Призрачный пассажир

Английская легенда

Лорд Галифакс слышал эту историю от своего друга и соседа из Йоркшира, которому «рассказал ее капитан Уинтор четыре года назад». Лорду Галифаксу она особенно нравилась, и он любил вспоминать, как однажды, во время поездки в догкарте с йоркширским кучером, он, рассказав ее, услышал в ответ следующий комментарий, который чрезвычайно его порадовал. «В этом нет ничего необычного, милорд, – сказал слуга. – Каждый день из тех, что проходят между смертью и похоронами, душа всегда возвращается в тело».

Однажды вечером, поохотившись несколько дней дома, я ехал навестить моего друга Марша в Гэйнис-Парк. Мне нужно было проделать около четырнадцати миль и в одном месте пересечь мост через речку. Доехав до моста, я увидел человека, перегнувшегося через ограду и глядевшего вниз. Заметив сумку у него на плече и решив, что он, должно быть, устал, я остановил догкарт и предложил подвезти его, если ему со мной по пути. Он молча взобрался в экипаж и сел, не сказав ни слова. Я несколько раз пытался завязать беседу, но оставил попытки, увидев, что он не отвечает.
Мы молча проехали несколько миль до деревни, где я остановил экипаж у гостиницы. К этому времени стемнело. В гостинице горел свет, несколько человек стояли у дверей, сразу же подошел конюх и взял под уздцы мою лошадь. Мой попутчик сошел и без единого слова благодарности направился прямиком в гостиницу.
– Кто этот человек, которого я подвозил? – спросил я у конюха.
Он ответил, что никого не видел.
– Ну, тот самый человек, с которым я приехал, – уточнил я.
– Вы приехали один, сэр, – последовал ответ.
Ничего не понимая, я вошел в гостиницу и послал за хозяином. Когда я рассказал ему о своем попутчике и описал его, он помрачнел и пригласил меня пойти за ним наверх. Он привел меня в комнату, где лежал мужчина, которого я подвез. Он был мертв уже некоторое время. День или два назад он утонул в речке недалеко от моста, по которому я проезжал.

Учитель и духи

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Рассказывают, что один учитель как-то летней ночью при ясной луне повел своих учеников прогуляться по тропе на меже между полями, лежавшими за храмом Сянь-вана в Хэцзяни. Так как шли они, рассуждая все вместе об экзаменационных сочинениях на темы «Книги песен», то шум подняли страшный. Учитель велел одному юноше читать наизусть «Книгу о сыновней почтительности». Когда тот кончил, снова начался общий разговор. Неожиданно учитель заметил, что под старыми кипарисами у ворот храма прячутся какие-то люди. Подошли поближе и увидели, что у этих прячущихся очень странная внешность. Учитель понял, что это духи или бесы, но так как рядом был храм Сянь-вана, то решил, что злыми духами они быть не могут. Он спросил, как их зовут.
В ответ он услыхал:
— Мао Чан, Гуань Чжан-цин, Янь Чжи. Пришли с визитом к Сянь-вану.
Обрадованный учитель низко поклонился духам и попросил их дать свои толкования классического канона. Мао и Гуань отказались:
— Мы слышали ваши толкования, но наше поколение понимало это иначе. Не можем ответить вам.
Вновь поклонившись, учитель сказал:
— Смысл «Книги песен» очень глубок, вам трудно разъяснить его таким невежественным людям, как мы, но, может быть, можно просить господина Яня рассказать нам о «Книге о сыновней почтительности»?
Поглядев на него, Янь ответил:
— То, что читал ваш ученик, — сплошная путаница, ничего общего с тем, что я завещал миру. Я тоже не могу ответить на ваш вопрос.
И тут из храма послышалось:
— Похоже, что за воротами собрались какие-то пьяницы и болтают. Совсем оглушили! Гнать их сейчас же!
Я беседовал с господином Ай Таном об этом случае, когда учитель частной школы повстречал посланцев Царства мертвых. Духи эти прежде были людьми большой образованности и тонкой души, а говорили они в шутку, чтобы пристыдить начетчиков. Видно, где тонко, там и рвется!

