Презабавная история о глупом крестьянине

Презабавная история о глупом крестьянине

Немецкий шванк из «Фацетий» Генриха Бебеля

У некоей очень богатой вдовы был единственный сын, грубого, почти скотского нрава, настоящий дурак. Так как он до смерти влюбился в одну знатную девицу, которая жила по соседству, то попросил, чтобы ее отдали ему в жены. Родители девицы, хотя и были знатны, однако страдали от бедности и домашних тягот и не могли найти для дочери знатного мужа. Поэтому, соблазнившись богатством крестьянина, они легко согласились на его просьбы. Мать же его, зная глупость своего сына и боясь, что девица из-за нелепого его нрава не полюбит его и отвергнет, стала заботливо наставлять, как он должен себя вести, и, когда глупый крестьянин впервые пришел к девице, чтобы снискать ее любовь, то девица, когда он уходил, подарила ему атласные перчатки (т. е. из очень тонкой кожи). Выйдя от нее, он попал под сильный дождь и совсем их загубил. Мать, браня его, сказала: «Тебе, сын, надо было снять перчатки и спрятать их за пазуху». Придя к девице в другой раз, он получил от нее в подарок ястреба. Помня наставления матери, он, уходя, спрятал его за пазуху. Когда он захотел показать матери подарок, то вытащил мертвого ястреба. Пробирая его снова, мать сказала, что он должен был нести ястреба в руках. Когда же он в третий раз был у невесты, то раз он ни перчаток, ни ястреба не принес домой, она подарила ему мучное сито. По совету матери он, голова садовая, понес сито в руках, как должен был нести ястреба. Когда мать снова стала его поучать, что надо было приладить сито к лошадиному хвосту, он это очень хорошо запомнил. Наконец, девица, презирая этого безнадежно
глупого человека, подарила ему кусок сала, которое он, уходя, привязал к лошадиному хвосту и
проволочил его по колючкам и шиповнику. Наконец, мать, боясь, чтобы сына из-за его дурости не отвергли вообще, оставила его сторожить дом, а сама отправилась к родителям девицы добиваться, чтобы назначили день свадьбы. Сыну же наказала, чтобы тем временем он дома ничего не натворил. Когда она ушла, он спустился в винный погреб и, желая налить вина, всю бочку пролил на каменный пол. Чтобы мать этого не увидела, он засыпал потоки вина огромным количеством сухой полбы. Затем, поднявшись наверх, он, войдя неожиданно, напугал гусыню, сидевшую на яйцах, и она закричала: «Га-га-га!» Дураку со страху показалось, что она говорит: «Ich wils sagen», т. е. «Я все это расскажу». Поэтому он, поймал гусыню и за то, что она собиралась рассказать, что он натворил в винном погребе, убил ее, намазался медом, который нашел рядом в горшочке, прилепил к меду перья, собрав их изо всех подушек, и уселся на место гусыни высиживать яйца. Мать, вернувшись домой от девицы, нашла сына, сидящего на яйцах наподобие гусыни. Когда она постучала в дверь и позвала сына, он ответил: «Га-га-га!», желая и криком и сидением на яйцах подражать гусыне. После долгой брани и угроз он вылез, наконец, из гнезда и впустил мать. Так как он тотчас же должен был отправиться к невесте, то мать простила ему нелепости, которые он здесь натворил, сказав, чтобы он, приветствуя невесту, бросал на нее веселые и любезные взгляды. И он, зайдя к овцам, вырвал у них глаза и побросал все их в лицо невесте: ведь он думал, что именно таким образом должен бросать на нее взгляды.
Тем не менее богатство — наилучший залог любви — обеспечивало ему брак, ибо у кого есть богатство, тому оно дарит знатность, красоту, разум и все прочее.

