Взятие крепости Ватулака

Фиджийская сказка

Однажды Ра Ингоинго-а-Вануа сказал вождю Вусо-ни-Лаве:
— Подойди ко мне. Вот что я хочу сказать тебе. Ты покорил множество земель. Но остается непокоренной одна деревня по имени Ватулака. На острове, где она стоит, нет песчаного берега, и лодкам невозможно причалить к нему.
— Да будет так! — ответил ему Вусо-ни-Лаве. — Утром мы отправимся туда. Сейчас же я отправлюсь в свою деревню.
Вождь Вусо-ни-Лаве вернулся в свою деревню, вошел в дом и протрубил в раковину. Люди племени сьетура тотчас же пришли на зов. Тогда Вусо-ни-Лаве сказал им:
— Я вернулся из На-Вуни-Вануа. Ра Ингоинго-а-Вануа сказал мне так: «Много земель завоевали вы. Непокоренной осталась только одна деревня. Она находится за полуостровом Наивака и лежит в открытом море. Ее название Ватулака». Ра Ингоинго-а-Вануа сказал мне: «Там нет песчаного берега». Я ответил ему: «Люди племени сьетура высадятся там утром».
Тогда люди племени сьетура ответили своему вождю:
— Мы согласны. Мы быстро соберем еду, воду, дрова и приготовим все, что нужно для битвы.
За ночь все было подготовлено. Утром люди племени сьетура сели в лодки и отправились в путь. Они плыли до тех пор, пока не достигли Ватулаки. Лодки не могли причалить к ней и стали плавать вокруг острова. Этот остров был одинокой скалой. Она поднималась из морских глубин и возвышалась до половины неба. И там, на вершине, находилась деревня.
Шли дни и ночи. И вот вождь Ватулаки сказал своему человеку:
— Отправляйся, узнай, откуда прибыли люди на лодках. Если их суда торговые, открой ворота. А если они военные, то плотней закрой их.
Посланец отправился к лодкам. Он спросил людей племени сьетура, кто они такие. Вусо-ни-Лаве ответил:
— Люди племени сьетура.
— Ваши суда торговые или военные?
Вусо-ни-Лаве отвечал:
— Если бы наши суда были торговыми, мы заранее предупредили бы о своем приезде вашего вождя.
— Суда военные! — закричал посланец и плотнее затворил ворота.
Тогда Вусо-ни-Лаве сказал:
— А-Кело-ни-Табуа, будь готов! Вместе со своими одногодками ты будешь брать деревню.
А-Кело-ни-Табуа и его одногодки стали подниматься наверх, к деревне. Прошел день и настала ночь. Но они не достигли своей цели, и им пришлось вернуться в лодку. Все легли спать.
Наутро Вусо-ни-Лаве сказал:
— Ра Лива-ни-Вула, скажи своим одногодкам, что вы будете брать деревню.
Но и Ра Лива-ни-Вула с одногодками постигла та же участь, что и А-Кело-ни-Табуа. На следующее утро Вусо-ни-Лаве сказал:
— Племянник Моалы, готовься со своими одногодками взять деревню.
Племянник Моалы и его одногодки стали подниматься наверх, к деревне. Прошел день, и наступила ночь, но они так и не добрались до цели. Им тоже пришлось вернуться назад в лодку и лечь спать.
Тогда наутро Вусо-ни-Лаве сказал:
— Хорошо, я сам пойду брать деревню.
Он встал и обратился к Ра Ингоинго-а-Вануа:
— Ра Ингоинго-а-Вануа, приди на помощь ко мне! Все люди племени сьетура устали. Сегодня я пойду брать Ватулаку.
И Вусо-ни-Лаве прыгнул вверх. Он опустился на самомкраю деревни. Своей головой Вусо-ни-Лаве вышиб камень, который закрывал ворота. Теперь они были открыты. Вусо-ни-Лаве вернулся к лодкам и крикнул:
— В бой, люди племени сьетура!
Воины устремились в проход. Ра Лива-ни-Вула первым ворвался в деревню и сразу же побежал к вождю Ватулаки, которого звали Месяц Цветка Кокоса. Ра Лива-ни-Вула схватил его за руку и рванул так, что вывихнул ее.
— Отправляйся к лодкам, — сказал Ра Лива-ни-Вула вождю Ватулаки.
Они спустились вниз, к лодкам. Вусо-ни-Лаве схватил вождя по имени Месяц Цветка Кокоса за руку, вырвал ее и с силой швырнул прямо в небо! Потом он крикнул:
— Для Ра Ингоинго-а-Вануа разрушим Ватулаку! Пусть будет она бесплодным местом!
Люди племени сьетура бросились в бой. Они разрушили деревню Ватулака. И когда в деревне никто не остался в живых, люди племени сьетура вернулись к лодкам, сели в них и поплыли назад, на родину. Они пели песню победы.
Люди племени сьетура отправились в На-Вуни-Вануа и там совершили жертвоприношения. Ра Ингопнго-а-Вануа распределил угощение между вождями, и люди племени сьетура вернулись в свою деревню,

