Призрак епископа Уилберфорса

Английская легенда

Покойный епископ Винчестерский (доктор Уилберфорс) часто высказывал желание посетить Бутон, поместье мистера Эвелина, расположенное неподалеку от Гилфорда. Его особенно интересовал портрет миссис Годольфин, чью биографию он написал в молодости. Обстоятельства складывались гак, что ему никак не удавалось побывать там. Однако в день своей смерти он с лордом Гранвилдом проезжал в двух милях от Вутона. Мистер Эвелин, доктор, мистер Харви и брат мистера Эвелина сидели в гостиной в Бутоне, когда один из собравшихся воскликнул: «Смотрите, да это же епископ заглядывает в окно!» Они все посмотрели в окно и увидели фигуру, которая тут же исчезла. Они вышли, чтобы посмотреть, там ли епископ, но никого не обнаружили. Через полчаса пришел слуга с вестями о смерти доктора Уилберфорса. Он убился, упав с лошади по дороге в Холмбери, где жил лорд Гранвилл.

Пань Бань и наваждение

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Пань Бань: из Цанчжоу был искусен в каллиграфии и живописи. Сам он называл себя «Даос Хуан-е». Как-то раз он заночевал в кабинете у своего приятеля. Вдруг слышит, как за стеной кто-то тихонько проговорил:
— Раз господин не оставил никого ночевать с собой сегодняшней ночью, я к нему выйду.
Испуганный Пань Бань убежал из комнаты.
— Да тут давно уже водится это диво, — сказал ему приятель, — это прелестная девушка, никому не причиняющая вреда.
Потом приятель по секрету говорил близким людям:
— Разве господин Пань так всю жизнь и будет оставаться бедным ученым? Ведь это диво не бес, не лиса, я, правда, не доискивался, что оно такое, но только знаю, что к простым людям оно не выходит и к богачам не выходит; только если человек окажется очень талантливым, тогда оно выйдет, чтобы разделить с ним ложе.
Впоследствии Пань Бань потерпел неудачу. Лет через десять, а может, и больше ночью в кабинете вдруг послышался чей-то плач. На следующий день порывом ветра сломало старое абрикосовое дерево. На этом чудеса кончились.
Дед мой со стороны матери, господин Чжан Сюэ-фэн, как-то пошутил:
— Какое прекрасное наваждение! А он-то — все его помыслы и были лишь о красавицах!

Мертвец

Норвежская баллада

Солнце зашло, отдохнуть пора,
Завтра опять мне в путь пора.
Тайное быстро становится явным.

Я на поляне стреножил коня,
Тут сон глубокий сморил меня.

Вдруг — не забыть такого вовек —
Мертвый явился мне человек.

«Очнись, очнись, о рыцарь усталый!
Сонного мне убивать не пристало.

Очнись, о рыцарь в красных ботфортах,
Ты — в живых, а я — среди мертвых.

Ночью меня задушила подушкой
Жена Ингебьёрг и ее подружки.

В лес повезли в сене сухом,
В яме зарыли, покрыли мхом.

На обе ноги — запомни примету —
Ботфорты красные надеты.

Парень, что лучшим был другом мне,
Скачет теперь на моем коне.

Седлает его у моих дверей,
Моими собаками травит зверей.

Запасы берет из моих клетей,
Бранит за столом моих детей.

Ест ножом, что наточен мной,
Спит с моей молодой женой.

Если поверишь словам мертвеца,
Правую месть доведешь до конца».

Рыцарь видение гонит прочь,
Кончился сон, длинный, как ночь.

Кончился сон, и мертвец исчез,
Рыцарь за ним пустился в лес.

Рыцарь в лес прискакал наконец,
Увидел — в яме лежит мертвец.

Тело привез к Ингебьёрг на порог,
Сбросил па пол у самых ног.

Только труп увидала жена,
Стала она, как земля, черна.

Суд и расправу над ней учинили —
В землю сырую живьем зарыли.

Живьем зарыли в землю сырую,
Камнем тяжелым накрыли живую.
Тайное быстро становится явным.

