Корова Эро

Корова Эро

Сербская сказка

Пас Эро коров у кадия. В стаде ходила и его собственная корова. Как-то коровы подрались, и корова пастуха забодала хозяйскую. Эро побежал к кадию: «Благородный эфенди! Твоя корова забодала мою». — «А кто виноват? Кто-нибудь их раздразнил, что ли?» — «Нет, никто. Сами сцепились». — «Ну что ж! Скотину в суд не потащишь». «Да нет, ты послушай, эфенди, что я говорю: моя корова забодала твою», — говорит Эро. «А-а! Погоди, я погляжу в Коран». И кадий потянулся за книгой. Но Эро схватил его за руку: «Не смей! Раз ты о моей корове не смотрел в Коран, то и о своей нечего тебе смотреть»

Воровское испытание

Воровское испытание

Еврейский анекдот

Старый вор-еврей познакомился с молодым вором, который хотел бы работать с ним вместе.
— Сначала я должен устроить тебе испытание, — говорит старый вор.
Они приходят на постоялый двор и устраиваются на ночлег. Старик говорит: «У меня тут есть гусиная ножка, но съедим мы ее на завтрак.
С тем они ложатся спать.
Убедившись, что молодой вор уснул, старик встает и прячет гусиную ножку ему в карман пиджака, потом опять ложится …
Утром гусиной ножки нигде нет, а одежда старика нетронута.
— Расскажи-ка мне, как это ты так быстро нашел гусиную ножку! — велит старик молодому.
— Я подумал, что вы на целую ступень умнее, чем какой-нибудь «там» (дилетант, простак), и потому посчитаете мой карман самым надежным местом для гусиной ножки. Разве я не умен, мастер?
— Нет, — говорит старик, — ты не выдержал испытание. Дело в том, что я не на одну, а на целых три ступени умнее, чем обычный «там» . Я думал, что ты достаточно умен, чтобы не заподозрить меня в таком примитивном трюке, а потому именно его и использовал. Между нами все кончено.

Похороны отца Мелик-Шахназара

Похороны отца Мелик-Шахназара

Армянская сказка

Мелик-Шахназар был в трауре. Умер его отец. На торжественные похороны собралось большое общество. Приехали другие мелики, представители духовенства, князья. Мелик-Шахназар позвал Пулу-Пуги и велел ему в эти траурные дни не выходить на улицу и не смешить людей, за что обещал дать ему семь мешков пшеницы. «Хорошо», — сказал Пулу-Пуги и удалился.
Однако, когда похоронная процессия с крестом и хоругвями направилась в сторону кладбища, на улице появился Пулу-Пуги с семью охотничьими собаками, у которых на шее были колокольчики, а на спинах — мешки. Он двинулся впереди похоронной процессии. «Ах ты мошенник! Разве я не
приказал тебе сидеть эти дни дома и не торчать у меня перед глазами?» — «Да продлится жизнь Мелика! Я пришел за обещанными семью мешками пшеницы, так как знаю, не успеешь ты похоронить отца, как забудешь свое обещание».— «Уведите, уведите его скорей и дайте ему семь мешков пшеницы. Пусть он возьмет их и уйдет домой, а не то он опозорит нас на весь белый свет»

Рассказ об умирающем кирпичнике

Рассказ об умирающем кирпичнике

Немецкий шванк из «Фацетий» Генриха Бебеля

Жил один кирпичник. Когда он серьезно заболел и исповедался в грехах, то не пожелал простить обиды своим врагам и недругам. Священник сказал: «Если ты этого не сделаешь, то попадешь в ад». «Если так,— ответил кирпичник,— иди ты от меня подальше, не нужно мне последнего помазания; во имя тысячи чертей (так у нас клянутся) в аду меня сожрут неготового, непомазанного».

