Волк, лиса и мул

Армянская сказка из «Лисьей книги»

Волк, лиса и мул побратались и пошли вместе, а когда проголодались и не нашли никакой добычи, сказали: «Давайте съедим того, кто младше всех.» Так сказали волк и лиса, ибо хотели съесть мула. И спросили волка, какого года он. Волк сказал: «Я тот волк, которого Ной взял в свой ковчег.» И вышла вперед лиса и сказала: «О, да ты на десять поколений младше меня, я та лиса, которую Бог создал.» И мул сказал: «Год моего рождения записан у меня на копыте, прочтите и узнаете, сколько мне лет.» И ногу задрал. Лиса сказала волку: «Знаю я, ты в школу ходил, грамоте обучен, пойди, прочти, что написано.» И волк поверил и пошел читать. И мул сказал: «Подойди поближе, потому что написано мелко.» И он подошел ближе, и мул со страшной силой ударил волка в лоб и размозжил ему голову, и взвыл волк, и поплелся прочь. И лиса сказала волку: «Пойди сюда, есть тут еще одна строка, прочти и ее.» Волк сказал: «Откуда же мне грамоту знать, мы из рода в род — мясники и дети мясников».

Рассказ о водяной птице и черепахе (ночь 148)

«Тысяча и одна ночь»

Рассказывают, о счастливый царь, что одна птица полетела и поднялась ввысь, а затем опустилась на скалу посреди воды, а вода была текучая. И птица стояла и вдруг увидела труп человека, который вода привлекла и прибила к той скале, а труп распух и поднялся на поверхность воды. И водяная птица приблизилась к нему и увидала, что это труп сына Адама, и нашла на нем следы ударов мечами и разящими копьями. И сказала себе водяная птица: «Думаю, что этот убитый был злым, и соединились против него люди, и убили его и избавились от него и от его зла».
И водяная птица недоумевала и дивилась, и когда она так стояла, вдруг ястребы и орлы окружили этот труп со всех сторон, и водяная птица, увидя это, опечалилась сильной печалью и воскликнула: «Нет мне терпенья пребывать здесь!» И она улетела, ища места, где бы приютиться до тех пор, пока этот труп не исчезнет и хищные птицы не уйдут от него.
И так она летала, пока не увидела поток, посреди которого росло дерево. И птица опустилась на него, огорчённая, грустная и печальная из-за разлуки с родными местами, и думала: «Печали непрестанно преследуют меня! Я успокоилась, когда увидала труп, и сильно обрадовалась и сказала: «Вот пропитание, которое послал мне Аллах!» Но стала радость моя огорчением, а веселье заботой и печалью. И взяли у меня труп хищные птицы, и растерзали его и преградили мне путь к нему. Так как же я могу надеяться избежать горестей в этой жизни и довериться ей? Ведь говорится в поговорке: «Здешняя жизнь — дом того, у кого нет дома». Обманут жизнью тот, кто лишён разума и доверяет ей богатство и детей своих, и семью свою, и друзей своих, и не перестаёт обманутый ею кичливо ходить по земле, пока не окажется он под нею и не посыплет его прахом самый дорогой для него и ближайший к нему человек. И нет для мужа ничего лучшего, чем стойкость в заботах и кознях жизни. Я покинула своё жилище и родные места, не желая расстаться с братьями, любимыми и друзьями».
И когда птица размышляла, вдруг подошла черепаха-самец и спустилась в воду и, приблизившись к водяной птице, приветствовала её и спросила: «О госпожа, что отстранило и удалило тебя от родного места?» — «То, что там поселились враги; нет терпенья разумному вынести соседство с врагом своим, — отвечала птица. — Как прекрасны слова одного из поэтов:

Тяжёлый сосед когда поселится к людям,
Несчастным тогда возможно одно — уехать
«.