Киегин и его сыновья

Сказка чукчей

Говорят, двое братьев жили. У старшего брата сын был. Звали того мальчика Эттуви. Однажды отправился отец в другую землю один, оставил жену и сына. Прошло несколько дней, напали на них враги. Один из них, очень ловкий, взял насильно эту женщину в жены. На другой день отправились они домой на север и мальчика с собой взяли. Ох и долго ехали! Целых десять раз в пути ночевали!
Вернулся муж домой, говорит:
— Ой, где же моя жена?
Взял копье и погнался за насильниками.
А взявший его жену злым был. Не дает ребенку еды. В дороге пищу его мать готовила. Выроет она для костра яму, сварит мясо и оставит кусок в яме. Поедят они, дальше отправляются. А мальчик так и идет голодный. Рассердился мальчик, а мужчина ему говорит:
— Снимай с себя всю одежду и иди обратно!
Сказал так и ткнул железкой в лоб. Оставили мальчика на том месте и дальше поехали. Пошел он обратно по оставленным следам. Как на место стоянки придет, выкопает мясо из костровой ямки, поест и дальше идет.
Наконец отца, идущего по следам, встретил. Отец увидел сына, от жалости даже заплакал. Спрашивает:
— А где же мать?
Сын ответил:
— Они на север ушли. Идем скорее домой. У меня ноги распухли, совсем замерзли. Пусть уж они себе идут. Ноги у меня очень замерзли!
Отец сказал ему:
— Ну, если так, пойдем домой!
Отправились с сыном домой. Стали вдвоем жить — они же кочевники.
Отец, когда уходит к оленям, дает сыну камни для упражнения. И вот стал сын очень сильным. Отец сказал ему:
— Пусть тебя вместо Эттуви теперь Киегином зовут, чтобы ты ловким и сильным был.
Сказал Эттуви:
— Ну что ж! Буду Киегином!
Уйдет отец к оленям, а Киегин всю ночь не спит, в пологе упражняется. Наконец очень сильный стал и ловкий. Однажды сказал он отцу:
— Теперь давай пойдем, будем мать искать!
Отец ответил:
— Пойдем!
На другой день и отправились. Киегин в одной руке три подпорки и покрышку для яранги нес, а другой отца на санях волок вместе с остовом яранги. Опять в северную сторону пошли.
Однажды вечером слышат: кто-то кричит. Спросил Киегин отца:
— Что это такое?
Отец сказал:
— Вот давай здесь и остановимся!
Остановились. Вдруг из-за холма показался кочевой аргиш. Оказывается, это враги. Снова хотят напасть. Киегин сказал отцу:
— Видишь, они к нам идут.
Отец сказал;
— Что же нам делать?
Киегин сказал ему:
— Давай мы первыми нападем. Вот только мать где?
Остановились враги неподалеку. А тот сильный и ловкий враг на разведку пошел. Сказал:
— Вот здорово! Чья эта стоянка?
Киегин ответил ему:
— Это стоянка Киегина!
Враг опять спрашивает:
— Откуда же этот Киегин?
Киегин сказал:
— А это тот самый, у которого в детстве враг мать отнял, а потом без одежды его домой отправил.
Догадался враг, кто это. Подумал: «Вот здорово! Ведь это тот самый, которого я когда-то железкой в лоб ударил».
Киегин сказал ему:
— Ты ведь давно уже хотел убить меня. Вот теперь и убей!
Ответил враг:
— Ну что ж, будь по-твоему!
И вот начали они на копьях драться. Не так уж долго бой длился. Поднял Киегин врага на копье и убил. Затем бросился на других врагов и всех копьем перебил. Только мать свою оставил в живых. На утро все втроем домой отправились.
Состарились мать с отцом и умерли. А Киегин женился. Жена ему двух сыновей родила.
Начал и Киегин стареть. А дети выросли. Сильные и ловкие стали, даже сильнее отца. Особенно старший: никто его победить не может.
Вот однажды пошли братья вдвоем на север. В тундре остановились. Говорит старший брат младшему:
— Давай на уток поохотимся! Только не забывай, что отец говорил!
А младший ответил:
— Помню, помню, что отец говорил! Ты охоться, а я буду смотреть, чтобы враги нас врасплох не застали.
Сказал так, а сам увлекся охотой и забыл про врагов. Вдруг видит — окружили их враги. Сказал старшему брату:
— Враги нас окружили!
Старший брат ответил:
— Какой же ты непослушный! Теперь убьют они нас!
А враги уже у старшего брата зад отбили. Не может он идти.
Крикнул младший брат:
— Ничего, я спасу тебя!
Старший брат ответил:
— Нет, не спасешь! Выпускай лучше стадо оленей! Скорее выпускай!
Надел младший брат панцирь и бросился к стаду. Ударил себя по панцирю — испугалось стадо, вскочило и побежало на врагов. Много врагов потоптало. Потом погнал младший брат стадо туда, где у них кладь хранилась. Вернулся, видит: убивают старшего брата враги. Сидит он, сидя подпрыгивает, и вот уже невидимым становится. Убили брата враги. Хотели его вниз лицом повернуть, не могут — грудные мышцы всей своей мощью упираются. Хотели на спину положить, лопаточные мышцы упираются. Наконец на бок положили.
Тут младший брат кинулся на врагов и всех перебил. Конец.

