упор воззрилась на князя. Но Правитель-инок, ничуть не дрогнув, устремил на нее суровый взор, и привидение исчезло. Или еще: Дворец на Холме был построен совсем недавно, вокруг вовсе не было больших деревьев, но как-то раз, ночью, внезапно раздался громкий треск, будто рухнуло огромное дерево, и вслед за тем послышался оглушительный хохот, как если бы разом смеялось человек двадцать, а то и тридцать! Читать далее