Чудеса апостола Иоанна

«Золотая легенда»

Иоанн, апостол и евангелист, возлюбленный Господом и призванный непорочным, после Пятидесятницы, когда апостолы разошлись по земле, отправился в Азию, где основал много церквей.
Узнав о славе апостола, император Домициан приказал поместить его перед Латинскими вратами в бочку с кипящим маслом. Иоанн вышел невредимым из этого испытания так же, как остался чужд искушениям плоти.
Император увидел, что никакие угрозы не могут удержать Иоанна от проповеди, и сослал его на остров Патмос, где апостол, пребывая в уединении, написал Апокалипсис. В том же году император был убит за свою чрезмерную жестокость, и сенат отменил его решения. Так случилось, что святой Иоанн, несправедливо сосланный на остров, с почестями вернулся в Эфес.
Навстречу ему вышла огромная толпа людей, восклицающих: Благословен Грядущий во имя Господне (Мф 21,9).
Когда Иоанн приближался к городу, оттуда выносили почившую Друзиану, которая любила его всей душой и чаяла его возвращения. Родители Друзианы, а также вдовы и сироты, сказали апостолу: «О святой Иоанн, смотри, мы хороним Друзиану. Повинуясь твоим словам, она всегда питала нас и больше всех ждала твоего прихода, говоря: «О, если бы смогла я увидеть апостола Божия, прежде чем умру!». И вот ты пришел, но она уже не сможет тебя увидеть». Тогда Иоанн велел опустить носилки и распеленать тело, говоря так: «Господь мой Иисус Христос да воскресит тебя! Встань, Друзиана, иди в дом свой и приготовь мне место для отдыха». Женщина тотчас поднялась и пошла, спеша исполнить приказание апостола. Ей казалось, что она пробудилась от сна, а не от смерти.
На другой день философ Кратон созвал народ на рыночную площадь, чтобы показать, как должно пренебрегать миром. Он велел двум богатым юношам, родным братьям, потратившим все наследство на покупку драгоценных камней, раздробить их на глазах у толпы. Случилось, что апостол Иоанн проходил через площадь. Обратившись к философу, апостол осудил то пренебрежение к миру, которое проповедовал Кратон, и привел тому три причины. Во-первых, такой поступок прославляется устами людей, но порицается Божиим судом. Во-вторых, подобное пренебрежение не излечивает от пороков, и потому оно бесполезно, как считается бесполезным лекарство, не исцеляющее болезнь. В-третьих, пренебрежение земными благами принесет большую пользу, если человек проявит щедрость по отношению к бедным. Ведь Господь сказал юноше: «Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твоё и раздай нищим» (Мф 19,21).
Кратон ответил апостолу: «Если действительно Господь — твой Учитель и Он желает, чтобы нищим раздали деньги, которые можно выручить за эти драгоценности, сделай так, чтобы раздробленные камни снова стали целыми. В этом случае ты совершишь ради Его славы то, что я совершил ради людской молвы». Тогда блаженный Иоанн собрал осколки драгоценных камней. Держа их в руке, он вознес молитву Господу, и камни вновь стали целыми, как и прежде. Философ и двое юношей немедля уверовали и, продав драгоценности, раздали все деньги нищим.
По их примеру двое других знатных юношей последовали за апостолом, продав свое имение и раздав деньги беднякам. Однажды они увидели своих слуг, облаченных в богатые одежды, и опечалились, ибо у них самих не было ничего, кроме плащей. Когда святой Иоанн узнал, отчего так печальны их лица, он велел юношам собрать на морском берегу обломки дерева и камни и превратил те обломки в золото и жемчуг. По приказу апостола юноши в течение недели обходили всех ювелиров и золотых дел мастеров. Вернувшись, они рассказали о том, что никому из ювелиров и мастеров доселе не приходилось видеть столь чистого золота и столь прекрасного жемчуга. Тогда апостол велел им: «Идите и выкупите свои земли, которые вы некогда продали, ибо вы утратили награду на небесах. Процветайте, чтобы увянуть, обогатитесь на время, чтобы стать нищими для вечности». Сказав это, апостол начал во многих словах осуждать богатство и привел шесть причин, которые должны отвратить нас от неумеренного стяжания.
Во-первых, это Писание, откуда апостол прочел вслух историю о пирующем богаче, осужденном Господом, и о нищем Лазаре, избранном Богом. Во-вторых, это природа, ведь человек без богатств рождается и без богатств умирает. В-третьих, это творения, поскольку солнце, луна, звезды, дождь, воздух принадлежат всем и щедро наделяют всех своими дарами. Так и среди людей все должно быть общим. В-четвертых, это само богатство. Апостол объяснил, каким образом человек становится рабом денег и диавола: рабом денег, поскольку не он владеет сокровищами, но они владеют им; рабом диавола, ибо, согласно Евангелию, любящий деньги служит Маммоне. В-пятых, это забота, поскольку денно и нощно человеком владеет забота и тревога о том, как приобрести богатство, и страх, как бы не потерять его. В-шестых, это утрата. Апостол ясно показал, что богатства — причина утраты, ибо двойное зло приобретается богатством: надменность в настоящем и вечное осуждение в будущем. Из-за богатства люди теряют двойное благо: благодать в настоящем и вечную славу в будущем, и так они следуют в вечную погибель.
В то время как святой Иоанн осуждал богатство и приводил эти доказательства, мимо проносили умершего юношу, который всего месяц назад отпраздновал свадьбу. И вот все, шедшие за ним — мать юноши, вдова и прочие, плачущие о нем, — пали к ногам апостола, умоляя, чтобы он воскресил юношу во Имя Божие, как воскресил Друзиану. Апостол долго плакал и молился. Когда же юноша, наконец, воскрес, Иоанн велел ему рассказать тем двум ученикам, какое наказание ожидает их и какую славу они утратили. Юноша поведал многое о славе Рая и терзаниях ада, говоря: «О несчастные, я видел, как плачут ваши ангелы и ликуют демоны!». И рассказал им, что они потеряли вечные чертоги, усеянные искрящимися самоцветами, сияющие дивной чистотой; в тех чертогах — богатые пиршества, услады и нескончаемая радость и слава. Рассказал он также о восьми казнях, которые упомянуты в этом стихе:

Черви, и мрак, и удары бича, и холод, и пламя,
Демонов лики, преступных смятение, тяжкие скорби.

После этого юноша, воскрешенный Иоанном, и те два ученика пали к ногам апостола, прося о милости. Святой Иоанн сказал им: «Вам надлежит провести в покаянии тридцать дней: в те дни молитесь, чтобы дерево и камни вновь обрели свой первозданный облик». Когда же это свершилось, Иоанн сказал им: «Идите, отнесите дерево и камни туда, где вы нашли их». Ученики сделали все, как велел апостол, и дерево с камнями вновь обрели свое естество. После этого юноши вновь стяжали благодать и все добродетели, которые были у них прежде.
Когда блаженный Иоанн проповедовал по всей Азии, идолопоклонники, сеявшие смуту среди народа, повлекли Иоанна к храму Дианы, принуждая его совершить жертвоприношение. Иоанн предложил им выбрать одно из двух: или они в своих молитвах попросят богиню разрушить христианский храм — и тогда Иоанн почтит идолов жертвой, или же он сам, вознеся молитву Христу, повергнет храм Дианы — и тогда все они уверуют во Христа. Большинство язычников согласились с этим. Тогда люди вышли из храма, и апостол, помолившись, до основания разрушил его, так что под обломками был погребен разбитый кумир Дианы.
Аристодем, языческий жрец, стал возбуждать народ, и одна часть толпы уже готова была сразиться с другой. Апостол сказал жрецу: «Что мне сделать, чтобы твоё сердце смягчилось?». Тот ответил: «Если хочешь, чтобы я поверил в твоего Бога, я дам тебе выпить чашу с ядом. Я признаю твоего Бога истинным, если увижу, что питье не повредило тебе». Апостол ответил: «Делай то, что сказал». Тогда Аристодем прибавил: «Я хочу, чтобы прежде ты увидел, как умирают другие, и потому испугался еще сильнее». Аристодем отправился к проконсулу и попросил отдать ему двух преступников, приговоренных к смерти. Затем он дал им выпить яд на глазах у всех. Едва выпив яд, они тут же лишились жизни. Тогда апостол, приняв чашу и укрепив себя крестным знамением, залпом выпил все зелье. Оно не причинило Иоанну никакого вреда, и все стали восхвалять Бога. Аристодем же сказал: «До сих пор меня снедают сомнения, но если Иоанн сможет воскресить умерших от яда, я воистину уверую». Тогда апостол подал Аристодему свою тунику. Тот спросил: «Зачем ты дал мне тунику?». Апостол сказал ему: «Чтобы, посрамленный, ты отошел от своего неверия». Аристодем ответил: «Неужели твоя туника заставит меня уверовать?». Апостол сказал: «Иди, накрой ею тела умерших и произнеси при этом: «Апостол Христов послал меня к вам, дабы вы воскресли во Имя Христово!». Как только Аристодем сделал это, мертвые тотчас воскресли. После чего апостол во Имя Христово крестил уверовавшего жреца и наместника со всей его родней, и они построили церковь во славу блаженного Иоанна.

