Как коротышка Тагаро нашел рыбу

Как коротышка Тагаро нашел рыбу

Новогебридская сказка

Однажды Тагаро спустил на воду лодку и поплыл искать рыбу. В море он увидел большую скалу. Тогда он перестал грести и поплыл тихо-тихо, чтобы посмотреть, водится ли у скалы рыба. И вот Тагаро увидел, что из-под его лодки выплывает множество рыбы. У Тагаро с собой была еда, и он
стал бросать ее рыбам. Тут он заметил, что им уже знакома пища людей.
Тогда он сказал:
— Сейчас я поплыву назад, а послезавтра привезу вам локо с кокосовым соусом.
Затем он вернулся в деревню и пробыл день дома. А когда настал следующий день, Тагаро взял локо, приправил его соусом из кокосовых орехов и сел в лодку. Он приплыл к той скале и запел:
— Рыбки мои, рыбки, где вы, мои красивые рыбки? Вот ваша еда с кокосовым соусом, рыбки мои.
Эту песню Тагаро подслушал другой человек, по имени Мера-мбуто. Он стоял на отмели и слышал, как Тагаро звал рыбу. Ночью Мера-мбуто тайком приготовил еду для рыб и, лишь только рассвело, в лодке Тагаро поплыл к скале.
— Рыбки мои, рыбки, где вы? — запел он песню Тагаро.
Но голос у Мера-мбуто был громкий и грубый. Рыбы поняли, что это не Тагаро, и не выплыли к нему. Тогда Мера-мбуто изменил свой голос. Он запел тихо-тихо, как Тагаро:
— Рыбки мои, рыбки, где вы? — и рыбы доверчиво приплыли к нему. Тут Мера-мбуто принялся ловить их на крючок и выловил всех до единой. Потом он торопливо поплыл назад к берегу и вернулся в свою деревню. Он разжег огонь в очаге и принялся жарить рыбу.
Но вот наступил ясный день, и Тагаро поплыл к своей скале. Рыбы не откликались на его песню, и он понял, что их всех выловил Мера-мбуто. Тагаро быстро вернулся на берег и стал искать следы Мера-мбуто. Он хотел узнать, какой дорогой тот шел. Вот он заметил следы вора и пошел по ним, пока не пришел к хижине Мера-мбуто. Он вошел туда как ни в чем не бывало и уселся рядом с Мера-мбуто. Потом он спросил:
— Что это жарится у тебя в очаге? Мне хочется есть.
— Это моя еда. Только она не вкусная, тебе не понравится,— ответил Мера-мбуто.
— Вот удивительно! Неужели твоя еда такая плохая? Но ведь это же моя рыба — ты выловил ее возле скалы.
Тагаро ударил Мера-мбуто и убил его. Потом он поджег его хижину, и она сгорела. Рыб же он вынул из очага и бросил в пруд с соленой водой. Там рыбы ожили, только одна сторона у них — та, которая прикасалась к раскаленным камням, осталась мертвой. Этих рыб называют полурыбы Тагаро или морские языки.