«Если дело обстоит так, как ты описала, и положение таково, как ты сказала, — молвила черепаха, — то я всегда буду рядом с тобою и не покину тебя, и стану исполнять твои желания и во всем служить тебе. Ведь сказано: «Нет тоски сильнее, чем тоска чужеземца, оторванного от семьи и родины»; и ещё говорится: «С разлукою с праведными не сравнится никакое бедствие». И лучшее, чем может разумный утешить свою душу, — дружба на чужбине и стойкость в беде и горести. И я надеюсь, что ты восхвалишь мою дружбу с тобою, и я стану тебе слугой и помощником».
Услышав слова черепахи, водяная птица ответила ей:
«Ты права в том, что сказала, и, клянусь жизнью, я чувствовала после разлуки боль и заботу, когда была далеко от своих мест и рассталась с близкими и друзьями. Поистине, в разлуке назидание для тех, кто поучается, и она наводит на размышление тех, кто размышляет, и если не найдёт молодец друзей, которые его утешат, покинет добро его навсегда и укрепится зло навеки. И не останется для разумного ничего другого, как утешаться с друзьями от забот во всех случаях и постоянно хранить терпение и стойкость, это два похвальных качества, помогающие против несчастья и превратностей судьбы и прогоняющие при всяком деле страх и печаль». — «Берегись печали, — сказала ей черепаха, — она испортит тебе жизнь и уничтожит твоё мужество».
И они продолжали разговаривать друг с другом, и водяная птица сказала черепахе: «Я все время боюсь превратностей судьбы и ударов случая». И черепаха, услышав слова водяной птицы, подошла к ней, поцеловала её между глаз и сказала: «Племя птиц всегда получает благословение из-за тебя и узнает добро, советуясь с тобою; почему же ты несёшь заботы и несчастье?»
И она до тех пор старалась рассеять страх водяной птицы, пока та не успокоилась, а потом водяная птица полетела туда, где был труп, и, достигнув того места, не увидала там ни хищных птиц, ни трупа — одни только кости. И она возвратилась и рассказала черепахе об уходе врага из тех мест и молвила: «Знай, я хочу вернуться на своё место, чтобы насладиться жизнью с друзьями, ибо нет терпения у разумного быть в разлуке с родиной».
И они — пришли в то место и не нашли там ничего внушающего страх, и водяная птица произнесла:

«Ведь не мало бед будут юноше слишком тягостны,
Но Аллах хранит у себя от них спасенье.
И теснят они, но когда захватят кольца их,
Вдруг придёт спасенье, хоть думал я, что спасенья нет».

И обе они зажили на этом острове. И водяная птица была радостна и спокойна, и вдруг прислала к ней судьба голодного сокола, и он ударил её один раз когтем в живот и убил, и не помогла ей осторожность, когда кончился срок.
И причина её гибели в том, что она пренебрегла славословием. И говорят, что она славословила так:
«Хвала господу нашему за то, что он обогатил и сделал бедным». Вот каков рассказ о водяной птице и хищных птицах».
«О Шахразада, — сказал царь, — своим рассказом ты прибавила мне наставлений и назиданий. А есть ли у тебя какие-нибудь рассказы о зверях?»