Бежевая леди из Бертон-Агнес

Английская легенда

Бертон-Агнес – это знаменитый йоркширский дом, о котором ходило множество страшных историй, особенно в связи со спрятанным в нем черепом. Следующий коротенький рассказ был прислан лорду Галифаксу в 1915 году миссис Уикхэм Бойнтон, хозяйкой.
Миссис Лэйн Фокс сообщила мне, что вы интересовались, видели ли здесь привидения в течение последнего месяца, и что вы бы хотели побольше узнать об этом.
Мы пили чай в зале, когда я, внезапно подняв взгляд, увидела маленькую худенькую женщину, одетую в бежевое; она пришла со стороны сада, торопливо поднялась по ступеням и скрылась через переднюю дверь, которая, как я полагала, была открыта. Я приняла ее за жену приходского священника и сказала своему мужу, который никого не видел:
– Это миссис Коутс. Пойди и пригласи ее.
Он сразу же пошел вслед за ней, но вскоре вернулся, сообщив, что никого не увидел, а передняя дверь заперта.
Тогда мне вспомнилась старая история о бежевой даме, которая появлялась в имении. Удивительно то, что когда ее видели последний раз много лет назад, она тоже спешила по лестнице в дом, но с восточного входа. Мой отец видел ее и пошел вслед за ней внутрь, но она исчезла. Вероятно, это прародительница Гриффитов, жившая в начале семнадцатого века, чей череп все еще находится в имении, только никто не знает, где именно он замурован. Ее сестра и наследница вышла замуж за сэра Мэтью Бойнтона, и таким образом Бертон-Агнес перешел во владение этой семьи. Разумеется, мне сказали, что все эго игра воображения, тем не менее, случай показался мне любопытным.

Мальчик-слуга из Хейна

Английская легенда

В 1885 году, когда лорд Галифакс гостил у своего тестя в замке Паудерхэм, в Девоншире, среди гостей была леди Фергюсон Дэйви, жена сэра Джона Фергюсона Дэйви из Криди, приходившегося племянником старому лорду Девону. Однажды вечером, когда рассказывали истории о призраках, леди Дэйви поделилась этим происшествием.

Несколько лет назад мистер Харрис из Хейна, что в Девоне, обнаружил, что у него украли столовое серебро, вместе с которым пропал и мальчик, состоявший какое-то время у него на службе. Поиски не дали результатов, и слуга с посудой исчезли без следа. Мистера Харриса так расстроило это происшествие, что он уехал и долгое время отсутствовал. Вскоре после своего возвращения домой он увидел, или вообразил, что увидел, мальчика-слугу, стоявшего у изножья постели. Решив, что это ему снится или же разыгралось воображение, он повернулся на другой бок и заснул, так что едва ли вспоминал потом об этом; на следующую ночь он вновь увидел наяву или во сне того же мальчика, стоявшего у края его кровати, и снова мистер Харрис не придал этому значения, но когда на третью ночь тот же призрак явился снова, мистер Харрис встал с постели и, когда мальчик-слуга покинул комнату, последовал за ним. Мальчик прошел по коридору к лестнице, все время немного опережая мистера Харриса, постоянно оглядываясь и кивая, словно вел его куда-то. Наконец они вместе вышли из дому и направились к близлежащему лесу. Там призрак исчез у большого дуплистого дерева.
На следующий день мистер Харрис велел срубить дерево. Внутри были обнаружены останки мальчика и часть столового серебра. Открытие привело к аресту и признанию дворецкого, который рассказал, что потихоньку воровал серебро; когда предоставлялась возможность, он прятал его в дупле дерева, до тех пор, пока не подворачивался случай его сбыть; обнаружив, что мальчик-слуга все узнал, он убил его, спрятав тело в дупле вместе с посудой.