На сухом дереве развесить цветы

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Привлечь к себе несколько отрядов союзника:
Небольшая сила может дать большой результат.

Толкование:
На этом дереве не бывает цветов, но вообще-то на дереве цветы могут быть.
Если вырезать из шелка цветы и умело приладить их к дереву, то рассмотрев их вблизи, не обнаружишь подделку.
Но цветы и дерево должны соответствовать друг другу, и тогда получится прекрасная картина.
А потому, позаимствовав из армии союзника лучшие отряды, можно значительно усилить свою позицию и сильно напугать неприятеля.

***

В 529 г. до н. э. сановник царства Вэй Эр Чжужун послал своего приближенного Хоу Юаня на усмирение полководца Хань Лоу, поднявшего мятеж против вэйского правителя. Эр Чжужун придал Хоу Юаню только семьсот конных воинов, пояснив:
— Хань Лоу — человек в высшей степени коварный. Если дать вам большое войско, это не поможет вашему делу. Горстки людей будет для вас достаточно, чтобы победить его.
Хоу Юань отправился в поход со всей торжественностью, чтобы скрыть малочисленность своего войска. Войдя во владения Хань Лоу, он устроил засаду и сумел рассеять десятитысячное войско мятежников, захватив в плен пять тысяч человек. На следующий же день он приказал отпустить пленников, разъяснив недовольным приближенным:
— Наши силы слишком малочисленны. Мы можем добиться своей цели только хитростью.
Подождав, когда пленники вернутся к себе в крепость, он с небольшим отрядом подъехал к крепости и, не таясь, стал стучать в ворота. Видя такую смелость, Хань Лоу решил, что отпущенные пленники перешли на сторону Хоу Юаня, и обратился в бегство, но вскоре был пойман и казнен.
Так Хоу Юаню удалось с малыми силами подавить большой мятеж.

Ванкачкор

Сказка чукчей

Был богатый оленевод. Жил все время один. И стадо сторожил в одиночку. Когда нападали на него враги, он в середине стада прятался. Когда только подойдут враги к его стаду, соберутся все вместе, приготовят пищу и начнут есть, он погонит стадо бегом на врагов. Начнет стадо кружить, оружие у врагов перетопчет, совсем растеряются враги. А Ванкачкор погонит стадо в тундру, поймает годовалую важенку, начнет ею размахивать, как пращой. Так всех врагов и перебьет. Вот таким образом он и воевал с врагами.
Однажды сидел он на бугре среди скал, там, где две реки сливаются, оленей пас. Там и его поклажа была. Как совсем стемнело, развел он большой костер. Увидели враги через стадо огонь костра. Стали подкрадываться к нему. Услышал он их крики. Набил запасную кухлянку чем попало, даже мешок для одежды в нее сунул. Сделал из оленьего легкого лицо и приладил к одежде. Посадил чучело у костра — точь-в-точь человек у костра сидит, дремлет. А над костром котел с мясом висит. Взял с собой дождевик, пошел за стадо и спрятался в том самом месте, где только что враги прошли. А враги подошли к чучелу, стали боевыми ножами рубить по лицу. Рубят и приговаривают: «Гиик! Что тебе отец говорил? Чтобы ты не спал, когда варишь мясо! Чтобы крепко не спал! Чтобы не лежал у костра!»
Когда они перестали рубить, пощупали. Оказалось, что не лицо это, а оленье легкое.
— Ну и ну! Оказывается, не человек это! — говорят расстроенно.
Постояли немного в растерянности. Наконец их предводитель говорит:
— Давайте-ка поедим! Хозяин-то, наверное, убежал. Пусть спасибо скажет, что все без кровопролития у него отняли!
Ждут, когда мясо сварится.
С громким криком бросился на врагов Ванкачкор. Колотит по дождевику, дождевик гремит, а Ванкачкор кричит во все горло: «Гэй! Накидывайтесь на них! Накидывайтесь!»
Побежали враги в ту сторону, где две реки сливаются. Все оружие свое побросали. Олени их с обрыва сбрасывают, а те, кто от оленей увернулись, сами в речку попадали.
Когда все наконец стихло, перестал он стадо кружить. Успокоились олени. Сел Ванкачкор к костру и так хорошо поел!
Когда рассвело, пошел он к обрыву, туда, где реки сливаются, посмотреть, что там. Видит — везде на берегу побитые враги лежат. Одни мертвые, другие еще живы. Живых он добил.
Однажды сторожил он свое стадо с товарищем. Снова враги пришли, начали их теснить. Убил Ванкачкор двух оленей. Сварил целиком их маленькие желудочки. Говорит Ванкачкор своему товарищу:
— Давай проглотим их целиком, не жуя! Кто не сможет проглотить, того, значит, убьют враги!
Товарищ с большим трудом проглотил желудочек. Говорит ему Ванкачкор:
— Ну, значит, они тебя не убьют! Только разве сильную рану нанесут или хромым сделают.
Подошли враги. Остановились на привал. Стали луки готовить. Ванкачкор говорит товарищу:
— Пусть они сначала с тобой дерутся!
Стал товарищ стрелять из лука. Сразу троих убил. Но и его ранили: в руку, в мышцу попали. Ванкачкор говорит ему:
— Ну-ка отойди, теперь я буду стрелять!
По три стрелы спускал враз. Одной стрелой сразу трех врагов убивал. Всех одними стрелами перебил.
Ничего не могли враги с ним сделать, как и с Кунлелю. Он мог сражаться любым оружием: луком, копьем, годовалой важенкой. А зимой — и мерзлой тушей оленя.
Одним концом аркана мерзлую тушу по грудной части обвяжет, другой конец к шее туши привяжет. В середине аркана петли сделает, чтобы удобно держать. Бросятся на него враги с копьями, а он начнет эту мерзлую тушу, как пращу, вращать. Одной мерзлой тушей всех врагов уничтожит. Еще и до копья не дотронется — а уже все враги перебиты!
Ну, а уж если копье возьмет, в тот же миг всех врагов уничтожит! Все о нем.