Ершишка

Русская сказка

Жил-был ершишка в барском домишке — брюханишка, ябедничишка! Проскудалось ершу, прибеднялось ему; поехал ершишка в Ростовское озеро на худеньких санишках об трех копылишках. Закричал ершишка своим громким голосишком: «Рыба севрюга, калуга, язи, головли, последняя рыбка плотичка-сиротичка! Пустите меня, ерша, в озеро погулять. Мне у вас не год годовать, а хотя один час попировать, хлеба-соли покушать да речей послушать». Согласилась вся рыба севрюга, калуга, все язи, головли, маленькая рыбка плотичка-сиротичка пустить ерша в озеро на один час погулять.
Ерш погулял один час и стал всю рыбу обижать, к тине-плотине прижимать. Живой рыбе в обиду то показалось, пошла на ерша просить к Петру-осетру праведному: «Петр-осетр праведный! За что нас ерш обижает? Выпросился он на один час в наше озеро побывать, да всех нас с озера и стал выгонять. Разбери и рассуди, Петр-осетр праведный, верою и правдою». Петр-осетр праведный послал малую рыбу пескаря искать ерша. Пескарь искал ерша в озере, да и не мог сыскать. Петр-осетр праведный послал среднюю рыбу щуку искать ерша.
Щука в озеро нырнула, хвостом плеснула, ерша в коргах нашла: «Здоров, ершишка!» — «Здравствуй, щучишка! Зачем ты пришла?» — «К Петру-осетру праведному звать на честь, не посадит ли тебя на цепь; на тебя есть просители». — «Кто же там просит?» — «Вся рыба севрюга, калуга, все язи, головли и последняя рыба плотичка-сиротичка — и та на тебя просит, да еще сом, мужик простой, губы толстые и говорить не умеет, — и тот на тебя челобитную подал: пойдем-ка, ерш, разделаемся, что на суде по правде скажут». — «Нет, щучишка! Не лучше ли дело так будет: пойдем со мною, погуляем». Щука не соглашается с ершом гулять, а хочет ерша на суд праведный тащить, как бы поскорей его осудить. «Ну, щука, хоть ты с рыла и востра, да не возьмешь ерша с хвоста! А вот нынче суббота, у моего отца девишник — пир да веселье; пойдем лучше, попьем, погуляем вечерок, а завтра, хоть и воскресенье, пойдем — так и быть — на суд праведный; по крайней мере не голодные будем». Щука согласилась и пошла с ершом гулять; ерш напоил ее пьяною, за пелёду засадил, дверью затворил и кольем заколотил.
Долго ждали на суд щуку и не дождались. Петр-осетр праведный послал за ершом большую рыбу-сом. Сом в озеро нырнул, хвостом плеснул, ерша в коргах нашел. «Здравствуй, зятюшка!» — «Здоров, тестюшка!» — «Пойдем, ерш, на суд праведный; на тебя есть просители». «Кто же просит?» — «Вся рыба севрюга, калуга, все язи, головли и маленькая рыбка плотичка-сиротичка!» Ерш-то сому зять: сумел его сом в руки взять и самолично привел на суд праведный. «Петр-осетр праведный, зачем меня требовал наскоро?» — спросил ерш. «Как тебя было не требовать? Ты в Ростовское озеро выпросился один час погулять, а потом всех с озера и стал выживать. Живой рыбе то за досаду показалося; вот собралась рыба севрюга, калуга, язи, головли и малая рыбка плотичка-сиротичка и самолично подала мне на тебя челобитную: разбери-де, Петр-осетр, это дело правдою!» — «Ну, послушай же, — отвечает ерш, — и мою челобитную: они сами обидчики, межи-борозды вытерлись, а берега водою подмыло, а я ехал тем берегом вечером поздно, торопился, резко гнал, да с берега в озеро попал, так и свалился с землею! Петр-осетр праведный, прикажи собрать государевых рыбаков да раскинуть неводы тонкие, погони рыбу в одно устье; тогда узнаешь, кто прав, а кто виноват: правый в неводе не останется, а все выскочит».
Петр-осетр праведный выслушал его челобитную, собрал государевых рыбаков и погнал всю рыбу в одно устье. На почине ершишка попал в неводишка, шевельнулся, ворохнулся, глазенки вытаращил и с неводу вперед всех выскочил. «Видишь, Петр-осетр праведный, кто прав, кто виноват?» — «Вижу, ерш, что ты прав; ступай в озеро да гуляй. Теперь никто тебя не обидит, разве озеро высохнет да ворона тебя из грязи вытащит». Пошел ершишка в озеро, при всех похваляется: «Добро же, рыба севрюга, калуга! Достанется вам и всем язям, головлям! Да не прощу и маленькую рыбку плотичку-сиротичку! Да достанется и сому толстобрюхому: ишь, говорить не умеет, губы толсты, а знал, как челобитную подавать! Всем отплачу!» Шел Любим, ершовой похвалы не возлюбил; шел Сергей, нес охапку жердей; пришел бес, заколотил ез; пришел Перша, поставил на ерша вершу; пришел Богдан, ерша в вершу бог дал; пришел Устин, стал вершу тащить, да ерша упустил.

