Два гроша

Сербская сказка

Жил-был бедняк. Торговал он чем попало, лишь бы голодным не сидеть. Набрал он раз мешок мху, сверху положил немного шерсти и пошел на базар продавать его. По дороге встретился ему человек: тоже идет на базар и несет чернильные орешки, а чтобы продать их, прикрыл сверху настоящими орехами. Бедняки стали друг у друга спрашивать, что у кого в мешке: один говорит — орехи, другой — шерсть. Решили они тут же на дороге купить товар друг у друга. Стали торговаться. Тот, у кого был мох, сказал, что шерсть дороже орехов, и потребовал доплаты, но, видя, что второй доплачивать не желает, а согласен только на обмен, подумал, что орехи-то, во всяком случае, дороже мха и он все равно останется в выигрыше. Торговались они долго и наконец решили, что хозяин орехов приплатит за шерсть два гроша. Но денег у него при себе не было, и для большей уверенности, что долг будет уплачен, они побратались. После того поменялись мешками и разошлись в разные стороны. Каждый думал, что надул другого. А как пришли домой да вынули товар из мешка, увидели, что они обманули друг друга.
Спустя некоторое время тот, что отдал мох вместо шерсти, пошел искать своего побратима, чтобы получить с него два гроша. Нашел его в одном селе в работниках у попа и говорит:
— Побратим, ты обманул меня.
— Да ведь и ты меня, побратим, обманул, — отвечает тот.
Первый стал требовать два гроша: раз договорились да скрепили договор братаньем, надо его исполнять. Другой соглашается: с радостью отдал бы, да нет у него сейчас двух грошей.
— Но вот у моего попа, — говорит он, — за домом есть большая яма. Он туда часто залезает, — наверно, там лежат деньги и драгоценности. Вечером ты спусти меня в эту яму, а когда мы ее обчистим и разделим добычу, я тебе и заплачу два гроша.

Читать дальше

Паук и лис

Сказка индейцев дакота

Однажды охотился Паук в прерии. Был у него с собой полный колчан стрел из травинок, а самая гибкая травинка служила луком. Во время охоты повстречал он Лиса.
— Здравствуй, братец Лис, — сказал Паук. — Как поживаешь?
— Да какой же я Лис, — изумился тот. — Еще вчера братец Бизон превратил меня в Бизона, чтобы я смог пожевать немного травы. Я пожаловался ему, что год нынче голодный.
— Верно, — вздохнул Паук, — год нынче голодный. Слушай, Лис, а не можешь ли ты меня превратить в Бизона, тогда бы я тоже пожевал немного травы.
— Отчего же, могу, — отозвался Лис. — Я видел, как делал это Бизон. Заберись на тот холм, а я разбегусь и через тебя перепрыгну.
Взобрался Паук на холм. Но едва увидел, как Лис, прижав уши, со всех ног мчится на него, перепугался и отскочил в сторону.
— Братец Паук, — рассердился Лис, — я и не знал, что ты такой трус. Никогда не быть тебе Бизоном.
— Давай попробуем еще раз, — сказал Паук.
Снова разбежался Лис, перепрыгнул на этот раз через Паука, но перепрыгнул так неловко, что кувырнулся несколько раз и шлепнулся. Не только Паука не превратил в Бизона — сам из Бизона опять превратился в Лиса.
Увидел это Паук и чуть не лопнул от смеха. А бедняга Лис поскорее скрылся в прерии. Верно говорят: не умеешь — не берись.

Я сегодня только в первый раз пришел

Сказка амхара (Эфиопия)

У одного человека был бык, у которого была плешь на загривке. Купил этот человек саблю и, войдя в дом, вынул ее из ножен и сказал в шутку:
— Взять бы и прирезать этой острой саблей плешивого!
А в это время в чулане находился дружок его жены, который был плешивым. Он решил, что эта угроза относится к нему.
Дрожа от страха, он вышел из чулана и говорит:
— Мой господин, я сегодня только в первый раз пришел. Прости меня за это! — И бросился к его ногам.
Так рассказывают.