Завести на крышу и убрать лестницу

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Обмануть собственных воинов, обещав им легкую победу.
Толкать их вперед, отрезав им пути к отступлению
И сделав их пленниками места смерти.

Толкование:
Людей заставляют стремиться вперед, обещая им большую выгоду. Эта выгода должна казаться очень доступной, иначе она не будет манить к себе. Посему, прежде чем убрать лестницу за тем, кто забрался на крышу, нужно создать видимость легкого успеха.

***

В 204 г. до н. э. основоположник династии Хань приказал своему самому способному генералу Хань Синю ударить в тыл его главному сопернику Сян Юю. Хань Синь повел свое сорокатысячное войско через горы Тайхан. Путь его лежал через враждебное царство Чжао, где у выхода из горного ущелья расположилась лагерем двухсоттысячная чжаоская армия. Хань Синь, как ни в чем не бывало, провел своих воинов через горный проход и остановился, лишь приблизившись вплотную к лагерю чжаосцев. Тогда он направил две тысячи всадников к лагерю, велев им занять лагерь, как только войско Чжао выйдет сражаться с основными силами Хань Синя. Затем он вывел вперед свой авангард, насчитывавший десять тысяч человек, и поставил воинов так, что за их спиной оказалась река. Увидев этот маневр, чжаоские военачальники только рассмеялись, ибо выбрать позицию таким образом, что воинам было некуда отступать, считалось грубым промахом.
Уверенные в своей победе, чжаосцы ринулись вперед, забыв об осторожности. Между тем при приближении армии Чжао передовые ряды авангарда Хань Синя расступились, и значительная часть чжаосцев оказалась почти в полном окружении. Завязалась жестокая битва, в которой воины Хань Синя, прижатые к реке, сражались с необыкновенной храбростью, тогда как чжаоские военачальники не могли воспользоваться численным перевесом своих воинов. Тем временем две тысячи всадников Хань Синя, сидевшие в засаде, заняли чжаоский лагерь и выставили на его стенах пурпурные знамена Лю Бана. В скором времени командующий армией Чжао приказал своим войскам отойти к лагерю, чтобы перестроиться. Когда чжаосцы увидели на стенах лагеря знамена Лю Бана, их охватила паника, и они бросились врассыпную. Так Хань Синю удалось разгромить армию Чжао и даже взять в плен чжаоского царя.

***

Дополнительные высказывания:
Из книги «Сунь-цзы»:
«Бросай своих воинов туда, откуда нет выхода, и тогда они умрут, а не побегут. Когда командиры и воины окажутся перед лицом неминуемой смерти, им любое задание будет по плечу, и они отдадут все силы для победы. Ибо в безнадежном положении воины теряют чувство страха. Когда у воинов нет выхода, они стоят до последнего».
«Ведя войско, нужно ставить его в такие условия, как если бы, взобравшись на высоту, убрали лестницы… Собрав всю армию, нужно бросить ее в опасность: вот мудрость полководца».

