Лучше остаться жить, чем погибнуть

Сказка амхара (Эфиопия)

Один человек узнал, что его жена изменяет ему с соседом.
Тогда однажды он попросил ее собрать для него еду в дорогу. Он вышел из дому и по дороге зашел в дом к одной пожилой женщине.
— Посади меня в мешок и принеси ко мне в дом: я хочу посмотреть, что будет там происходить, — попросил он эту пожилую женщину.
Женщина согласилась сделать это. Она посадила его в мешок, взвалила на спину и, подойдя к его дому, сказала:
— Пустите меня переночевать. Я задержалась в дороге.
— Входи, — сказали ей, и она вошла в дом.
— Что у тебя в мешке? — спросили ее.
— Дагусса [зерно местного злака], — ответила она.
Тут пришел дружок жены того человека, и они стали распевать веселые песни.
Дружок его жены запел:

Вот было б хорошо,
Если б твой муженек
Подольше задержался там.

А пожилая женщина стала ему подпевать:

Слышишь это, моя дагусса?
Слышишь это, моя дагусса?

Так они пропели допоздна, а потом скверная женщина легла спать со своим любовником.
Тогда хозяин дома вылез из мешка, взял ветку шиповника и как следует отхлестал обоих. Затем он заставил их лущить бобы, а сам таскал по их голым спинам кошку за хвост, доставляя им мучительные страдания.
Потом он сказал дружку жены:
— Вчера ты насмехался надо мной, а сейчас попробуй-ка лущить бобы и петь.
А тот отвечает ему:
— Я буду лущить бобы и петь с кошкой на спине, только сохрани мне жизнь!
Так рассказывают.
Тот, кто весело творит зло, должен помнить, что ему не избежать расплаты. Вот тогда ему придется петь очень горестную песню.

Двое слепых

Курдская сказка

Однажды шел по дороге слепой, а за ним — зрячий. В руках у зрячего была сумка, а в ней — новая одежда и башмаки для всей семьи. Идет зрячий за слепым и думает: «Дай-ка испытаю я его, что он за человек. Слышал я, говорят, что слепые — нечестные. Посмотрим, правда это или нет?»
Взял зрячий палку, стал ею постукивать по земле, подошел
к слепому и говорит:
— Братец, я — слепой, возьми меня с собой.
— Бог с тобой, я и сам слепой, куда я тебя возьму?
— Куда ты идешь, туда и я с тобой, — не отстает зрячий.
Пошли вместе. Немного прошли, зрячий говорит:
— Братец, подержи мою сумку, я по нужде отойду в сторону с дороги, а то еще какой-нибудь путник пройдет — стыдно.
— Иди, братец мой, иди! — говорит ему слепой.
Зрячий зашел за дерево и стал наблюдать за слепым.
Видит: слепой раскрыл сумку и стал в ней шарить. Потом взял сумку, перешел на другую сторону дороги и притаился.
Зрячий вышел из-за дерева, подошел к тому месту, где оставил слепого, и говорит:
— Братец, где же ты, не найду тебя!
Слепой молчит.
— Братец, — опять хнычет зрячий, — я — слепой, несчастный, насбирал милостыню, купил одежонки ребятишкам, разве тебе не жалко меня?
Слепой молчит — ни звука.
Тогда зрячий поднял камень и говорит:
— Господи боже мой, ударь этим камнем моего брата — слепого.
Слепой опять молчит. Тогда зрячий подошел к нему сзади и как ударит его в спину!
— Э-эх, да разразит бог этого лжеца, разве слепой бы так ударил?! — воскликнул слепой.

Добро и зло

Курдская сказка

Жил падишах. Однажды поехал он на охоту. По дороге встретил он старика Хано. На спине у него была вязанка дров.
— Ты уже совсем старый, разве нет у тебя жены и детей, чтобы они теперь на тебя работали?
— Нет, — отвечал Хано, —я сам работаю, потому что я должен свой долг уплатить и еще в долг дать.
— Кому же ты должен и кому даешь в долг?
Хано ответил:
— Мои отец и мать еще живы, я работаю, чтобы выплатить им свой долг. А детям своим даю в долг, чтобы потом они мне его вернули.
Эти слова Хано очень понравились падишаху. Сказал падишах Хано:
— Ты должен каждый день после полудня приходить во дворец, я буду часок-другой с тобой беседовать.
Хано каждый день стал приходить к падишаху. Очень нравилось падишаху беседовать с Хано, и всегда падишах дарил ему пригоршню золота. А у падишаха был очень завистливый везир. Он заметил, что падишах с каждым днем все больше любит Хано и все больше и больше оказывает ему всяких милостей. И вот везир решил непременно сделать так, чтобы падишах либо убил Хано, либо прогнал его.
Прошло несколько месяцев. Везир не оставил своего намерения погубить Хано.
Однажды, беседуя с падишахом, Хано сказал ему:
— О всемогущий падишах, добрым людям всегда делай добро, но злобным людям зла не причиняй!
— Почему это? — спросил падишах.
— Потому что с них хватит той злобы, которая в них есть!
Не по сердцу пришлись падишаху эти слова. Перестал он приглашать к себе Хано. Прошло несколько месяцев. Однажды к падишаху приехали гости из соседней страны. О многом расспрашивали они падишаха. На все их вопросы падишах давал мудрые ответы. Вспомнил падишах, что все эти ответы в свое время подсказал ему Хано. «Как это случилось, что дружба наша прекратилась?» — с сокрушением подумал падишах. Вспомнив все подробности, падишах решил, что виноват он сам. Велел падишах везиру сейчас же пригласить к себе Хано. Везир, который обрадовался было, когда падишах прогнал Хано, теперь опять расстроился и снова стал строить планы, как бы ему погубить Хано. Везир пошел к Хано и передал ему, что падишах вечером ждет его к себе.
— А сейчас, — сказал везир, — пойдем ко мне. Вот уже сколько лет с тобой знаком, а ты еще ни разу не был у меня в гостях.
Хано согласился. Везир поставил перед ним жаркое и сирамаст и намешал в него очень много толченого чесноку.
— Посиди пока здесь, а я сейчас приду, — сказал везир Хано.
Везир оставил Хано у себя дома, а сам пошел во дворец.
— Не знаю, за что ты любишь Хано и ведешь с ним дружбу? — спросил он падишаха.
— Он умный и хороший человек, — отвечал падишах, — отчего же мне не дружить с ним?
— А знаешь ли ты, — сказал везир, — что Хано повсюду говорит, что у падишаха изо рта воняет?
Падишах рассердился.
— Если я узнаю, что ты прав, то я велю Хано казнить! — закричал он.
Вечером, когда Хано пришел во дворец, падишах подсел к нему совсем близко. Но чем ближе подсаживался к нему падишах, тем дальше отодвигался Хано и вдобавок все время прикрывал рот рукой. «Видно, везир сказал правду», — решил падишах.
Обычно, когда Хано уходил из дворца, падишах давал ему с собой записку к хазнадару, по которой тот выдавал Хано несколько золотых. И сейчас падишах дал Хано письмо к хазнадару, но на этот раз в письме было написано: «Кто бы ни вручил тебе это письмо, немедленно вели его казнить. Труп его повесь на городских воротах и напиши: «Такая участь постигнет всякого, кто не умеет ценить добро»».
Везир из своего окна видел, как Хано с письмом в руках вышел из дворца. Решил везир, что Хано опять получит золото из казны. Жадность одолела его. Подошел везир к Хано и сказал:
— Хано, ты уже много золота получил, дай это письмо мне, в этот раз я вместо тебя получу.
Хано сразу же отдал ему письмо. Везир радостный пришел к хазнадару и вручил ему письмо. Хазнадар прочел письмо и позвал:
— Джеллад!
Джеллад сразу явился.
— Отруби ему голову, так велел падишах.
Сколько ни упрашивал везир, хазнадар не соглашался.
— Я должен выполнить приказ падишаха, — твердил он.
Отрубили везиру голову, а труп повесили на городских воротах.
Сообщили падишаху. Падишах велел позвать хазнадара.
— Падишах, ты сам так велел, я твой приказ исполнил! — сказал хазнадар.
Тогда падишах велел привести Хано.
— Когда я подсел к тебе, почему ты платком закрылся? — спросил его падишах.
Тут Хано рассказал ему про то, как угощал его везир.
— Ты был прав, Хано, — сказал падишах.— Злобным людям не стоит причинять зла, с них хватит и того зла, которое в них есть. Видишь, как погубила везира его злоба!