Злостный неплательщик и назойливый Заимодавец

Абхазская сказка

Злостный неплательщик Кадыр был должен одну копейку назойливому заимодавцу Мачагва.
Каждую неделю Мачагва приходил к Кадыру за своей копейкой, но тот всегда отказывал и говорил, что у него нет денег.
Так прошел год. С этих пор Мачагва стал приходить ежедневно.
Так прошло пять лет.
Однажды Мачагва сказал:
— Завтра я опять приду, но, если ты не заплатишь долг, между нами, кроме плохого, ничего не будет! — Сказал это и ушел.
Ha другой день должник научил свою жену, как обмануть заимодавца, и скрылся.
Заимодавец, конечно, не пропустил дня, пришел к должнику за своей копейкой.
Жена неплательщика встретила его радостной улыбкой.
— Пожалуйста, ты пришел как раз вовремя! — сказала она. — Мы утомили тебя немножко, но теперь можешь считать долг полученным: сегодня рано утром мои хозяин пошел по одному делу. Если он сделает его, то заплатит тебе долг.
Заимодавец поставил палку и сел.
— Нет, пожалуйста, не жди его сегодня! Он ушел в соседнее село. Говорят, там у одной вдовы есть хорошие семена льна, он думает их взять. Если он найдет эту вдову, если у нее действительно есть хорошие семена льна, если они с моим хозяином сойдутся в цене, то он наверняка их купит и принесет. Затем тут недалеко у одного человека есть подходящая земля. Если он сумеет взять эту землю и если ему что-нибудь не помешает, то в будущем году он там посеет лён. А если в том году будет хорошая погода и лён уродится, мы его станем трепать, соткем полотно, и если через год продадим его за хорошую цену, то и сами заработаем, и тебе долг заплатим!
Выслушал все это Заимодавец и рассмеялся, а хозяйка пробормотала: «Почему тебе не смеяться, когда ты свое получил!»
— Я слыхал, что ты сказала, но завтра обязательно приду за своим долгом, а если не получу — дело кончится смертью! — Сказал так, встал и ушел.
Все это хозяйка рассказала мужу. Муж ее сказал жене так:
— Мой Заимодавец наверняка завтра придет. Я притворюсь умершим, а ты, как только его заметишь, начни меня оплакивать. Он очень хитрый, но, может быть, мы сможем его обмануть и выпроводить, и если он совсем и не откажется, то на некоторое время перестанет сюда ходить.
— Хорошо, — ответила жена. — Как ты сказал, так и сделаю!
На другой день должник увидел, что Заимодавец подходит к его воротам. Должник тут же лег на тахту, вытянулся и притворился мертвым. Его жена стала неистово кричать, плакать, биться головой об стену и рвать на себе волосы.
Заимодавец быстро вошел в дом, увидел, что его должник мертвый лежит на тахте, поставил палку в сторону, повесил башлык; и, ударяя себя по голове, то приближаясь, то отходя от «мертвеца», стал его оплакивать.
Потом, немного успокоившись, Заимодавец спросил у хозяйки:
— Когда он умер и как умер?
— Сегодня утром он заболел, и не прошло и часу, как испустил дух.
— Мы были с ним в ссоре из-за копейки, но все-таки я его очень жалею и, если ты не возражаешь, хотел бы обмыть своими руками и уложить в гроб, — сказал заимодавец хозяйке.
Хозяйка согласилась.
Мачагва обмыл «покойника», уложил в гроб, приготовил к похоронам и сказал:
— До свидания! Теперь вы хороните сами, а мне пора домой — уже вечереет. Да не придет к вам больше горе! — и пошел домой.
Но, отойдя немного, он вернулся, спрятался в лесу, недалеко от места похорон, и стал смотреть — будут хоронить Кадыра или нет? Мачагва боялся, как бы его не перехитрили.
Лежавший в гробу должник позвал жену и сказал:
— Наш Заимодавец хитрый, он может вернуться обратно. Поэтому накорми меня и похорони, но только так, чтобы я не задохнулся.
Жена быстро накормила его, похоронила так, чтобы он не задохнулся, и пошла домой.