Больной лев

Хорватская сказка

Жил-был лев. Однажды он заболел и лежал в своем логовище. Приходит к нему на поклон медведь. Лев его спрашивает:
— Послушай, медведушка, скажи-ка мне, не воняет ли тут, в моем логовище?
— Да, здорово воняет, — отвечает медведь.
Рассердился лев и растерзал медведя.
А заяц стоял у входа в логовище и все видел. Пошел он на поклон ко льву, а тот спрашивает:
— Послушай, зайчик, скажи-ка, воняет ли тут, в моем логовище?
— О нет! — говорит зайчик. — Чему бы тут вонять, тут очень хорошо пахнет!
— Врешь, — отвечает лев, — здесь не пахнет, а воняет, — и растерзал зайца.
Все это видел и слышал волк, который ждал перед логовищем. Приходит и он на поклон ко льву. Тот его спрашивает:
— Скажи, волк, в логовище моем воняет или пахнет?
Волк отвечает:
— И не воняет и не пахнет.
— Врешь ты, должно либо вонять, либо пахнуть, — сказал лев, схватил волка и растерзал.
Все это видела и слышала лисица. Когда она пришла ко льву на поклон, он ее спрашивает:
— Послушай, лиса, скажи-ка мне, воняет или пахнет в моем логовище? Лисица отвечает:
— Прости меня, пресветлый царь, ей-богу, не знаю, пахнет ли тут или воняет: я простудилась, насморк у меня, оттого и не могу тебе сказать, а врать не смею.
И лев не растерзал лисицу, потому что она была умна.