Примечательная история о простоватом старосте и воре

Примечательная история о простоватом старосте и воре

Немецкий шванк из «Фацетий» Генриха Бебеля

У моих господ фон Штеффельн, вольных и замечательно благородных — таких называют баронами,— был известный мне крестьянский староста, которого в народе зовут скультетом. Когда он однажды приговорил к повешению человека, уличенного и обвиненного в воровстве, то перед казнью, по своей деревенской простоте, он послал его в святой храм, чтобы тот покаялся в грехах. Однако взял с него слово, что после покаяния он вернется. Тот пришел в храм, покаялся и, не обратив внимания на то, что церковь дает право убежища и здесь он может оставаться в безопасности, сдержал слово, вернулся, дал себя связать и отправился в последний путь. Он всходил на виселицу с таким воодушевлением, что люди думали, будто он страстно жаждет смерти. Я его знал с детства. Священника же, которому он исповедовался, многие корили за то, что он не надоумил недогадливого человека не покидать церковного убежища.

Ходжа Насреддин, топор и осел

Ходжа Насреддин, топор и осел

Турецкая сказка

Нарубив на горе дров, Ходжа Насреддин навьючил их на осла.
Топор, абу положил он сверху и пошел напрямик, а ослу сказал: «Ну, а ты иди кругом, дорогой». Ходжа пришел
 домой, смотрит, а осла еще нет. Он спросил у жены:
 «Осел пришел?» — «Нет, не приходил»,— отвечала
 жена. «Вот не думал, что я приду раньше осла»,— за
метил Ходжа. Прошло некоторое время, а осла все не
было; Ходжа подумал: «Пойду-ка посмотрю, где это застрял осел?» Он поднялся на гору, смотрит, а осел
 пасется на том же месте, где он его оставил. Но ни топора, ни абы уже нет. Тогда, скинув с осла дрова, он
 взвалил себе на спину седло и, выговаривая ослу, сказал: «Так! ты все пасешься, где я тебя оставил. Ладно,
ладно! Прежде принеси мне топор и абу, а тогда получишь обратно седло».

Самый невежественный человек

Самый невежественный человек

Армянская сказка из «Лисьей книги»

Некий царь пожелал построить башню, и сколько ни возводили ее днем, ночью она рушилась. И собрал царь своих мудрецов, и спросил причину сего. И они сказали: «Если хочешь, чтоб стены не рушились, найди ты одного невежду и замуруй его в стене, и пусть кладут стену, больше башня не рухнет». И царь сказал: «Сделайте выбор сами и найдите невежду, которого живьем захоронят в стене». И сели мудрецы вместе решать, где им найти невежду, и один сказал: «Невежественен рыбак, ибо имеет дело не с людьми, а с водой и рыбами». А некоторые сказали — погонщик ослов невежда и есть, день-деньской он наедине с ослом и всю свою жизнь проводит с вьючным животным, скитаясь с ним по горам и лесам. Одни рыбака предлагали, другие — пастуха, что зимой и летом бродит с овцами по горам, не спускаясь ни в село, ни в город. И одобрили это, и пожелали пастуха привести. Тогда один из мудрецов царя промолвил: «У царя нашего есть пастух, который родился в горах среди овец и вырос там и за всю свою жизнь ни села не видел, ни города». И послали десять всадников, чтоб привели этого человека. И всадники нашли пастуха, который доил в это время овцу и, приветствовав его, сказали: «Царь зовет тебя». Пастух сказал: «Я в своей жизни ни разу ни в город не заходил, ни в село — зачем ему звать меня?» А они, слукавив, сказали: «Не знаем». А пастух устроил им угощение, ягненка зарезал, сыру принес и развеселил их и клятвенно стал просить, чтоб раскрыли для чего зовут. И они сказали: «Вот по такой причине тебя зовут. Царские мудрецы сказали, что надо замуровать в стене невежду, чтобы башня была прочной». Тогда пастух рассмеялся и сказал: «Невежды и глупцы и есть те мудрецы, что сделали такой выбор». И, принеся овцу, сказал: «Я вам покажу мое невежество». И сказал: «У этой овцы два ягненка в чреве, один — самец, другой — самка, головка у одного белая, у другого — черная». И зарезал овцу, и достал из чрева ягнят, и было так, как он сказал. И, принеся другую овцу, сказал: «У этой овцы один ягненок в чреве — самец, тельце у него черное, головка — белая». И зарезали, увидели, что так. И пастух сказал: «В этих двух стадах, что перед вами, я знаю каждую овцу, какая родит, а какая — бесплодна, и какая самца родит, а какая — самку, и от какой черный будет ягненок, или белый, или пятнистый. Могут ваши мудрецы узнать это?» Всадники сказали: «Нет, никогда». Пастух сказал: «Так знайте, что не я тот глупец и невежда, которого вы ищете. А если пожелаете, я покажу вам невежду. Пусть царь схватит своего наиба и все, что есть у того, отнимет, а самого его повесит на площади и тяжким образом истязает, чтобы видели все горожане, потом пусть спрячут наиба и скажут, что убили его. И пусть три дня в городе возвещают, что какой человек придет и возьмет на себя обязанности наиба, все его имущество отдадут этому человеку и назначат его наибом царя. И если человек тот, видевший содеянное над наибом и слышавший, что сделали с ним, выйдет вперед и скажет, что он хочет стать наибом, тот человек и есть глупец и невежда, хватайте его и кладите живым в стену, чтобы не рушилась она больше и стала прочной». А они пришли и рассказали царю, и царь сделал так, как сказал пастух, и пока в городе глашатаи возвещали, что кто придет и возьмет на себя обязанности наиба и примет его власть, получит его имущество и земли, подбежал один придурок и сказал, мол, я возьмусь за это дело. И его спросили: «Видел ты, что сделали с наибом?» Он сказал: «Да, видел». И тотчас схватили его, потащили и живым замуровали в стене, и сделалась стена прочной.