Студент из Цзяннина и дух

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Один студент из Цзяннина заночевал как-то в заброшенном саду у своих родичей. Когда вышла луна, в окно заглянула молодая красивая женщина. Сердцем студент понимал, что если это не дух, то лиса-оборотень, но так очаровала его красота этой женщины, что, не испытывая ни малейшего страха, он пригласил ее в комнату и слился с ней в любовной радости. За все время она не произнесла ни одного слова, не отвечала на его расспросы и только тихонько улыбалась да смотрела на него сияющими глазами.
Так продолжалось у них более месяца, и он ничего о ней не знал. Однажды он так настойчиво принялся ее расспрашивать, что она наконец взяла кисть и написала:
«Я была служанкой у одного ханьлиньца прошлой династии Мин, жизнь моя рано оборвалась. Я всегда искусно умела опорочить человека и доводила самых близких до взаимной вражды, за это судья Царства мертвых приговорил меня стать немым духом. Исчезла я из мира смертных более двухсот лет назад. Если бы вы, господин, смогли для меня переписать десять раз «Алмазную сутру», то милосердием Будды вы вытащили бы меня из моря страданий; тогда во всех моих перерождениях я не переставала бы испытывать к вам благодарности».
Студент сделал, как она просила.
В тот день, когда он закончил переписку, она пришла проститься с ним. Взяла кисть и написала: ««Алмазная сутра» помогла моему покаянию, я уже отрешилась от чувств и желаний, обуревающих духов. Однако грехи мои в прошлой жизни были слишком велики, и это скажется да моем будущем: в третьем перерождении я буду немой и только после этого смогу наконец заговорить»

Пришествие Ши Гуана, покинувшего сей мир

«Вести из потустороннего мира» Ван-Яня

Ши Гуан был уроженцем округа Сянъян. В восьмом году под девизом правления Всеобщий мир (334) он скончался в Учане. На седьмой день по смерти Ши Гуана шрамана Чжи Фа-шань принялся вращать сутру «Малое творение». Когда он притомился и прилег вздремнуть, ему послышалось, что с того места, где была установлена поминальная табличка, доносится человеческий голос. В семействе Ши жила служанка, прозывавшаяся Чжан Син. Она увидела Ши Гуана в его обычном платье и той же круглой шапке, что и всегда. Тот позвал Син и молвил:
— Я вначале был обречен переродиться драконом. Преподобный Чжи Фа-шань, радея за меня, вращал сутру. Тань-ху и Тань-цзянь вышли мне навстречу и вознесли в чистые и радостные пределы седьмых небес.
Тань-ху и Тань-цзянь прежде были послушниками-шраманера у Чжи Фа-шаня, а к тому времени уже скончались.
Когда Чжи Фа-шань пришел в другой раз вращать теперь уже сутру «Великое творение», Ши Гуан вновь появился на том же месте. При жизни он принес в дар монастырю две хоругви, которые теперь там и находились. Ши Гуан велел Син взять эти хоругви и доставить ему.
— Как прикажете, — ответила Син и в тот же миг скончалась.
Син взяла хоругви, и они вдвоем полетели на северо-запад на вершину черной горы, как будто покрытой глазурью. Очутившись на вершине, он увидели небесные врата.
Ши Гуан принял от служанки хоругви и приказал ей вернуться. Он передал ей черного цвета благовонное вещество, напоминающее клещевину, и сказал:
— Поднеси это преподобному Чжи Фа-шаню.
Перед тем как вернуться, Син в последний раз оглянулась и увидела вдали Ши Гуана, входившего в небесные врата.
Син той же дорогой вернулась в дом и в один миг ожила. В руке у нее не было никаких благовоний, а хоругви так и оставались в монастыре.
Когда Ши Гуан вместе с Син покидали дом, их увидел шестилетний сын Ши Гуана. Указывая на отца пальцем, он крикнул бабушке:
— Батюшка возносится на небо! Ты видишь, бабушка?!
Впоследствии Ши Гуан с десятью и более небожителями много раз наведывался в дом: походят-походят и уйдут. При каждом появлении на голове у него была обычная чиновничья шапка, которую он снимал, покидая дом; волосы у него были убраны в узел. Син спросила, отчего он так делает, и Ши Гуан ответил:
— На небесах у меня есть другая шапка. Эту шапку я там не надеваю.
Потом он появился в парадном головном уборе. С ним были небожители. Шествуя под звуки цитры и распевая псалмы, они поднялись в покои матушки. Син спросила, чем вызвано такое их появление, и Ши Гуан отвечал:
— Я прибыл, чтобы поведать вам о причинах кары и благого воздаяния. Заодно и матушку порадую.
Звуки цитры были чисты и прелестны: то была неземная музыка. Все в доме от мала до велика слышали ее. Однако перед взором каждого будто вырастала глухая стена, через которую нельзя было ничего разглядеть. Из всех, кто внимал музыке, одна Син видела все ясно и отчетливо.
Когда пришельцы покидали дом, Син вызвалась их проводить. Она увидела, что Ши Гуан вошел в черную дверь. Вскоре он вернулся и сказал Син:
— Здесь находится дядюшка. Его каждый день подвергают экзекуции, жестоко мучают. Я ходил его навестить. Дядюшка несет кару за то, что убивал при жизни. Теперь ему полагается такое возмездие. Передай дядюшкиной матери, чтобы она призвала монахов вращать сутру. Тогда его участь будет облегчена.
Дядей Ши Гуана был командующий легкими колесницами Бао Чжун.