Кто первый заговорит

Кто первый заговорит

Персидская сказка

Выло ли так или не было — давным-давно, не знаю когда, жил-был в городе Балхе один человек. Была у него жена. Целый день она сидела дома и ничего не делала. Под стать жене и мать у него была ленивая — только он и знал, что препираться с обеими женщинами из-за домашних дел.
Как-то собрался он пойти по делам в соседнюю деревню и перед уходом предупредил мать и жену:
— Я пробуду там две-три недели. Следите за домом хорошенько, подметайте двор хотя бы раз в два дня.
Сказал зто и ушел.
А женщины по своей лени и палец о палец не у дарили. Прошло не то две, не то три недели, свекровь и говорит невестке:
— Завтра или послезавтра вернется сын. Встань, подмети-ка двор!
— Почему это мне подметать? — отвечает невестка.- Подметай сама!
Они заспорили и, наконец, решили
— Завтра встанем, и кто первый заговорит — тому и подметать.
Наутро свекровь, чтобы не заговорить первой, ушла к соседям. Невестка в это время все еще спала, и двери дома остались открытыми настежь. Спустя час проснулась невестка, уселась на постели и стала смотреть по сторонам, свекровь искать. Она поклялась себе, что не скажет ни слова. Так час или два просидела она в постели, по сторонам глазела.
В это время мимо дома проходили барабанщики.
Старший барабанщик разглядел в комнате женщину на постели, завернул во двор и спрашивает:
— Эй, женщина! Почему ты сидишь в одной рубашке на постели?
А невестка решила, что это свекровь его подослала, чтобы заставить ее заговорить, и ничего не ответила.
Барабанщик подошел ближе и еще раз спросил:
— Почему ты не отвечаешь? И почему не одеваешься?
Она и на этот раз не ответила. Тогда он подумал: «Она немая и сумасшедшая».
Вошел он в комнату, сорвал с ее головы платок, посадил задом наперед на осла и решил возить по улицам: люди увидят, посмеются, денег дадут.
И вот они поехали: посредине невестка с непокрытой головой сидит на осле задом наперед, а вокруг нее — барабанщики. Барабанщики бьют в барабаны, идут от одного дома к другому, шум подняли невообразимый, народ отовсюду сбежался. Наконец шествие остановилось у того дома, где сидела свекровь. Видят хозяева этого дома, что люди толпой бегут, и решили: «Пойдем-ка, посмотрим, что там за зрелище?»
Вышли они все на улицу, а барабанщики встали как раз перед свекровью. Та посмотрела, и что же видит: о, ужас! Это ее невестку посадили на осла задом наперед и возят по городу! Подошла она и крикнула:
— Я плюю тебе в лицо! Какой позор ты на нас навлекла?
Тут невестка радостно завопила:
— Ты проиграла! Ты проиграла! Подметай теперь двор!
С этими словами она соскочила с осла, схватила свекровь за руку, потащила домой, сунула ей в руки метлу и сказала:
— Ты подметай, а я буду водой поливать.
Свекровь стала подметать, а невестка водой поливать
Так они подмели и вычистили двор.
Не успела свекровь выпустить из рук метлу, а невестка — кувшин, как подоспел муж с поклажей. Увидел он, что комнаты убраны, а двор подметен, поцеловал матери руку, а жену поцеловал в щеку, а потом спрашивает мать:
— Скажи, что тебе купить?
— Красные башмачки в гости ходить!
Спросил он и жену:
А ты чего хочешь?
— Бусы из янтаря.
— Хорошо,- сказал он и купил им и башмаки, и бусы. Он был очень рад, что Аллах образумил его мать и жену.

Барин и цыган

Барин и цыган

Латышская сказка

Однажды студеной зимой ехали барин и цыган. Цыган у барина кучером был. Закутался барин в большую шубу, а цыган в невод завернулся. Сидел барин, сидел и зябнуть начал. Глядит, а цыган на козлах подпрыгивает да посвистывает. Спрашивает его барин:
— Эй, кучер, не зябко тебе?
— Да нет, — отвечает цыган.
— Как же это так, тебе тепло, а я в шубе мерзну? — удивляется барин.
— А так, — говорит цыган. — К вам в шубу мороз залезает, а выбраться не может. А в мой невод мороз как заскочит, так и выскочит. Подумал барин и говорит:
— Эй, цыган, давай меняться! Я дам тебе свою шубу, а ты мне — свой невод. Цыган согласился. Поменялись. Сидел барин, сидел и, наконец, так закоченел, что моченьки нет терпеть.
— Эй, цыган, давай опять меняться! — закричал он. А цыган и ухом не ведет; когда же барин слишком стал наседать, ответил:
— Нечего меняться! Что сделано, то сделано!

Траурное богослужение в Пичелеве

Траурное богослужение в Пичелеве

Еврейский анекдот

В 1898 году, после убийства в Женеве императрицы Елизаветы Австрийской, раввин города Пичелев получил приказ провести траурное богослужение. В шабес (субботу), во время богослужения в синагоге, он поднялся на возвышение и начал речь:
— Рабойсай (здесь: господа), вы, конечно, уже слышали, что случилось? Наша императрица убита. То ли в Швейцарии, то ли в Болгарии — я знаю? Убийца, если мне правильно сказали, итальянец. С какой-то странной фамилией. Это грустно. Я в отчаянии. Но что можем мы сделать здесь, в Пичелеве? Да еще в шабес, когда даже звук рыдания не должен покидать уст наших? Но не могу же я допустить, чтобы вы просто взяли и ушли: мы должны поговорить об убийстве и о шабесе. Потому я хочу напомнить вам кое-что из Гемары. Я вам прочитаю отрывок, который начинается так: хахорейг парош бешабат — кто убьет в шабес хотя бы блоху …

