Рыбак и водяной

Рыбак и водяной

Шотландское предание

На Шетлендских островах рассказывают много странных историй о водяных и русалках. Если им верить, в глубинах океана существует атмосфера, пригодная для органов дыхания определенных существ, внешне похожих на людей. Они красивы, обладают некоторыми сверхъестественными способностями и смертны. Они живут на обширной территории, расположенной намного глубже, чем места обитания рыб. Над ней облачным покрывалом нависает море, как наше небо. Их жилища построены из жемчуга и кораллов. Имея легкие, не приспособленные для дыхания в водной среде, они не могли бы пробиться сквозь толщу воды, отделяющую мир подводный от мира надводного, если бы не унаследованная ими сверхъестественная способность надевать на себя шкуры некоторых животных, которые могут существовать в море. Одна из форм, которую они нередко принимают, – некоего животного, верхняя половина которого человеческая, а нижняя – рыбья, с хвостом и плавниками. Но больше всего они предпочитают облик большого тюленя (шетлендцы называют его Haaf-fish), который, являясь амфибией, может жить и в море, и на берегу, выбравшись на прибрежные скалы. Там обитатели подводного мира нередко снимают с себя морское облачение, принимают обычный облик и с любопытством обозревают природу верхнего мира, принадлежащего человеческой расе. К сожалению, каждый обитатель морских глубин имеет только одну кожу, позволяющую ему подниматься в море. Если же при посещении обители людей это одеяние по какой-то причине утрачивается, злополучное существо становится жителем земли. Читать далее

Сказка про трёх поросят

Сказка про трёх поросят

Английская сказка

Давным-давно, предавно,
Когда свиньи пили вино,
А мартышки жевали табак,
А куры его клевали
И от этого жесткими стали,
А утки крякали: кряк-кряк-кряк!

жила-была на свете старая свинья с тремя поросятами. Сама она уже не могла прокормить своих поросят и послала их искать по свету счастья.
Вот пошел первый поросенок и встретил на дороге человека с охапкой соломы.
— Человек, человек, дай мне соломы, — попросил поросенок. — Я построю себе дом.
Человек дал ему соломы, и поросенок построил себе дом.
Вскоре пришел к его дому волк, постучал в дверь и говорит:
— Поросенок, поросенок, впусти меня!
А поросенок ему:
— Не пущу, клянусь моей бородой-бородищей!
Тогда волк говорит:
— Вот я как дуну, как плюну — сразу снесу твой дом! Читать далее

Притча о судьбе

Притча о судьбе

Еврейская притча

Глава многодетной семьи, наслышанный о мудрости одного странника, узнал, что тот находится в городе, и решил посетить его. Он пришел к нему в гостевой дом и странник жестом пригласил его к разговору.
– Уважаемый странник, я много наслышан о твой мудрости. Меня мучает вопрос о судьбе. Я прочитал много книг и разговаривал со многими мудрецами в нашем городе, но ни один из них не разрешил моих сомнений. Одни из них говорят, что судьба подобна реке, и что нужно смириться с этим и плыть по течению. Другие говорят, что нужно бороться с течением, быть сильным и мужественным чтобы противопоставить себя стихии. Так скажи мне, странник, куда же нужно плыть: по течению судьбы или против?
– Извини, я наверное прослушал, – ответил странник. – Ты уже сказал куда тебе нужно попасть?