Корабль, терпящий бедствие

Английская легенда

На одном корабле, название которого сейчас не могу вспомнить, в судовом журнале в каюте капитана была сделана надпись: «Курс на северо-восток». Никто на борту не сознавался в том, что сделал эту запись, возбудившую удивление и различные догадки. Помощник капитана, однако, говорил, что ему показалось, будто он видел незнакомого человека, который что-то писал в капитанской каюте. Тем не менее, капитан изменил курс судна и направился на северо-восток. В тот же день они обнаружили полузатопленное судно с голодающим экипажем. Когда они взяли на борт спасенных моряков, помощник капитана, глядя на одного из них, воскликнул: «Это тот самый человек, который мне привиделся в капитанской каюте». Его попросили написать слова «Курс на северо-восток», не объясняя, однако, причины. Он это сделал, и почерк в точности совпал. В ходе расспросов выяснилось, что этот самый человек был совершенно уверен, что они будут спасены. Утром того дня, когда их подобрали, он впал в своего рода транс и, очнувшись, объявил, что помощь близка, в этом он был абсолютно убежден.
Похожую историю рассказывали о молодом гардемарине, который утонул, возвращаясь домой из-за границы, где проходил военную службу, и все же доставил письмо адмирала его жене. Мистер Черч, тогда викарий Хиклтона, сообщил также, что его бабушка видела своего мужа, прогуливавшегося в саду в своей военной форме, в тот самый момент, когда, как было установлено позже, он погиб во время боевых действий в Индии.

Оге и Эльсе

Датская баллада

Две девушки золотом шили,
Держали шитье,
А третья грустила, что умер
Любимый ее.
Она ему поклялась.

Эльсе встретилась с Оге,
Он ехал верхом.
Вскоре он с ней обручился
И стал женихом.

Он золота взял немало
И Эльсе берег,
Но только окончился месяц,
В могилу он лег.

Так горько оплакала Эльсе
Несчастье свое,
Что Оге в глубокой могиле
Услышал ее.

Он гроб поднимает на плечи,
Идет, как слепой,
Приходит к покою невесты
Тяжелой стопой.

Он гробом стучит непокрытым,
Не пряча в меха:
«Вставай, любимая Эльсе,
Впусти жениха».

Горько заплакала Эльсе,
Ей горе, как нож.
«Коль скажешь ты имя Христово,
Ко мне ты войдешь».

«Вставай, любимая Эльсе,
Поверь, я не лгу:
Сказать тебе имя Христово,
Как прежде, могу».

Эльсе горячие слезы
Отерла рукой,
Встала и мертвого Оге
Впустила в покой.

Из золота частый гребень
Достала она
И жениха причесала,
Смертельно бледна.

«Скажи мне, любимый Оге,
Скажи мне скорей,
Как там в подземном мраке,
В могиле твоей?»

«В нашем подземном мраке,
В могиле моей,
Как в светлом небесном царстве, —
Будь веселей».

«Зачем же, любимый Оге,
Мне мыкать беду?
Я лучше в твою могилу
С тобою пойду».

«Темно в моей тесной могиле,
Туда не стремись.
Темно в ней, как в преисподней.
Крестом осенись!

Когда ты грустишь и плачешь
И хмуришь лоб,
Старой прокисшей кровью
Полон мой гроб.

В моем изголовье травы
Под ветром шуршат,
В ногах моих скользкие змеи
Кишмя кишат.

Когда ты поешь и смеешься,
Не льешь ты слез,
Могила полна лепестками
Прекрасных роз.

Но черный петух загорланил,
О Эльсе, прости!
Покуда открыты ворота,
Я должен уйти.

И белый петух загорланил
Под кровлей дворца.
Стремиться в сырую могилу —
Удел мертвеца.

И красный петух загорланил,
Язычников друг.
Пора мне в сырую могилу,
Светает вокруг».

Он гроб поднимает на плечи,
Идет, как слепой,
К раскрытой могиле уходит
Тяжелой стопой.