Загробные скитания монаха Фа-хэна

Загробные скитания монаха Фа-хэна

«Вести из потустороннего мира» Ван Яня

Шрамана Чжи Фа-хэн жил в начале правления династии Цзинь. Однажды он заболел, а по прошествии десяти дней скончался. Еще через три дня Фа-хэн ожил и рассказал, что с ним произошло, когда он был мертв.
Сначала пришли какие-то люди и увели Фа-хэна. В нескольких местах, с виду похожих на казенные дома, его не согласились принять. Вдруг Фа-хэн увидел железное колесо с когтями, прикатившее с запада. Никем не управляемое, оно носилось с быстротой ветра. Служка вызывал грешников стать на пути колеса, и колесо снова и снова прокатывалось по ним, превратив так несколько человек в месиво. Служка вызвал по имени праведника Фа-хэна и велел ему стать перед колесом. Фа-хэн испугался и стал корить себя за прежнее нерадение, приговаривая:
— Так пусть же будет суждено мне это колесо.
И сразу, как он это молвил, ему было позволено уйти.
Фа-хэн поднял голову и увидел отверстие в небесном своде. В мгновение ока Фа-хэн взмыл в небо и, опершись обеими руками о края отверстия, просунул в него голову. Он стал озираться по сторонам и увидел Дворец о семи драгоценностях и всех небожителей. Фа-хэн обрадовался, но пролезть в отверстие не смог, как ни пытался. Выбившись из сил, он опустился вниз на прежнее место. Его повели прочь, а люди смеялись ему вослед:
— Он был уже там и не смог взобраться!
Фа-хэна отправили к чиновнику по судовому ведомству. Пригнали лодки и приставили к ним Фа-хэна рулевым. Тот возражал:
— Мне не удержать в руках руль, — но его заставили силой.
Фа-хэн прокладывал путь для нескольких сотен лодок.
Однажды он не справился с управлением и посадил лодку на мель. Служки схватили его, приговаривая:
— Ты сбился с пути, и по закону тебя следует казнить.
Фа-хэна вытащили на берег и барабанным боем возвестили о казни. Вдруг появились два пятицветных дракона и столкнули лодку с мели. Служки простили Фа-хэна.
Лодка прошла еще тридцать ли на север. Там, на берегу, Фа-хэн увидел прекрасное селение в несколько десятков тысяч дворов. Ему сказали, что это ссыльное поселение. Фа-хэн с опаской поднялся на берег. В селении было много злых собак, которые так и норовили вцепиться в него зубами. Фа-хэн перепугался. Далеко на северо-западе он увидел строение с залой для проповеди и в нем множество шрамана.
Он услышал звуки песнопения и стремглав бросился туда. В залу вели двенадцать ступеней. Поднявшись на первую, Фа-хэн увидел своего прежнего наставника Фа-чжу, восседающего на варварском ложе. Тот, заметив Фа-хэна, воскликнул:
— Никак, это мой ученик! Что ему здесь нужно?!
Он тотчас поднялся с ложа, подошел к Фа-хэну и стал бить его полотенцем по лицу, приговаривая:
— Прочь отсюда!
Фа-хэну очень хотелось подняться вверх по лестнице, но как только он ставил ногу на ступень, учитель прогонял его.
Так было трижды, и тогда Фа-хэн отказался от дальнейших попыток.
Потом Фа-хэн увидел на гладком полу колодец глубиной в три-четыре чжана. Его кирпичная кладка была ровной и без зазоров. Фа-хэн подумал, что это обычный колодец, но люди, стоявшие близ него, сказали:
— Этот колодец — необыкновенный. Разве же мыслимо сотворить такое?!
Фа-хэн последний раз взглянул на Фа-чжу. Тот проводил его взглядом и крикнул вдогонку:
— Идите своей дорогой! Собаки Вас не тронут!
Фа-хэн вернулся на берег реки, но лодки, доставившей его сюда, не нашел. Он почувствовал жажду и хотел напиться из реки. Фа-хэн свалился в реку и тотчас ожил.
Фа-хэн ушел в монахи, соблюдал обеты, питался растительной пищей. Дни и ночи напролет он жил помыслами о безупречном поведении. Шрамана и бхикшу Фа-цяо был учеником Фа-хэна.