Три умные головы

Три умные головы

Английская сказка

Жил на свете фермер с женой, и была у них одна-единственная дочка, у которой был жених, некий джентльмен. Каждый вечер он приходил к ним в гости и оставался ужинать. А дочку посылали в погреб за пивом. Вот как-то раз спустилась она вниз, принялась цедить пиво в кувшин, а сама возьми да и взгляни на потолок. И что же видит — торчит в балке топор. Верно, воткнули его туда давным-давно, но так или иначе, а раньше она его не замечала. И принялась она думать да раздумывать: «Не к добру здесь топор торчит! Вот поженимся мы, и будет у нас сынок, и вырастет он большой, и спустится в погреб за пивом, а топор вдруг свалится ему на голову и убьет его. Вот горе-то будет!»
Поставила девушка на пол свечу и кувшин, села сама на скамью и принялась плакать.
А наверху думают: что случилось, почему она так долго цедит пиво? Спустилась мать в погреб и видит: сидит дочка на скамье и плачет, а пиво уже по полу потекло.
— О чем ты? — спрашивает мать.
— Ах, матушка! — говорит дочка. — Только посмотри на этот страшный топор! Вот поженимся мы, и будет у нас сынок, и вырастет он большой, и спустится в погреб за пивом, а топор вдруг свалится ему на голову и убьет его. Вот горе-то будет! Читать далее

Как над Ходжой Насреддином шутили духи

Как над Ходжой Насреддином шутили духи

Турецкая сказка

В Анатолии обыкновенно работают сообща. Нужно,
например, смолоть на мельнице пшеницу. Соседи накладывают пшеницу, каждый на своего осла, но, вместо 
того чтобы всем днями дожидаться очереди на мель
нице, идет кто-нибудь один, а остальные с ним посылают ослов, навьюченных пшеницей. Тот человек обмо
лотит пшеницу и возвращается домой. В следующий раз 
идет кто-нибудь другой. Таким образом, не нужно всем 
торчать зря на мельнице, которая находится в нескольких часах пути от города. Вот так и Ходжа раз погнал перед собой восемь ос
лов, нагруженных пшеницей, сел сам на осла и поехал.
 Дорогой взяло его сомнение, и он решил сосчитать
 ослов. Начал считать — вышло восемь. Он заволновался, потому что восемь человек вручило ему своих 
ослов, а один еще осел — его собственный: значит, всего
 должно быть девять ослов. Он остановил ослов, сам
 слез с осла и, пройдя до поворота дороги, оглядел мест
ность, потом пошел назад, чтобы поискать пропавшего 
осла где-нибудь за деревьями. Когда, не найдя ничего,
он, грустный, вернулся на прежнее место, он снова начал пересчитывать ослов: оказалось — девять. «Чудны
 дела твои, господи!» — пробормотал Ходжа и, сев на
 осла, поехал дальше.Но сомнение уже закралось, и он опять стал считать,
и что же — ослов всего восемь! Он изумился и, как бы
припоминая что-то, сошел с осла, пошел назад и, вернувшись, в отчаянии опять считает, потеряв, соб
ственно, всякую надежду; вышло — девять.
Бедняжка Ходжа чуть не сошел с ума. Вера у него была непоколебимая, твердая, как железо, но ему все же приходят в 
голову разные рассказы о пери и джиннах. Он много 
слышал от заслуживающих доверия людей, какие шутки
 в безлюдной пустыне выкидывают пери над людьми,
и все эти небылицы пришли ему на память. В голове у
 него помутилось; бормоча слова молитвы, сел он на осла
и продолжал путь. Но разве чёрт перестанет шутить?
 Он так и зудит ходжу: «А ну-ка, сосчитай!» Ходжа, по
винуясь приказу, которого нельзя ослушаться, снова
 считает ослов: конечно, их восемь. Беснуясь, он начи
нает метаться во все стороны; слезает с осла и начинает 
кричать и вопить; он громко читает все молитвы, кото
рые человек читает, когда хочет, чтобы джинны оставили его в покое. Галлюцинация доходит до последнего
 предела: ему кажется, что он слышит странные голоса,
и от страха он дрожит. Потом он оглядывается и видит,
что ослы его мирно пасутся на лугу; но он не находит в
себе сил, чтобы развязать на них мешки, и бросается
под дерево. В это время вдали показался человек. Ходжа, который близок уже был к сумасшествию, крикнул тому че
ловеку и позвал его к себе, радостный, как будто он
столкнулся с ангелом-спасителем. Они знакомятся,— впрочем, кто не знает Ходжу Насреддина! Видя, что ходжа расстроен,
путник начинает его расспрашивать. Тот, плача, расска
зывает, что с ним случилось. «Как будто для крестья
нина мало еще мучений, которые ждут его в городе, вот 
еще гули в безлюдной пустыне сговорились над ним
 подшутить».— «Не печалься, Ходжа,— успокаивает его
 путник,— это все одно твое воображение». И хотя Ходжа 
и не видел, конечно, гулей, он принимается клясться,
что слышал их голоса. На его собеседника тоже находит сомнение, но он
 продолжает утешать ходжу. Наконец, Ходжа взмолился:
«Я готов целовать твои ноги, только побудь со мной.
 Посади меня на осла и отправь меня в путь-дорогу, 
а потом иди по своим делам». Человек сжалился над
Ходжой; они перекусили, испили холодной как лед воды
 у источника. Ходжа пришел немного в себя, повеселел 
и начал даже шутить.
Они собрали ослов; на одного садится Ходжа. «Ну-
ка, сосчитаем еще раз этих ослов, которые связались с
джиннами»,— говорит Ходжа. Начинает считать,— опять
 одного не хватает. Он обернулся плаксиво к путнику: 
«Видел? — заметил он ему.— Опять стало восемь. И за 
что это терплю я столько мучений от этих ослов!» Он
 начал жаловаться, как его обижают и притесняют,
а путник засмеялся и говорит: «Ходжа, а Ходжа, ты бы 
сосчитал и своего осла, на котором сидишь собствен
ной персоной: ведь все эти ошибки происходят от того,
что ты не считаешь своего осла». Ходжа подумал, а потом как ударит себя по лбу; потирая виски, слез он с осла и кинулся обнимать путника. А так как путник не видел тут ничего особенного 
или трудного, он, удивленный, говорит: «Что ты, что 
ты, зачем?» А Ходжа целует ему руки и приговаривает:
«Да вознаградит тебя Аллах! Ты поставил меня на вер
ный путь, вернул мне разум и жизнь. Ведь еще немного — и из-за этой, по-твоему ясной, загадки я чуть 
было не спятил. Меня схватило за сердце, и я мог 
умереть. Если вдуматься, то вся путаница, все затруд
нения на земле происходят от того, что глаза человека
 ослепляются неожиданным светом, исходящим от ясных вопросов, и человек обалдевает. А то отчего бы еще
 люди на свете истребляли друг друга, несмотря на очевидность истины! В этом и заключается несчастье человечества. А если бы открыть замок, ключ от которого 
человеком потерян, перед ним засверкала бы царствен
ная истина, и все враги, теперь вооруженные ножами
и обагренными кровью, бросились бы друг к другу в объ
ятия и были бы удостоены райского блаженства».