Рассказ про ежа и вяхиря. Рассказ о купце и двух злодеях (ночь 152)

«Тысяча и одна ночь»

Рассказывают ещё, что ёж устроил жилище около пальмы, а на ней поселился вяхирь со своей женой. И свили они там гнездо, и жили приятною жизнью. И ёж говорил про себя: «Вот вяхирь и его жена едят плоды с пальмы, а я не нахожу к этому пути. Но надо обязательно устроить с ними хитрость».
И вырыл ёж у подножья пальмы нору и сделал её жилищем для себя и для своей жены, а рядом он устроил мечеть и стал уединяться там, выказывая благочестие и богомольность и пренебрежение к миру.
И вяхирь видел, что ёж поклоняется богу и молится, и сердце его смягчилось из-за его великого воздержания. «Сколько лёг ты живёшь так?» — спросил он. «Тридцать дет», — отвечал ёж. «А что ты ешь?» — продолжал вяхирь. «Что упадёт с пальмы», — сказал ёж. «А во что ты одет?» — спросил вяхирь, и ёж ответил: «В иглы, жёсткостью которых я пользуюсь». — «А почему ты предпочёл это место другому?» — спросил вяхирь. «Я выбрал его не на дороге, чтобы направить заблудшего и научить незнающего», — ответил ёж. И вяхирь сказал ему: «Я думал, что ты не таков, но теперь я хочу того, что есть у тебя».
«Поистине, — отвечал ёж, — я боюсь, что твои слова будут противоположны твоим поступкам и ты станешь подобен земледельцу, который, когда пришло время посева, не спешил сеять и говорил себе: «Я боюсь, что дни не приведут меня к желаемому и, поторопившись сеять, я погублю добро». А когда пришло время жатвы и он увидел, как люди гибнут, ему стало жаль, что он упустил время, отстав от других, и он умер от горя и печали».
И вяхирь спросил ежа: «А что мне делать, чтобы освободиться от пут здешнего мира и предаться только поклонению господу?» И ёж отвечал: «Приготовляйся к будущей жизни и будь воздержан в пище». А вяхирь воскликнул: «Но как мне быть, когда я птица и не могу залететь дальше пальмы, на которой моя пища? А если бы я мог Это сделать, я бы не знал места, где поселиться». — «Ты можешь отрясти столько фиников с пальмы, что тебе хватит запаса на год, и тебе и твоей жене. А сам поселись в гнезде под пальмой и проси у Аллаха хорошего наставления, — сказал ёж. — Потом примись за те финики, которые ты отряс, и перенеси их все и спрячь, чтобы питаться ими во время недостатка. И если финики кончатся, а твоя отсрочка будет продлена, обратись к воздержанной жизни». — «Да воздаст тебе Аллах благом за твоё хорошее намерение, когда ты напомнил мне о будущей жизни и вывел меня на верный путь!» — воскликнул вяхирь.
А затем вяхирь и его жена до тех пор трудились, сбрасывая финики, пока на пальме ничего не осталось. И тогда ёж нашёл чем питаться и обрадовался и, наполнив плодами своё жилище, спрятал их, чтобы их есть. И он говорил себе: «Когда вяхирю и его жене понадобятся эти припасы, они попросят их у меня и пожелают того, что у меня есть, полагаясь на моё воздержание и благочестие. А услышав мои советы и наставления, они подлетят ко мне близко, и я поймаю их и съем. И тогда это место останется пустым, и плоды будут падать с пальмы, и мне их хватит».
А потом вяхирь и его жена спустились с пальмы, сбросив все бывшие на ней плоды, и увидели, что ёж перенёс их все в свою нору. И вяхирь сказал ежу: «О праведный ёж, увещатель и советник, мы не видим следа фиников и не знаем других плодов, чтобы ими питаться». А ёж ответил: «Может быть, они улетели по ветру; но пренебречь пропитанием ради пропитающего — в этом сущность успеха. Ведь тот, кто прорезал углы рта, не оставит рта без пищи».
И он продолжал давать им такие наставления и проявлял благочестие красивыми словами, пока птицы ему не доверились, и, приблизившись к нему, они пошли в отверстие гнёзда, не боясь его коварства. И тут ёж подскочил к входу, скрежеща зубами. И когда вяхирь увидел его явный обман, он воскликнул: «Как далеко сегодня от вчера! Разве не знаешь ты, что у обиженных есть защитник? Берегись же коварства и обмана, чтобы тебя не постигло то, что постигло обманщиков, которые строили козни купцу». — «А как это было?» — спросил ёж. И вяхирь сказал:
Дошло до меня, что один купец из города, называемого Синда, обладал большим имуществом. Он связал тюки и приготовил товары и выехал в какой-то город, чтобы продать их там. И за ним последовали два человека из злокозненных. Они нагрузили какое у них нашлось имущество и товары и сказали купцу, что они тоже из купцов, и поехали с ним.
И когда сделали привал на первой остановке, эти люди сговорились обмануть купца и взять то, что у него было. А потом каждый из них задумал в душе устроить со своим товарищем хитрость и обмануть его, и оба они говорили про себя: «Если я обману моего товарища, моё время будет безоблачно, и я заберу все это имущество».
И они затаили друг против друга дурные намерения, и один из них взял кушанье и положил туда яду, а другой сделал то же со своим кушаньем, и оба они предложили друг другу своего кушанья и поели и вместе умерли. А эти люди сиживали с купцом и беседовали с ним, и, когда они исчезли и заставили себя ждать, купец стал их разыскивать, чтобы узнать, что с ними, и нашёл их мёртвыми. И тогда он узнал, что это хитрецы, которые хотели обмануть его, и хитрость их обратилась против них самих. Так купец остался невредимым и взял то, что с ними было».
И царь сказал: «Ты обратила мои мысли, о Шахразада, на то, чем я пренебрегал. Прибавь же мне этих притчей».

Жена и наложница

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Мой двоюродный дед, достопочтенный Гуан Цзи, в начале годов правления под девизом Кан-си занимавший должность правителя области, рассказывал: «У некоего Ли из государственного училища была жена, которая зверски мучила его наложницу, дня не проходило, чтобы она не порола ее плетьми, заставив предварительно снять всю одежду.
В деревне, где они жили, была старуха, обладавшая способностью во сне опускаться в Царство мертвых и там по их книгам узнавать будущее. Предостерегая жену Ли, старуха сказала ей:
— У вас, госпожа, с этой наложницей старая вражда, но ведь за двести плетей вам придется расплачиваться! Да и к тому же, хотя по официальным законам с женщины из благородной семьи, подвергаемой телесному наказанию, одежды не снимают, вы настаиваете на том, чтобы она раздевалась, и тем самым заставляете ее испытывать еще и муки стыда. Вам это доставляет радость, а между тем это даже духам отвратительно! Вы со мной были откровенны, и я не смею скрыть от вас то, что узнала из записей в Царстве мертвых.
Усмехнувшись, жена Ли ответила:
— Глупая старуха, неужели ты думаешь своим враньем, выманить у меня деньги на моление о предотвращении беды?
Как раз в это время мятежник Ван Фу-чэн убил командующего Моло, когда тот инспектировал район. Весь край был захвачен мятежниками. Ли погиб в войсках, а наложница его досталась помощнику командующего Хань Гуну. Восхищенный ее умом и сметливостью, Хань Гун воспылал к ней страстной любовью. Первой жены у него не было, и наложница Ли стала полной хозяйкой в его доме.
Жена Ли попала к мятежникам в руки. Часть пленных они истребили, часть разделили между собой начальники и солдаты. Жена Ли попала в дом Хань Гуна. Приняв ее как рабыню, наложница заставила ее встать на колени в зале и обратилась к ней со следующими словами:
— Воля моя такова: каждый день ты будешь вставать на рассвете, опускаться на колени перед туалетным столиком; затем, сняв с себя одежду, ты будешь ложиться ничком и получать пять плетей; будешь мне прислуживать, чтобы искупить свою вину. В противном случае я отдам тебя в жены солдату из мятежников, который сможет безнаказанно убить тебя, разрезать на куски и скормить собакам и свиньям.
Боясь смерти, жена Ли лишилась всякой воли и, отбивая поклоны, умоляла поучать ее. Не желая быстрой ее смерти, наложница била ее не в полную силу, а так, чтобы она узнала, что такое боль от порки, и только.
Через год с небольшим жена Ли заболела и умерла. Полученное ею количество плетей общим счетом соответствовало предсказанному старухой. Ну, разве не была эта женщина тупой и бесстыдной? Ее душой втайне владело то, к чему и бесы питают отвращение».
Хань Гун эту историю не только не скрывал, но, напротив, рассказывал, чтобы прояснить вопрос о воздаянии за дела, совершенные человеком при жизни, и его приятели знали эту историю во всех подробностях.
Хань Гун приводил еще один пример того, как может измениться положение человека.
— В конце правления Мин, — рассказывал он, — я путешествовал в районе между Сян и Дэн и остановился на постоялом дворе вместе с колдуном Чжан Юнь-ху. Этот колдун хорошо знал, что жена хозяина постоялого двора ненавидит его наложницу и всегда к ней несправедлива, поэтому он сказал по секрету наложнице:
— У даосов есть способ одалживать чужую внешнюю оболочку, когда процесс очищения еще не завершился, а жизненные силы слабеют и нет никакой возможности достать лекарство, возвращающее человеку жизнь, тогда занимают у спящего его здоровое, цветущее тело и меняются с ним своим. Я сам когда-то пользовался этим способом, советую и тебе попробовать.
И вот на следующий день в доме вдруг услышали, что в комнате наложницы разговаривает жена, а в покоях жены слышится голос наложницы. Когда же обе женщины вышли, то оказалось, что голосом жены разговаривает наложница, а голосом наложницы — жена. Овладевшая телом жены наложница сидела молча, жена же, получив тело наложницы, была ужасно недовольна, все время спорила и бранилась. Родня не знала, кто из них кто на самом деле.
Пожаловались судье. Тот решил, что это шутки нечистой силы, велел бить обеих женщин палками, чтобы прогнать нечисть. Никто не знал, что делать. Ведь если судить по внешнему виду, то получалось, что жена стала в действительности наложницей, потеряла свое положение в доме, лишилась, авторитета. Кончилось тем, что пришлось им разъехаться и жить отдельно.»
Да, в высшей степени удивительная история!