Заплакала бедная Эльсе,
Оставила дом,
Пошла она следом за Оге
Во мраке лесном.

Все дальше по темному лесу
Шел мертвый жених,
Поблекли и выцвели пряди
Волос золотых.

«Смотри, как от звездочек малых
Блестит небосвод.
Порадуйся звездному небу,
И полночь пройдет».

На звезды она оглянулась,
Не видя его,
А он опустился под землю,
Вокруг — никого.

Домой опа шла одиноко
И слезы лила,
И только окончился месяц,
В могилу легла.
Она ему поклялась.

Вдова в поезде

Английская легенда

Полковник Иварт, упомянутый в этой истории, вероятнее всего, был дядей мистера Х. Б. Иварта старинного друга лорда Галифакса. У мистера Иварта сохранились смутные воспоминания о том, что он слышал этот рассказ от своего дяди.

Полковник Иварт ехал в экспрессе из Карлайла в Лондон. Он заснул и, когда проснулся, увидел, что дама, одетая в черное, с креповой вуалью, вошла в его купе и заняла место в уголке. Поскольку он некоторое время проспал, то предположил, что не слышал, как она вошла, и извинился за то, что был без пиджака и ботинок. Леди ничего не ответила, и, решив, что она, должно быть, плохо слышит, полковник подошел поближе и сел напротив. Но когда он повторил свои извинения, она вновь не ответила, казалось, она его совсем не слышит. Он счел ее поведение странным и все еще размышлял об этом, когда внезапно произошло крушение. Столкнулись два поезда. Полковник Иварт не пострадал и тут же выскочил – выяснить, что случилось и не нужна ли его помощь. Затем, вспомнив о странной леди в своем купе и подумав, что она могла пострадать или испугаться, вернулся. Купе было пусто, леди исчезла без следа. Проводник сообщил, что дверь купе была заперта и открылась только при столкновении. Поэтому после Карлайла никто не мог в него войти, поезд следовал без остановок до того момента, когда произошло крушение.
Позже полковник Иварт узнал, что несколько лет назад по этой ветке на таком же поезде ехали молодожены. Молодой человек, заглядевшись на что-то, слишком далеко высунул в окно голову, и ее снесло проволочным заграждением, так что обезглавленное тело упало назад в купе. На следующей станции невесту нашли поющей колыбельную над телом мужа. От потрясения она совершенно потеряла рассудок.