Как черепаха обманула паука

Сказка хауса

Эта сказка о черепахе и пауке. Черепаха и паук отправились странствовать. Всюду, где они останавливались, паук говорил черепахе:
— Сейчас принесут еду. Если скажут: «для чужестранцев», значит, это для меня, если же скажут: «для чужестранца», то это для тебя.
Вечером принесли им еду и сказали:
— Для чужестранцев.
Паук сказал:
— Вот, черепаха, ты видишь, это для меня.
И он съел все, оставив черепаху голодной.
На следующее утро они отправились в другой город. Там им тоже принесли еду и сказали:
— Для чужестранцев.
Паук сказал:
— Это для меня.— И опять съел все.
Так черепаха всегда оставалась голодной и стала совсем худой. И вот раз ночью она взяла калебасу, принадлежавшую хозяевам дома, где они остановились, и начала поедать объедки.
В это время хозяин дома вышел с палкой, чтобы побить того, кто разбудил его. Но черепаха сказала:
— Это я, черепаха.
Тогда хозяин дома спросил:
— Разве ты не ела пищу, которую вам приносили?
Черепаха ответила:
— Ох, нет. Паук сказал, что если принесут еду и скажут «для чужестранцев», то это для него, а если «для чужестранца», то для меня.
— Ну и ну! — удивился хозяин дома.— Так вот что проделал с тобой паук?! Сейчас иди спи, а утром посмотришь, что будет.
Утром хозяин дома распорядился приготовить еду. Были приготовлены две курицы. Позвали мальчика и сказали ему:
— Слушай внимательно. Ты должен отнести эту еду гостям и сказать: «Эта еда для чужестранца».
Мальчик принес еду и сказал:
— Эта еда для чужестранца.
Паук закричал:
— Ты лжешь! Нас здесь двое. Ты же говоришь, что «эта еда для чужестранца».
Но мальчик возразил:
— Нет, мне приказали отнести еду для чужестранца.
Тогда паук сказал:
— Хорошо, черепаха, ешь, это для тебя.
Паука очень рассердил поступок хозяина дома, и он решил:
— Завтра мы уйдем отсюда.
Когда они стали прощаться, хозяева решили подарить им быка и козла. Они ввели быка и козла в дом и привязали к быку веревку, а к козлу — кожаный ремень. Дверь закрыли, а веревку и ремень оставили снаружи. Хозяин дома сказал:
— Пусть каждый из вас подойдет и возьмет веревку или ремень.
Тогда паук подбежал, оттолкнул черепаху в сторону и схватил ремень, думая, что ремень привязан к быку.
Их спросили:
— Вы держите?
— Да, держим,— ответили они.
Тогда хозяева открыли дверь и сказали:
— Пусть каждый из вас возьмет то, что вытянет.
Паук потянул за кожаный ремень, и к нему вышел козел — баа. Когда черепаха потянула за свою веревку, она вытянула быка, большого быка. Паук рассердился и сказал:
— Я отомщу за эту несправедливость!
Затем паук с черепахой ушли. По дороге паук убил своего козла и дал черепахе его печень. Черепаха положила печень в свой мешок. Они прошли немного, и паук сказал:
— Теперь, черепаха, отдавай мне печень.
Черепаха вынула печень из мешка и протянула пауку. Но паук сказал:
— Да нет, черепаха, разве ты не поняла шутку? — И добавил: — Я пошутил. Съешь эту печень, я дарю ее тебе.
Черепаха взяла печень и съела.
Увидев, что черепаха съела печень, паук подождал, когда они прошли немного, и сказал:
— Черепаха, отдавай мне мою печень.
Черепаха сказала:
— Ох, но у меня нет печени.
Тогда паук закричал:
— Ты обманщица! Теперь ты должна убить своего быка и отдать мне его печень!
И черепаха убила быка и отдала пауку печень. Но паук сказал, что печень ого козла была больше, чем эта. Черепаха рассердилась. Она разделила быка и дала пауку половину. Но паук сказал:
— Ох, нет, моя печень была больше, чем эта, ты должна отдать мне всего быка.
И он забрал все мясо и сказал, что теперь оп вернул свое.
Черепаха сказала:
— Я тоже верну свое.
Она оставила паука и пошла своей дорогой. В пути черепаха нашла мел и голубую краску, раскрасила себя пятнами и легла на дороге.
Солнце село. Наступил вечер. И вот пришел паук, увидел черепаху и испугался. Он ударил себя в грудь и сказал:
— О пятнистый, дай мне дорогу.
Но черепаха молчала.
Паук сказал:
— Хочешь быка?
Черепаха молчала. Паук вытащил бычью ногу и бросил ей. Черепаха не двигалась. Паук бросил ей другую ногу. Черепаха молчала и не двигалась. Тогда паук спросил:
— Ты, может быть, хочешь все мясо? — И он бросил ей все мясо.
Черепаха не двигалась.
Тогда паук воскликнул:
— Может быть, хочешь мои одежды и шаровары? — И он снял все с себя, отдал ей и остался голым.
Тогда черепаха отодвинулась в сторону, дала пауку дорогу, и он прошел. А потом черепаха поднялась, взяла свое мясо и все остальное и сказала:
—- Я тоже вернула свое.

Вол и конь

Армянская сказка из «Лисьей книги»

Вол и конь разговорились друг с другом. Вол сказал: «Кто ты и на что пригоден?» Конь сказал: «Я конь, и меня цари, и князья, и господа украшают золотом и серебром и ездят на мне верхом.»
Вол сказал: «Я есть благосостояние мира сего, потому что это я тружусь до седьмого пота и добываю то, что ты и твой царь едите. И все люди едят плоды труда моего и если не стану я работать, ты и твой царь умрете тотчас. Не будь же ты неблагодарным».