Купец Керим

Курдская сказка

Жил купец. Звали его Керим. Нагрузил он однажды свой караван и отправился торговать в далекую страну.
Остановился он у родника, а недалеко пастух своих овец пас.
— Нет ли у тебя кого-нибудь, кто выстирал бы мне одежду? — спросил купец пастуха.
— Да, есть, — отвечал пастух.— Моя жена тебе выстирает.
Ахмад, так звали пастуха, взял одежду купца и отнес жене:
— Выстирай одежду и принеси мне, я сам отдам ее купцу.
Жена — а звали ее Залиха — выстирала одежду и понесла к роднику. Пришла, видит: Ахмад уже угнал овец в горы.
Увидел ее купец и влюбился. Вылетел у него разум из головы.
Позвал он слугу и говорит:
— Приведи сюда эту женщину.
Слуга пригласил Залиху войти в шатер. Пока купец разговаривал с ней, слуги приготовили караван в путь. Залиху силой посадили на верблюда и увезли.
Ахмад возвращается — нет ни купца, ни жены. Спрашивает соседей.
— Твоя жена понесла одежду купцу и больше не вернулась. Наверное, купец увез ее! — сказали соседи.
Ахмад взял с собой обоих своих сыновей и отправился на поиски жены. Подошли к широкой, глубокой реке. Одного сына Ахмад оставил на берегу, а с другим стал переплывать реку. Отплыл немного, видит: выскочил из кустов волк, кинулся на мальчика, который сидел на берегу, и унес его. Ахмад бросился назад, но, когда выскочил на берег, споткнулся, уронил второго сына в воду, и быстрое течение реки унесло его.
А волк с мальчиком тем временем бежал по лесу. По дороге попался ему пастух с собаками. Кинулись собаки за волком, тот бросил свою ношу и убежал. Пастух подобрал мальчика и стал его растить.
А второй мальчик не утонул, а плыл себе по течению, и принесло его к мельнице. Увидел его мельник, взял себе и усыновил.
Вырос мальчик и говорит:
— Отец, пусти меня, я пойду искать работу, хочу тебе помочь, отдохни немного!
Мельник отпустил его. Точно так же сделал и тот мальчик, которого подобрал пастух.
Посмотрим теперь, что делает Ахмад.
Горько зарыдал он, потеряв обоих сыновей, и пошел бродить по свету. Долго ходил он и пришел в страну, где накануне умер падишах. По обычаю выпустили «сокола счастья»: на чью голову птица сядет — тому быть падишахом. Птица села на голову Ахмада. Народ удивился: «Такой грязный и оборванный будет падишахом! Птица ошиблась!». Заперли Ахмада в дом, опять выпустили сокола. Птица разбила стекло, влетела в дом и села на голову Ахмада. «Ну, что же, — решил народ, — он для нас совсем чужой, пусть правит нами!»
Так Ахмад стал падишахом.
Однажды пришли в тот город двое юношей искать себе работу. Оба нанялись на службу к падишаху: один пас ягнят, другой — телят. Пусть они пасут себе свои стада, а мы посмотрим, что делает купец Керим.
Однажды пришел он со своим караваном в тот город, где Ахмад был падишахом. По обычаю он поднес падишаху богатый подарок и говорит:
— Разреши мне торговать в твоем городе!
— Торгуй, пожалуйста, — отвечал Ахмад, — по любой цене продавай свой товар, а сегодня вечером ты — мой гость.
Вечером пришел купец к падишаху. Сели они, стали разговаривать. А Керим все о своей жене думает: он ведь всегда ее с собой брал. Недолго просидел он у падишаха, собрался уходить.
— Почему так быстро уходишь? — спросил Ахмад. — Садись, поговорим еще!
— Падишах, здрав будь, со мной здесь моя жена. Она осталась одна, как бы с ней чего не случилось!
Велел падишах позвать своих новых пастухов и приказал им:
— Идите и караульте шатер, в котором спит жена этого купца!
Те отправились, стали караулить. Вот один спрашивает другого:
— Ты чей сын?
— Считается, что я — сын мельника, но настоящий мой отец — пастух и зовут его Ахмад. А ты чей сын?
— А я — сын пастуха, но говорят, что мой отец не он, а другой пастух. Его тоже зовут Ахмад.
— А как звали твою мать?
— Ее звали Залиха.
— И мою так же!
А Залиха все это слышит.
— А как называлась твоя деревня? — спрашивает один другого.
— Хайдарбег.
— И моя так же называлась!
— А как звали вашего соседа?
— Его звали Асо!
— И нашего тоже звали Асо!
— Ну, раз так, значит, мы — братья!
Жена купца все это слышала, позвала она обоих юношей и спрашивает:
— Расскажите мне свою историю.
Они рассказали ей, как отец вместе с ними отправился за купцом, как один из них упал в воду, другого — унес волк, как один из них попал к мельнику, а другой — к пастуху.
Заплакала Залиха и сказала:
— Я ваша мать, а вы — мои сыновья, — и рассказала, как ее увез купец.
Все трое бросились обнимать друг друга. Наговорились вдоволь, а под утро уснули.
Пришел купец домой, видит: обнявшись с его женой, двое юношей спят.
Керим прибежал к падишаху:
— Что за людей ты дал мне? Они настоящие разбойники! — закричал он.
— Что случилось? Почему ты так говоришь? — удивился падишах.
— Пойдем со мной и сам все увидишь, — сказал Керим.
Пришли. Видит падишах: и правда — оба караульных, обнявшись, спокойно спят себе с женой купца.
Разгневался падишах, разбудил обоих юношей и стал их ругать. Проснулась Залиха и говорит:
— Не ругай их, падишах, я сейчас все объясню тебе: эти юноши — мои сыновья. Когда-то я была женой пастуха, звали его Ахмад. Этот купец насильно увез меня.
— Ну, раз так, — сказал падишах, — идемте все ко мне в диванхане, там рассудим всех!
Пришли в диванхане. Каждого юношу допросили в отдельности. Оба рассказали одно и то же.
Тогда падишах сказал:
— Принесите мою старую одежду, в которой я пришел сюда в первый раз!
Одежду принесли. Увидела ее Залиха и вскрикнула:
— Это же одежда Ахмада — моего мужа!
— Верно, — сказал падишах, —это моя одежда, а я — твой муж Ахмад.
Купца тут же казнили. А падишах Ахмад с женой и сыновьями зажил счастливо.