Пастух Йынувье

Чукотская сказка

Имя его Йынувье. Однажды ночью, когда он был на пастбище, поднялась пурга. Уснул Йынувье около оленей. Но вдруг, испугавшись, неожиданно проснулся. Сказал:
— Ой-ей-ей! Почему-то страшно становится. Наверное, кэле хотят на меня напасть. Пусть мои друзья караулят, пока я буду спать!
Сказал Йынувье лыжам, посоху, ножу и бруску, которые на поясе носят:
— А ну-ка, охраняйте меня, пока я спать буду! А то мне страшно. Наверное, кэле идут сюда. А я ведь ваш хозяин. Охраняйте меня!
И воткнул их в снег: лыжи, посох, нож и брусок-точило. Потом опять уснул. А пурга была сильная. Вдруг сказал посох:
— Ой! Вон там кэле, целых три!
Лыжи ответили:
— Давайте защитим хозяина, как сможем!
Брусок ответил:
— Да, надо хозяина защитить!
А нож молчит, ничего не говорит. Брусок спросил у ножа:
— Почему ты молчишь?
Нож ответил:
— Просто так. Вот придут кэле, заговорю.
А кэле стали втроем между собой совещаться. Говорят:
— Надо изловчиться и добыть зверя. А то голодные останемся.
Взял один кэле в руки копье, стал подкрадываться. Посох сказал лыжам:
— Сначала вы на кале набросьтесь.
Брусок сказал ножу:
— Ну давай, бросайся на кэле.
А нож все молчит, не отвечает.
А кэлище подкрадывается. И вот, как совсем близко подполз, нож сказал ему:
— Возьми меня, я острый. И вонзи прямо в бок спящему.
Брусок крикнул ножу:
— Ах, так ты, значит, тоже враг нашему хозяину!
Нож ответил:
— Да! Не видел я добра от хозяина. Он меня прямо лицом об лед ударяет.
— Ах, вот как! — Ринулся брусок на изменника, прямо на лезвие, чиркнул по нему, и упал нож.
Ударили лыжи кэле в лицо, посох — в грудь, а брусок — в глаза. Отлетел кэле далеко за гору, еле до своих товарищей добрался. Сказал:
— Ох, лучше оставим в покое этого зверя, а то у него надежные сторожа есть. Вот видите, один глаз мне выбили.
Старый кэлище ответил:
— Не может быть, чтобы мы не смогли этого зверя добыть.
Послал другого кэле, сказал ему:
— Вместе со зверем всех его сторожей прикончи.
— Ладно, прикончу!
Отправился другой кэлище. Опять лыжи, посох и брусок на врага набросились и отогнали. Опять кэле без глаза остался, еле-еле до своих товарищей добрел.
Тогда старый кэлище сказал:
— А ну-ка, я сам пойду. А то вы так и останетесь без пищи. Не может быть, чтобы я добычи не принес.
Как стоял, так и погрузился в землю. Подземным путем отправился к Йынувье. Говорит посох:
— Эй! Йынувье! Слышишь? К тебе под землей идут. Не можем мы тебя защитить. Постарайся, придумай что-нибудь!
Йынувье отвечает:
— Ладно уж, постараюсь, сам навстречу кэлищам выйду.
Отвязал висевшую на поясе трубочку из лебединой кости. Сунул один кончик в рот, другой в снег воткнул. Затем спрашивает:
— Ну что, уже подо мной враг?
Посох ответил:
— Да! Поскорее что-нибудь делай! Сейчас до тебя доберется!
Дунул Йынувье изо всех сил через трубку в землю. Кэле точно сильным ветром в дальнюю даль унесло. Очень далеко вынырнул из земли, чуть не замерз. Искали его товарищи, искали, еле нашли. Совсем ослаб старый кэле, обессилел.
— Ох, ну его, оставим этого зверя в покое! — сказал. — Лучше пойдем домой, а то еще убьет нас.
Отправились кэле домой. Сказали сторожа Йынувье:
— Ну, теперь отдыхай, ушли кэле домой.
Взял Йынувье нож, разбил о камень и бросил. А лыжи, посох и брусок домой отнес.
Так спасся Йынувье от врагов. Конец.

Кэле (чукот.), кала (коряк.), нинвит (коряк.), камак (коряк.), кана (ительменок.), в низшей мифологии северо-восточных палеоазиатов злые духи, несущие болезнь и смерть. Живут под землёй или в пустынных местах на Западе (но не на море). Проникают в очаг с левой стороны через дымовое отверстие, кусаются, похищают души людей, стрелами вызывают болезни. Имеют облик животных или людей с острыми головами (иногда с несколькими головами), одноглазых, с длинными зубами и ногтями. Они держат чёрных собак (или вместо собак медведей). Их жизнь под землёй мыслится в обратной симметрии по отношению к жизни людей на земле (меняются местами «левое» и «правое»; когда на земле светло, у них темно; солнцу у них соответствует луна).

«Мифологический словарь», под ред. Е.М. Мелетинского; Москва: Советская энциклопедия, 1990 г.