Судьба и Удача

Судьба и Удача

Грузинская сказка

Судьба и Удача шли по дороге. Повстречался им один бедный человек. Удача и говорит Судьбе:
– Давай побьемся об заклад, этого человека я сделаю богатым.
Поспорили.
Удача дала бедняку сто туманов и сказала:
– Ступай, открой большую лавку и начни торговать, хватит тебе по свету мыкаться!
Взял бедняк сто туманов и думает: теперь у меня куча денег, куплю я на три рубля какой-нибудь снеди для изголодавшейся семьи.
Купил он на три рубля еды, завернул в красный платок и понес домой. По дороге он сел отдохнуть, а узелок положил в сторонку. Налетела внезапно голодная ворона, схватила узелок и унесла.
Пришел домой бедняк огорченный и опечаленный. Рассказал он жене о своем приключении. Жена, конечно, ему не поверила.
Когда прошла одна неделя, Судьба снова повстречалась с Удачей и спросила ее:
– Ну как, разбогател тот бедняк или нет?
– Не знаю, я дала ему сто туманов! Пошли посмотрим, что он с ними сделал.
Отправились они к бедняку и увидели, что он по-прежнему беден.
– Куда ты девал те сто туманов? – спросила его Удача.
– Так-то и так-то получилось, у меня их унесла ворона.
Тогда Удача дала бедняку двести туманов и сказала:
– Возьми эти деньги и постарайся разбогатеть. Читать далее