Подвиг блаженного Нафанаила

Византийская легенда

Был там некто другой из старшего поколения по имени Нафанаил. Его я уже не застал в живых, ибо он почил за пятнадцать лет до моего прихода, но, встретившись с теми, кто подвизался и жил вместе с ним, я расспрашивал о добродетели этого мужа. Мне показали и его келию, в которой никто больше не живет, ибо теперь она недалеко от поселений, а построил он ее, когда отшельников здесь было немного. И вот что мне рассказывали о нем: Нафанаил постоянно пребывал в своей келии и не отступал от этого правила. Тогда-то в первый раз его стал обольщать демон, который всех обольщает и вводит в соблазн, и Нафанаил решил оставить свою первую келию. И, уйдя, он построил другую ближе к селению. Спустя три или четыре месяца как келия была готова и Нафанаил в ней поселился, ночью является диавол с бичом, как у палача, в обличии одетого во вретище воина и начинает громко хлопать своим бичом. Блаженный Нафанаил ответил ему и стал говорить: «Кто ты, который творит это в моей келии?». Демон отвечал: «Я тот, кто изгнал тебя из прежней келии, и вот я пришел заставить тебя бежать и из этой». Нафанаил, поняв, что был прельщен, возвратился в первую свою келию. И 37 лет он не переступил ее порога и противился демону.
А тот столько всякого сделал праведнику, принуждая его выйти из келии, что невозможно рассказать о том. Среди прочего было и такое: дождавшись прихода семерых святых епископов, которые прибыли то ли по предусмотрению божию, то ли по диавольскому искушению, диавол едва не заставил блаженного отступить от обета. Когда епископы после посещения Нафанаила выходили из его келий, он не сделал ни шага, чтобы проводить их. Диаконы говорят ему: «Ты надменно поступаешь, авва, что не провожаешь епископов». Он же говорит им: «Я умер и для владык моих епископов, и для всего мира. У меня есть сокровенная цель, и бог ведает сердце моё, потому и не провожаю их». Диавол, потерпев тут поражение, за девять месяцев до кончины святого преображает облик свой и принимает вид мальчика лет десяти, погонщика осла, везущего корзину с хлебами. Поздним вечером оказавшись вблизи келий Нафанаила, диавол сделал так, что осел упал, а ребенок стал кричать: «Авва Нафанаил, смилуйся надо мной и подай мне руку». А праведник услышал голос мнимого мальчика, отворил дверь и, стоя в келии, стал говорить ему: «Кто ты и чего хочешь от меня?». Он говорит: «Я — прислужник такого-то брата и везу хлебы, ибо у него вечеря любви, и наутро в субботу нужны будут приношения. Молю, не оставь меня, чтобы меня не растерзали гиены, ибо в местах этих много гиен». Блаженный Нафанаил молча стоял, смущенный сердцем, и рассуждал в уме своем, говоря: «Я должен преступить либо заповедь господню, либо свое правило». Однако он положил, что лучше в посрамление диавола не нарушать правила, которое соблюдал столько лет, и, сотворив молитву, говорит позвавшему его мнимому отроку: «Послушай, дитя. Я верую, что бог, которому я служу, в нужде твоей пошлет тебе помощь, и не причинят тебе вреда ни гиены, ни что другое. Если же ты — искуситель, это откроет мне бог». И, затворив дверь, он отошел в глубину келии. Демон, посрамленный поражением, скрылся в вихре и шуме, какой поднимают скачущие и бегущие онагры. Таков подвиг блаженного Нафанаила, таково житие, таково скончание дней праведника.

О праведном брате Иакове из Фаллероне и о том, как после смерти он явился брату Иоанну из Алверно

«Цветочки святого Франциска»

В то время, когда брат Иаков из Фаллероне, человек великой святости, был опасно болен и находился в Монастыре Мольяно, в округе Фермо, брат Иоанн из Алверно, живший тогда в Монастыре в Массе, прослышал о его болезни и, любя его, как собственного дорогого отца, стал молиться, благоговейно прося Бога вернуть брату Иакову телесное здоровье, если сие будет полезным для души его.
И молясь так, вошел он в экстаз и узрел над своей хижиной, находившейся в лесу, великое воинство ангелов и святых. Были они окружены таким сиянием и славой, что осветились все окрестности. Среди ангелов узрел он брата Иакова, за коего молился, облаченного в белые сияющие одежды. Узрел он также праведного отца — Святого Франциска со Святыми Стигматами на руках и ногах и в великой славе.
Также заметил он праведного брата Лючидо, и брата Маттео из Монте-Руббиано, и множество иных братьев, коих он никогда не видел и не знал в жизни сей. И когда созерцал он с великим восхищением сие праведное воинство святых, было открыто ему, что больной брат, за которого он молился, умрет от своей болезни, и что душа его будет спасена. Но после смерти не взойдет он прямо на Небеса, ибо следует ему быть очищаемым некое время в Чистилище.
И откровение сие наполнило сердце брата Иоанна такой радостью, что он не опечалился кончине брата Иакова, но ощутил великую сладость в душе своей. И говорил он сам себе: «Брат Иаков, мой дорогой отец. Брат Иаков, мой дорогой брат. Брат Иаков, верный слуга и друг Бога. Брат Иаков, спутник ангелов и один из воинства святых!» И возрадовавшись так, пришел он в себя. И немедленно покинув монастырь, отправился он к брату Иакову в Мольяно и нашел его столь плохим, что тот едва мог говорить.
Тогда брат Иоанн возвестил брату Иакову смерть его тела и спасение и славу его души, в которых он был уверен чрез божественное откровение. И брат Иаков принял его весьма радостно, благодаря за добрые вести, и смиренно молил брата Иоанна не забывать о нем. Брат Иоанн же просил его после смерти прийти к нему и рассказать — где он, и какова его участь, что брат Иаков пообещал исполнить, если будет на то милость Господа.
Настал момент его кончины. Брат Иаков стал повторять с благочестием стихи псалма «In pace in idipsum dormiam et requiescam», что означает «спокойно ложусь я и сплю». И, сказав слова сии, покинул он мир с радостным выражением на лице своем.
Когда брат Иаков был похоронен, брат Иоанн вернулся в Монастырь в Массе и там ожидал исполнения обещания, данного братом Иаковом, явиться ему после кончины. В тот же день, когда он молился, Христос Благословенный явился ему, окруженный множеством ангелов и святых. Но брата Иакова не было с Ним, чему брат Иоанн весьма удивился и благочестиво просил о нем Христа Благословенного.
На следующий день он снова молился в лесу, и брат Иаков явился ему в окружении ангелов, сияя радостью. Брат Иоанн сказал ему: «O дражайший Отче, почему ты не явился мне в обещанный день?» Брат Иаков отвечал: «Потому, что надобно было мне очиститься в Чистилище. Но в назначенный час Христос явился тебе, и поскольку ты просил его обо мне, он вознаградил твои молитвы, и я был освобожден от всех страданий. И явился я брату Иакову из Массы, праведному брату-мирянину, бывшему у Мессы. И узрел я, как священная облатка, когда священник поднял ее, превратилась в прекрасного живого Младенца. И я сказал ему: «Ныне войду я с Младенцем Сим в Царство жизни вечной, в кое никто без Него войти не может».
И, сказав слова сии, брат Иаков исчез и взошел на Небеса со святыми ангелами, а брат Иоанн обрел великое утешение. Этот самый брат Иаков из Фаллероне умер в канун дня Святого Апостола Иакова, в месяце июле, в вышереченном Монастыре в Мольяно. И чрез заслуги брата Иакова Милостью Божьей свершились многие чудеса после смерти его.
Во славу и восхваление Иисуса Христа и Его бедного слуги Франциска. Аминь!