Кытгы

Сказка чукчей

Арельпыно пеший убегал от врагов вместе с дочерью. Это было поздней осенью. Ночью в темноте со скалы кувырком упал. Сломал себе ногу. Заметила дочь, как он кувыркался по склону. Слезла потихонечку со скалы, прыгнула. Когда очутилась внизу, позвала отца:
— Где-е ты, оте-ец?
Отец говорит:
— Здесь я! Только вот, наверное, ногу себе сломал.
Дочь говорит:
— Что же мне с тобой делать?
Отец отвечает:
— Убей-ка меня, а то я буду мучиться. Да и хлопот от меня будет много. Когда убьешь меня, тут же захоронишь. Потом иди в керекские селения. Пусть там тебя прячут. Выроют перед пологом ямку, там и будешь прятаться. Пусть не говорят о тебе Кунлелю. Если кто из кереков захочет тебя в жены взять, не отказывайся.
Убила она отца, похоронила, пошла к керекам. Пришла к ним. Говорит:
— Я к вам прибежала. Когда мы убегали от врагов, отец сломал ногу и научил меня, что делать. Сказал: «Убей меня здесь». И еще сказал: «Придешь к ним, пусть выроют тебе перед пологом яму, где ты сможешь прятаться». Еще сказал: «Пусть о тебе не говорят Кунлелю». И прибавил: «Если там будут свататься, не отказывайся».
Поверили кереки. Вырыли ей возле полога яму, приготовили место, где прятаться.
Так она и жила. Женился на ней один керек. Она там и родила в яме. Родила девочку. А когда стали враги приближаться, убежала. Куда ни придет, везде ее прячут. Опять на ней кто-нибудь женится. И опять она родит. Как только родит, говорит тамошним:
— Никогда вам не победить Кунлелю. Давайте-ка лучше перестанем воевать! Хватит! Пусть все люди живут в мире! Ведь Кунлелю и его товарищи ловкие, ничего вы с ними не сделаете. Пусть люди дружат!
Когда обошла она всю землю, только тогда наступил мир. Куда бы она ни приходила, женились на ней, а она рожала.
Обошла всю землю. И прекратилась война. Прославилась Кытгы, сестра Кунлелю. Стали ее называть «Кытгы — создающая». Кыгты не любила войны. Все.

Притворяться глупцом, не поддаваясь вожделениям

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Лучше сделать вид, что ничего не знаешь и не хочешь ничего делать,
Чем делать вид, что владеешь знанием, и действовать безрассудно.
Тот, кто пребывает в покое, не раскрывает своих планов.

Толкование:
Нужно делать вид, что не знаешь, и знать воистину; делать вид, что ничего не собираешься предпринимать, пока невозможно действовать, но переходить к действиям, когда возможно.
В книге «Сунь-цзы» сказано: «Тот, кто искусен в делах войны, не приобретает славы за свою хитрость и не получает наград за свою храбрость».
Пока не подошло время действовать, нужно хранить покой и выглядеть как можно большим глупцом. Если же дать волю своим желаниям, подобно настоящему безумцу, непременно выдашь свои истинные намерения, а само действие будет несвоевременным и вызовет всеобщие подозрения.
Тот, кто ведет себя, как глупец, побеждает. А тот, кто ведет себя, как безумец, терпит поражение.
Еще говорят: «Притворяясь глупцом, можно противостоять противнику и притом управлять войском».

***

В эпоху Сун полководец Ди Усян (1008–1057) получил от императора приказ усмирить варварские племена на южных рубежах империи. Жители Юга в те времена были очень суеверны и не предпринимали ни одного дела без молебна богам. Чтобы поднять дух своих воинов, Ди Усян тоже устроил молебен и обратился к ним с такой молитвой:
— Я не знаю, одержу ли я победу или потерплю поражение. Вот сотня монет. Я подброшу их в воздух, и если судьба милостива к нам, они все упадут лицевой стороной вверх.
Приближенные Ди Усяна бросились его отговаривать от этой затеи:
— Вы не должны так рисковать! — говорили они. — Ведь на кон поставлен боевой дух всего войска.
Однако Ди Усян, не обращая внимания на эти уговоры, подбросил монетки, и… они все упали лицевой стороной кверху!
Все войско издало громкий крик радости, эхом прокатившийся по долине.
Ди Усян велел прибить каждую монетку гвоздиком и накрыть монеты шелковой вуалью.
— Когда мы вернемся с победой, — сказал он, — я поднесу эти монеты в дар богам.
Засим Ди Усян повел своих воинов на юг и одержал блистательную победу над мятежными племенами. Вернувшись в свой лагерь, он велел собрать монеты, и тогда все увидели, что у них обе стороны были лицевые.