Там Лин

Там Лин

Шотландская сказка

Прекрасная Дженет жила в замке своего отца, славного графа Марча. Вместе с другими девушками она проводила дни в высокой башне замка — они там шили и вышивали шелковые одеяния. Только Дженет не очень внимательно следила, чтобы шов у нее получался прямой и ровный. Она больше любила глядеть в окошко.
А за окном виднелись деревья Картехогского леса, куда девушкам из замка ходить строго-настрого запрещалось. В этом лесу, как говорили, охотились рыцари королевы эльфов, и горе той девушке, которая пошла бы туда гулять и повстречала одного из них!
Но Дженет не хотела этого слушать. И в один прекрасный день шитье было отброшено в сторону, иголка очутилась на полу, а сама девушка в зеленом лесу.
Гуляя по лесу, Дженет увидела на поляне белого коня, привязанного к дереву. Конь был белее молока, а сбруя на нем сверкала чистым золотом. Дженет пошла дальше и пришла к поляне, усыпанной розами. Не успела она сорвать один цветок, как вдруг перед ней словно из-под земли вырос юноша.
— Зачем ты сорвала белую розу, прекрасная Дженет? — спросил он. — Кто тебе позволил? И как ты посмела прийти в Картехогский лес без моего разрешения?
— Где хочу, там и рву цветы! — ответила Дженет. — А просить у тебя разрешения и не подумаю. Читать далее

Откуда пошли племена нага

Откуда пошли племена нага

Легенда бирманского народа нага

В давние времена на холмах нага жили люди одного племени. Племя тоже звалось нага. Жили те люди дружно, не зная раздоров. У каждой семьи была своя хижина и свой горшок для приготовления пищи, жили они одной деревней, пили воду из одного ручья, всегда помогали друг другу. Каждый знал, что имущество одного человека принадлежит всем. За добычей шел кто-нибудь один, а потом мясо или рыбу делили между всеми жителями деревни.
Так жили нага и во всем помогали друг другу. У них не было вождя, а поклонялись они великому божеству — нату. Нат этот был очень могущественным и всегда помогал людям нага. Он следил, чтобы на их полях зрело больше риса, исцелял людей от недугов, предупреждал об опасностях. Люди уважали и любили могущественного ната.
Шли годы, люди племени нага жили спокойно и счастливо, не знали забот.
Однажды нат отправился осмотреть свои владения. И в пути узнал, что людям нага грозит опасность: случится большое наводнение. Нат подозвал большую жабу, сидевшую неподалеку, и велел ей скакать к людям.
— Ровно через пять дней придет беда, — сказал нат жабе, — пусть все взберутся на самые высокие бананы и сидят там.
Жаба выслушала повеление ната и запрыгала в сторону деревни. Добралась до деревни нага, но там никого не было: все работали на рисовом поле. Жаба отправилась на поле и хотела передать людям слова ната. А люди прежде никогда не видали жаб и решили, что это опасная тварь, и давай ее бить. Жабе было очень больно, она так раздулась, что не могла произнести ни звука.
В той деревне жили молодые муж и жена. Они очень любили друг друга и были добры ко всему живому. Жалко им стало жабу, и они взяли ее в свою хижину. Тут жаба и поведала им приказ ната.
Муж и жена рассказали об этом своим односельчанам. Но те не поверили словам жабы и продолжали жить так же беззаботно, как прежде. А приютившие жабу супруги поверили ее словам и решили исполнить повеление ната: когда наступил пятый день, они взобрались на самый высокий банан и стали ждать. Тем временем другие жители деревни не оставляли своих повседневных дел: кто пошел на охоту, кто работал па поле, кто варил пищу. И когда вода затопила деревню, они все погибли.
Только молодые супруги, что влезли на верхушку банана, остались живы. А когда вода спала, муж и жена вернулись на то место, где раньше была их деревня, построили новую хижину и стали жить в ней.
Прошло время. Вскоре молодая женщина забеременела. А через девять месяцев родила, но не ребенка, а огромную тыкву.
Сильно огорчены были родители, да ничего не поделаешь: тыква — их плоть и кровь, и стали нежно о ней заботиться. Они относились к ней, как мать и отец, и тыква принимала их заботы, все росла и росла.
Через несколько месяцев она уже стала быстро кататься по земле, а изнутри доносились слова, шум и даже звон. Муж и жена, услышав эти звуки, решили, что в тыкве сидит кто-то живой. «Наверно, это наши дети», — подумали они и решили разрезать тыкву, чтобы выпустить малюток наружу.
Несколько дней они точили самый большой нож, какой был в доме. Потом вдвоем осторожно разрезали тыкву. И вдруг, чуть тыква распалась, из нее выскочили люди. Много людей. Все они держали в руках ножи, копья, луки со стрелами и громко выкрикивали непонятные слова: танкун, шера, пара, гаунсхе, тханган, сан, ротхайн (названия племён нагов)…
Пока муж и жена резали тыкву, их нож не раз скрестился с ножами людей, которые были в тыкве. Вот потому народ нага — воинственный. Людей в тыкве было много, и все они разбежались в разные стороны. С тех пор племена нага отличаются друг от друга и по языку, и по обычаям.
А те слова, что они выкрикивали, выскакивая из тыквы, оказались названиями племен: все эти племена теперь и составляют народ нага. И по сей день живут эти племена на холмах земли нага. Каждое племя строит деревню на своем холме.