Разговор двух мудрецов

Разговор двух мудрецов

Ирландская сказка

Адна, сын Утидира из коннахтцев, был первым среди филидов Ирландии в учености и искусстве поэзии. Был у него сын по имени Неде. Отправился Неде учиться искусству поэзии в Альбу к Эоху Эхбелу и пробыл у него, пока не преуспел в этом.
Как-то раз гулял он и подошел к берегу моря, ибо считали филиды, что у воды приоткрывается им тайное знание. Вдруг услышал он из волн грустную и тоскливую песнь, и охватило его удивление. Тогда произнес он заклятие волне, дабы открылось ему, в чем тут дело. И узнал он, что сокрушались волны о смерти отца его, Адна, и что платье его отдали Ферхертне, филиду, ставшему первым поэтом.
Пошел Неде к дому и рассказал обо всем своему воспитателю.
— Отправляйся обратно в свои края,— сказал ему Эоху,— ибо нет места нашей мудрости под одной крышей. Мудрость подскажет тебе, что ты первый во всяком искусстве.
Отправился Неде в дорогу с тремя братьями: Лугайдом, Кайрпре и Круттине. На дороге встретился им дождевик.
— Отчего зовется он болг белке? — спросил один из них.
Не знали они этого и пошли обратно к Эоху, и провели с ним еще месяц. Потом снова пустились они в путь. Встретился им на дороге камыш. Не знали они, отчего он зовется симинд, и воротились снова к своему воспитателю. Месяц пробыли они у него и потом вышли в дорогу. Встретился им гасс санайс, и опять не знали они, почему он так называется. Вернулись они к Эоху и пробыли с ним еще месяц.
Когда наконец узнали они ответы на свои вопросы, то пустились в дорогу к Кинд Тире, а оттуда к Ринд Снок. От Порт Риг поплыли они по морю и ступили на землю у Ринд Роек. Потом шли они через Семне, Латарна, Маг Лине, Олларба, Тулах Роек, Ард Слебе, Креб Селха, Маг Эркайте, через реку Банна, вдоль Уахтар, через Гленн Риге, через земли племен Уи Бресайл, через Ард Сайлех, что зовется ныне Арма, через Сидбруг на Эмна.
Так шел юноша, и была над ним серебряная ветвь, ибо так пристало анруту. Золотую ветвь несли над олламом и медную над остальными филидами.
Подошли юноши к Эмайн Махе, и подле нее на лугу встретился им Брикриу. И сказал Брикриу, что если наградит его Неде, то поможет он ему стать олламом. Дал тогда Неде ему пурпурную рубаху, расшитую золотом и серебром, и велел ему Брикриу войти и сесть на место оллама. И еще сказал он, что скончался Ферхертне, а был он в ту пору к северу от Эмайн, где наставлял своих учеников.
— Не может безбородый занять место оллама в Эмайн Махе,— молвил Брикриу, ибо чересчур молодым был тогда Неде. Читать далее

Уход Тагаро

Уход Тагаро

Новогебридская сказка

На жену Тагаро поглядывал один мужчина. Однажды, когда Тагаро не было дома, он пришел в деревню. Тут он увидел свинью Тагаро и захотел украсть ее. Он схватил свинью и связал ее стеблями батата. Тагаро был в это время в лесу. Он услышал визг свиньи и побежал домой. Тут он увидел оторванные стебли и очень рассердился. Он вырезал из дерева лодку и перенес туда все, что было на земле. Огонь же он погасил, но одну головешку отбросил в сторону. Все-все, что
было хорошего на земле, Тагаро взял с собой. Вот что рассказывают о нем.

Как Тагаро сделал море

Как Тагаро сделал море

Новогебридская сказка

В давние времена море было совсем маленькое, как обычный пруд. И лежал этот пруд позади дома Тагаро. В пруду водилась рыба, и Тагаро огородил его большими камнями.
Как-то раз Тагаро отправился осмотреть утварь, которую он сделал, жена его ушла в деревню, а двое сыновей остались дома. Ходить за дом, туда, где был пруд, им не разрешалось, и они проводили время в охоте за ящерицами и крысами.
«Почему отец запрещает нам ходить за дом?» — думали они.
И вот один предложил другому:
— Давай пойдем и посмотрим, что там такое и почему отец не подпускает нас близко к этому месту.
Они обошли дом и увидели пруд. Вода в пруду была соленая и кишела рыбой. Один из братьев влез на камень и выстрелил в большую рыбину. Он попал в нее и постарался вытащить из воды. Но камень, на котором он стоял, сдвинулся с места, и в ограде открылась щель. Вода с шумом хлынула через дыру наружу.
Тогда старая женщина, что проходила мимо, попыталась остановить поток. Она легла на землю, чтобы преградить путь воде, но было уже поздно.
Сыновья Тагаро тем временем взяли копалки и вырыли две канавки, по обеим сторонам пруда. Вода устремилась по ним, и там, куда она устремилась, разливалось море.
А старая женщина превратилась в камень. Он и теперь лежит на Маэво возле Рага.