О человеке, жене которого понадобилось бычье молоко

Сказка амхара (Эфиопия)

Жил в деревне добрый человек. Однажды его жена назначила свидание своему любовнику, а мужу сказала:
— У меня очень болят глаза. Мне сказали, что хорошо помогает бычье молоко. Иди поищи бычьего молока и принеси мне.
Доверчивый крестьянин подумал, что она действительно заболела, и отправился на поиски бычьего молока. По дороге ему повстречался монах.
— Куда ты идешь, сын мой? — спросил его монах.
— У моей жены вдруг очень заболели глаза, и ей сказали, что помогает бычье молоко. Она попросила меня во что бы то ни стало найти бычье молоко и принести ей, — ответил крестьянин.
Монах понял, что здесь что-то неладно, и сказал ему:
— Раз так, это несложное дело. Идем к тебе домой, и я покажу тебе это средство.
Крестьянин согласился и, когда они подошли к деревне, показал монаху свой дом.
Тогда монах посадил крестьянина в мешок, взвалил мешок на спину и, подойдя к дому, сказал:
— Пожалуйста, пустите меня переночевать!
Тут вышла жена этого крестьянина и сказала монаху.
— Добрый вечер, отец! Что это вы несете?
— Это мешок с церковной утварью, — ответил ей монах.
Она впустила его в дом и сказала:
— Зажечь вам лампу?
— Не надо. Воры увидят церковную утварь, придут и украдут ее. Я посижу в темноте, — сказал он ей.
— Тогда идите сюда. — И она провела его в чулан.
Для любовника она приготовила жирную баранину и тэлля. Она взяла немного и отнесла монаху, чтобы он поужинал в темноте. Монах развязал мешок и вместе с крестьянином они съели мяса и выпили тэлля.
Прошло немного времени, и хозяйка говорит монаху:
— Отец, спойте песню. Давайте повеселимся!
А монах ей отвечает:
— Дочь моя, начинай ты!
И та запела:
Хорошо бы ушедший искать быка там бы и остался.
Хорошо бы ушедший искать быка там бы и остался.

А монах подхватил:
Мой мешок, послушай наши песни.
Мой мешок, послушай наши песни.

Так они пели, пока не наступила ночь. Женщина постелила постель и вместе со своим любовником легла спать. Когда они заснули, ее муж встал, взял нож и отрезал голову любовнику жены. Потом он положил ее в кувшин с тэлля и ушел.
Ночью женщина проснулась и захотела обнять своего любовника. И тут она увидела, что у него нет головы!
— Отец, отец! — стала звать она монаха.
— Что? — спрашивает ее монах.
Неужели у человека, который провел со мной ночь, не было головы?
А монах отвечает ей:
— Дочь моя! Голова, словно тростник.
— Тогда, пока люди не увидели и не услышали, я уберу его отсюда, — сказала она и, дотащив труп до ямы с нечистотами, закопала его там.
Утром монах встал и, взглянув на свой пустой мешок, сказал ей:
— Из-за тебя воры украли всю церковную утварь. Я сейчас позову людей.
— Пожалуйста, не кричите! Я заплачу вам, — сказала она и,
достав из корзины все свои шэммы, отдала их монаху. Тот положил их в мешок и ушел.
На следующий день муж вернулся и говорит жене:
— Ну, как ты провела день и ночь? Поправилась ли?
Жена подумала, что он ничего не знает, и говорит:
— Я хорошо себя чувствую. Сегодня мне стало легче.
Через некоторое время жена поставила на огонь горшок, и, когда еда в горшке закипела, муж сказал жене:
— Послушай, горшок говорит, что голова — в тэлля, а тело — в мусоре. Посмотри-ка, что там в кувшине с тэлля!
Жена быстро поднялась, открыла кувшин, засунула в него руку и вытащила голову любовника.
— А теперь выйди из дома и посмотри, нет ли в мусоре тела, — сказал он ей.
Жена пошла и достала зарытый ею труп.
Тогда муж ей и говорит:
— Если люди узнают об этом, нас могут посадить в тюрьму. Надо выбросить труп в пропасть.
Муж перевязал ремнями тело и голову любовника жены и взвалил груз ей на спину. Когда же они подошли к пропасти, муж сказал:
— Это твой любовник, а поэтому вы должны быть вместе. — И с этими словами он столкнул ее в пропасть. Так рассказывают.
Тот, кто строит козни своим доверчивым близким и друзьям, погибает сам.

Мои глаза стали зрячими

Сказка амхара (Эфиопия)

Жил очень богатый человек. Он поселился в местности, где у него совсем не было родственников. Женился он там на одной женщине, которая оказалась развратницей. А мать ее жила в доме своей дочери и занималась сводничеством. Как только ее богатый зять отправлялся на работу, она бралась за домашние дела, возилась с горшками и сковородами, пряла, а ее дочь тем временем распутничала.
Слухи об этом дошли до мужа. Он растерялся и не знал, что делать. Ведь если он убьет свою тещу и жену или любовников жены, то погибнет сам. Да и добро, которое он нажил за многие годы, не хотелось терять. Наконец он придумал, как наказать свою жену.
Однажды он сказал, что ослеп, и с тех пор не покидал дома. А поводырем у него был маленький сын, который выводил его во двор.
Тогда теща и жена посоветовались друг с другом и решили: «Отравим его, и все добро достанется нам».
Они достали сильный яд, налили в один из кувшинов пиво, бросили туда яд и сказали сыну, который был у отца поводырем:
— Когда отец попросит пить, налей ему пива из этого кувшина.
После этого жена и теща ушли из дома.
Однако муж заподозрил что-то неладное и сказал сыну:
— Ты не пей из этого кувшина, а мне дай воды.
Сын пошел и принес отцу воды.
В это время к ним в дом пришел шурин. Тогда хозяин дома подозвал своего маленького сына и говорит ему:
— Налей дяде пива из этого кувшина.
Сын налил пива, и шурин залпом выпил его и сразу же упал замертво. А хозяин дома, притворившийся, будто ничего не видит, говорит:
— Ну, шурин, что же ты молчишь? Расскажи мне что-нибудь!
Спустя некоторое время теща и жена мнимого слепца пришли домой. Они остолбенели от ужаса, найдя своего родственника мертвым. С плачем они похоронили его.
Прошло немного времени, и жена, как обычно, отправилась к любовнику, а ее мать склонилась над очагом, готовя уот.
В доме было тихо. Тогда хозяин дома взял большой молоток и ударил им тещу по голове. Та упала мертвой у очага.
Дочь вернулась домой и, увидев свою мать мертвой, стала причитать, а ее муж плакал вместе с ней.
После того как они похоронили ее, муж сказал жене:
— В моем доме завелся кто-то. Он несет всем нам гибель.
Он убил моего шурина и мою тещу, он ослепил меня. Я не могу больше жить, не видя дневного света. Привяжи к столбу веревку и сделай петлю для меня.
Жена привязала веревку к столбу.
— А теперь придвинь ко мне ступу и завяжи петлю на веревке, — сказал он жене.
Жена залезла на ступу и стала завязывать петлю, примеряя ее к своей шее. Тут он выбил ступу у нее из-под ног, и она повисла на веревке.
Когда односельчане пришли к ним в дом, чтобы позвать женщину на улицу, они нашли ее повесившейся.
Тут все стали причитать над ее телом, а ее муж, мнимый слепой, тоже стал сокрушаться по поводу ее смерти:
— О боже! Когда ее брат и мать умерли, она с горя повесилась.
Ещё много дней после ее похорон он прикидывался слепым, а потом вместе с поводырем отправился на целебные воды и через семь дней купания там, ликуя от радости, объявил:
— Мои глаза стали зрячими!
Если задумаешь погубить другого, погибнешь сам. Пусть злость не будет твоим советчиком. Не делай зла другу.