Орфей

Орфей

Пересказ по «Мифы древней Греции» Грейвса

Орфей, сын фракийского царя Загра и музы Каллиопы, был самым известным из когда-либо живших поэтов и музыкантов. Аполлон подарил ему лиру, а музы научили его играть на ней, да так, что он не только очаровывал диких зверей, но и заставлял деревья и скалы двигаться под звуки его музыки. В Зоне, что во Фракии, несколько древних горных дубов так и остались стоять в танце, в том виде, как он их оставил.
После посещения Египта Орфей присоединился к аргонавтам и добрался с ними до Колхиды, своей музыкой помогая им преодолевать множество препятствий. По возвращении он женился на Эвридике, которую некоторые называют Агриопой, и поселился среди диких киконов во Фракии.
Однажды неподалеку от Темпы, в долине реки Пенея, Эвридика повстречала Аристея, который захотел овладеть ею силой. Убегая, она наступила на змею и умерла от ее укуса. Но Орфей смело спустился в Тартар в надежде вернуть ее назад. Для своего путешествия он использовал щель, разверзшуюся близ Аорна, что в Феспротиде, и по прибытии в Аид не только очаровал перевозчика Харона, пса Кербера и трех судей мертвых своей горестной музыкой, но и на время прекратил муки осужденных. Пленительная музыка тронула даже грубое сердце Гадеса, и он позволил Эвридике вернуться в мир живых. Гадес поставил лишь одно условие: по пути из Тартара Орфей не должен оборачиваться назад до тех пор, пока Эвридика не выйдет на солнечный свет. Эвридика шла по темному проходу, ведомая звуками лиры, и, уже завидев солнечный свет, Орфей обернулся, чтобы убедиться, что Эвридика идет за ним, и в тот же миг потерял жену навеки.
Когда Дионис напал на Фракию, Орфей отказал ему в почестях и проповедовал другие священные таинства, убеждая фракийских мужей в том, что жертвенное убийство — это зло, и находя среди них благодатную почву для своих проповедей. Каждое утро он поднимался на вершину горы Пангей, чтобы приветствовать рассвет, и почитал Гелиоса, которого называл Аполлоном, величайшим среди богов. В македонском Дее Дионис в отместку наслал на него менад. Вначале менады подождали, пока их мужья войдут в храм Аполлона, жрецом которого был Орфей, а затем, захватив оружие мужчин, оставленное у дверей храма, ворвались внутрь, перебили своих мужей и разорвали Орфея надвое. Голову его они швырнули в реку Гебр. В конце концов все еще поющую голову Орфея прибило к острову Лесбос.
Со слезами на глазах музы собрали его останки и погребли в Либетре, у подножья горы Олимп, и соловьи там теперь поют слаще, чем где бы то ни было на свете. Менады попытались смыть с себя кровь Орфея в реке Геликон, но бог реки ушел глубоко под землю, появившись вновь почти через четыре мили и уже под другим названием — Бафира. Так он избежал причастности к убийству.
Говорят, что Орфей осуждал неразборчивость менад и проповедовал любовь к своему же полу, вызвав у Афродиты не меньшую ярость, чем у Диониса. Остальные боги-олимпийцы, однако, не согласились с тем, что убийство Орфея было оправданным, и Дионису удалось сохранить жизнь менадам, только превратив их в дубы, крепко вросшие в землю. Фракийские мужи, избежавшие побоища, решили впредь татуировать своих жен в назидание за убийство жрецов. Этот обычай существует по сей день.
Что касается головы Орфея, то после того, как на нее напал завистливый лемносский змей, которого Аполлон тут же превратил в камень, голову погребли в пещере недалеко от Антиссы, в которой почитали Диониса. В пещере голова пророчествовала и день и ночь до тех пор, пока Аполлон, обнаружив, что никто не приходит к его оракулам в Дельфах, Гринее и Кларе, пришел и, встав над головой, закричал: «Перестань вмешиваться в мои дела, ибо довольно я терпел тебя и твои песни!» После этого голова замолчала. Лиру Орфея волны тоже прибили к Лесбосу, где ее возложили на почетное место в храме Аполлона. По просьбе Аполлона и муз лиру поместили на небесах в виде созвездия.
Некоторые рассказывают совсем иначе о смерти Орфея. Они говорят, что Зевс убил его перуном за разглашение божественных секретов. Говорят, что это он ввел мистерии Аполлона во Фракии, Гекаты в Эгине и подземной Деметры в Спарте.