Заимодавец тайком подошел к могиле и стал караулить покойника.
В полночь какие-то грабители с мешком золота и сверкающей шашкой остановились у могилы и стали говорить между собой:
— Когда мы проходили здесь вчера после полудня, никто тут не был похоронен. Кого же потом похоронили?
Говоря так между собой, они положили мешок и сели.
«Раз сели, разделим деньги!» — решили они и стали делить золото. В то время один из них крикнул:
— Оставьте пока деньги, давайте сначала отдадим шашку тому из нас, кто ее заслужил!
Грабители согласились и решили отдать шашку тому, кто во время грабежа отличился мужеством.
Но, рассматривая шашку, они заспорили: стоит она чего нибудь или нет. Одни говорили: «Эта шашка из каленой стали — видите, как она гнется!» А другие считали, что она из простого железа и ничего не стоит.
Тогда один из грабителей сказал:
— Если эта шашка разрубит человека одним ударом, из каленой стали.
Все с этим согласились, но кого же можно было разрубить?
— Давайте выкопаем мертвеца, что похоронен сегодня, — он ещё похож на живого — разрубим его и так испытаем шашку.
Все это слышал «мертвец», но что ему было делать? Он молчал, боясь заимодавца.
Грабители быстро взялись за могилу, выкопали «покойника» и поставили на ноги. Но, как только один из грабителей взял шашку и, размахнувшись, хотел ударить, тот испугался что его убьют, и громко закричал.
Грабители перепугались, бросили свою шашку и бесследно исчезли.
В это время Заимодавец подбежал к Кадыру и закричал:
— Долго ты меня обманывал, притворяясь то живым, то мертвым! Отдай сейчас же мою копейку и половину этого богатства!
Неплательщик не соглашался. Они вцепились друг в друга и начали драться. По их лицам текла кровь. Заимодавец был силен, но и неплательщик не уступал ему. Они так избили друг друга, что не могли подняться с места;
Пока они дрались, убежавшие грабители сидели где-то далеко, затаив дыхание.
Наконец они выбрали самого храброго и послали его узнать, что это за покойник, который кричал, и что случилось с их богатством.
Когда посланный подкрался и увидел, что два «мертвеца» дерутся из-за денег, он перепугался, закричал, перескочил через ограду, прибежал к товарищам и все им рассказал.
Услыхали это грабители и воскликнули:
— Конец света настал! — и бросились по домам.
«Мертвецы» услыхали крик испуганного грабителя, перестали драться и начали делить деньги. Все разделили, но неплательщик не отдал копейку, а Заимодавец, конечно, не забыл о ней и сказал:
— Приготовь долг, я на днях приду за ним, — и ушел, избитый кулаками Кадыра. Он с трудом перелез через ограду, а потом нагнулся и что-то поднял. Неплательщик заметил это, быстро догнал его и спросил:
— Что ты поднял?
Это была шапка, упавшая с одного грабителя, когда он, убегая, перескакивал через ограду.
Кадыр и Мачагва опять поссорились из-за шапки и намяли друг другу бока.
Наконец Заимодавец согласился и отдал неплательщику половину стоимости шапки. Заимодавец взял шапку, напомнил, что он все же придет за копейкой, и пошел своей дорогой.
Шел‚ думал, что дальше будет с его копейкой, и, пока не отошел далеко, все поглядывал исподлобья на неплательщика. Идя так по дороге, он остановился на краю поля и что-то поднял.
Это заметил неплательщик и подумал: «Наверное, он что-то нашел!» — и с криком бросился догонять Мачагва.
Когда тот заметил, что за ним гонится Кадыр, он закричал:
— Чтоб твоя мать увидела горе, отстань! То, что я поднял тебя не касается! Это кремень!
— Все равно, пусть будет кремень, но, если ты мне не отдашь половину, больше не приходи за своей копейкой! — крикнул Кадыр.
— В расчете, в расчете! — с трудом закричал избитый заимодавец.