О святом апостоле и евангелисте Иоанне

Из «Золотой легенды»

Иоанн означает Божия Благодать, или Тот, в ком есть благодать, или же Получивший дар, или Одаренный Богом. Под этими дарами подразумеваются четыре преимущества, которыми обладал блаженный Иоанн. Первое преимущество состоит в исключительной любви к нему Христа. Ведь Христос возлюбил его больше других апостолов и выказывал ему знаки большей любви и дружбы. Иоанн носит имя Божия Благодать, потому что он любезен Богу. Господь возлюбил его даже больше, чем Петра. Ведь любовь может быть в душе и проявляться внешне: но та любовь, что проявляется внешне, также бывает двух родов. Первый род суть знаки дружбы, второй — благодеяния. Что касается любви в душе, то ею Господь равно возлюбил обоих. Но во внешних проявлениях любви Он выражал больше дружеских чувств по отношению к Иоанну, Петру же Он оказывал больше благодеяний. Второе преимущество Иоанна состоит в непорочности плоти, поскольку Господь призвал его девственным, и потому он именуется Тот, в ком есть благодать. Ведь в нем была благодать девственной чистоты, и потому, когда Иоанн захотел вступить в брак, он был призван Господом в день своей свадьбы. Третье преимущество состоит в откровении тайн, и потому его имя означает Получивший дар, ведь Иоанну было даровано познать многие и великие тайны, такие как Божественность Слова и Скончание Века. Четвертое преимущество состоит в порученном ему попечении о Богоматери, и потому его прозвали Одаренный Богом, ведь Господь совершил величайшее из дарений, когда препоручил Иоанну заботу о Богоматери. Житие Иоанна было написано Милетом, епископом Лаодикеи, и кратко изложено Исидором в книге «О происхождении, жизни и кончине святых Отцов».

Жизнь и деяния святых бессребреников Космы и Дамиана

Византийская легенда

Во дни царствия господа нашего Иисуса Христа к скончанию пришло всякое заблуждение и почитание демонов. Во времена те жила некая благочестивая-и богобоязненная женщина по имени Феодота. Все дни жизни своей она придерживалась всяческого благочестия и, живя по заповедям божиим, родила святых Коему и Дамиана. Когда они родились, блаженная Феодота растила их во всяческом благочестии и обучила священному писанию. А дух святой вразумил врачебной науке, чтобы исцеляли по слову евангелия «всякий недуг и всякую немощь не только в человеках, но и в скотах», так что исполнилось реченное пророком: «Человеков и скотов хранишь ты, господи». А недуги, которые врачевали святые Косма и Дамиан, таковы: именем Иисуса Христа слепым они возвращали зрение, хромым способность ходить, увечных делали здоровыми, изгоняли демонов и по дарованной им благодати исцеляли всякую немощь в теле человеческом. За врачевание никогда не брали они ни с кого мзды: ни с богатого, ни с бедного, исполняя заповеданное Спасителем: «Даром получили, даром давайте».
В дни те жила некая женщина по имени Палладия, прикованная к постели недугом. Она истратила все деньги, но не получила облегчения от ходивших к ней врачей. Услышав о врачевании и исцелениях, которые совершали Косма и Дамиан, она, обратившись к ним с верой, попросила прийти к ней. А святые рабы Христовы Косма и Дамиан, увидев веру ее, с готовностью пришли и помогли ей. Когда женщина узнала, что исцелилась благодаря их помощи и приходу, она восхвалила бога, даровавшего им венец целений; зная же, что они никогда не брали ни с кого мзды, ни с богатого, ни с бедного, ибо исполняли заповеданное Спасителем, Палладия украдкой подносит святому Дамиану три яйца; когда же он отказался их принять, женщина пала перед ним на колени и уговаривала его со страшными клятвами, и святой Дамиан взял от нее те три яйца, чтобы не пренебречь клятвой, ибо женщина закляла его господней силой. Святой Косма, узнав об этом, весьма опечалился тем, что брат его взял те три яйца, и велел после своей смерти похоронить врозь с ним. Той ночью господь во сне явился своему слуге Косме, говоря: «Зачем ты так сказал? Брат твой взял те три яйца не как мзду, но взял их, будучи заклят моим именем, не смея пренебречь клятвой, ибо женщина закляла его именем моим».
Когда братья явили множество чудес и знамений, святой Дамиан почил в мире и удостоился венца вместе со всеми святыми. Святой Косма совершал исцеления не только в городе, но и в пустынях призревал на бессловесных, так что все твари, страдающие каким-нибудь недугом, шли за ним следом. Придя в одну местность, он увидел верблюдицу, покалеченную диаволом, и призрел на нее, и уврачевал, и отпустил восвояси. Явив множество чудесных исцелений и знамений в пустынях и в городе, святой Косма тоже почил и удостоился венца со всеми угодниками Христовыми. Великая толпа стекалась к его останкам. Люди сомневались, не зная, где и как похоронить святого, но вдруг прибежала верблюдица, крича и человеческим голосом говоря: «Люди божий, вы видели множество чудес и знамений святых и славных рабов Христовых Космы и Дамиана, и не только вы, но и мы, твари, данные вам в услужение. Потому, благодарная им, как все, я прибежала возвестить вам, что господь дал слуге своему Косме откровение — братья не должны быть разлучены друг с другом, но покоиться рядом». Весь народ, окружавший останки святого, услышав это, воздал хвалу богу, открывшему тайну через бессловесную тварь, наделенную человеческой речью; Косму похоронили рядом с братом в месте, называемом Фереман. Эти братья по крови и по вере до сего дня продолжают совершать исцеления.
Когда их похоронили в месте, называемом Фереман, некий живший там землепашец во время жатвы пошел работать на свое поле. Страдая от жары, он скрылся под деревом, чтобы там найти прохладу. Когда землепашец крепко заснул, в открытый рот ему вползла змея и попала в желудок его. Он проснулся и, не зная о случившемся, поспешил на поле работать. Вечером он возвратился в дом свой, и домашние, приготовив ему еду, поставили перед ним, и он поел, и попил, и лег спать на постелю свою. Только землепашец заснул, змея стала терзать ему внутренность, а он закричал. Все пробудились, и оглядывали его, и не могли понять, какая ему приключилась болезнь. Землепашец же вскричал громким голосом, говоря: «Боже святых Космы и Дамиана, помоги мне».
А так как змея еще сильнее стала терзать его, он побежал в место, называемое Фереман, где покоились святые, и вскричал громким голосом, говоря: «Боже святых Космы и Дамиана, помоги мне». Услышав это, слуги господни Косма и Дамиан навели на землепашца глубокий сон, чтобы изгнать из него начальника зла, диавола в образе змеи, той же дорогой, которой он вошел. Когда святые стали изгонять змею, она высунулась изо рта его, чтобы выйти. Весь народ видел это чудо, сотворенное святыми. Когда же змея целиком вышла, человек тот проснулся и вскричал, говоря: «Пусть никто не поднимет руку на змею, ибо ей приказано уйти в геенну». При этих словах его змея исчезла.
Был некто по имени Малх. Он постоянно пребывал в храме святых Космы и Дамиана и видел чудеса, творимые ими. Собираясь в далекий путь, он пришел в дом свой и сказал жене своей: «Пойдем в храм святых Космы и Дамиана». Она же, услышав это, охотно последовала за мужем. Когда же они пришли в место, называемое Фереман, Малх сказал жене своей: «Вот, я собираюсь в далекий путь и поручаю тебя святым Косме и Дамиану. Оставайся в доме своем, и вот тебе условные слова, и, когда господь захочет, я пошлю за тобой и возьму тебя к себе».
Сказав так, этот человек отправился в путь, а жена его возвратилась в дом свой. Спустя немного дней диавол, зная условные слова, которые муж сказал жене своей, оборотился юношей и, придя к ней, предстал перед женщиной и сказал ей: «Вот, муж твой послал меня, чтобы из этого города я отвел тебя к нему». Так как она не хотела идти, диавол сказал ей условные слова. Женщина ответила ему: «Я узнаю эти слова, но не могу пойти за тобой, ибо муж поручил меня святым Косме и Дамиану. Но если хочешь, взойди в храм их и, возложив руку на престол, подтверди мне, что не сделаешь мне ничего дурного». А начальник зла, диавол, охотно согласился, решив презреть могущество святых, и, взойдя в храм, возложил руку на жертвенник и сказал: «Клянусь могуществом святых Космы и Дамиана, я не сделаю тебе ничего дурного, но, уведя отсюда, передам тебя мужу твоему». Она же, заставив его поклясться, охотно последовала за ним. Когда они пришли в какое-то место, где не ступала нога человеческая, диавол набросился на сидящую на лошади женщину, чтобы убить ее. Она воздела глаза к небу и вскричала громким голосом, говоря: «Боже святых Космы и Дамиана, помоги мне, ибо по вере в вас я последовала за этим человеком. Скорее поспешите прийти мне на помощь и спасите от руки кровожадного диавола». Когда она так вскричала, вот появились святые в образе всадников и толпа народа.
А начальник зла, диавол, увидев их, побежал к круче и бросился оттуда вниз, и все кости его рассеялись в разные стороны, и ад раскрыл пасть свою, и пожрал его, и исполнилось реченное Давидом: «Рыл ров, и выкопал его, и упал в яму, которую приготовил. Злоба его обратится на его голову, и злодейство его упадет на его темя». А слуги Христовы, Косма и Дамиан, взяв ее за руку, отвели в дом ее. Тогда они рассказывают ей: «Мы — Косма и Дамиан, в которых ты уверовала. Потому мы поспешили прийти тебе на помощь и спасти от руки кровожадного диавола». Услышав это, женщина задрожала, и простерла к ним руки, и, ликуя сердцем, сказала: «Господь, бог отцов моих, Авраама, Исаака, Иакова и их благого семени, ты умерил жар печи трем отрокам и обратил его в росу, ты спас в театре Феклу, ты, господь бог, не презрел меня, рабу свою, и избавил от руки кровожадного диавола через угодников своих, святых Косму и Дамиана. Потому восхваляю и славлю тебя, бога всяческих, ибо царствие твоё, сила и слава отца и сына и святого духа ныне и присно и во веки веков. Аминь».