***

В начале правления сунской династии полководцы Цао Бинь и Пань Мэй по приказу императора пошли в поход на город Тайюань, занятый врагами династии. Они предприняли успешный штурм, и уже почти было захватили город, как вдруг Цао Бинь приказал сунским войскам отступить и вернуться в столицу.
Пань Мэй, конечно, стал настойчиво расспрашивать Цао Биня о причине его неожиданного решения. Цао Бинь долго отмалчивался, но в конце концов сказал:
— Наш император несколько раз лично пытался взять Тайюань, но успеха не имел. Вот о чем нужно думать!
Когда же оба генерала вошли в тронный зал дворца, Цао Бинь обратился к императору с такими словами:
— Непревзойденная военная мудрость вашего величества не помогла вам захватить Тайюань. Могли ли мы сделать это?
Император опустил голову и не сказал ни слова.

***

Дополнительные высказывания:
В книге «Хань Фэй-цзы» сказано:
«Речи советников я слушаю, словно во хмелю. Мои губы, мои зубы — не разжимайтесь. Я никогда не говорю первым.
Мои зубы, мои губы словно запечатаны воском. Тот, кто заговорит со мной, выдаст себя, и я узнаю его сокровенные намерения».

Лявтылевал

Сказка чукчей

Говорят, жил когда-то Лявтылевал, нетелинский оленевод. Очень хороший человек был, очень сильный и ловкий. Давно уже он воевал. Враги его с противоположного берега Колымы пришли. А пришельцы те с Колымы были русские.
Однажды опять пришло много оленей и нарт караваном. Снова была большая война. Пришли ночью. Стадо Лявтылевала тогда другой мужчина сторожил. Близко подошли враги. Услышал мужчина, что враги идут. Прибежал в дом Лявтылевала. Говорит:
— Где Лявтылевал?
Высунулся из полога Лявтылевал, спросил:
— Что случилось?
Ночной пастух говорит:
— Кажется, опять вражеские воины пришли.
Лявтылевал поспешно оделся, обулся. Вышел на улицу. Спрашивает:
— Как стадо? Олени на старом месте? Все было в порядке, когда уходил?
Мужчина отвечает:
— Да, все.
Лявтылевал говорит:
— Ну что ж, пойдем проверим, как стадо!
Ветра совсем не было. Луна взошла. Как раз полнолуние было, светло кругом. Отправились.
Гора. Ущелье. В этом ущелье прятали стадо.
И все же враги обнаружили стадо. Пришли Лявтылевалины в ущелье, а стада нет. Угнали его враги. Отняли.
Ну и дрался с врагами Лявтылевал! Из лука стрелял, на копьях сражался. Много врагов убил. Испугались враги, убежали.
У врагов тоже было двое ловких. Продолжают с Лявтылевалом сражаться. В конце концов начал Лявтылевал уставать.
А дом Лявтылевала находился у реки, что у Нетелина.
Всю ночь сражался Лявтылевал. Наконец немного отступил. Боевой крик Лявтылевала стал еще слышнее. В русле реки уже оказался Лявтылевал — устал он.
Был у него нетелинский товарищ по имени Айван. Проснулась жена Айвана и вышла на улицу. Было очень тихо. Вдруг услышала жена крик Лявтылевала: «Ыгыыч!»
Бросилась она в дом, закричала. Айван говорит жене:
— Ты чего кричишь?
— Страшно мне. Там наш мужчина кричит. Наверное, война пришла!
— Пойду послушаю, — говорит Айван.
Вышел. Послушал. Действительно, Лявтылевал кричит. Взял Айван копье. Пошел на крик. Видит: наседают на Лявтылевала враги с двух сторон, к реке прижали. Айван сказал:
— Ыыч, я пришел!
Лявтылевал на высокий берег прыгнул. Стали сражаться двое на двое: Лявтылевал с одним врагом, Айван — с другим. Лявтылевал не убивал врага. Нотайван же убил своего противника. Лявтылевал увидел, что Нотайван перестал биться, говорит:
— Где твой мужчина?
Говорит Нотайван:
— Уснул!
Лявтылевал говорит ему:
— Зачем же ты его усыпил?
А Нотайван на самом деде убил его.
Перестал и Лявтылевал сражаться. Отдыхают все трое; Лявтылевал, Нотайван и вражеский воин. Лявтылевал говорит врагу, с которым сражался:
— Ладно, уходи, не буду тебя убивать. Отправляйся к своим. Только стадо верните.
Говорит этот мужчина:
— Хорошо, пойдем за твоим стадом!
Отправились, к стаду подошли. Вдруг бросился вражеский воин бежать. Опять пришлось Лявтылевалу сражаться. Отнял он свое стадо, да еще и у врагов оленей захватил.
Убежали враги. Все мужчины убежали. Двух мужчин он копьем заколол, головы отсек, через мозжечок вздел на копье. Машет ими и говорит:
— Не убегайте, еще повоюем!
На следующий год снова пришли караваном. Яранга Лявтылевала все там же стояла, на прежнем месте, у Нетелинской реки.
Пришли враги. Говорят:
— Ой! Яранга Лявтылевала на прежнем месте стоит. Давайте-ка обойдем ее подальше! Да к тому же у него теперь четыре яранги стало. Пусть живет Лявтылевал спокойно, нам с ним не совладать. А то опять недосчитаемся многих мужчин.
С этих пор перестал воевать Лявтылевал. Говорит:
— Хватит нам воевать! Со всеми этими мужчинами будем дружно жить. Если долго воевать, то оставшимся в живых и детям нашим плохо будет после войны: ни друзей, ни земли, ни мужчин у них не будет. Послушайтесь меня, перестаньте воевать! Пусть будет с этих пор всем хорошо!
Вот с тех пор войны прекратились. Все.