Сказка о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове

Русская сказка

Ершишко-кропачишко, ершишко-пагубнишко склался на дровнишки со своим маленьким ребятишкам; пошел он в Кам-реку, из Кам-реки в Трос-реку, из Трос-реки в Кубенское озеро, из Кубенского озера в Ростовское озеро и в этом озере выпросился остаться одну ночку; от одной ночки две ночки, от двух ночек две недели, от двух недель два месяца, от двух месяцев два года, а от двух годов жил тридцать лет. Стал он по всему озеру похаживать, мелкую и крупную рыбу под добало подкалывать. Тогда мелкая и крупная рыба собрались во един круг и стали выбирать себе судью праведную, рыбу-сом с большим усом: «Будь ты, — говорят, — нашим судьей».
Сом послал за ершом — добрым человеком и говорит: «Ерш, добрый человек! Почему ты нашим озером завладел?» — «Потому, — говорит, — я вашим озером завладел, что ваше озеро Ростовское горело снизу и доверху, с Петрова дня и до Ильина дня, выгорело оно снизу и доверху и запустело». — «Ни вовек, — говорит рыба-сом, — наше озеро не гарывало! Есть ли у тебя в том свидетели, московские крепости, письменные грамоты?» — «Есть у меня в том свидетели и московские крепости, письменные грамоты: соро́га-рыба на пожаре была, глаза запалила, и понынче у нее красны».
И посылает сом-рыба за соро́гой-рыбой. Стрелец-боец, карась-палач, две горсти мелких молей, туды же понятых, зовут соро́гу-рыбу: «Соро́га-рыба! Зовет тебя рыба-сом с большим усом пред свое величество». Соро́га-рыба, не дошедчи рыбы-сом, кланялась. И говорит ей сом: «Здравствуй, соро́га-рыба, вдова честная! Гарывало ли наше озеро Ростовское с Петрова дня до Ильина дня?» — «Ни вовек-то, — говорит соро́га-рыба, — не гарывало наше озеро!» Говорит сом-рыба: «Слышишь, ерш, добрый человек! Соро́га-рыба в глаза обвинила». А соро́га тут же примолвила: «Кто ерша знает да ведает, тот без хлеба обедает!»
Ерш не унывает, на бога уповает: «Есть же у меня, — говорит, — в том свидетели и московские крепости, письменные грамоты: окунь-рыба на пожаре был, головешки носил, и поныне у него крылья красны». Стрелец-боец, карась-палач, две горсти мелких молей, туды же понятых (это государские посыльщики), приходят и говорят: «Окунь-рыба! Зовет тебя рыба-сом с большим усом пред свое величество». И приходит окунь-рыба. Говорит ему сом-рыба: «Скажи, окунь-рыба, гарывало ли наше озеро Ростовское с Петрова дня до Ильина дня?» — «Ни вовек-то, — говорит, — наше озеро не гарывало! Кто ерша знает да ведает, тот без хлеба обедает!»
Ерш не унывает, на бога уповает, говорит сом-рыбе: «Есть же у меня в том свидетели и московские крепости, письменные грамоты: щука-рыба, вдова честна́я, притом не мотыга, скажет истинную правду. Она на пожаре была, головешки носила, и понынче черна». Стрелец-боец, карась-палач, две горсти мелких молей, туды же понятых (это государские посыльщики), приходят и говорят: «Щука-рыба! Зовет рыба-сом с большим усом пред свое величество». Щука-рыба, не дошедчи рыбы-сом, кланялась: «Здравствуй, ваше величество!» — «Здравствуй, щука-рыба, вдова честна́я, притом же ты и не мотыга! — говорит сом. — Гарывало ли наше озеро Ростовское с Петрова дня до Ильина дня?» Щука-рыба отвечает: «Ни вовек-то не гарывало наше озеро Ростовское! Кто ерша знает да ведает, тот всегда без хлеба обедает!»
Ерш не унывает, а на бога уповает: «Есть же, — говорит, — у меня в том свидетели и московские крепости, письменные грамоты: налим-рыба на пожаре был, головешки носил, и понынче он черен». Стрелец-боец, карась-палач, две горсти мелких молей, туды же понятых (это государские посыльщики), приходят к налим-рыбе и говорят: «Налим-рыба! Зовет тебя рыба-сом с большим усом пред свое величество». — «Ах, братцы! Нате вам гривну на труды и на волокиту; у меня губы толстые, брюхо большое, в городе не бывал, пред судьям не стаивал, говорить не умею, кланяться, право, не могу». Эти государские посыльщики пошли домой; тут поймали ерша и посадили его в петлю.
По ершовым-то молитвам бог дал дождь да слякоть. Ерш из петли-то да и выскочил; пошел он в Кубенское озеро, из Кубенского озера в Трос-реку, из Трос-реки в Кам-реку. В Кам-реке идут щука да осетр. «Куда вас черт понес?» — говорит им ерш. Услыхали рыбаки ершов голос тонкий и начали ерша ловить. Изловили ерша, ершишко-кропачишко, ершишко-пагубнишко! Пришел Бродька — бросил ерша в лодку, пришел Петрушка — бросил ерша в плетушку: «Наварю, — говорит, — ухи, да и скушаю». Тут и смерть ершова!