Как Брат Иоанн из Алверно, служивший Мессу в день после Дня Всех Святых, узрел множество душ, освобождаемых из Чистилища

«Цветочки святого Франциска»

Брат Иоанн, служа Мессу о душах покойных в день после дня Всех Святых, как установлено Церковью, с такой любовью и состраданием предлагал сию Святую Жертву, которой покойные желают превыше всего, что мы можем свершить ради них, что со стороны выглядел он всецело охваченным и поглощенным жаром чувств, наполнявших сердце его.
И, когда он преподнес Тело Христово и смиренно предложил Его Богу Отцу, умоляя Его, ради любви к Его Благословенному Сыну Иисусу Христу, умершему на Кресте ради душ человеческих, избавить от мук Чистилища души покойных, коих Он Сам создал и спас, то в тот же миг узрел великое множество душ, исходивших из Чистилища, подобных неисчислимым искрам огня, вылетающим из печи огненной. И видел он, как они восходили на Небеса, чрез заслуги Страстей Христа, каждодневно предлагаемого за живых и мертвых в Святейшем Теле Христове, достойном поклонения in saecula saeculorum [во веки веков].
Во славу и восхваление Иисуса Христа и Его бедного слуги Франциска. Аминь

О святом Стефане

«Золотая легенда»

Стефан — греческое слово, которое переводится на латинский язык как венок, а на еврейском языке означает образец. В Новом Завете Стефан был венком, то есть венцом первомучеников, подобно тому как в Ветхом Завете им был Авель. Он был подобен образцу, ибо для других стал примером и правилом терпения ради Христа, примером деяний и жизни, равно как и правилом молитвы за недругов.
Или же Стефан означает strenuefans — твердо сказавший, что следует из его речи и сладостной проповеди Слова Божия. Или Стефан означает strenue starts, твердо стоящий, или fans anus, говорящий старицам, поскольку он настойчиво, твердо и похвально наставлял и направлял стариц, то есть вдов, заботу о которых препоручили ему апостолы. Вдовы же те в буквальном смысле слова были старицами.
Итак, Стефан был подобен венку, поскольку первым принял мученичество, он был образцом благодаря примеру терпения и доброй жизни, твердо говорящим — из-за сладостной проповеди и твердо стоящим — из-за похвального попечения о вдовах.

Стефан был одним из семи диаконов, поставленных апостолами для служения. В те дни умножилось число учеников, и обращенные из язычников стали роптать на обращенных из иудеев, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей (Деян 6, 1). Причину того ропота можно объяснить двояко: либо их вдовицы не допускались к ежедневной раздаче милостыни, либо они были притесняемы иудеями во время этих раздач.
Поскольку из-за этого чинились препятствия проповеди, апостолы поручили Стефану попечение о вдовах. Апостолы пожелали успокоить толпу, увидев, что распространяется ропот о служении вдовам. Собрав множество верных, они сказали: Нехорошо нам, оставив Слово Божие, пещисъ о столах (Деян 6, 2). Глосса отмечает: Пища духовная много слаще, чем насыщение плоти. Итак, братия, выберите из среды себя семь человек изведанных, исполненных Святого Духа и мудрости; их поставим на эту службу (Деян 6, 3). Глосса: Чтобы они служили или предстояли служащим. А мы постоянно пребудем в молитве и служении слова (Деян 6, 4). Эта речь была угодна всему народу и многолюдной толпе: избрали семерых, и блаженный Стефан был поставлен первым и старшим над ними. Избранных подвели к апостолам, и те возложили на них руки. А Стефан, исполненный веры и силы, совершал великие чудеса и знамения в народе (Деян 6, 8).
Иудеи же возненавидели блаженного Стефана и возгорелись желанием победить и осудить его. Они стремились победить его тремя способами: вызывая на диспут, предоставляя свидетельства и разжигая пламя мучений. Он же разбил их доводы в споре, опроверг ложные свидетельства и восторжествовал над ними в своем мученичестве. В каждой из битв ему была дана помощь с небес. Во-первых, ему был дан Святой Дух, Который служит мудрости. Во-вторых, ангельский лик, который страшит ложных свидетелей. В-третьих, стало очевидно, что Христос готов прийти к нему на помощь, ибо Он укреплял силы мученика. В каждой из битв святого Стефана надлежит отметить три состояния: начало боя, приход подкрепления и заслуженный триумф. Кратко изложив историю его мученичества, мы сможем рассказать об этих битвах.

Поскольку блаженный Стефан совершал многие чудеса и часто проповедовал народу, возненавидевшие его иудеи вступили с ним в первый бой, дабы победить его в споре. Однажды его стали теснить некие люди из синагоги либертинцев, названных так либо по району, где они жили, либо потому, что они были сыновьями вольноотпущенников. Либертинцами принято называть бывших рабов, которые по закону были отпущены из рабства. Таким образом, те, кто впервые восстал против веры, были потомками рабов. Со Стефаном спорили киренейцы из города Кирены, и александрийцы, и многие из тех, кто родился в Киликии и Азии. Таково первое сражение. Стефан был удостоен триумфа: противники не могли противостать его мудрости, ибо Стефан получил помощь — Святой Дух говорил его устами.
Понимая, что в сражении такого рода они не смогут победить его, в лукавстве своем иудеи обратились к другому роду битв, надеясь осудить его с помощью ложных свидетельств. Они подослали двух лжесвидетельствующих, которые возвели на Стефана четыре обвинения. Представ перед Советом, лжесвидетельствующие обвинили его в четырех преступлениях: в том, что он, якобы, злословил Бога, Моисея, Закон и Скинию, или храм. Таково было следующее сражение. И все, сидящие в синедрионе, смотря на него, видели лице его, как лице Ангела (Деян 6, 15). Такова была помощь. Стефан одержал победу во второй битве, поскольку ложные свидетели были уличены перед всеми собравшимися.
Тогда сказал первосвященник: так ли это? (Деян 7, 1). Но блаженный Стефан по порядку опроверг перед судом все четыре обвинения, которые возвели на него лжесвидетельствующие.
Во-первых, блаженный Стефан опроверг, что он, якобы, хулил Бога, говоря: «Тот Бог, о Котором говорили отцы и пророки, был Бог Славы». Он доказал, что Бог Триедин, поскольку сказанное может быть истолковано трояко. Он есть Бог Славы, то есть податель Славы, согласно речению: Ибо Я прославлю прославляющих Меня… (1 Цар 2, 30). Или же Бог Славы означает Вместилище Славы: Богатства и слава у меня… (Притч 8, 18). Или Бог Славы есть Бог, Коему возносит Славу всякое творение, согласно: Царю же веков нетленному… и проч. (1 Тим 1, 17). Так доказал он, что Бог Триедин, ибо Он преисполнен Славы, обладает Славой и достоин Славы.
Во-вторых, блаженный Стефан опроверг обвинение, что он злословил Моисея, многократно похвалив его. Стефан особо отметил три качества Моисея: его ревностный пыл, благодаря которому Моисей уничтожил гонителей-египтян, дар творить чудеса, совершенные им в Египте и в пустыне, и близость к Богу, ибо Бог постоянно с любовью беседовал с Моисеем.
Затем блаженный Стефан снял с себя третье обвинение: в оскорблении Закона. Блаженный Стефан трижды одобрил Закон: по причине дающего, которым был Бог, по причине служителя, ибо Моисей был велик и могуществен, и по причине цели, ибо Закон дарует жизнь.
После чего Стефан стал очищать себя от четвертого навета — что он, якобы, возводил хулу на Скинию и храм. Он четырежды одобрил Скинию, поскольку она была предписана от Бога, явлена через откровение, довершена Моисеем и заключала в себе Ковчег Завета. Также сказал он, что храм наследовал Скинии. Так, опровергнув все обвинения, блаженный Стефан очистил себя с помощью разумных доводов.