Жена-тамате

Новогебридская сказка

В одной деревне жила женщина с сыном, и были они очень злые. Был голод, и женщина пошла накопать диких бататов, чтобы поесть. Наполнив корзинку бататами, женщина отправилась обратно в деревню. По дороге она увидела в заброшенном саду гавигу со спелыми плодами. Женщина поставила корзинку на землю, взяла палку с загнутым концом и пригнула к земле ветви дерева. Она с жадностью набросилась на вкусные плоды, а семечки клала в корзинку. Потом она пошла домой, по дороге обламывая и бросая на тропинку маленькие веточки, чтобы заметить путь.
Вернувшись в деревню, женщина сказала сыну:
— Вынь все из корзинки.
Юноша стал доставать бататы и заметил семечки гавиги, про которые мать забыла.
— Что это ты ела, откуда эти семечки? — спросил он.
— Где?
— Да вот,— и юноша показал матери семечки гавиги.
— Я не знаю, как они здесь очутились. Наверное, кто-нибудь другой бросил их в корзину.
— Нет, это ты что-то ела сегодня. Ведь семечки еще влажные.
И он так пристал к матери, что она не могла больше отпираться и рассказала ему обо всем.
— Когда ты пойдешь,— сказала она,— увидишь тропинку, на которой лежат маленькие веточки. Иди по этому пути и найдешь дерево с вкусными плодами.
Юноша запомнил наставления матери и вышел из дому.
Солнце уже садилось, но он все-таки успел добраться до гавиги и залезть на нее. Когда он принялся за еду, было уже совсем темно. И тут юноша увидел, как кто-то подлетел к дереву и пристроился рядом с ним. Это был тамате.
— Как ты очутился здесь? — спросил он у юноши.
— Да уж не так, как ты,— пошутил юноша. — Это дерево заметила моя мать, когда копала здесь бататы. Потом она вернулась домой и рассказала мне про это дерево, и тогда я пришел сюда.
— Это была, конечно, моя сестра! — воскликнул тамате. — А ты — мой племянник. Давай я спрячу тебя, а то сейчас сюда прилетят другие тамате, — и тамате спрятал юношу в дупло гавиги.
Сидя в дупле, юноша услышал шум, как будто множество птиц хлопало крыльями.
— Что это? — спросил он.
— Это тамате, они прилетели сюда полакомиться плодами. Когда услышишь их голоса,— не пугайся и не трясись от страха. Я буду здесь, с тобой.
Юноша притаился в дупле, а его дядя-тамате сидел на верхушке дерева и смотрел по сторонам. Вот он увидел две большие ветви с плодами и сказал тамате, что сидел рядом:
— Сорви те две ветви для меня.
Плоды с одной ветви дядя съел сам, а другую сунул племяннику в дупло. И так он кормил его, пока не рассвело.
Наступило утро, и тамате собрались улетать. Дядя-тамате сказал одной девушке-тамате:
— Не спеши, полетим вместе.
— Хорошо,— согласилась та.
Но вот все тамате, кроме этих двоих, улетели, настал ясный день, и тогда дядя сказал племяннику:
— Теперь вылезай.
Юноша выбрался из дупла.
— Вот тебе жена,— сказал дядя и указал на девушку- тамате.
— А она согласится?
— Да,— ответил дядя.
Девушка действительно согласилась и пошла с юношей к нему в деревню.
Когда они вдвоем пришли в дом к юноше, его мать спросила:
— Откуда взялась эта женщина?
— Это моя жена. Ее дал мне дядя.
— Какой еще дядя?
— Твой брат, который давно умер. — И юноша рассказал матери, как все произошло:
— Когда я забрался на гавигу, стало уже темно. Тут я увидел, как ко мне подлетел тамате. Это и был мой дядя. Потом он спрятал меня от других тамате в дупле дерева.
Тогда мать сказала:
— Ну что ж, пусть она останется с тобой. Будем жить втроем.
Так девушка-тамате осталась жить в доме юноши.
Женщины собирали бататы, таро, тамаго, гибиск, а мужчина получал очередной ранг в Сукве и должен был оставаться там пять дней.
Женщины считали дни, ожидая его возвращения, и на пятый день он вернулся домой и сказал жене:
— Ты с ребенком не подходи ко мне, а отправляйся в поле. Прополи там таро, а потом иди в другой конец поля. Таро там уже созрело. Набери его и возвращайся домой.
Женщина так и сделала. Закончив прополку, она посадила ребенка за спину и отправилась собирать таро. Но лишь только она наклонилась и протянула руку, чтобы вытащить таро, как клубень таро оказался у нее в руке.
Стоило ей подойти к гибиску, чтобы нарвать листьев, как охапка листьев оказывалась у нее в руках. А когда она собралась набрать сучьев для костра, вязанка хвороста тут же была готова.
Женщина с ребенком вернулась в деревню, разожгла очаг и все приготовила.
В это время вернулся ее муж.
— Где вы были? — спросил он.
— В поле.
— А кто вам дал таро? Я видел, что наши посадки совсем не тронуты.
— Нет,— возразила она.— Мы собрали таро на нашем поле.
— Ну что ж, может быть, я не разглядел как следует,— согласился он.
Потом женщины снова ждали пять дней,— в эти дни мужчина получал в Сукве ранг кворокворолава. А на пятый день он снова велел жене идти в поле. И она с ребенком пошла туда, где рос батат.
Женщина прополола батат, а когда собралась накопать овощей для еды, все повторилось сначала. Собиралась ли она вытащить из земли батат или нарвать листьев гибиска или кокосовых орехов,— все тут же оказывалось у нее в руках.
Наступил вечер, и женщина с ребенком вернулась домой.
Вскоре пришел ее муж и спросил:
— Что вы ели без меня?
— Мы собрали кокосовых орехов и листьев гибиска и накопали батата. А перед этим мы пололи батат.
— Неправда! — закричал муж.— Я был в поле и видел, что батат прополот, но я не заметил ни одного выкопанного куста. И все кокосовые орехи целы.
Но женщина настаивала:
— Нет, мы принесли все это с нашего поля.
— Наверное, вам дал все это кто-нибудь другой,— сказал муж.
— Да кто же станет заботиться о нас? Разве только тамате.
Но муж продолжал приставать к жене:
— Отвечай, кто дал вам это?
— Да кто же может дать нам это? — удивлялась она.
— Нет, говори правду! — настаивал он.
Тогда женщина сказала:
— Ну что ж, раз ты сердишься на нас, можешь убедиться во всем сам. Смотри! — и женщина притронулась к таро, и все произошло так, как в прошлый раз. А потом она протянула руку к батату, и все повторилось снова.
Но муж ее упрямо твердил:
— Нет, не может быть. Кто-то дал тебе эту пищу.
И он схватил женщину и стал ее бить.
— Ты жительница неба, а не земли! — кричал он.— Тебе нечего здесь делать, возвращайся к себе домой!
— Хорошо,— ответила она.— Скоро я уйду к себе.
На следующий день муж снова избил жену и выгнал ее из дому.
Женщина подождала, пока муж ушел из дому, а потом сгребла в кучу банановые листья и разожгла большой костер.
Потом она сказала ребенку:
— Сиди здесь, а я буду по ту сторону костра,— и она перешла на другую сторону костра.
Дым от костра поднялся до самых облаков. Женщина вошла в дымовой столб и поднялась с ним на небо. А ее ребенок плакал по другую сторону костра.