Луна

Луна

Миф австралийских аборигенов

В одно время Луна была человеком. Это был веселый парень, проводивший много времени насвистывая, распевая и смеясь. Правда, порой у него было весьма унылое настроение. Причина крылась в том, что ему никак не удавалось добиться симпатии со стороны хотя бы одной прекрасной девушки из тех, которые его окружали. Несмотря на веселый нрав, ему не дано было покорять сердца этих девиц. Они лишь смеялись и подшучивали над ним, потому что он был толстым и туповатым. Каждую ночь он скитался с места на место в надежде найти себе жену. Но когда какое-либо племя видело, что он отправляется в поход, оно тут же оповещало всех вокруг: «Внимание, приближается Луна и ищет себе жену, предупредите об этом девушек».
В одну ясную, безоблачную ночь звезды ярко сияли и сообщали всем, где взять достаточно еды и набраться сил, чтобы противостоять Злому Духу. Весело насвистывая, Луна прогуливался вдоль берега реки и привлек к себе внимание двух дочерей одной вдовы. Дрожа от возбуждения, они тихо сидели в ожидании его приближения. Девушки рассуждали так: «Если человек обладает таким красивым голосом, он должен быть весьма симпатичным!» И вот наконец он появился, и, увы, они увидели очень толстого мужчину с короткими ногами, очень тонкими руками и огромной головой с сияющими глазами. «Какой смешной человек!» – засмеялись девушки. Они побежали к реке, сели в каноэ и погребли через поток. Луна стал кричать и жалобно просить их перевезти его через реку. На середине потока девушки перестали грести и крикнули ему в ответ: «Мы слышали о тебе. Нас предупредили, что ты любишь флиртовать, и не велели общаться с тобой. Плыви через реку сам». – «О, – воскликнул Луна, – пожалейте меня, во имя Плеяд, которые показали всем девушкам, как надо заботиться о ближних. Взгляните на небо, как они расстроятся, когда увидят ваше отношение ко мне!»
Тогда сестры вспомнили, как все местные девушки старались подражать прекрасным образам этих очаровательных дев, которые сейчас сверкают на небе, напоминая им, как творить добро для друга и недруга. Немного подумав, они покорились духу Плеяд, погребли обратно и сошли на берег. Девушки пригласили Луну сесть в каноэ, и он забрался в лодку. Тогда они сказали: «Мы взяли тебя в каноэ, но ты сам будешь грести через поток». – «Но я не умею грести», – возразил Луна. «Ну, хорошо, – согласились добросердечные девушки, – так и быть, мы перевезем тебя через реку».
Не проплыли они и четверти расстояния, как Луна стал щекотать девушек под мышками. Они рассердились и потребовали, чтобы он прекратил так грубо себя вести. На некоторое время он перестал, но, когда они добрались до середины потока, снова принялся их щекотать. На этот раз без суеты они столкнули его в глубокие и чистые воды реки, и, пока он опускался ко дну, девушки видели, как его сияющее лицо глядело на них. Опускаясь все глубже, он становился все меньше и меньше, пока можно было разглядеть только часть его лица, но и оно постепенно исчезло, и от него остался лишь небольшой отблеск. В конце концов и он скрылся из вида. Тогда девушки отправились домой и рассказали своей матери и всему племени историю о флиртующем молодце – Луне и о том, как он погрузился на дно реки. С помощью дымовых сигналов эта новость быстро облетела всю страну, и, когда ворон узнал об этом, он разослал во все концы земли послание: «Луна не будет больше сиять постоянно. С этого времени и дальше вы сможете видеть его, приходящим из Страны духов на западе. Причем будет видна лишь часть его лица, но эта видимая часть будет увеличиваться от ночи к ночи, пока вы не сможете увидеть все его лицо. Потом он постепенно исчезнет на востоке, и вы не увидите его целый сезон. Затем он снова появится на западе в виде тонкого месяца, настороженно подглядывающего за нами, словно ему стыдно показать свое лицо полностью. Постепенно, укрепляясь в своей уверенности, он будет все больше и больше открывать свой лик. Шаг за шагом он будет смотреть на нас все с большей уверенностью, становясь все более видимым и стараясь своей серебристой улыбкой добиться благосклонности какой-либо из девушек. Это ему не удастся, и он постепенно исчезнет, чтобы скрыть свое разочарование».