Увидев, что и во второй битве они не в силах победить Стефана,
иудеи замыслили третий способ сражения и вступили в третью битву, чтобы сломить его пытками и казнями. Видя это и желая сохранить Господню заповедь о том, как следует исправлять братьев, блаженный Стефан пытался исправить их тремя способами и уберечь от зла стыдом, страхом и любовью.
Во-первых, стыдом, укоряя иудеев в жестокосердии и убийстве святых.
— Жестоковыйные! — сказал он, — Люди с необрезанным сердцем и ушами! Вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы. Кого из пророков не гнали отцы ваши? Они убили предвозвестивших пришествие Праведника (Деян 7, 51-52). Здесь, как отмечает Глосса, Стефан трижды укоряет их в злокозненности. Во-первых, они противились Святому Духу. Во-вторых, преследовали пророков. В-третьих, когда их злодеяния возрастали, они убили пророков. Но иудеи не раскаялись в совершенных злодеяниях, как распутная жена с клеймом на лбу не стыдится клейма и не краснеет. Слушая сие, они рвались сердцами своими и скрежетали на него зубами (Деян 7, 54).
Затем он попытался исправить их, устрашая. Блаженный Стефан свидетельствовал, что видит Иисуса, стоящего одесную Бога, как бы готового прийти к нему на помощь и поразить противников. Стефан же, будучи исполнен Духа Святого, воззрев на небо, увидел Славу Божию… и сказал: Вот, я вижу небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога (Деян 7, 55-56). Хотя он пытался исправить их стыдом и страхом, иудеи продолжали упорствовать и преисполнились еще большей злобы. Но они, закричав громким голосом, затыкали уши свои (Деян 7, 57). Глосса добавляет: Дабы не слышать, как он их осуждает.
И единодушно устремились на него, и, выведя его за город, они стали побивать его камнями (Деян 7, 57-58)· Иудеи полагали, что поступают так согласно Закону, поскольку возводящих хулу заповедано было побивать камнями. И вот те два ложных свидетеля, которые должны были первыми бросить в него камень согласно Закону, гласившему: Рука свидетелей должна быть на нем прежде всех… (Втор 17, 7), сняли с себя одежды, чтобы не осквернить их прикосновением к Стефану или чтобы удобнее было бросать камни, и сложили их к ногам юноши. Имя юноши было Савл, но по прошествии времени он стал зваться Павлом. Поскольку Савл охранял одежды каменующих, он тем самым помогал им и каменовал святого руками всех собравшихся.
Не в силах отвратить иудеев от столь великого нечестия ни стыдом, ни страхом, святой Стефан употребил третий способ, стараясь удержать их от злодеяний любовью. Разве не величайшей была любовь, которую он явил им, когда молился за себя и за них? Он молился за себя — о том, чтобы его страдания не длились долго, и тем не усугублялась вина гонителей. Он молился за них, чтобы это деяние не вменилось им в грех. И побивали камнями Стефана, который молился и говорил: Господи Иисусе! приими дух мой! И, преклонив колени, воскликнул громким голосом: Господи! не вмени им греха сего (Деян 7, 59-60), ибо не ведают, что творят.
О, сколь дивная любовь! Молясь за себя, он стоял, а молясь за них, преклонил колена за каменующих его. Он сильнее желал, чтобы была услышана молитва за них, чем та молитва, в которой он молился за себя. Святой более склонял колена за них, чем за себя, ибо, как сказано в Глоссе, большее нечестие каменовавших его требует более сильного врачевания молитвой.
В этом мученик подражал Христу, Который во время Страстей своих молился за Себя, говоря: Отче! в руки Твои предаю дух Мой (Ак 23,46), и за тех, кто распинал Его: Отче, прости им, ибо не знают, что делают (Ак 23, 34). И, сказав сие, почил во Господе (Деян 7, 60). Глосса добавляет: Сколь прекрасно сказано: почил, но не умер, ибо он явил жертву любви и почил в надежде на Воскресение.
Каменование святого Стефана свершилось в тот самый год, когда вознесся Господь, в месяце августе, наутро третьего дня. Святые Гамалиил и Никодим, вступавшиеся за христиан во всех советах иудейских, погребли его на земле Гамалиила и устроили над его могилой великий плач. И поднялось великое гонение на христиан, бывших в Иерусалиме. После казни блаженного Стефана, одного из предводителей христиан, другие христиане подверглись еще более суровым преследованиям, так что все они, за исключением апостолов, которые были сильнее прочих, рассеялись по всей провинции иудейской, как заповедал им Господь: Когда же будут гнать вас в одном городе, бегите в другой (Мф 10, 23).

Августин, муж выдающейся учености, сообщает, что блаженный Стефан просиял бесчисленными чудесами. Святой по заслугам своим воскресил шестерых мертвых и исцелил многих людей от различных болезней. Кроме прочих чудес, Августин повествует об одном достойном упоминания чуде. Он говорит, что на алтарь блаженного Стефана приносили цветы, которые затем возлагали на расслабленных. Также и лоскутья ткани, взятые с алтаря и возложенные на больных, давали исцеление расслабленным. В XXII книге «О Граде Божием» Августин рассказывает о том, что унесенные с алтаря цветы были возложены на глаза некой слепой женщины, и она немедля прозрела. В той же книге говорится, что некий видный горожанин по имени Марциал был неверующим и не желал обратиться к вере. Когда он тяжко заболел, его зять, отличавшийся искренним благочестием, пришел в церковь Святого Стефана. Взяв немного цветов из тех, что лежали на алтаре, он тайно положил их в изголовье тестя. Тот проспал на них всю ночь, а на рассвете закричал, чтобы послали за епископом. Поскольку епископ отсутствовал, к нему пришел священник, который наставил его в вере и крестил. На протяжении всей жизни Марциал всегда говорил во время молитвы: Иисусе! приими дух мой!, хотя и не знал, что это были последние слова, произнесенные блаженным Стефаном.
Августин сообщает еще об одном чуде. Некая почтенная женщина по имени Петрония долгое время страдала от тяжкой болезни. Она принимала различные лекарства, но не чувствовала ни малейшего облегчения. Тогда Петрония обратилась к иудею, который передал ей кольцо с неким камнем. Он велел Петронии продеть сквозь кольцо нить и опоясать ею свое тело, пообещав, что чудесная сила этого кольца дарует ей исцеление. Но поскольку Петронии не стало лучше, она отправилась в церковь первомученика и стала горячо молить блаженного Стефана ниспослать ей здоровье. И вдруг кольцо, оставшись неразомкнутым и не разорвав нить, упало к ногам женщины, и она тотчас полностью исцелилась.
Августин также рассказывает о другом чуде, не менее удивительном. В Кесарии Каппадокийской жила некая высокородная матрона, которая потеряла мужа, но была счастливо окружена многочисленным потомством. Как передают, у нее было десять детей: семеро сыновей и три дочери. Но однажды дети оскорбили мать, и она прокляла их. Подобно Божию отмщению, проклятие матери тотчас обрушилось на них, и всех детей постигла одна и та же суровая кара. Все они постоянно страдали от жестоких судорог, отчего страшно горевали и стыдились показаться на глаза жителям того города. Дети разошлись скитаться по всему свету, но куда бы они ни приходили, все обращали на них свой взор. Двое из детей, брат и сестра, Павел и Палладия, пришли в Гиппон и поведали свою историю Августину, епископу того города. Перед Пасхой, в течение пятнадцати дней, Павел и Палладия усердно посещали церковь Святого Стефана и обращались к нему со многими искренними молитвами, прося даровать им исцеление. В самый день Пасхи, когда церковь была полна народу, Павел внезапно взошел за преграду и простерся перед алтарем в горячей молитве.
Предстоящие ожидали, когда он выйдет. Внезапно Павел поднялся, исцеленный, и судороги оставили его. Когда Павла подвели к Августину, епископ представил его народу, пообещав на следующий день записать историю его жизни и прочесть собравшимся. Пока Августин разговаривал с народом, сестра Павла находилась рядом, сотрясаясь от жестоких судорог. Но вдруг она поднялась, подошла к алтарю Блаженного Стефана и тотчас, как будто погрузившись в сон, немедля получила исцеление. Палладию также вывели на середину церкви, и все стали пламенно благодарить Бога и блаженного Стефана за их исцеление. Известно, что Орозий, вернувшись от Иеронима, перенес к Августину некие реликвии святого Стефана. У этих реликвий произошли все эти и многие другие чудеса.