Подлость монаха

Абхазская сказка

Жили брат и сестра — Александр и Татьяна. Александр жил у отца, а Татьяну воспитывал один монах — он был ее крестным отцом. Этот монах отдал Татьяну в школу. В школе она училась лучше всех.
Но вот однажды монах сказал Татьяне, что она ему очень нравится, и предложил выйти за него замуж.
Бедная Татьяна чуть с ума не сошла.
— Что ты говоришь мне, собака! Уйди прочь! — крикнула она монаху.
У Татьяны были друзья. Она доверяла им и рассказала все, что говорил ей монах. Друзья приняли близко к сердцу ее обиду, Поймали монаха и наложили на него клеймо.
Тогда монах сообщил брату Татьяны, что она позорит его, позорит свою семью и что он с ней ничего не в силах поделать. Родители Татьяны никогда не думали, что дочь запятнает их, станет развратной. Напротив, они считали, что у нее нет никаких недостатков. А брат, когда узнал это, очень огорчился и сказал:
— Как могло случиться, что моя сестра стала развратной? Ведь я думал, что лучше ее никого нет. Она так хорошо училась, я очень доверял ей!
Брат перестал и есть и пить: слова монаха были для него хуже смерти. И вот он пошел к отцу и сел там, обхватив голову руками. Из его глаз потекли слезы.
— Дад Александр, что с тобой? Дад, почему ты грустишь? — спросил отец. — Уж не случилось лп с нами какого несчастья?
Александру было тяжело рассказывать отцу всю правду.
— Бедныи отец, как плохо жить тебе на старости лет! — ответил он.
— Скажи, дад, что же случилось? —— опять спросил отец.
Тогда Александр сказал:
— Хорошо, пусть оно сгорит! Я расскажу тебе все… Отец, знаешь, что случилось? Татьяна, которую мы так старались воспитать, с ума сошла — опозорила нас, осрамила! Мне монах письмо прислал. Пншет, что Татьяну надо убрать из его дома или даже убить, потому что она запятнала его дом и опозорила самого монаха!
— Эх, дад Александ что ты сказал?! — в глубоком раздумье воскликнул бедный старик. — Иди, дад, но не убивай ее. Эх, несчастныи я! То, что ты сказал мне, дад, омрачило мою старость…
Александр вскочил:
— Да, отец мой, это так! А теперь я должен пойти туда!
— Ох, дад Александр, подожди, пожалей меня, не убивай дочь! Скажи ей, что отец заболел, а потом, сам знаешь, лучше завести ее в дремучий лес и бросить… Оставь ее там, а сам возвращайся домой.
Бедный старик, оставшись дома, метался из угла в угол — ведь он терял свою единственную дочь!
Тем временем Александр пришел к сестре и постучал в дверь, чтобы Татьяна открыла ему. Но бедная Татьяна уже сходила с ума, она не узнала голоса брата и спросила:
— Кто ты?
— Открой дверь, разве ты меня не узнаешь? — ответил брат, не называя себя.
— Откуда мне знать, кто ты такой?
— Как же ты не узнаешь меня. Ведь я тот, кто каждую ночь приходит к тебе!
— Клянусь богом, клянусь своим единственным братом Александром, я убью тебя, если ты не уйдешь! — крикнула в ответ Татьяна.
У бедного брата подкосились ноги, сжалось сердце. Ему стало стыдно, что он так говорил с бедной Татьяной. Он подумал немного и сказал: — Татьяна, открой дверь, это я, твой брат!
— Если ты мой брат, назови имена наших отца и матери, только тогда я тебе поверю!
Александр назвал имена отца и матери н напомнил сестре все её разговоры в то время, когда у них не было никаких печалей.
Татьяна сейчас же открыла дверь. Давно она не видела своего брата. Татьяна бросилась к нему, обняла и горько заплакала.
— Как ты со мной грешно разговариваешь, разве так говорят с сестрой? — сказала Татьяна.
— Да, сестра — Александр хотел засмеяться, но у него полились слезы.
Татьяна удивленно отступила назад.
— Брат, что с тобой случилось? — спросила она. — Почему ты грустишь?
— Татьяна, наш отец болен, он при смерти. Если мы быстро не пойдем домой, то, может быть, не застанем его в живых — сказал брат, продолжая плакать. Он плакал, потому что терял свою единственную сестру.
— Бедный мой отец, бедный! —— воскликнула Татьяна и стала собираться.
— Бери все свои вещи, может быть, не скоро вернешься,— сказал ей брат.
Сестра быстро собрала вещи, заперла комнату на ключ и пошла за братом.
У бедного брата всю дорогу надрывалось сердце.
— Что с тобой, Александр? Наверное, ты знаешь, что наш отец непременно умрет или, может быть, он уже умер? Почему ты боишься мне сказать? Говори же! — настаивала Татьяна.
— Нет, отец еще не умер,—— ответил брат.
Брат и сестра шли, шли и пришли к дремучему лесу. Татьяна удивилась: почему они идут дремучим лесом и куда идут? Они устали и сели отдохнуть. Когда они отдыхали, брат спросил Татьяну:
— Что с тобой случилось, Татьяна? Наш монах сообщил о тебе кое-что… Как же это ты могла осрамить своего отца и брата?
— Что же он вам сообщил? — изумилась сестра.
— Он сообщил, что ты испортилась, осрамила его, что он не можетостановить тебя ичто надо тебя убрать из его дома.
Только теперь Татьяна все поняла, но, зная, что ее душа ни в чем не повинна, громко засмеялась и спросила:
— Правда? Так он вам сообщил? Если так, то здесь я тебе ничего не скажу, но дома расскажу всю правду, только дай мне клятву, что ты не станешь ему мстить!
Несчастный брат не задумался над этими словами. Он оставил сестру и ушел, а Татьяне сказал, что скоро вернется.
Татьяна ждала, ждала, но брат все не приходил. Тогда она поняла, что случилось.
— Эх, брат, пусть мои грехи на тебя лягут! Как ты плохо обо мне подумал! Зачем ты поверил монаху и бросил свою сестру?! Честь моя, не дай меня съесть зверям! Боже, ты наверху и внизу, на земле! Был у меня единственный брат Александр, завел он меня сюда и бросил, а сам спасся. Вот я, обесчещенная, стою посреди тобой сотворенного огромного дремучего леса. Прошу, не дай зверям съесть меня, не дай мне такой ужасной гибели!
Потом Татьяна пораздумала немного и сказала:
— Нет, боже, пожалей моего единственного брата, прости его!
Сказала так, подняла голову и стала оглядываться по сторонам. Вдруг Татьяна заметила крышу большого дома. Она быстро засыпала листьями свои вещи и пошла к этому дому.
Когда Татьяна вошла во двор, у нее глаза разбежались: так прекрасно были устроены и дом, и двор, и все хозяйство. У бедной Татьяны от страха дрогнуло сердце — она нe знала, куда пришла. Во дворе валялось много костей крупной дичи. Призадумалась Татьяна, но никак не могла понять, почему здесь так много звериных костей — ей нигде не приходилось столько их видеть.
Татьяна собралась с духом, вошла во дворец, но хозяев там не было. Она стала прибирать, везде подмела, все вымыла и вычистила. После этого Татьяна вышла на балкон, присела ненадолго, нo потом встала, заперла дверь и пошла по той дороге, откуда пришла.
Так пришла она на то самое место, где лежали ее вещи, и промолвила:
— Наверху бог, а внизу земля. Пожалей меня, боже, не дай зверям съесть меня, не дай мне пропасть бесследно!
Не успела Татьяна сказать это, как на вершину дерева сел голубь.
— Не бойся, Татьяна! ——— сказал он ей.— Ты невинна в этом мире, тебе помогут все деревья, все птицы. Если тебе что—нибудь надо, скажи нам!
Татьяна ответила так:
— Я не спала три дня и три ночи. Пожалейте меня, если я здесь усну, не забудьте обо мне, держите меня в своем сердце!
— He бойся, засни! — сказал ей голубь. — Земля, на которую ты ляжешь, станет как вата, а мороз и холод превратятся в солнечное тепло!
И Татьяна спокойно уснула. Она легла в полдень и проснулась в следующий полдень. Татьяна не ела уже четыре дня, но голода и холода не чувствовала. Она проснулась веселой и подумала: «Святой я стала, что ли?»
Потом опять пошла ко дворцу. Войдя во дворец, она сделала так, как делала раньше: убрала все, вычистила и опять ушла.
Теперь скажем, кому принадлежал этот дворец. Оказывается, он принадлежал трем братьям-адауы: Базалбею, Таталбею и Хазалбею.
Увидели братья свой дворец чисто прибранным и очень удивились.
— Что мы видим? Кто это осмелился зайти в наш дом? Почему здесь слышится христианский дух?
На второй день адауы опять ушли, а Татьяна снова пришла, все убрала, вымыла, вычистила, а потом ушла в лес.
После её ухода вернулись братья. Они опять удивились, слыша христианский дух, но не знали, что сказать.
Тогда старший брат спросил:
— Что делать с тем, кто осмелился так поступить? — и адауы решили оставить дома самого младшего брата, Хазалбея.
— Мы тебя оставляем,— сказали они Хазалбею, — а сами уйдем на работу. Ты пойди спрячься в кукурузнике. Если тот человек опять придет убирать, то крикни ему, когда он будет уходить, чтобы он не боялся, что ты ему не станешь мешать. Только смотри не съешь его!
Наутро братья встали, приказали младшему брату спрятаться в кукурузнике, а сами ушли.
Младший брат спрятался. Вот пришла Татьяна. Она опять поприбирала все, как раньше, но только собралась уходить, как из кукурузника вышел громадный адауы.
— Будь мне сестрой, а я стану твоим братом! — крикнул он.
Бедная Татьяна услышала этот крик и, не зная, что случилось, испугалась, но адауы сказал ей:
— Не бойся, я тоже человек! Оставайся здесь!
Татьяна подумала немного и решила остаться.