Об одной распутнице, которая возвращалась с базара

Сказка амхара (Эфиопия)

Одна распутница, возвращаясь домой с базара, повстречала человека, который охранял сорго, и поздоровалась с ним. А он ей говорит:
— Сестренка, сегодня я зайду к тебе поужинать, так что уберись и жди меня.
— Хорошо, братец, я выполню твоё желание, но не забудь захватить с собой колосьев: я люблю сорго, — ответила она и пошла дальше.
Потом ей повстречался пастух, который пас коз, и он, как и первый, сказал ей:
— Сегодня я буду ночевать у тебя, так что жди меня.
— Хорошо, братец, я согласна, но я люблю мясо, а поэтому захвати с собой козленка, — ответила она ему.
Через некоторое время она повстречала пастуха, который пас коров, и тоже поздоровалась с ним, а он говорит ей:
— Пожалуйста, подожди, у меня к тебе есть дело.
Она обернулась и спрашивает его:
— Что, братец?
— Да тут простое дело. Я собираюсь сегодня поужинать у тебя, так что позволь мне прийти, — попросил он ее.
— Я не против, только я люблю молоко, а у тебя, я вижу, много коров, поэтому захвати с собой калебасу простокваши и приходи. Я уберусь и буду ждать тебя, — ответила она ему кокетливо.
Четвертым был один деревенский староста. Она повстречалась с ним, когда он ехал на муле, а его слуга, подгоняя мула, нес его ружье.
— Ты откуда идешь? — спросил он ее.
— С базара, мой господин, — ответила она.
Он поговорил с ней немного, а потом велел слуге посадить ее на мула и довез ее до ее дома.
— Ну, я приду к тебе домой вечером на ужин, только никому не говори об этом. Я сейчас съезжу домой и приду к тебе, — сказал он ей.
— Хорошо приходите. Я буду ждать вас, — сказала она старосте.
С наступлением вечера первым пришел к ней тот человек, который сторожил сорго. Он принес, как она ему наказала, охапку колосьев сорго. Она взяла у него сорго и сказала, чтобы он прошел на кухню и посидел там. После него пришел пастух, который пас коз. На нем были широкие штаны, длинный матерчатый пояс и кута. С собой он привел козленка. Она взяла у него козленка, а его самого спрятала в глиняный сосуд для хранения зерна.
Потом пришел тот, который пас коров, и принес с собой простоквашу. Она взяла у него калебасу и повесила ее на крючок у очага, а ему сказала, чтобы он спрятался под ее кроватью.
Наконец, пришел деревенский староста, который довез ее на муле до дома. За ним следовал его слуга и нес его ружье.
Она убрала дом, принарядилась и ждала его. Пока они беседовали, тот человек, который охранял сорго, набегавшись за день за обезьянами, заснул от усталости и заговорил во сне:
— Перестань, беги в дверь!
Тут деревенский староста испугался и встал, решив бежать.
Вставая, он ударился головой о калебасу, и простокваша вылилась ему на голову. В страхе он бросился бежать вместе со своим слугой, забыв взять ружье. Тот же, который пас коз, выскочил из своего убежища и, оставив куту, бросился наутек.
А тот, кто принес простоквашу, поднял кровать, бросил ее на кувшин с водой и горшок с тестом, так что черепки разлетелись во все стороны, а сам, разыскав дверь, распахнул ее настежь и вылетел стрелой из дома.
А тем временем деревенский староста остановился и, запыхавшись, сказал слуге:
— Я ударился головой. Посмотри, пожалуйста, что у меня на голове?
Слуга, увидев на голове у своего господина что-то белое, сказал ему:
— Ну, мой господин, вы вряд ли выживете. Кровь уже вылилась, а сейчас наружу вытекли ваши мозги. Наверно, вы не поправитесь. А пока бежим, чтобы враги нас не схватили!
И они продолжали бежать.
А тот, кто принес козленка, и тот, кто принес простоквашу, тоже спасались бегством. Только тот, кто принес сорго, остался в доме. Он не слышал всего этого переполоха. Проснувшись, он провел ночь с этой женщиной, а утром, перекусив, отправился сторожить сорго. Так рассказывают.