Следует заметить, что святой Стефан пострадал не в этот день, но в тот день, когда отмечается обретение его мощей. О том, почему праздник был перенесен, будет рассказано в истории об обретении мощей святого Стефана. Здесь же достаточно упомянуть, что Церковь по двум причинам пожелала установить три празднества, которые следуют за празднованием Рождества Христова.
Во-первых, эти святые как спутники сопровождают Христа, своего Жениха и Главу. Ибо родился Христос, Жених невесты-Церкви, и вслед за собою привел в этот мир трех спутников. О тех спутниках сказано в Песни Песней: Возлюбленный мой бел и румян, лучше десяти тысячи других (Песн 5, 10). Бел — сказано о евангелисте Иоанне, многоценном исповеднике веры, румян — о первомученике Стефане, лучше десяти тысячи других — о множестве невинных и непорочных.
Во-вторых, Церковь располагает разные роды мучеников согласно степени их достоинства, ибо истоком их мученичества стало Рождество Христово. Ведь существуют три рода мученичества: одно происходит добровольно и через деяние, второе — добровольно, но не через деяние, третье — через деяние, но не добровольно. Первое случилось с блаженным Стефаном, второе — с блаженным Иоанном, третье — с непорочными младенцами Вифлеемскими.

Правдивое, весьма назидательное и исполненное сладости повествование Григория о видении, которое некогда было одному сарацину, и он, обратившись после этого, приял мученичество за господа нашего Иисуса Христа

Византийская легенда

Стратиг Николай Иула рассказал мне, что в родной его город, который сарацины на своем наречии называют Ампелон, амерумн [халиф] Сирии послал своего родича для устроения каких-то дел в упомянутом городе.
А там есть большой древний и пречудный храм великомученика Георгия. Когда сарацин издали заметил храм этот, он приказал своим слугам перенести туда его поклажу, а также поставить верблюдов числом двенадцать, чтобы он мог видеть их, когда они кормятся.
Иерей святого того храма просили его, говоря: «Господин, не делай так, потому что это храм божий, не оскверняй его и не вводи верблюдов туда, где стоит святой престол». Сарацин же как человек бесстыдный и своенравный не пожелал внять просьбам пресвитеров и сказал по-арабски рабам своим: «Почему вы не исполняете мое повеление?». Тотчас рабы его сделали, как он приказал. И вот введенные в храм верблюды по воле божией внезапно все рухнули на землю и испустили дух. Увидев несказанное чудо, сарацин удивился и приказал слугам своим вытащить павших верблюдов и бросить подальше от храма. Так они и сделали.
День тот был праздничный, и подходило время божественной литургии, и священник готовился совершить святую проскомидию, но весьма опасался, как в присутствии сарацина он прикоснется к бескровной жертве. Другой иерей, сослуживший ему, сказал, заметив что он медлит приступить к священнодействию: «Будь спокоен. Разве ты не знаешь, что удивительное чудо свершится. Чего же ты боишься?». Тогда упомянутый иерей бесстрашно приступил к святой проскомидии. А сарацину, глядевшему на это, хотелось узнать, что будет дальше. Когда же иерей, приступив к свершению святой проскомидии и взяв хлеб, собирался принести бескровную жертву, сарацину почудилось, будто тот руками своими заклал младенца, налил кровь его в потир, а тело разъял на куски и положил на дискос. Увидев такое, сарацин пришел в изумление и, исполнившись на иерея гнева и ярости, хотел убить его. Когда же пришло время выхода, сарацин снова еще явственнее увидел на дискосе младенца, разъятого начетверо, и кровь его в потире. И снова пришел в изумление и гнев. А божественная литургия близилась к скончанию, и некоторые христиане подошли, чтобы причаститься святых тайн, а иерей произнес: «Со страхом божиим и верою приступайте», и все в церкви набожно склонили головы, а иные подошли причаститься, сарацину в третий раз почудилось, точно иерей из лжицы причащает их кровью и плотью младенца.
А так как, покаявшись во грехах, прихожане причастились плоти и крови младенца, сарацин и на них исполнился гнева и ярости. После скончания божественной литургии иерей снял с себя священное облачение и, разделив между всеми христианами антидор, дал от лучшего хлеба, который остался, также и сарацину. А тот спросил по-арабски: «Что это?». Иерей ответил ему: «Господин, это остаток хлеба». Сарацин с гневом сказал: «Разве хлебы брал ты, грязный пес, нечестивец и убийца?! Неужто я не видел, как заклал ты младенца, кровь его вылил в потир, а тело разъял и часть за частью положил на дискос? Что ли не видел я всего этого, убийца? Не видел, как ты ел от плоти и пил от крови младенца и давал вкушать окружающим? Теперь во рту их кровавое мясо». Иерей, услышав эти слова, в изумлении сказал: «Господин, я — грешник и не могу зреть подобных таинств. А раз твоя милость узрела, бог свидетель, ты — великий муж». Сарацин сказал: «Того, что я видел, значит, нет?». И иерей ответил: «Есть, господин мой, но я — грешник, и потому не дано мне зреть подобное, но только хлеб и вино, и мы, христиане, веруем во хлеб этот и вино, и почитаем их, и жертвуем как плоть и кровь господа нашего Иисуса Христа. Великие и пречудные отцы, светочи и учителя церкви, каков был святой и великий Василий, преславный Златоуст и Григорий богослов, не видели страшного этого и ужасного таинства. Как же могло оно открыться мне?».
Сарацин, услышав это, изумился и приказал рабам своим и всем стоявшим покинуть храм; он взял иерея за руку и сказал: «Как я вижу и убеждаюсь, вера христианская имеет великую силу. Если будет на то воля твоя, отец, окрести меня». Иерей говорит ему: «Господин, мы веруем и исповедуем господа нашего Иисуса Христа, сына божия, пришедшего в мир ради спасения нашего. Веруем во святую, единосущную и нераздельную троицу, отца, сына и святого духа, единое божество, веруем в приснодеву Марию, Матерь света, родившую плод жизни, предреченного господа нашего Иисуса Христа, деву до чадородия, в чадородии и после чадородия деву. Веруем во всех святых апостолов, пророков, мучеников, святых и праведников, ибо они — слуги божии. Знаешь ли ты, господин мой, что нет веры истиннее, чем вера православных христиан?». Снова сарацин говорит: «Прошу тебя, отец, окрести меня». Иерей говорит: «Да не будет так, ибо я не могу сделать этого. Если сделаю, а родич твой, амерумн, о том прослышит, он убьет меня и разрушит храм. Но если ты задумал креститься, ступай на гору Синайскую, и тамошний архиерей тебя окрестит».