Грозить софоре, указывая на тутовое дерево

Китайская легенда из «Тридцати шести стратагем»

Начальник желающий укротить подчиненного,
Должен прежде внушить ему глубокий страх,
Чтобы тот служил предупреждением.

Толкование:
Если подчиненный не проявляет повиновения перед лицом неприятеля, если он насмехается над приказами и отвергает все попытки заставить его подчиняться, следует намеренно допустить промах и наказать за него кого-то постороннего, чтобы это послужило скрытым предостережением.
Усердие подчиненных подогревают обещаниями наград, но также и угрозами. Это может быть полезным приемом для полководца, который командует незнакомым ему войском.

***

Генерал династии Суй (VI в.) Ян Су славился строгим обращением с воинами. Накануне сражения он внезапно устраивал расследования ошибок, совершенных его подчиненными, и каждый раз приказывал казнить с десяток человек. На месте казни, стоя перед потоками крови, струившимися по земле, он непринужденно разговаривал и смеялся.
Перед началом сражения он посылал вперед одну-две сотни воинов с заданием разгромить передовые отряды противника. Если это задание не было выполнено, он предавал казни всех, кто участвовал в нападении. Затем Ян Су посылал более многочисленный отряд. Если и этот отряд не добивался успеха, он тоже отдавал приказ перебить его до последнего человека.
После этого вся армия, напуганная свирепым нравом командира, бесстрашно шла в бой и побеждала. Ян Су не проиграл ни одного сражения в своей жизни.

***

В древности сановник Гань Мао был назначен командующим войска Цинь, посланного для захвата города Иян. Когда войско подошло к Ияну, Гань Мао трижды приказывал бить в боевые барабаны, служившие сигналом к атаке, но воины не двигались с места. Один из приближенных сказал Гань Мао:
— Если вы не заставите воинов повиноваться вам, у вас будут большие неприятности.
— Я был назначен командующим потому, что обещал правителю захватить Иян, — ответил Гань Мао. — Если завтра я не возьму город, он станет моей могилой.
Тогда Гань Мао раздал все свои сбережения воинам.
Наутро, когда вновь зазвучали боевые барабаны, воины Гань Мао решительно пошли в атаку, и Иян был взят штурмом.

***

«Сунь-цзы»: «Если полководец разговаривает с воинами ласково и учтиво, значит, он потерял свое войско. Если он без счету раздает награды, значит, войско в трудном положении. Если он сначала жесток, а потом боится своего войска, это означает верх непонимания военного искусства».
«Искусство войны Вэй Ляо»: «В древности полководец, который был способен казнить половину своего войска, считался лучшим. Следом за ним шел тот, кто мог обречь на смерть три десятых своих подчиненных. А худшим считался тот, кто мог казнить только десятую часть.
Тот, кто мог казнить половину войска, распространял свою власть на весь мир.
Тот, кто мог казнить три десятых войска, распространял свою власть на удельное владение.
Тот, кто мог казнить только десятую часть войска, должен был повиноваться другим».