Писарь уговаривает добрую девицу забраться с ним вместе в пустую бочку, девица же оказывается юношей и, получив заранее уговоренную мзду, убегает от него и пропивает деньги со своими приятелями и собутыльниками

Немецкий шванк из «Книжицы для отдохновения» Михаэля Линденера

В Эльзасе, в городке Обер-Беркгейм, проживал некогда писарь, имя которого здесь лучше не упоминать, а человека веселей и забавней, чем он, я, признаться, в жизни своей не видывал. И хотя был он уже в весьма почтенном возрасте, проделки его и рассказы об этих проделках заставили бы расхохотаться каждого. Потому что за словом он в карман не лез, и дело у него спорилось, и все у него в руках горело. И вот однажды, хлебнув хорошего вина, сел он, по своему обыкновению, на лавку у собственных ворот, чтобы подышать свежим воздухом. И тут предстал перед ним один молодой проказник, решивший подшутить над канцеляристом, повадки и вкусы которого были ему хорошо известны, и вырядившийся с этой целью в женское платье. Дело происходило довольно поздним вечером, а старый блудодей был уже изрядно пьян, и конечно же он решил, что перед ним особа женского пола. И, недолго думая, окликнул эту особу да пригласил сесть с собой на лавку. И с места в галоп пустился с нею в беседу о таких вещах, при одном упоминании которых щеки порядочных девиц, да и дам тоже, наливаются краской. А юноша как раз на такие мысли его и наводил. Поэтому он изъявил полное и немедленное согласие на все, что предложил ему старый греховодник, и парочка направилась к большой пустой бочке, лежавшей посредине улицы. Но прежде, чем залезть туда, молодой шалун спросил: «А что вы мне, господин писарь, за это дадите?» — «Хрен тебя подери, — отвечал ему развратник, — взгляни-ка сюда!» И с этими словами вытащил из кармана талер и протянул его юноше. Взяв талер, юноша сказал писарю: «Ладно, полезайте в бочку первым, а я — следом за вами». Старик, предвкушая удовольствие, с готовностью полез в бочку. А мошенник дождался, пока канцелярист оказался в бочке, и пошел прочь, к приятелям и собутыльникам, и они в ту ночь прогуляли и пропили талер, а старый нечестивец терпеливо дожидался подружку, сидя в бочке. Наконец он сообразил, что девка его обманула, смывшись вместе с деньгами, вылез из бочки и пошел домой.
Об этом писаре много еще чего можно понаписать да нарассказать. Да ведь и мошенников вокруг немало, и каждый норовит отплатить тебе за все добро злом. Да уж, видно, такова жизнь, ведь чужим умом умен не будешь, а знать бы, где упадешь, так и соломки подстелить можно. Увы, увы, увы…