Обрадованный адауы сообщил об этом своим братьям. Братья в тот же день собрали весь свой народ и устроили пир, радуясь, что нашли себе сестру. Адауы с ума сходили от радости. Они стали перед Татьяной на колени, поклялись, что с этого дня она будет их сестрой, и просили рассказать, как она к ним попала. Татьяна рассказала о всех своих несчастьях.
С тех пор Татьяна стала сестрой адауы и поселилась на самом верху дворца. Ее кормили только костным мозгом. Адауы очень любили Татьяну и клялись только именем своей единственной сестры. Но Татьяна никак не могла забыть своего горя.
Адауы замечали, что она глубоко вздыхает. Это очень их беспокоило. Услышав ее вздох, все три брата бросались к Татьяне и спрашивали, что с ней случилось. Они очень ее любили и выполняли все ее желания.
Однажды, когда Татьяна сидела на самом верху своего дворца, к ней вошла какая-то старуха. В руках она держала женское платье.
— Нан, Татьяна! —— сказала старуха — Надень это платье. У меня дочь с тебя ростом. Если оно тебе будет впору, то и ей подойдет!
— Хорошо, — сказала Татьяна. Она взяла платье и надела его, но нe успела опомниться, как сразу окаменела.
В то время ее братьев-адауы не было дома. Когда же они вечером вернулись домой и увидели свою окаменевшую сестру, они так поразились, что чуть с ума не сошли. От страшного рева адауы затряслись горы и побережье.
— Что с нами случилось?! Что за горе! С кем было такое несчастье? Что с нами сделал аллах! —— кричали адауы.
Адауы обошли всю землю, обыскали все небо, но ничего не нашлось, чем можно было бы оживить Татьяну. Тогда братья стали приносить жертвы. В крови этих жертв могли бы плавать карачаевскне лошади, но Татьяне ничего не помогало.
Прошло два года. Адауы успокоились. Но вот однажды они прослышали что какой-то царевич ищет себе жену. Услыхала об этом и старуха. Она пошла к царскому сыну и сказала:
— Слушай, что я тебе скажу! Я узнала, что ты ищешь себе жендд и вот я говорю тебе: есть одна красавица, зовут ее Татьяна. Она была сестрой трех братьев-адауы. Когда она выходила на балкон, то как солнце горела и освещала всю нашу землю. Я же пришла к ней и превратила ее в камень. Теперь ты должен дать адауы побольше денег и взять себе этот камень, а я его оживлю.
Царский сын, открыв рот, смотрел на старуху и думал, что он с ней сделает, если она лжет. Но старуха так много говорила, что наконец он ей поверил, повернулся и пошел домой. Пришел царевич к отцу и сказал:
— Отец, найди мне побольше денег и дай людей, я привезу окаменевшуто Татьяну.
Царь этому не удивился. Он отдал сыну столько денег, сколько тот мог взять, вызвал войско, приготовил все и отправил сына в дорогу.
Мать царевича стала браниться — ей не понравилась затея сына.
Тогда царь сказал ей:
— Успокоися! Зачем волноваться?
Царский сын со своим войском заехал за старухой, взял её и направился к адауы. Когда царевич приблизился к дому трех братьев, он послал старуху и войско выпросить у них камень. Адауы это не понравилось, но камень они отдали, не спрашивая зачем, и отказались от денег: адауы надеялись, что найдется какое-нибудь средство, которое оживит Татьяну.
Так царевич Коция достал этот камень. Снова страшный рев адауы потряс и землю и небо. Их сердца огнем горели от горя. Но что им было делать? Адауы остались без сестры.
Когда Татьяну привезли к царю, старуха сказала:
— Принесите мне такое зеркало, которое еще не видело света, и золотой гребень — этим можно ее оживить.
Царский сын отправился на поиски. Он нашел зеркало и гребень. Татьяну отнесли в церковь, оставили там наедине со старухой. И вот не прошло и часу, как бедная Татьяна, которая до сих пор даже солнца не видела, ожила.
— Где я была? — спросила она, удивленно оглядываясь по сторонам.
В это время все вокруг церкви, в которой была Татьяна, засияло, как от пылающего солнца. Около церкви стояло войско царевича. Сам царевич, открыв дверь, вошел в церковь. Он увидел необычайную красоту девушки и сразу полюбил ее.
Царевич отдал старухе все, что ей нужно было до конца жизни, а Татьяну повел в дом. Впереди себя царский сын Коция послал людей сказать, что он снял с неба солпце и везет его домой: пусть там сделают все, что возможно сделать.
Царь обрадовался, созвал весь свой народ до единого чело- века и стал готовиться к большой свадьбе.
Вечером, после захода солнца, привели сияющую без свечей Татьяну.
Все, кто любил и уважал Коцию, стали радоваться. Татьяна была достойна такой радости.
Пир продолжался непрерывно целый месяц.
За это время Татьяна сделалась хозяйкой, но она никак не могла забыть своего брата, который бросил ее в лесу.
Так прошел год.
И вот как—то раз Татьяна услыхала, что ее брат берет себе жену из той же страны, где живет она сама. Татьяна стала просить мужа н родителей, чтобы они отпустили ее на свадьбу брата. Разве Татьяне могли в чем-нибудь отказать? Ей разрешили…
Татьяна собрала свои вещи, надела мужское платье, повязала голову башлыком и поехала. До того стала хороша Татьяна, что не нашлось бы человека, кому бы она не понравилась.
Татьяна переменила имя и назвалась именем своего брата-адауы Хазалбея. Приехала она в родной дом и сказала отцу:
— Князь, я пришел к тебе и прошу только об одном: сделай меня своим прпказчиком!
— Но подобает ли тебе, такому прекрасному юноше, быть моим приказчиком? — удивился князь.
Татьяна стала рассказывать, будто она —— сын бедного крестьянина и хочет пожить во дворце князя, чтобы чему-нибудь научиться. «А потом видно будет, что из меня выйдет!» — добавила она под конец.
Князь поговорил со своим сыном Александром, и Татьяну сделали приказчиком старой лавки.
До свадьбы Александра оставалось еще три дня и три ночи.
За эти три дня и три ночи Татьяна так понравилась отцу и брату, что они поговорили между собой и решили отправить ее за невестой вместе с другими посланцами, а потом решили усыновить и объявить это народу.
Александр был этому очень рад.
Настало время ехать за невестой. Посланцы сели па коней, Татьяна тоже заперла двери лавки и поехала с ними.
Когда же они вернулись с невестой домой, отец Александра стал среди народа и сказал:
— Спервa обнимнте моего старшего сына! — он указал на Татьяну. — С этого дня Хазалбей будет старшим братом Александра и станет владеть всем имуществом наравне с нами.
Сказал так отец и принялся всех рассаживать, а Татьяну посадил на самое почетное место. Татьяна пила и ела‚ даже раз танцевала. Напротив нее сидел подлый монах. Это её мучило. Тогда Татьяна попросила себе ачамгур и стала играть и петь.
Все свои несчастья рассказала девушка в этои песне.
Пела она так: «Жил один князь, и было у него двое детей. Сына звали Александром, а дочь — Татьяной. Татьяну воспиты- вал монах. Бедная честная Татьяна кончила учение хорошо…»
Тут хитрый монах забеспокоился: он стал подозревать, что это сама Татьяна.
А девушка все пела и пела. В своей песне она рассказала о том, как однажды монах предложил Татьяне стать его женой, как она, доверяя друзьями передала им это и попросила наложить клеймо на монаха, как хорошие друзья ей помогли и наложили клеймо.
Слушая эту песню, монах умирал от страха.
Под конец Татьяна спросила:
— Сможет ли теперь отец, увидев свою пропавшую дочь, узнать её?
Когда она так спросила, все, кто слушал бедную Татьяну, чуть ума не лишились от удивления.
Тогда Татьяна обратилась к брату и спросила его:
— А ты, брат, сможешь ли теперь узнать сестру, брошенную тобой, если ее увидишь?
Сказала так Татьяна, вскочила, сбросила с себя мужское платье, положила его перед народом и, указав на монаха, сказала:
— Взгляните на этого монаха, у него на груди клеймо!
Не успела она это сказать, как люди повскакали, бросились на монаха и раздели его. И все увидели, что у монаха и вправду есть клеймо.
Тут Татьяна не могла больше вытерпеть — у нее душа кипела. Она выхватила из кармана оружие, попросила людей расступиться‚ прицелилась в монаха и выстрелила. Пуля попала монаху прямо в рот.
Вот как Татьяна покончила с монахом.
Из его рта пошла кровь, белая как молоко: так много грехов было у монаха. Народ не огорчился тем, что Татьяна его убила. Люди взяли и сожгли труп, а Татьяна стала упрекать отца и брата:
— Уничтожить бы ваш род! Когда у вас родятся дети, вы их отдаете на воспитание тому, кому можете доверить. Но как можно доверять монаху? Если уж непременно хотели отдать на воспитание, то почему не отдали какому-нибудь крестьянину, он бы воспитал меня с любовью! И вот ты, отец, отдал меня на воспитание этому монаху, а твой родной сын чуть не погубил меня! Не стыдно ли тебе, брат, что бросил свою невинную сестру посреди дремучего леса на съедение волкам? Хорошо, что ей помогло все, что есть на свете, и привело обратно!
Бедный Александр сидел неподвижно: как поднял руку, так она и осталась, и глаза его были неподвижны. Бедный отец никак не мог понять, отчего все так случилось. Они оба молчали.
Весь народ дивился такому случаю.
Потом отец п брат Татьяны пригласили её мужа, устроили большой пир и веселье, а когда Татьяна с мужем собрались уезжать, дали им провожатых.