Чудо-пташка

Чудо-пташка

Латышская сказка

Жили премудрый барон и премудрая баронесса. Оба они очень любили птиц. Как заслышат песенку какой-либо птахи, так полдня, а то и день просидеть могут и прослушать. Однажды зимой вышел барон в сад и слышит: птичка поет, да так звонко, так заливисто, что не наслушаешься. Обрадовался он, прибежал к баронессе и впопыхах говорит:
— Надевай-ка шубу, да поживей, пойдем слушать! Жиг-жаг, жиг-жаг! — птичка за садом поет. Накинула баронесса шубу, и побежали они пташку слушать. А что вправду-то было? В сарае мужики дрова пилили, вот оттуда-то это неслыханное жиг-жаг и доносилось.

Как Ходжа Насреддин тащил из колодца месяц

Как Ходжа Насреддин тащил из колодца месяц

Турецкая сказка

Однажды поздно вечером Ходжа Насреддин при свете луны под
нимал ведро из колодца, и увидел он, что в колодец 
упал месяц. Чтобы вытащить месяц, он привязал к ве
ревке крюк и спустил вниз. Случайно крючок зацепился
 за камень; и, когда он сильно тянул веревку, крючок
сорвался, а Ходжа упал на спину. Он взглянул наверх
 и увидел, что месяц на небе. «Ну, слава богу, помучился
 я немало, но зато месяц теперь вернулся на свое место».