Призрак лорда Коньерса Осборна

Английская легенда

Я был у преподобного Джона Шарпа по случаю его юбилея, когда епископ Винчестерский, также присутствовавший там, рассказал следующие истории. Георг Уильям Фредерик, шестой герцог Лидса, женился на леди Шарлоте Тауншенд, дочери Георга, первого маркиза Тауншенда. Их второй сын, лорд Коньерс Осборн, учившийся в колледже «Крайст-Черч», был неумышленно убит лордом Даунширом 6 мая 1812 года.
Епископ слышал эту историю от миссис Джордж Портал, чья тетка, леди Джеймс Тауншенд, вышла замуж за брата герцогини Лидс.
Леди Джеймс рассказала миссис Портал, что однажды вечером она, сидя в комнате за письменным столом, увидела, как лорд Коньерс прошел мимо, в вышитом халате.
Она позвонила в колокольчик и спросила дворецкого, приезжал ли лорд Коньерс. Тот ответил отрицательно, явно удивившись такому вопросу, и, вероятно, решил, что леди Джеймс должно быть что-то приснилось. Она, однако, была под таким впечатлением от этого видения, что, перед тем, как лечь спать, написала об этом лорду Джеймсу.
На следующий день из Оксфорда прибыл слуга лорда Коньерса.
Он хотел видеть леди Джеймс и, когда она вышла к нему, сообщил, что его молодой хозяин был случайно убит во время занятий борьбой в «Крайст-Черч». Он просил ее сообщить об этом герцогине Лидс, так как не осмеливался сделать это сам.
Годы спустя, после смерти лорда Джеймса, миссис Портал перечитывала и рвала старые письма своей тетки и в одной пачке, которую она уже намеревалась уничтожить, нашла письмо, адресованное лорду Джеймсу, в котором описывалось появление лорда Коньерса.