Осёл-оборотень

Немецкая сказка из «Детских и домашних сказок» братьев Гримм

Жил-был молодой егерь; однажды пошел он в лес на охоту. Сердце у него было доброе, и малый он был веселый, и в то время, когда он из лесу возвращался и насвистывал на листке, повстречалась ему старая, безобразная старушоночка, заговорила с ним и сказала: «День добрый, охотничек! Вижу я, что ты весел и доволен; а я терплю и голод, и жажду: не подашь ли ты мне милостыньку?»
Егерь над нею сжалился, сунул руку в карман, подал ей, что мог, и хотел было идти далее, но старушоночка его остановила и сказала: «Послушай, милый мой, за твою доброту я тебе подарочек подарю. Вот ступай себе прямо своей дорогою; пройдешь немного, придешь к дереву, а на том дереве увидишь девять птиц, которые в когтях плащ держат и из-за него ссорятся. Прицелься ты в них и выстрели в самую середину их стаи; плащ у них из когтей выпадет, и одна из них, насмерть убитая, также падет с дерева. Плащ тот возьми себе: он волшебный! Стоит только его накинуть на плечи да пожелать перенестись в какое-нибудь место, и мигом там очутишься. Из убитой же птицы вынь-ка ты сердце да проглоти его целиком: тогда каждое утро при вставанье будешь находить у себя под подушкою по золотому».
Поблагодарил егерь вещунью и подумал про себя: «Хорошо бы ее устами да мед пить!»
Однако ж, пройдя с сотню шагов, он услышал над собою в древесных ветвях птичьи крики и писк и невольно поднял голову вверх. И увидел он стаю птиц, которые клювами и когтями вырывали друг у друга какой-то кусок материи и при этом клевались, бились и царапались, словно бы каждая из них хотела одна владеть этим куском.
«Странно, — подумал егерь, — дело-то выходит как раз так, как предсказала мне старушоночка».
Снял он ружье с плеча, прицелился и выстрелил как раз в середину стаи, так что перья кругом посыпались. Тотчас же вся стая взвилась вверх с громким криком, одна из птиц пала мертвая, а с ней вместе на землю упал и плащ.
Тогда егерь поступил, как предсказывала ему старушоночка: взрезал птицу, отыскал у нее сердце, проглотил его, а плащ захватил с собою домой.
На другое утро, проснувшись, вспомнил он слова старухи и задумал их проверить на деле.
И чуть только приподнял подушку, как сверкнул у него под изголовьем золотой.
И на другое утро тоже, и на третье, и так при каждом вставанье. Накопил он целую кучу золота, а затем и стал думать: «Куда мне это золото, коли я буду сиднем дома сидеть? Пойду-ка я постранствую по белу свету».
Тогда распростился он со своими родителями, взял охотничью суму и ружье и пошел по белу свету.
Вот и случилось однажды, что проходил он дремучим лесом, и как пришел к его опушке, то увидал перед собою красивый замок среди равнины.
В одном из окон замка стояла старуха и рядом с нею девушка дивной красоты, и обе смотрели из окна вниз.
Старуха же была ведьма и стала говорить девушке: «Вон из лесу выходит человек, в котором скрыто большое сокровище, его-то мы и должны отуманить, доченька! Нам это сокровище нужнее, чем ему… Он проглотил и носит в себе сердце птицы и из-за этого каждое утро находит под своим изголовьем по золотому».
Затем она рассказала ей, как все было и как ей следует обойти его, и, гневно взглянув на нее, стала грозить: «Если ты меня не послушаешь, так я тебя на век несчастной сделаю».
Подойдя поближе, егерь увидел девушку и подумал про себя: «Побродил я по свету довольно, не дурно бы мне и поотдохнуть в этом прекрасном замке».
Собственно же говоря, так побуждало его думать то, что он увидел в окне красавицу. В доме он был ласково принят и радушно угощен.
Немного спустя он так сильно влюбился в дочь ведьмы, что ни о чем, кроме нее, и думать не мог, на все смотрел ее глазами и охотно исполнял все ее желания.
«Теперь надо нам добыть птичье сердце, — сказала ведьма дочке, — он и не заметит, как оно у него пропадет».
Приготовили они вместе питье, сварили его, слили в кубок, и девушка должна была поднести тот кубок егерю.
Она и поднесла этот кубок ему, приговаривая: «Милый мой, выпей за мое здоровье!»
Он принял кубок, выпил его, и сердце птицы выскочило из его желудка.
Девушка должна была тайно унести его и затем сама его проглотить, потому что так хотелось старой ведьме.
С того дня он уже не находил более золотых у себя под изголовьем, они появлялись каждое утро под изголовьем девушки, и старая ведьма их там собирала.
Но он был так влюблен и так одурачен, что ни о чем ином и не думал, как о своей возлюбленной, и не мог с ней расстаться…
После того старая ведьма стала говорить: «Птичье сердце теперь у нас, но и волшебный плащ надо бы также у него отнять». — «Зачем?  — сказала дочь. — Оставим плащ у него: он и так уже потерял все свое богатство».
Старая ведьма озлилась: «Такой плащ — диковинка, которую редко и на свете сыщешь; я непременно хочу его иметь». Она дала дочке известные наставления и сказала, что если та им не последует, ей худо будет.
Девушка поступила по приказанию ведьмы и однажды, стоя у окна и устремив взор в синюю даль, прикинулась печальною.
Ее милый спросил у нее: «Почему ты так печальна?» — «Ах, дорогой мой, — отвечала она, — вон там, вдали, видишь ли ты эту гранатную гору? На ней родятся лучшие из драгоценных камней. Мне так бы хотелось эти камни иметь, что как только об этом подумаю, всегда печалюсь; но кто их оттуда может добыть! Птицы разве? Они одни туда залететь могут! А человеку это невозможно». — «Коли только в этом печаль твоя, так ее мудрено ли рассеять!» — сказал егерь.
Прихватил он ее с собою под свой плащ, пожелал быть тотчас на гранатной горе — и вмиг они оба очутились на ней.
Там повсюду сверкали драгоценные камни, и было их так много, что сердце на них радовалось; они стали вместе собирать лучшие и самые дорогие из этих камней.
А между тем старая ведьма ухитрилась при помощи своих чар так подействовать издали на егеря, что глаза у него вдруг стали слипаться…
Он сказал девушке: «Присядем здесь и отдохнем, я так устал, что с трудом держусь на ногах».
Они присели, он положил голову ей на колени и уснул. Во время его сна она отвязала у него плащ с плеч, накинула его себе на плечи, захватила с собою гранаты и другие драгоценные камни и пожелала очутиться дома.
Когда же егерь выспался и открыл глаза, то увидел, что милая обманула и покинула его на горе одинокого…
«О! — воскликнул он. — До чего велико коварство людское!»  — и сел, пригорюнившись, и раздумывал, что ему делать.
А та гора была во владении диких и громадных великанов, которые на ней постоянно обитали, и немного времени прошло, как егерь уже завидел троих из них, к нему приближавшихся.