Убитый в бою

Английская легенда

У одного священника было три сына. Старший воевал в Крыму, а двое младших, учившихся в школе, приехали домой на каникулы. Мальчики спали в одной комнате, кровати в ней стояли против друг друга, изголовьями к стенам. Окно находилось недалеко от двери и было одинаково хорошо видно с обеих кроватей. Однажды ночью один из мальчиков проснулся и увидел в окне фигуру брата, бывшего тогда в Крыму: он стоял на коленях в молитвенной позе. Мальчик окликнул своего спящего брата и спросил, видит ли тот что-нибудь. Проснувшись, он ответил: «Да, я вижу Артура, стоящего на коленях у окна». Пока они разговаривали, юноша повернулся и устремил на них печальный и любящий взгляд.
Мальчики испугались и не знали, как выйти из комнаты, минуя окно со стоявшей на коленях фигурой. Наконец они все же проскочили мимо окна, добрались до двери, разбудили отца и рассказали ему обо всем. Он, зайдя в их комнату и ничего не обнаружив, заключил, что им все приснилось. Однако попросил не говорить о том, что им привиделось, матери.
Через две или три недели после этого из Крыма пришло известие о том, что Артур погиб в бою. После окончания войны, когда войска вернулись на родину, семью навестил капеллан, прикрепленный к полку, в котором служил Артур. Капеллан сказал, что их сын вызвал в нем такое участие, что он не мог не навестить их. Он также сообщил, что перед атакой батареи их сын и несколько других офицеров попросили дать им Святое причастие; Артур был совершенно уверен, что ему суждено погибнуть, и не выражал особенного сожаления по этому поводу, только сказал, что хотел бы еще раз увидеть своих младших братьев.