Все баре — дураки

Все баре — дураки

Латышская сказка

Пошел раз крестьянин в лес дрова рубить. Повстречался ему барин и спрашивает:
— Сколько на свете мужиков-дураков?
— Ровно половина, — ответил ему крестьянин. — А баре — все до единого дураки. Рассердился барин и уехал, а по дороге такое зло его разобрало, что велел он кучеру повернуть лошадей. Решил он убить крестьянина за такие речи.
Однако крестьянин был не дурак. Срубил он березу и перекинул ее через дорогу, да так, чтоб вершиной она в другое дерево упиралась. Потом подлез под березу и плечо под ствол подставил, будто держит ее. Тут и барин подъехал. Не узнал он крестьянина и спрашивает:
— Не видал ли ты мужика-дровосека?
— Нет, не видал, — отвечает крестьянин.
— А не мог бы ты поискать его? — просит барин. — Может, он на болоте прячется?
— Что ж, можно и поискать, только уговор — пока я искать буду, придется тебе березу подержать.
Барин согласился, а крестьянин сдвинул березу с дерева, в которое она упиралась, и пришлось барину изо всех сил удерживать здоровенное дерево на своих плечах. Немного погодя прибежал крестьянин с болота и говорит:
— Дай-ка мне, барин, пару лошадей, иначе не догнать мне его. Больно далеко он убежал.
— Одной обойдешься, — отвечает барин: уж очень ему не хотелось вторую давать.
— Да как же мы вдвоем на одной лошади назад приедем? — уговаривает его крестьянин. — Нет, одной я не обойдусь. Пришлось барину отдать обеих лошадей. Взял крестьянин лошадей и уехал домой, а барин остался на дороге березу на плечах держать.
Ждал он, ждал, но крестьянина так и не дождался. Велел он кучеру березу держать. А тот в ответ:
— Не могу я, живот у меня болит. А у него и вправду живот от смеха болел: так он над дуростью барина хохотал. Рассердился барин и, не дождавшись крестьянина, бросил березу, впрягся сам в повозку и потащил ее домой. А дома кучер сказал барину:
— Ну, помнишь, что мужик-то говорил? Все баре — дураки!

Рассказ об одном портном

Рассказ об одном портном

Немецкий шванк из «Фацетий» Генриха Бебеля

Хромой портной пришел к вратам небесным и попросил святого Петра впустить его. Но святой Петр отказал ему из-за того, что он воровал, как это часто случается с портными. Портной стал смиренно просить о милосердии, говоря, что он устал и не может больше идти, что он готов спрятаться за печку и выполнять всякую черную работу. Этого он, наконец, и добился великими мольбами. Когда однажды владыка небесный со всем небесным воинством отлучился для отдыха в некий сад, находящийся вне неба, портной остался совсем один. В отсутствие господина и всех слуг он осмотрел все вокруг и подошел, наконец, к престолу царя всевышнего; когда он смог оттуда обозреть все дела смертных, то увидел, как одна старуха тайком стащила одежду у другой, стиравшей белье в ручье. И тут в негодовании (он сам убедился, сколько тяжел грех воровства) он швырнул в вороватую старуху скамеечкой, которая стояла у подножия господнего трона. Когда же вернулся всевышний царь и увидел, что нет скамеечки, он спросил, кто ее взял. В конце концов он это узнал, и, когда услыхал, для чего она портному понадобилась, то сказал: «О сын, если бы в моем сердце было столько же мстительности и требовательности, то у меня давно уже не осталось бы ни скамеечки под ногами, ни кресел, ни лавочек».
К этому подходят слова Овидия: «Если б на каждый людской проступок Юпитер направил Молнию, скоро бы он стал безоружным совсем».

Кучер реб Шахне

Кучер реб Шахне

Еврейский анекдот

Кучер реб Шахне слыл большим знатоком Гемары (часть Талмуда). Однажды он вез нескольких евреев; вдруг среди дороги у экипажа сломал ось колесо.
— Что же теперь будет? — удрученно спросили пассажиры.
— Ничего, — успокоил их реб Шахне. — Поедем дальше — На чем?
— Вы знаете, что такое кал-вехомер (логическое умозаключение по принциnу -«тем более»)? Если велосипед, у которого только два колеса, едет на двух колесах, то насколько лучше поедет экипаж, который на трех колесах!
Двинулись они дальше. Тут сломалось второе колесо.
— Ну, а теперь что? На чем дальше поедем? — спросили кучера. евреи.
— Очень просто· на ма-мацину (буквально: то, что мы находим; умозаключение по аналогии). Если велосипед может ехать на двух колесах, то экипаж — и подавно!
Бац! Сломалось третье колесо.
— На чем поедем теперь?
— На кал-вехомер, но по принципу саней. Если сани могут ехать совсем без колес, то насколько лучше будет делать это экипаж, у которого все-таки есть одно колесо!
Лошадь рванула, и — четвертое колесо пополам.
— На чем дальше?
— На ма-мацину по принципу саней!