Сарацин поклонился пресвитеру и вышел из храма. После первого часа ночи он снова пришел к иерею, и, сняв золотые царские одежды, надел грубое вретище, и бежал, и скрылся без вести. Придя на гору Синай, он восприял там от архиерея крещение. Через три года сарацин этот на память знал Псалтырь и каждодневно говорил стихи ее. Однажды он сказал архиерею: «Скажи, владыка, что мне сделать, чтобы узреть Христа?». А архиерей сказал: «Молись с истинной верой и в один из дней по желанию своему узришь Христа». Вновь бывший некогда сарацином сказал: «Дозволь мне, владыка, пойти к иерею, наставившему меня, когда было мне страшное видение в храме преславного мученика Георгия». Архиерей сказал: «Иди с миром». С его согласия сарацин пошел к иерею, пал в ноги ему, поклонился и сказал: «Узнаешь, отец, кто я?». Иерей сказал: «Как могу я узнать человека, которого никогда не видел». Снова бывший некогда сарацином говорит: «Разве я не тот сарацин, родич амерумна, введший во храм верблюдов, которые все пали, не тот, кому во время божественной литургии было страшное видение?». Иерей взглянул на него, поразился и восславил бога, увидев, что араб, прежде лютый волк, стал кроткой овцой в стаде Христовом, и приветствовал его с любовью, и пригласил в келию свою подкрепиться хлебом. Некогда бывший сарацином сказал: «Прости, отец, я желаю и жажду зреть Христа». Иерей сказал: «Ступай к своему родичу, объяви ему веру Христову, хули и проклинай сарацинскую веру, лжепророка сарацинского Магомета и бесстрашно возвещай истинную христианскую веру — тогда узришь Христа».
Сарацин, услышав это, с радостью отправился во дворец и ночью громко постучал в дверь родича своего сарацина. А стражи ворот и дома амерумна спросили: «Кто кричит и бьет в двери?». Тот сказал: «Это я, родич амерумна, некогда бежавший и скрывшийся без вести. Теперь я хочу увидеть моего родича и поговорить с ним». Стражи ворот этих тотчас сказали амерумну: «Господин, пришел родич твой, некогда бежавший и скрывшийся без вести». Амерумн стал стенать, говоря: «Где он?». Они сказали: «У дверей дворца». Амерумн велел слугам своим с факелами и светильниками выйти ему навстречу. И все они сделали по велению его, и взяли за руку монаха, бывшего некогда сарацином, и привели к амерумну, его родичу. А амерумн, увидев его, весьма возликовал и, обняв родича со слезами, говорит: «Что случилось? Где жил ты до сих пор? Нет, ты не мой родич?». Монах сказал: «Ты не узнаешь своего родича? Ведь теперь, как видишь, я — христианин и милостью всевышнего бога монах, и жил в пустынном месте, чтобы унаследовать царствие небесное, и, уповая на несказанное милосердие воздержителя бога, унаследую царство его. Зачем ты медлишь — прими святое крещение православных христиан, дабы унаследовать жизнь вечную». А амерумн, засмеявшись и покачав головой, сказал: «Что ты болтаешь, несчастный, что болтаешь? Что приключилось с тобой, несчастный, что с тобой приключилось? Увы тебе, увы тебе, жалкий! Как мог ты оставить прежнюю жизнь свою, и отказаться от власти, и ходить, подобно нищему, в зловонной овчине!». Монах возразил, говоря: «Милостью божией все, что я имел, когда был сарацином, — закон и наследие диавола, а то, во что облачен ныне, — слава, гордость и залог грядущей и вечной жизни. Я предаю проклятию веру сарацин и лжепророка их». Тогда амерумн сказал: «Выведите его отсюда, ибо я не знаю, что он говорит». Его вывели, и поместили где-то во дворце, и дали ему еду и питье, и там он пробыл три дня. Он не ел и не пил, но от души и с верой молился богу и, преклонив колена, говорил: «На тебя, господи, уповаю, да не постыжусь вовек, да не восторжествуют надо мною враги моп». И еще: «Помилуй меня, боже, по великой милости твоей и по множеству щедрот твоих изгладь беззакония мои». И еще: «Просвети очи мои, Христос, боже мой, да не усну я сном смертным, да не скажет враг мой: „Я одолел его». Господи, укрепи сердце мое, чтобы я восстал на заблуждение сарацинское, чтобы не растоптал меня диавол, и я не устрашился умереть во святое имя твое». И, сотворив крестное знамение, он сказал: «Господь свет мой и спасение мое: кого мне бояться? Господь крепость жизни моей: кого мне страшиться?». И снова возвысил голос, говоря к амерумну: «Амерумн, прими святое крещение и обретешь вечное и славное царствие небесное». А амерумн снова велел ему предстать перед собой, приготовил для него весьма красивые одеяния и сказал: «Радуйся, несчастный, радуйся и ликуй на царство свое и не губи своей жизни и цветущей молодости, по безумию своему не ходи в рубище, как последний нищий. Увы тебе, несчастный, каковы мысли твои?». Монах рассмеялся и говорит амерумну: «Не печалься об этом. Ибо я думаю о том, как свершить дело Христа моего и пославшего меня отца, того иерея, который наставил меня. Одежды же, что ты приготовил мне, продай на подаяние нищим, откажись от бренного скипетра бренной своей власти, чтобы получить скипетр жизни вечной, оставь упования на нынешнее ради упования на грядущее, отрекись лжепророка Магомета, нечистого и презренного исчадия погибели, уверуй в распятого назарянина Иисуса Христа, уверуй в отца и сына и святого духа, единосущную и нераздельную троицу, единое божество». Амерумн опять рассмеялся и говорит собравшимся во дворце вельможам: «Он безумен, как нам с ним поступить? Выведите его и прогоните отсюда!». Восседавшие с амерумном сказали: «Намерение его — оскорбить и попрать сарацинскую веру. Разве ты не слышишь, как он хулит и проклинает великого пророка нашего?». А монах, бывший некогда сарацином, громко вскричал: «Я скорблю о тебе, амерумн, ибо ты, несчастный, отвергаешь спасение. Уверуй в распятого господа нашего Иисуса Христа и отвергнись, подобно мне, сарацинской веры и ее лжепророка». Амерумн сказал: «Выведите его, как я вам приказал, ибо он безумен и не ведает, каковы речи его». Восседавшие с амерумном сказали: «Он бесчестит веру сарацинскую и хулит великого пророка, а ты говоришь: «Он не ведает, каковы речи его». Если ты не предашь его казни, мы тоже станем христианами». Амерумн говорит им: «Я не могу казнить его, потому что он мой родич, и мне жаль его. Сами сделайте с ним, что желаете». В сильном гневе схватив монаха, вельможи повлекли его из дворца и подвергли всяческим пыткам, чтобы обратился к прежней своей сарацинской вере. Он же не соглашался и поучал всех во имя назарянина Иисуса Христа, чтобы они уверовали и спаслись.
Тогда сарацины повлекли его за город и там каменовали этого святого монаха, нареченного Пахомием. В ту ночь звезда с небес пала ко стопам святого мученика, и все видели ее сорок дней лежащей перед ним, и многие обратились. По заступничеству святого мученика и пречистой богоматери приснодевы Марии и всех святых да отпустятся нам грехи наши. Аминь.