Самыртал

Абхазская сказка

Жил один богатый человек по имени Самыртал.
Он пользовался всеобщим доверием. Чего бы Самыртал ни попросил, ему все давали.
Но вот спустя некоторое время Самыртал обеднел. Тогда он позвал к себе одного попа. Поп пришел. Самыртал отобрал у него деньги, убил попа и спрятал в подвале своего дома, чтобы бросить его куда-нибудь, если это убийство сойдет благополучно.
После этого Самыртал вызвал к себе другого попа. Пришел и другой поп. Самыртал отобрал у него деньги, убил и этого попа и положил рядом с первым.
Попы стали исчезать. Люди об этом только и говорили. Все попы очень испугались, а один, перетрусив больше других, спросил своих односельчан:
— Куда мне деться? Где спрятать свою голову?
Люди думали-думали и посоветовали ему спрятаться у Самыртала.
— Правда, — согласился поп, — Самыртал — человек справедливый. Лучшего места мне и не найти! Пойду спрячусь у Самыртала!
И пошел.
В это время Самыртал вызвал к себе одного человека, которому он доверял. Они сговорились, что этот человек похоронит попа за десять рублей.
— Но если он встанет и придет обратно, ты не получишь своих десяти рублей! — предупредил Самыртал.
— Как мертвец может встать?! Нет, он у меня не встанет! — сказал нанятый Самырталом и в ту же ночь отнес попа в дремучий лес и закопал его там, а сверху навалил большие камни.
Вернулся к Самырталу и сказал:
— Похоронил!
— Какой там похоронил! Убежал от тебя поп! — ответил ему Самыртал.
— Как это? — удивился человек, похоронивший мертвеца.
— Да так! Иди покажу — сказал Самыртал и повел его туда, где лежал второй убитый им поп. Увидел человек попа, удивился — он не знал, что это другой поп, да и никто этого не знал. Самыртал же хотел заставить его за десять рублей похоронить двух попов.
Тогда нанятый Савтырталом воскликнул:
— Хай, поп! Я тебе покажу! Сейчас же идем обратно! — Он поднял попа и отнес его в другое место. Там он снова вырыл могилу, поставил в нее попа, взял большой кол и так ударил мертвеца по голове, что размозжил ее вдребезги.
Потом толкнул попа в могилу, завалил камнями, а сверху засыпал землей и пошел обратно.
Рассвело. И вот, когда этот человек шел к Самырталу за своими десятью рублями, впереди себя он увидел попа. Это был тот самый поп, который Шел к Самырталу, чтобы спрятаться у него. «Хайт! Мой поп опять встал, вот идет впереди меня!» — подумал человек и, быстро выдернув из забора кол, догнал попа и — бац! — ударил его по голове, да так, что голова разлетелась вдребезги. Потом он похоронил и этого попа и пошел к Самырталу, чтобы взять у него свои десять рублей.

Ходжа Насреддин, сидя на кладбище, выбирает у себя вшей

Турецкий анекдот

Разделся Ходжа Насреддин на кладбище и выбирает в рубашке вшей. В это время поднялся сильный ветер и унес его рубашку. Ходжа побежал вслед, бежит-бежит — и упадет. Откуда ни возьмись всадники. Увидели они, что какой-то странный человек, голый, прыгает на кладбище с камня на камень; они и сами перепугались, и лошади рванули в сторону. Тогда, чтобы наказать Ходжу за беспокойство, они кинулись на него. «Эй, ты! Что тут бродишь, вурдалак?» — закричали они. «Ребятушки, — сказал Ходжа, — я покойник и этот мир оставил навеки, а вышел я сюда, чтобы совершить абдест [религиозное омовение]. Теперь я опять возвращаюсь к себе в могилу, а с мирянами нету меня ничего общего». Так удалось ему избавиться от них.

Вылитый отец

Немецкий шванк из «Фацетий» Генриха Бебеля

Одну женщину, когда она только что родила сына, другие женщины стали поздравлять и, как водится, говорить ей, что сын — вылитый отец. Тогда она спросила, есть ли у него на голове тонзура.
Так она показала, что он — сын священника, и выдала свой грех.