Легенда о 47 ронинах

Легенда о 47 ронинах

Японская легенда, по книге лорда Алджернона Митфорда

В уютном уголке среди священных деревьев в Таканаве, предместье Эдо, прячется Сэнгакудзи, или храм Родникового Холма, прославленный по всем краям страны своим кладбищем, где находятся могилы сорока семи ронинов, оставивших след в истории Японии, героев японской драмы. Легенду об их подвиге я и собираюсь поведать вам.
С левой стороны от основного двора храма находится часовня, увенчанная золоченой фигурой Каннон, богини милосердия, в которой хранятся сорок семь статуй самураев и статуя их господина, которого они так сильно любили. Статуи вырезаны из дерева, лица раскрашены, а облачение выполнено из дорогого лакового дерева. Как произведения искусства они, несомненно, обладают большими достоинствами, олицетворяя героический поступок, статуи удивительно похожи на живых людей, каждый одухотворен и вооружен своим излюбленным оружием. Некоторые – почтенные люди с жидкими седыми волосами (одному семьдесят семь лет), другие – шестнадцатилетние юноши. Рядом с пагодой со стороны дорожки, ведущей на верх холма, есть небольшой колодец с чистой водой, огороженный и обсаженный мелким папоротником, с табличкой, на которой имеется надпись, поясняющая, что «в этом колодце была омыта голова; мыть руки и ноги здесь запрещается».
Чуть дальше – прилавок, за которым бедный старик зарабатывает жалкие гроши продажей книг, картинок и медалей, увековечивающих верность сорока семи, а еще выше, в тени рощицы из величавых деревьев, находится аккуратное огороженное место, поддерживаемое в порядке, как гласит табличка, добровольными пожертвованиями, вокруг которого располагаются сорок восемь небольших могильных камней, каждый украшен вечнозелеными растениями, каждый с жертвенной водой и благовониями для успокоения духов умерших. Ронинов было сорок семь, могильных (мемориальных) камней – сорок восемь, и легенда о сорок восьмом характерна для представления японцев о чести. Почти касаясь ограды захоронения, находится несколько более внушительный мемориальный камень дорин-то, под которым лежит господин, за смерть которого праведно отомстили его приближенные.
А теперь приступим к повествованию. Читать далее