Кукушка и рыбы

Хорватская сказка

Собрались раз птицы и стали судить да рядить, кто чем плох. Одну корят за одно, другую за другое, и каждая честно признается, если в чем виновата. Да и что тут долго разговаривать, ведь все друг друга знают.
Дошел черед до кукушки.
— Эх, кукушка, кукушка, тебе больше других должно быть стыдно, ты ведь яйца свои кладешь в чужие гнезда!
Все думали, что она от стыда голову склонит и ни слова в ответ не промолвит, но ошиблись. Кукушка нахохлилась и разинула клюв:
— Подумаешь! Меня вы укоряете, что я кладу яйца в чужие гнезда, а рыбам ни слова не говорите, а ведь они свою икру мечут прямо в воду.
— Не беспокойся, кукушка, — сказала одна старая птица, которая немало кукушкиных яиц высидела, — если бы нам пришлось и рыбьих детенышей выкармливать, то и рыбам бы от нас досталось, да еще как!

О благодарности за добродеяния

Сказка из «Римских деяний»

Один рыцарь больше всего на свете любил охотиться. Однажды он отправился на охоту, а навстречу ковыляет хромой лев и показывает рыцарю свою лапу. Рыцарь сошел с коня, вытащил из лапы зверя острую колючку, приложил к ране мазь, и лев стал здоров.
После этого происшествия как раз в тот самый лес прибыл поохотиться здешний король, поймал того льва и много лет держал в своем дворце. Рыцарь же совершил какой-то проступок против короля и скрылся в лесу, грабя и убивая мимо идущих путников. Король изловил рыцаря и решил бросить его на съедение льву, а для того, чтобы лев съел его, держал льва голодным. Рыцаря бросили в ров, и он весьма страшился в ожидании, когда лев на него кинется, а лев внимательно посмотрел на рыцаря и, узнав, обрадовался и семь дней оставался без еды.
Когда король услышал об этом, подивился, велел освободить рыцаря из рва и говорит ему: «Скажи, любезнейший, как это могло случиться, что лев тебя не тронул?». Тот говорит: «Государь, как-то я охотился в лесу, и этот самый лев, хромая, вышел мне навстречу, я вытащил из лапы его колючку и уврачевал рану; потому, я думаю, он теперь меня и не трогает». Король сказал: «Раз тебя пощадил лев, помилую и я, буде приложишь старание исправить свою жизнь». Рыцарь поблагодарил короля и впоследствии усовершился и окончил дни свои в мире.

Рассказ о голубях и богомольце (ночь 148)

«Тысяча и одна ночь»

Случилось, что какой-то богомолец поклонялся богу на одной горе, а на этой горе ютилась чета голубей. И богомолец делил свою пищу на две половины, и половину он назначал для себя, а половину — для той четы голубей. И богомолец молился, чтобы у них было большое потомство, и потомство их умножилось, и голуби стали ютиться только на той горе, где был богомолец. А причиною пребывания голубей вместе с богомольцем было то, что голуби много хвалят Аллаха. А говорят, что голуби кричат при славословье: «Хвала творцу тварей, дающему пропитание, воздвигшему небеса, простёршему земли!»
И чета голубей пребывала со своим потомством в приятнейшей жизни, пока богомолец не умер. И тогда расстались голуби, бывшие вместе, и рассеялись по городам, селениям и горам.