Человек с горячих ключей

Чукотская сказка

Вот что про лоринских с горячих ключей рассказывают.
Жил человек с женой. Не было у них детей: как рождались, тут же умирали. Состарились муж с женой, поседели.
Вот однажды сказала вдруг жена:
— А ведь я, кажется, забеременела!
Муж ответил:
— Что ж, это хорошо, спасибо!
Родился ребенок, к тому же мальчик. Подрос, уже сидеть стал, и вдруг умер. Вот плакали-то оба!
На следующий год жена старика опять забеременела.
Муж сказал:
— Только бы этот не умер!
Родилась на этот раз девочка. И опять, когда начала сидеть, тоже умерла.
Говорит тогда старик жене:
— Давай-ка все оставим здесь и поедем к горячий ключам!
Разобрали ярангу. Четыре столба, покрышку с яранги с собой взяли. На спине понесли. Во-о-он туда на север отправились. Остановятся, передохнут и опять идут. Встретилось на пути селение, поставили ярангу. Устроились, поели и спать легли. А как стало рассветать, опять в путь отправились. Каждый вечер ставили ярангу. Вот муж сказал жене:
— Давай поставим ярангу и будем всегда тут жить.
Поставили ярангу, уснули. Когда проснулись, жена сказала:
— Вот я опять забеременела!
Муж ответил так:
— Ну и хорошо, спасибо!
Жена сказала:
— Хоть бы не умер!
Отправился муж охотиться в море. На пути человека встретил. Повстречались они, разговорились. Человек спросил:
— Откуда вы, где живете?
Старик ответил:
— Да мы с горячих ключей.
И тоже спросил:
— А сам ты откуда?
— Да с севера я, кочевник.
Старик сказал:
— У меня двое детей умерло.
Затем спросил кочевника:
— Нет ли у тебя охранительных ремешков?
Кочевник ответил:
— Есть! Приди как-нибудь ко мне!
Старик спросил кочевника:
— А где вы живете?
— Вот тут, на горе, — сказал кочевник. — Ну ладно, я по своим делам пойду, ты по своим иди.
И отправился каждый к себе домой. Пришел старик домой, сказал жене:
— Человека встретил. Попросил у него охранительных ремешков.
Кочевник, как пришел домой, сказал жене:
— Говорят, на горячих ключах дети умирают. Надо дать жителям горячих ключей охранительные ремешки.
— Не сможешь, — говорит жена, — не сможешь.
— Все равно надо! Вот завтра и пойду.
И отправился на другой день. Пришел, а яранга-то у старика совсем маленькая.
Старик говорит кочевнику:
— Ну, давай заходи!
Кочевник отвечает:
— Да не могу, полог маленький!
— Все равно входи! Не обманул ты нас, пришел, — сказал старик. — Этого ребенка, что еще у жены в животе, под твою защиту отдаю!
Кочевник сказал:
— Ну ладно, войду, придется сидя спать!
Уснули.
Жена старика на спине спит и очень храпит во сне. Не может кочевник уснуть, насекомые кусают. Не спит он и думает: «Зачем это я пришел? Вон ведь как женщина спит! Поэтому, наверное, и дети умирают».
Вдруг слышит снаружи шаги. Пришел кто-то, а другой ему тихонько дверь открыл. Старается кочевник незаметно за ними подсмотреть.
Тот, кто дверь открыл, говорит:
— Иди сюда!
— Не пойду! Там гость!
— Нету никого.
Пришедший сказал:
— Ладно, тогда войду!
Видит кочевник — вошедший в сени на четвереньках стоит. Как только в полог полез, кочевник взял да плюнул на него. Остановился тот, шевельнуться не может. Только спросил:
— Откуда ты?