Педро-Бедолага

Педро-Бедолага

Португальская сказка

Жила на свете бедная женщина, и был у нее сын, глупый-преглупый. Никогда-то от него ничего разумного и путного никто не видел и не слышал. И прозвали его Педро Бедолага. Но у матери-то он был один-единственный, и она его очень любила. Однажды принесла мать в дом кусок льняного полотна и сказала:
— Вот купила, чтобы дыры наши прикрыть.
Ушла мать к мессе и задержалась. Ждал ее Педро, ждал, а потом решил делом заняться: взял полотно, изрезал на мелкие кусочки и заткнул все щели в лачуге. А когда на пороге появилась мать, он, очень довольный собой, сообщил ей:
— Матушка, посмотрите, как хорошо я прикрыл все наши дыры.
Увидела мать, что наделал Педро, схватилась за голову и громко запричитала. Обещал ей Педро никогда не повторять ничего подобного. На следующий день послала мать сына на ярмарку, велела купить поросенка и притащить его домой. Ждала его мать, ждала, а потом решила пойти ему навстречу. Глядь, а Педро лежит на дороге. Лежит и не шевелится, а на нем поросенок. Педро-то подумал, что мать велела поросенка на закорках тащить, а силенок не хватило. Заплакала мать от огорчения и стала объяснять ему:
— Ведь поросенка-то нужно было за привязанную к ноге веревочку тащить, а хворостинкой погонять.
Выслушал Педро мать и принял к сведению. Спустя какое-то время послала его мать на ярмарку купить кувшин. Купить-то он купил, но домой принес только ручку от кувшина.
— Что с тобой случилось, Педро? Где кувшин, что я просила купить?
— Да я привязал к ручке кувшина веревку, а хворостинкой стал погонять, — сказал он. — Я сделал точь-в-точь, как вы, матушка, велели.
Расстроилась мать и говорит ему:
— Если бы ты поразмыслил, ты бы сам решил, что кувшин надо в руках нести или спрятать в соломе на возу, что едет в нашу сторону. Ну, иголки-то купить — ничего мудреного нет. Купи на винтен в лавке, — сказала мать.
Купил Педро Бедолага иголки. Глядь, а по дороге его нагоняет сосед с возом соломы. Вспомнил он тут материнские слова. Взял да и спрятал иголки в солому. Пришел домой, а мать спрашивает, где иголки?
— Да я их в солому, что соседская лошадь везла, спрятал.
Совсем опечалилась мать, видя глупость сына, и перестала его посылать за покупками.
«Ну, вымыть-то потроха небось сумеет», — подумала она.
— Вот что, Педро, иди-ка ты на речку и вымой потроха. Я купила их на ужин. Мой хорошенько, чтобы чистые были.
— А как я узнаю, что они чистые?
— Ну спросишь у кого-нибудь, кто рядом окажется.
Пошел Педро Бедолага на реку мыть потроха. Мыл, мыл. Устал даже. Ну а поскольку никого рядом не было, снова принялся мыть. Так и трудился до тех пор, пока не увидел на середине реки парусную лодку. Ветра не было, а потому гребцы сидели на веслах. Тут Педро стал кричать и махать им руками. В лодке решили, что что-то случилось, и, борясь с течением, двинулись к берегу. Когда же они подошли совсем близко, Педро спросил их:
— Ну-ка, скажите, я чисто вымыл потроха?
Находившиеся в лодке люди выскочили на берег и пустили в ход кулаки. Отделали его как следует, а потом сказали:
— Теперь твое дело молиться, чтобы скорее ветер подул. А ну кричи: дай бог, чтобы сильный-сильный ветер подул.
Оставив его, они сели в лодку и уплыли, а Педро Бедолага пошел к дому через поле, где крестьяне сеяли пшеницу. Идет и, глядя на них, кричит:
— Дай бог, чтобы сильный-сильный ветер подул, дай бог, чтобы сильный-сильный ветер подул!
Те, кто сеял пшеницу, просто обомлели от такой наглости. Не пощадили и они своих кулаков, отдубасили как следует, а потом сказали:
— Тупица! Ты что ж, не знаешь, что ветер севу не помощник, а? Он ведь семена развевает! А нам нужно, чтобы ни одно даром не пропало.
С этим они его и отпустили. Идет Педро своей дорогой. Смотрит, а люди сети расставляют для птиц. Вспомнил он, чему его учили, и закричал:
— Дай бог, чтобы ни одно даром не пропало! Дай бог, чтобы ни одно даром не пропало!
Задали ему трепку и птицеловы, а на прощанье сказали:
— Тебе бы сказать: да будет много крови, да будет много крови!
— Да будет много крови! Да будет много крови! — закричал Педро Бедолага, увидев вцепившихся друг в друга мужиков и того, кто старался их разнять. И тут же схлопотал по заслугам.
— Ты должен говорить: да разнимет их бог, да разнимет их бог! — учили его уму-разуму враз ставшие друзьями враги.
Пошел Педро Бедолага дальше. Глядь, а навстречу свадебный кортеж с женихом и невестой. Тут он и начни:
— Да разнимет их бог, да разнимет их бог!
Не поскупились на тумаки и затрещины и приглашенные на свадьбу, и всяк поучал:
— Тебе бы сказать: каждый день бы такое! Каждый день бы такое!
— Каждый день бы такое! Каждый день бы такое! — завопил Педро Бедолага, увидев похоронную процессию, провожавшую в последний путь всеми уважаемого человека.
На этот раз Педро повезло: руки у всех были заняты — гроб несли. Так что отделался он одними наставлениями:
— Ты должен говорить: взял бы его господь бог прямехонько в рай! Взял бы его господь бог прямехонько в рай!
Только прошла похоронная процессия, глядь, а навстречу Педро младенца несут в церковь, крестить.
— Взял бы его господь бог прямехонько в рай! Взял бы его господь бог прямехонько в рай! — закричал Педро Бедолага.
Дурным предзнаменованием сочли будущие крестные эти слова, но, чтоб неповадно было дурню впредь всякие глупости кричать, решили отдубасить его. Но Педро Бедолага вовремя дал деру, да так, что пятки засверкали. И если он еще не дома, то гоняют его по свету людские подзатыльники, не иначе.