Вельвынэлевыт

Сказка чукчей

Говорят, у Вельвынэлевыта был брат Тымкынэлевыт. И еще другой брат — Эрыквын.
Говорят, Вельвынэлевыт очень ловок был, храбрый мужчина. Тымкынэлевыт тоже хороший, ловкий. А брат Эрыквын быстроногий, очень быстрый. Промышлял все: диких оленей, горных баранов и другую живность.
Была у оленеводов война у Рыркайпия. Земли Вельвынэлевыта находились поблизости от Рыркайпия. Вельвынэлевыт был очень богатый оленевод. Дом его издали казался не домом, а напоминал олений рог. Было у них три дома. Братья жили все вместе.
И вот была в старину война. Потому что эти три брата на всех страх наводили. Всех мужчин убивал Вельвынэлевыт. Но бедного, безоленного, не имеющего одежды он не трогал. Наоборот, давал ему шкур, мяса, оленины и говорил:
— Это ведь товарищ! Когда придут враги, будет нам помогать.
А Тымкынэлевыт говорит Вельвынэлевыту:
— Пусть будет товарищем, а мяса ему не давай! Нас трое и с любым врагом справимся.
Вельвынэлевыт отвечал:
— Да, нас трое, но, когда придет много врагов, этого мало будет.
И действительно, пришли враги. И действительно, помогали Вельвынэлевыту товарищи. Очень ловок Вельвынэлевыт. И братья его очень ловки. Победил Вельвынэлевыт, всех врагов убил.
Спать легли, Тымкынэлевыт говорит Эрыквыну:
— Плохой Вельвынэлевыт! Ты уж стадо около дома держи, а то враги еще близко от нас. Будешь стадо далеко пасти, враги перебьют нас. Наши враги еще совсем близко.
Пригнал Эрыквын вечером стадо, расположил вокруг дома. Вельвынэлевыт сказал:
— Все вместе спать будем! А то придут враги, мы их прозеваем. Женщины пусть не ложатся спать. Чтобы мы хорошо выспались, ни о чем не тревожась. Пусть караулят врага, пока мы спим.
Собрались все в доме у Вельвынэлевыта. Он сказал:
— Наверное, плохо будет, если мы так просто спать ляжем! Пусть яранга будет открыта — иначе придут враги, а мы не услышим. Всю ночь мясо варите! Пусть в светильнике большой огонь всю ночь горит! И большой костер разведите!
Действительно, подошли ночью враги. А у Вельвынэлевыта было очень много оленей — широкой полосой дом окружили. Действительно, подошли враги. Стали олени кричать — испугали их враги. Одна женщина говорит:
— Почему это олени кричат? Наверное, враги пришли!
Разбудили женщины Вельвынэлевыта:
— Проснись!
— Почему?
— Да вот олени кричат.
Вельвынэлевыт сказал:
— Да-а, действительно!
Затем закричал:
— Где товарищи?
Женщина говорит:
— Вот они!
— Эрыквын, Тымкынэлевыт, одевайтесь, враги пришли!
Вельвынэлевыт стал ругаться на братьев, говорит:
— Вставайте! Сражаться надо идти! Ну-ка, отогните покрышку яранги! Женщины, смотрите за детьми, пусть огонь в светильнике будет большим, и костер горит жарко!
Все ближе кричат олени. Вельвынэлевыт сказал:
— Ты, Тымкынэлевыт, выходи спереди, да побыстрее! А ты, Эрыквын, выходи сзади дома!
Продолжает Вельвынэлевыт:
— Вот вы говорили, что втроем будем сражаться. А как? Что, если очень много врагов пришло? Ну ладно, выходите! Погоним стадо во все стороны, будем кричать оленям: «Гыыч, гыыч, гоов-гов!»
И правда, вышли. Погнали стадо во все стороны.
Очень много врагов пришло. Окружили они дом Вельвынэлевыта вместе со стадом. Побежали олени во все стороны, потоптали врагов, поубивали. Детей, женщин, которые у костра сидели, не топтали, не убивали — боятся олени огня.
Когда рассвело, увидели братья — множество врагов перебито. Посмотрели на стадо. Очень много оленей стало. Своих много да и чужие примкнули. Еще больше оленей стало у Вельвынэлевыта.
С наступлением заморозков снова воевать пришлось. Опять много врагов к дому Вельвынэлевыта подступило.
Много оленей убил и освежевал Вельвынэлевыт. Опять большущий костер развели. Стал Вельвынэлевыт есть. Много ест. Говорит:
— Плох я стал, состарился! Не могу я сражаться. Бегите все!
Тымкынэлевыт говорит ему:
— Нет, ты еще не стар! Поживи еще, не умирай! Лучше уж через год умирай! А сейчас посмотри, как мы будем сражаться. А тебе не надо! Ты уже не работник. Ну, пойдем, Эрыквын, враги пришли!
И вот начали они сражаться. Ох, какие ловкие были Тымкынэлевыт и Эрыквын! Всех врагов вдвоем истребили!
И опять очень много оленей забрали. Опять забили оленей. Целый холм из рогов сложили.
Вблизи Рыркайпия находилась земля Вельвынэлевыта.
Вот с этих пор и не стало войн. Вельвынэлевыт говорит:
— Если будем еще воевать, совсем не станет мужчин. Хватит, перестаньте воевать! В войне ничего хорошего нет. Одно только плохое. Пусть с этих пор все мужчины будут друзьями! А то жены, дети, девочки, мальчики от голода умирают, когда воюют отцы.
Так прекратились войны. И сейчас поблизости от Рыркайпия все еще лежат рога от оленей Вельвынэлевыта, Тымкынэлевыта, Эрыквына. Все.