Как Христос явился брату Иоанну из Алверно

«Цветочки святого Франциска»

Меж ученых и праведных братьев и сынов Святого Франциска, которые, по словам Соломона, составили славу своего Отца, был почтенный и праведный брат Иоанн из Фермо, что в Анконской провинции, который жил в наши дни. Проведя большую часть своей жизни в святой обители Алверно, он там же и скончался и был известен под именем брата Иоанна из Алверно. Был он человеком великой праведности и великой святости.
Сей брат Иоанн, будучи еще ребенком, весьма возлюбил епитимью, которая охраняет чистоту как тела, так и духа. И в самом раннем возрасте стал он носить железные вериги, усердно поститься и соблюдать воздержание. Особенно усердно он умерщвлял плоть свою, когда пребывал у Каноника из Сан-Пьетро-ди-Фермо, который жил в великой роскоши. Брат Иоанн избегал всех удовольствий и изнурял тело свое с чрезвычайной суровостью.
Товарищи брата Иоанна, будучи противниками столь суровой епитимьи, всеми силами старались отвратить его от нее, отнимая у него орудия умерщвления плоти и мешая соблюдать пост. Однако праведное дитя, вдохновляемое Богом, решило оставить мир и его почитателей и предать себя в руки своего распятого Господа, приняв обычаи распятого Святого Франциска. Так он и сделал.
Будучи принятым в Орден в весьма юном возрасте, доверился он заботам наставника новообращенных, и столь возрос духовно и стал столь благочестивым, что, когда бы он не слышал слова наставника, говорившего о Боге, ощущал, как сердце его пылает внутри него, будто бы объятое пламенем, так что он не мог сносить этого спокойно и бежал в сад, в лес и даже в церковь и возвращался обратно, ибо чувствовал он такую сладость, что казалось ему, будто сердце тает, как воск от лица огня. Шло некоторое время, юный сей праведник продвигался от добродетели к добродетели, и душа его украшалась и обогащалась дарами духовными. Он часто пребывал в экстазе, так что разум его воспарял к сиянию херувимов, к пыланию серафимов, и к радости блаженных.
Однажды сей экстаз божественной любви, который, казалось, воспламенял его сердце огнем, продолжался три года, и было это на святой горе Алверно. Но, поскольку Бог особо печется о чадах своих, в разное время посылая им утешения или тяготы, бедствия или процветание, по нуждам их, дабы оберечь в них добродетель смирения или дабы пробудить в их сердцах еще большую жажду духовную, было угодно Ему, по божественной щедрости Его, когда три года прошли, отъять у Брата Иоанна сие пламя небесной любви и лишить его утешения духовного.
И был брат Иоанн безутешен и полон печали, и великое сие испытание соделало его столь несчастным, что он бродил по лесу, вздыхая и обливаясь слезами о возлюбленном Супруге души своей, ибо без Него душа его не могла обрести мира и покоя. Нигде не мог найти он своего Возлюбленного или вернуть вновь ту сладость духовную, к которой привык. Испытание продолжалось несколько дней, в кои он усердно молился, рыдая и стеная, умоляя Господа пощадить душу его и вернуть ей ее Возлюбленного.
Наконец его терпение было в достаточной мере испытано. Когда он, сокрушенно блуждая в лесу, присел, утомившись, и взирал на небеса глазами, полными слез, Иисус Христос Благословенный, явился ему, стоящим в молчании на тропинке, которой брат Иоанн шел. Тот узнал Христа и бросился к Его ногам, заливаясь слезами, и так сказал Ему: «Помоги мне, О Господь мой! Ибо без Тебя, мой сладчайший Спаситель, я пребываю в тоске и тьме. Без Тебя, Агнец кроткий, я в муках и страхе. Без Тебя, Сын Высочайшего Бога, я в смятении и бесславии. Без Тебя я лишен всякого блага, ибо Ты — Иисус Христос — свет истинный души моей. Без Тебя я потерян и проклят, ибо Ты — жизнь души, жизнь жизни. Без Тебя я бесплоден и бесполезен, ибо Ты — основание всякой милости. Без Тебя я не могу обрести утешения, ибо Ты, О Иисус — Спаситель наш, любовь наша, желание наше, хлеб утешения, вино, веселящее сердца ангелов и святых. Просвети меня, О милостивый Пастырь, ибо я агнец твой, хотя и весьма недостойный».
Когда Господь медлит вознаградить желания праведников, их любовь к Нему еще более возрастает. Посему Христос Благословенный оставил брата Иоанна и пошел от него, не исполнив просьбы его и ничего не сказав.
Тогда брат Иоанн поднялся и побежал за Ним, бросился к Его ногам, умоляя не оставлять его и рыдая: «O Иисус Христос, сладчайший Спаситель, пощади меня в моей печали. Ради правды спасения Твоего и по множеству милостей Твоих, верни мне радость милости Твоей, воззри на меня благосклонно. Ибо земля полнится милосердием Твоим». Но Господь Иисус пошел прочь от него, не сказав ни слова и не утешив его.
Тогда брат Иоанн последовал за ним с великим пылом, и когда догнал, Христос Благословенный повернулся и, взглянув на него нежно, раскрыл свои святые и милостивые руки и обнял его. И когда раскрыл Он объятия свои, узрел брат Иоанн свет, исходивший из Его святой груди, который осветил весь лес также, как его душу и тело. И брат Иоанн пал на колени к ногам Христа Благословенного, Который, как некогда дозволил Марии Магдалине лобызать ноги свои, также дозволил теперь брату Иоанну. Брат Иоанн с великим благоговением омыл Его ноги слезами, как и Магдалина, говоря с благочестивой преданностью: «Молю Тебя, Господь мой, не призри на грехи мои, но, ради Твоих Святых Страстей и драгоценной Крови, которую Ты пролил, пробуди душу мою благодатью любви Твоей. Ибо Ты повелел нам любить Тебя всем сердцем и всеми силами нашими. И повеление Твое никто не может исполнить без помощи Твоей. Помоги мне, Возлюбленый Сын Божий, дабы мог я возлюбить Тебя всем сердцем своим и всеми силами своими». И когда брат Иоанн молился так у ног Христа, его мольбы были вознаграждены, и пламя божественной любви, которое он утратил, было возвращено ему, и испытал он великое утешение.
И поняв, что благодать божественной милости возвращена ему, он стал благодарить Христа Благословенного и благоговейно целовать Его ноги. И поднявшись, взглянул он в лицо Спасителя, и Иисус Христос позволил ему целовать свои святые руки. И лобзая их, брат Иоанн преклонился ко груди Христа и обнял Его. Христос Благословенный принял его в Свои объятия. И когда брат Иоанн обнял Спасителя и Тот обнял его, воздух вокруг наполнился сладчайшим благоуханием, столь нежным, что ни один аромат в мире не мог бы сравниться с ним.
Так брат Иоанн был утешен, просветлен и исторгнут в экстаз, и сладостное сие благоухание оставалось в душе его многие месяцы. И с того времени с его губ, испивших от источника божественной мудрости на священной груди Спасителя, сходили чудесные неземные слова, которые преображали сердца тех, кто слушал его, производя великие плоды в душах. И долгое время, когда бы брат Иоанн не следовал тропинкой в лесу, где ступали благословенные ноги Христа, он видел чудесный свет и вдыхал тот самый нежный аромат.
Когда брат Иоанн пришел в себя после того видения, хотя телесно Христос исчез, дух брата Иоанна был столь просветлен и столь насыщен божественной мудростью, что, не будучи человеком ученым или сведущим в человеческих науках, он истолковывал весьма удивительно сложнейшие вопросы о Святой Троице и глубочайшие тайны Святого Писания. И когда говорил пред Папой, кардиналами, королем, баронами, владыками и докторами, те были удивлены его совершенными рассуждениями и словами мудрости, которые он изрекал.
Во славу и восхваление Иисуса Христа и Его бедного слуги Франциска. Аминь!

О святой Анастасии

«Золотая легенда»

Anastasia происходит от ana, что означает вышний, и stans, или status, что значит стоящий, или поставленный, ибо, восстав от пороков и прегрешений, она устремилась ввысь к добродетелям.
Благороднейшая Анастасия была дочерью сенатора Претекстата, достойного мужа, но язычника. Ее мать, христианка по имени Фантаста, и блаженный Хрисогон наставили деву в христианской вере. Анастасию отдали в жены Публию, но она избегала близости с ним, притворно жалуясь на болезни. Услышав о том, что Анастасия в бедных одеждах, с одной только служанкой навещает в тюрьмах христиан и помогает им всем необходимым, Публий запер жену и велел строго ее охранять. Он морил Анастасию голодом, дабы по смерти жены свободно тратить ее огромные богатства.
Полагая, что смерть близка, Анастасия посылала Хрисогону скорбные письма и получала от него утешение. Но вот умер муж Анастасии, и она вышла из заточения.
У Анастасии были три красавицы-служанки, родные сестры: одна из них звалась Агапита, другая Фиония, третья же Ириния. Будучи христианками, девы постоянно отказывались повиноваться повелениям префекта, и тот запер их в кладовой, где хранилась кухонная утварь. Воспылав к девам любовью, он пришел к ним, чтобы удовлетворить свою страсть.
И вот, потеряв разум и полагая, что держит в объятиях дев, префект стал целовать кастрюли, сковородки, котелки и многое другое, после чего, довольный, пошел прочь, черный от копоти, в измятой и изорванной одежде.
Ожидавшие у дверей слуги увидели, каким стал их хозяин, и решили, что он превратился в демона. Они наградили префекта побоями и разбежались кто куда, бросив его одного.
Тогда префект направился к императору, чтобы пожаловаться на произошедшее, но тут одни стали бить его розгами, другие — бросать в него грязь и песок, полагая, что видят перед собой фурию. Глаза же префекта затмились, и он не сознавал своего плачевного вида. Префект был весьма удивлен, что над ним смеются люди, всегда воздававшие ему почести, ибо ему казалось, что, как и все вокруг, он облачен в белоснежные одежды. Узнав о своем заблуждении, префект решил, что тут не обошлось без колдовства дев. Он приказал совлечь с них одежды, чтобы девы предстали перед ним нагими. Но одежды так плотно облегали их, что никакими силами не удавалось их сорвать. Изумленный префект тотчас захрапел и погрузился в сон, так что его не смогли разбудить даже ударами.
Наконец, девы обрели свои мученические венцы. Анастасия же по воле императора была передана некоему префекту: ему сказали, что он может жениться на Анастасии, если заставит ее принести жертвы идолам. Но едва префект подвел Анастасию к брачному ложу и пожелал обнять, он тотчас был поражен слепотой. Префект вопросил богов, чтобы узнать, как избавиться от недуга, и боги ответили ему: «Ты опечалил святую Анастасию и потому отдан нам и будешь вечно мучиться в преисподней вместе с нами». Возвратившись домой, префект тут же скончался на руках у слуг.
Тогда Анастасию препоручили власти другого префекта и заключили под стражу. Тот узнал, что она несказанно богата, и обратился к ней наедине: «Анастасия, раз ты хочешь оставаться христианкой, сделай то, что велит тебе твой Господь. Ведь Он заповедал: Все, что имеешь, раздай… (Мк 10, 21). Так отдай мне все, что имеешь, и иди, куда хочешь, оставаясь христианкой и дальше». Анастасия ответила ему: «Господь мой велел мне: Все, что имеешь, продай и раздай нищим, но не богатым. Ведь ты богат, и я поступлю против Божией заповеди, если отдам тебе что-либо из того, чем владею». Тогда Анастасия была заключена в темницу, чтобы там ее замучили голодом, но святая Феодора, уже удостоенная мученического венца, два месяца кормила Анастасию небесной пищей. После чего вместе с двумястами девами Анастасия была отправлена на острова Пальмарии, куда многие были сосланы за исповедание христианской веры. Спустя некоторое время префект призвал всех обратно. Анастасия была привязана к столбу и сожжена заживо, а другие христиане подвергнуты мучительным казням. Среди них был некий муж, ради Христа утративший многие богатства: он повторял неустанно: «Но Христа вы не отнимете у меня!».
Аполлония с почестями похоронила тело святой Анастасии в саду где затем была построена церковь. Святая Анастасия претерпела страдания при Диоклетиане, который начал править в лето Господне 287-е.