Петь за деньги или даром

Петь за деньги или даром

Немецкий шванк из «Фацетий» Генриха Бебеля

Мне говорили о другом человеке, тупом и глупом. Следуя за гробом матери, он пел громким голосом; когда отец стал его бранить, он сказал: «Отец, я думаю, ты не в своем уме, раз ты зовешь священников петь за деньги, когда я могу петь даром».

Медведь и петух

Медведь и петух

Русская сказка

Был у старика сын дурак. Просит дурак, чтобы отец его женил: «А если не женишь — всю печку разломаю!» — «Как я тебя женю? У нас денег нету». — «Денег нету, да есть вол; продай его на бойню». Вол услыхал, в лес убежал. Дурак опять пристает к отцу: «Жени меня, не то всю печку разломаю!» Отец говорит: «Рад бы женить, да денег нету». — «Денег нету, да есть баран; продай его на бойню». Баран услыхал, в лес убежал. Дурак от отца не отходит: «жени меня», да и только. «Я же тебе говорю, что денег нет!» — «Денег нету, да есть петух; заколи его, испеки пирог и продай». Петух услыхал, в лес улетал.
Вол, баран и петух сошлись все вместе и выстроили себе в лесу избушку. Медведь узнал про то, захотел их съесть и пришел к избушке. Петух увидал его и запрыгал по насести; машет крыльями и кричит: «Куда-куда-куда! Да подайте мне его сюда; я ногами стопчу, топором срублю! И ножишко здесь, и гужишко здесь, и зарежем здесь, и повесим здесь!» Медведь испугался и пустился назад, бежал-бежал, от страху упал и умер. Дурак пошел в лес, нашел медведя, снял с него шкуру и продал; на эти деньги и женили дурака. Вол, баран и петух из лесу домой пришли.

Бонза и обет молчания

Бонза и обет молчания

Японская сказка

Однажды вечером бонза собрал всех послушников и сказал им:
— Так вот, маленькие послушники, с этого вечера мы начнём выполнять семидневный обет молчания. И уж что бы ни случилось, мы не должны говорить ни слова. Понятно?
И вот бонза и его ученики зажгли в большом зале свечу и, притихшие, расселись вокруг неё.
Высоко над храмом светила луна. В храме воцарилась тишина. Бонза и послушники, затаив дыхание, погрузились в молчание. Но тут вдруг с гор налетел порыв ветра и погасил свечу.
— Ой, свеча-то потухла! — вскрикнул, испугавшись, один послушник.
— Молчи, молчи, ты заговорил! — упрекнул его сидевший рядом другой послушник.
— Это ты первый заговорил! — сказал третий послушник второму.
Тогда бонза, который всё это время молчал, самодовольно заявил:
— Ну вот, из нас всех только я один сдержал обет — не сказал ни слова.