Егерь вытянулся на земле, прикинувшись, будто спит.
Великаны подошли, и один из них, толкнув егеря ногой, проговорил: «Это что за червяк тут лежит и что про себя думает?»
Второй сказал: «Расплющи его ногой!»
А третий добавил с пренебрежением: «Стоит ли он того? Пусть живет… Здесь он все равно не останется, а если взберется выше, до самой вершины горы, его тотчас подхватит облако и унесет в даль».
Так разговаривая между собою, они прошли мимо, а егерь, все слышавший, тотчас после их ухода поднялся на ноги и вскарабкался на вершину горы.
Не просидел он там и минуты, как налетело на вершину облако, подхватило его, увлекло за собою вслед, какое-то время несло по небу, затем опустилось к земле над большим, обнесенным стенами огородом и обронило его легонько на гряды капусты и других овощей.
Оглянулся егерь кругом и сказал: «Кабы мне чего-нибудь поесть! Голод так и морит меня, но я не вижу здесь ни яблок, ни груш, ни других плодов, а везде только одни овощи».
Наконец ему пришло в голову: «Разве вот что? По нужде я могу и салату поесть… Он хоть и не особенно вкусен, однако все же подкрепит меня немного».
Вот и выискал он себе хорошенький кочешок, стал его есть, но едва успел проглотить два-три листочка, как почувствовал себя очень странно и заметил в себе необычайную перемену: у него выросли четыре ноги, голова стала большою и толстою, уши удлинились, и он с ужасом увидел, что превратился в осла.
Однако же, чувствуя по-прежнему сильный голод и находя по своей теперешней природе сочный салат очень вкусным, он продолжал есть его с жадностью.
Таким образом он добрался наконец до салата другого сорта, и едва только проглотил несколько листочков его, он вновь почувствовал перемену и вернулся в свой прежний человеческий образ.
Тут он растянулся на земле и выспался надлежащим образом. Проснувшись на другое утро, егерь сорвал один кочан дурного и один кочан хорошего салата и подумал: «Это мне поможет в моем деле и даст возможность наказать коварство».
Тут он спрятал кочны в дорожную сумку, перелез через стену и пошел разыскивать замок своей милой. Проходивши дня два, он благополучно разыскал его. Тогда он замазал себе лицо так, что и сама родная мать его не узнала бы, вошел в замок и попросил себе приюта. «Я так устал, — сказал он, — что не могу идти далее». — «Землячок, — сказала ему ведьма,  — кто вы такой и чем занимаетесь?»
Он отвечал: «Я королевский посол и был послан на розыски драгоценнейшего по своим свойствам салата, какой только может произрастать на белом свете. Мне посчастливилось его отыскать, и я его несу с собою; однако же солнце палит так сильно, что это нежное растение, пожалуй, еще завянет у меня, и я сомневаюсь, чтобы я мог донести его далее…»
Услышав о диковинном салате, старуха захотела непременно его отведать и сказала: «Милый землячок, дай же ты мне этого чудесного салата попробовать». — «Почему бы и не дать? — отвечал егерь. — Я принес с собою два кочна и дам вам один». Вскрыл он свою суму и подал ей кочан дурного салата.
Ведьме ничто плохое и в помыслы не пришло, и ей такая припала охота поскорее попробовать нового кушанья, что она сама побежала на кухню и изготовила его.
Изготовив салат, она дождаться не могла, пока его подадут на стол, и тотчас схватила с блюда два листочка и сунула их в рот; и едва только она их проглотила, как утратила человеческий образ и в виде ослицы сбежала во двор.
Вслед за тем пришла в кухню служанка, увидела готовый салат и собралась подать его на стол; но в то время, как она его несла, припала ей по старой привычке охота отведать салата, и она съела парочку листочков. Волшебная сила салата тотчас проявилась и на ней, и она обратилась в ослицу и сбежала во двор к старой ведьме, а блюдо с салатом упало на пол.
А егерь тем временем сидел у красавицы, и так как никто с салатом не появлялся, а красавице тоже хотелось его отведать, то она сказала: «Понять не могу, почему же этот салат не несут?» Тут егерь подумал: «Верно, салат-то уж произвел свое действие!» Сойдя вниз, он увидел, что во дворе бегают две ослицы, а салат лежит на полу. «Вот и отлично! — сказал он. — Эти две уже получили свою часть!» — и затем собрал остальные листочки его на блюдо и принес их красавице.
«Я сам приношу вам это чудесное кушанье, — сказал он, — чтобы не заставлять вас ждать его». Красавица покушала салату и тотчас же лишилась, как и все остальные, своего человеческого образа и побежала во двор ослицей.
Тогда егерь умылся, так что обращенные им в ослиц женщины могли его узнать, сошел во двор и сказал им: «Теперь вы должны получить достойную награду за ваше коварство!»
Привязал он их всех к веревке и погнал перед собою, и гнал, пока не пригнал на мельницу.
Постучал он в оконце мельницы; мельник высунулся из оконца и спросил, чего ему нужно. «Да вот есть у меня три дрянных животины,  — отвечал егерь, — которых я больше не хочу у себя держать. Если хочешь их принять на свой корм и стойло да содержать их по моему указанию, то я заплачу тебе за это, сколько ты с меня потребуешь!» — «А почему бы мне их и не взять? — сказал мельник. — Говори, как должен я их держать?»
Тогда егерь сказал ему, чтобы старой ослице (а это и была сама ведьма) он давал есть только раз в день, а бил бы ее три раза в день; той, что помоложе (служанке), давал бы корму три раза в день, а бил бы ее только раз в день; а самой младшей из ослиц, то есть его красавице, трижды в день отпускал бы корм, а не бил бы ее ни разу… Никак он не мог допустить, чтобы его красавица была бита. Затем он вернулся в замок и нашел там все, что ему было нужно.
Дня два спустя пришел в замок мельник и доложил егерю, что старая ослица, которую он кормил единожды, а бил трижды в день, не выдержала и издохла. «А две другие, — продолжал мельник, — хоть и живы и получают трижды в день свой корм, но так понуро смотрят, что едва ли и они долго протянут».
Тут егерь сжалился, сменил гнев на милость и приказал мельнику пригнать этих двух ослиц в замок.
И когда их пригнали, он дал им поесть хорошего салата, и они снова приняли человеческий образ.
Тогда красавица упала перед ним на колени и сказала: «О, милый мой, прости меня за то зло, которое я тебе сделала; моя мать меня к тому вынудила, и все это случилось против моей воли, потому что я любила тебя от всего сердца. Твой волшебный плащ висит в одном из шкафов, а если хочешь, чтобы я вернула тебе птичье сердце, то я сейчас готова принять рвотное».
Тут он отнесся к ней совсем иначе и сказал: «Оставь его при себе; ведь все равно я хочу тебя взять себе в супруги».
И они сыграли свадьбу, и с той поры жили в полном довольстве до самой своей смерти.