Кочевник ответил:
— С севера я.
И спрашивает вошедшего:
— А ты откуда?
— Я житель горячих ключей.
— Зачем оттуда пришел?
— Да вот ребенка этой женщины пришел умертвить!
— Ну нет, больше не будешь умертвлять. Теперь я здесь буду, я — северный!
Вошедший говорит:
— Ладно, не буду, даже сам стану воспитывать.
— Смотри, не обманывай, — сказал ему кочевник. — Если обманешь, уничтожу!
— Да нет, не буду обманывать!
Выглянул кочевник из полога, стер плевок. Зашевелился вошедший.
— Вот ловко как! Откуда ты?
— Да ведь говорил я — с севера.
— Ну так давай я ваших детей буду воспитывать!
Выпрыгнул вдруг в дымовое отверстие и исчез.
Наступило утро. Проснулись гость и хозяева.
Кочевник сказал:
— Ну-ка, выйду я, брата своего пойду спрошу]
Вышел, ярангу обошел, задом наперед пошел, на дымоход взглянул. Вдруг спустился с крыши человек. Спросил:
— Зачем позвал?
Кочевник сказал:
— Смотри, не вздумай обмануть! А что если и этот ребенок умрет?
Ответил убийца:
— Не бойся, не обману!
Кочевник сказал:
— Ничего с ребенком не сделаешь, когда он родится?
— Да нет же, не сделаю! Буду охранять его!
— Ну, смотри!
Вошел кочевник в ярангу. На дымовое отверстие взглянул. Действительно, висит там убийца. И говорит кочевнику:
— Видишь! А ты боишься, что я обману тебя!
Кочевник отвечает:
— Если ребенок умрет, все равно я тебя найду!
Сказал так и в полог влез.
Родила женщина ребенка, крупного такого мальчика. Сказал кочевник:
— Ну, я пойду! Через некоторое время еще наведаюсь.
Старик сказал:
— Опять, наверное, умрет ребенок. Останься с нами!.
— Вот вырастет ребенок, приду.
Вышел из яранги, на дымовое отверстие взглянул. Погрозил:
— Смотри, не трогай ребенка!
Пошел кочевник на охоту. Прошел немного, оглянулся. Убийца из дымового отверстия высунулся, кричит:
— Думаешь, обману тебя? Не беспокойся об этом ребенке! Буду за ним смотреть.
Ушел кочевник. Пришел домой, сказал жене:
— Вот и вернулся я!
Жена спрашивает:
— Что же ты делал?
— Да вот там у них ребенок родился.
Стал убийца с горячих ключей в той яранге жить. Скоро мальчик сидеть начал, затем ходить стал, и вырос наконец.
Опять жена округлилась. Пошел старик к оленеводу-кочевнику.
Оленевод спрашивает:
— Ну, что еще там?
— Опять жена округлилась. За тобой пришел.
Отправились вдвоем. Подходят к яранге. Показался убийца над дымовым отверстием и тут же исчез.
Вошли, а полог, оказывается, значительно больше стал.
— Смотри, — сказал старик, — опять затяжелела жена!
Опять пожил кочевник у этого старика. Жена его скоро большую девочку родила.
— Ну-ка, выйду я, — сказал кочевник.
Вышел, задом наперед пошел, увидел убийцу, когда тот с яранги спускался. Сказал убийца:
— Зачем все сюда ходишь? Ведь сказал я, что не обману тебя. Иди лучше куда-нибудь в другое место! Эта старуха больше не будет рожать. Все. Вот когда ее дочь вырастет, приходи. Вместе в яранге будут жить. Вот тогда надо будет детей охранять.
Выросла дочь, крупного мальчика родила. А потом вскоре и девочку.
Перенесли ярангу кочевника, поставили поближе к яранге старика. Стал детей охранять. Работать ему не давали, все за него делали. И так все хорошо стали жить.