Обломок каменной плиты

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Начальник внутренней стражи дворца Чэн Фэн-яй рассказывал:
«В середине годов правления под девизом Кай-си учащийся государственного училища в Фэнцзине, как-то находясь за городом и читая на вольном воздухе книгу, увидел в траве обломок каменной плиты, растрескавшейся и облупившейся от времени. На камне сохранилось несколько десятков иероглифов, составлявших одну или две фразы, из которых можно было понять, что это часть мемориальной надписи на могиле безвременно ушедшей из жизни молодой девушки.
Желая совершить доброе дело, студент, решивший, что могила девушки должна быть где-то совсем неподалеку, положил на камень всяких трав и цветов и прочитал молитву.
Через некоторое время навстречу ему попалась красивая девушка, в одиночестве гулявшая среди трав, в руках она держала его цветы. Увидев студента, девушка улыбнулась ему. Тогда студент .поспешил ей навстречу, обменялся с ней взглядом и увлек за ограду, в самые густые заросли. Девушка смотрела перед собой застывшим взглядом, словно глубоко задумавшись, а потом вдруг ударила его по щеке и
воскликнула:
— Уже более ста лет сердце моё было подобно высохшему колодцу и вдруг тронуто развратником! — Несколько раз топнула в гневе ногой и внезапно исчезла. Лишь тут студент понял, что это был дух девушки из той могилы.»
Историограф Цай Цзи-ши сказал:
— Древние говорили, что репутация человека может установиться только тогда, когда будет закрыта крышка его гроба. Однако из этой истории ясно, что даже когда гробовая крышка закрылась, и то трудно установить репутацию. Из-за одного нелепого желания душа этой девушки чуть не лишилась всего, чего достигла.
Господин Хой-ань в своих стихах говорит:

Как прискорбно, что в этом мире,
Мире страстном и неудержимом,
Столько славных свой век сгубили
В вечной гонке за недостижимым.

И это верно!

Призрак епископа Уилберфорса

Английская легенда

Покойный епископ Винчестерский (доктор Уилберфорс) часто высказывал желание посетить Бутон, поместье мистера Эвелина, расположенное неподалеку от Гилфорда. Его особенно интересовал портрет миссис Годольфин, чью биографию он написал в молодости. Обстоятельства складывались гак, что ему никак не удавалось побывать там. Однако в день своей смерти он с лордом Гранвилдом проезжал в двух милях от Вутона. Мистер Эвелин, доктор, мистер Харви и брат мистера Эвелина сидели в гостиной в Бутоне, когда один из собравшихся воскликнул: «Смотрите, да это же епископ заглядывает в окно!» Они все посмотрели в окно и увидели фигуру, которая тут же исчезла. Они вышли, чтобы посмотреть, там ли епископ, но никого не обнаружили. Через полчаса пришел слуга с вестями о смерти доктора Уилберфорса. Он убился, упав с лошади по дороге в Холмбери, где жил лорд Гранвилл.

Пань Бань и наваждение

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Пань Бань: из Цанчжоу был искусен в каллиграфии и живописи. Сам он называл себя «Даос Хуан-е». Как-то раз он заночевал в кабинете у своего приятеля. Вдруг слышит, как за стеной кто-то тихонько проговорил:
— Раз господин не оставил никого ночевать с собой сегодняшней ночью, я к нему выйду.
Испуганный Пань Бань убежал из комнаты.
— Да тут давно уже водится это диво, — сказал ему приятель, — это прелестная девушка, никому не причиняющая вреда.
Потом приятель по секрету говорил близким людям:
— Разве господин Пань так всю жизнь и будет оставаться бедным ученым? Ведь это диво не бес, не лиса, я, правда, не доискивался, что оно такое, но только знаю, что к простым людям оно не выходит и к богачам не выходит; только если человек окажется очень талантливым, тогда оно выйдет, чтобы разделить с ним ложе.
Впоследствии Пань Бань потерпел неудачу. Лет через десять, а может, и больше ночью в кабинете вдруг послышался чей-то плач. На следующий день порывом ветра сломало старое абрикосовое дерево. На этом чудеса кончились.
Дед мой со стороны матери, господин Чжан Сюэ-фэн, как-то пошутил:
— Какое прекрасное наваждение! А он-то — все его помыслы и были лишь о красавицах!