Как дурак по дрова ездил

Латышская сказка

Было у отца три сына: два умных, а третий — дурак. Отправились все трое жен себе искать. Дурак быстро невесту нашел, а умные с носом остались. Разозлились умные сыновья и задумали над дураком посмеяться. В субботу утром уговорили они отца, чтоб не давал дураку дров баню топить, пусть к венцу замарашкой идет. А дурачок нипочем не хочет немытым венчаться. Наконец отец говорит:
— Да что мне с тобой спорить! Поезжай в лес да сруби на дрова ту ель, что я давеча пометил! А кобыла у них до того была тоща, что и порожнюю телегу едва могла с места сдвинуть, где уж ей целую ель притащить? Оставил дурачок кобылу в лесу травы пощипать под елью, а сам давай дерево рубить. Вскоре ель повалилась, да так неудачно — прямо на кобылу, и убила ее. Как же быть-то? Отцу сказать — добра не жди. Надо попробовать его исподволь задобрить. Знал дурак, что отец до дичины был охоч. Разделся догола и полез в озеро диких уток наловить. А утки плавать мастерицы, в руки не даются. Кинул в них дурак топором, авось попадет, да промахнулся и топор утопил. Тем временем цыган подкрался к одежде дурачка и унес ее. Как же голый людям на глаза покажешься? В сумерки пробрался дурачок во двор к невесте и в конопле притаился. А собаки учуяли, что в конопле кто-то прячется, обступили беднягу и такой лай подняли — никак не унять. Делать нечего, пришлось в ригу удирать, а собаки — за ним. К счастью, увидал дурачок перед ригой большую бадью и прыгнул в нее, так и спасся от собак. А бадья-то до краев была дегтем полна. Вот и оказался дурак с головы до пят в черной шкуре, черта черней. Ничего иного не оставалось, как лезть в риге на печь сушиться. А на печи в тот день его будущая теща куриные перья сушила. Только дурак на печку залез, как весь в перьях вывалялся. Ну прямо черт чертом. Но это еще полбеды. Вскоре пришла в ригу теща с невестой лепешки печь, а дурак-то на печи сидит. Пекли они, пекли, и все бы ладно было. Да на беду одна лепешка у тещи уж больно удалась — пышная да румяная. Перебрасывает она горячую лепешку с руки на руку и приговаривает:
— Вот это, доченька, лепешка так лепешка! Такую и жениху не стыдно подать! Захотелось дурачку на лепешку жениховскую взглянуть, он и свесился с печки. А женщины невзначай глаза подняли, увидали черта живого и сломя голову во двор выскочили, к людям кинулись, рассказывают: какой-то негодник их напугал. А тем временем дурачок счастливо до дому добрался и прямо в горячую баню прибежал, где братья уже парились. И давай они дурака оттирать да вениками хлестать, пока добела не отмыли. Сыграли свадьбу. Спустя месяц после свадьбы поехал дурачок с женой к теще погостить. По дороге жена наказывала мужу, чтоб в гостях много не ел: нехорошо, мол, это. Приехали они, поели, дурачок больше одной-то лепешки есть не стал и спать лег. Проснулся он ночью, а есть хочется — моченьки нет. Делать нечего, пришлось вылезать из кровати и лепешки искать. Пошарил там и сям — нет ничего.
Наконец до запечья добрался, нащупал что-то мягкое и хвать зубами. А это котенок был, не по зубам дураку такая лепешка! Вернулся он к жене и пожаловался, что не нашел еды. А жена и говорит:
— В квашне тесто есть, пойди и наешься вволю. Хватал дурачок тесто пригоршнями и глотал, пока до отвала не наелся. А руки-то как теперь помыть? Опять у жены совета спрашивает.
— Там на столе кувшин с водой стоит, — говорит жена, — возьми да помой! Сунул дурак обе руки в кувшин, а вытащить не может. И опять к жене за советом.
— Выйди во двор и разбей кувшин о столб! — говорит жена.
Ладно. А тут теща вышла во двор блох вытряхнуть. Подумал дурак: “А вот и столб!” — размахнулся да как даст теще кувшином по спине. Кувшин раскололся, а тещу похоронить пришлось. Похороны справили богатые; еще и по сей день дурачок на поминках лакомится, если только домой не воротился.