О том, как Чжао Тай побывал в загробном мире

О том, как Чжао Тай побывал в загробном мире

«Вести из потустороннего мира» Ван Яня

Чжао Тай, по прозванию Вэнь-хэ, был уроженцем уезда Бэйцю, что в округе Цинхэ. Его дед был наместником в Цзинчжао. Чжао Тай был представлен от округа в соискатели официальных должностей. Из управы пришло назначение на должность, но Чжао Тай его не принял. Он всецело сосредоточился на классических книгах, был в большой чести у жителей деревни. В последние годы жизни Чжао Тай занимал официальный пост, представлялся к замещению должностей среднего ранга.
Чжао Таю было тридцать лет, когда его поразил сердечный недуг и он скончался. Когда тело опускали на землю, в сердце еще теплилась жизнь, а руки и ноги сгибались и разгибались как у живого. Так он пролежал десять дней. И вот наутро в гортани раздались звуки, подобные шуму дождя. Чжао Тай ожил и рассказал, что произошло с ним сразу по смерти.
Чжао Таю привиделся человек, который подошел и приник к его сердцу. Еще появились двое, восседавшие на желтых лошадях. Эти двое провожатых взяли Чжао Тая с обеих сторон под мышки и повели прямо на восток. Неизвестно, сколько ли они миновали, прежде чем пришли к большому городу, словно вздымающемуся ввысь. Город был черный и весь из олова. Чжао Тай направился в город, прошел двустворчатые ворота и очутился перед черным строением в несколько тысяч этажей. Мужчин и женщин, старых и малых было там тоже несколько тысяч. Они стояли рядами, и служки одевали их в черные одежды. Пять или шесть служек записывали имя и фамилию каждого для представления в соответствующее ведомство. Имя Тай было тридцатым в списке.
Вдруг несколько тысяч мужчин и женщин, а с ними и Чжао Тай, все разом двинулись вперед. Глава ведомства сидел, обратясь лицом к западу. Он бегло сверил списки, и Чжао Тая отправили на юг через черные ворота.
Чиновники в темно-красных одеждах сидели у большого здания и по очереди вызывали людей. Они вопрошали Чжао Тая о содеянном при жизни:
— Какие ты содеял преступления и совершил какие благодеяния? И посмотрим, правда ли то, что ты говоришь!
Среди людей постоянно находятся наши представители от Шести отделов. Они по пунктам записывают все доброе и дурное, и упущений не может быть никаких!
— Мой отец и старшие братья служили и получали содержание в две тысячи даней. Я же с молодых лет был при семье, предавался ученым занятиям, и только. Не служил и не совершал преступлений, — отвечал Чжао Тай.
Чжао Тая послали служить чиновником по поручениям в водное ведомство. Ему были приданы две тысячи человек, которые вычерпывали со дна песок и укрепляли берега. Трудился он денно и нощно без устали. Потом из чиновников по водному ведомству его перевели в военные наместники, и он узнал, что происходит в аду. Ему придали конницу и пехоту, поручили совершать обходы и присматривать за порядком в аду.
Те, кто прибывал в ад, подвергались наказаниям и карам разного рода. Или им иглой прокалывали языки, и кровь растекалась по всему телу. Или с непокрытыми и мокрыми головами, голые и босые, они брели, связанные друг с другом, а человек с большой палкой подгонял их сзади. Там был железный одр на медных ножках, под которым разводили огонь. Людей загоняли на одр, до смерти жарили и парили, а затем возвращали к жизни. Был там еще раскаленный докрасна громадный котел. В нем варили грешников. Тела вперемешку с головами разваривались в нем до мельчайших частиц. Кипящее масло бурлило и клокотало, а по краям котла толпились черти с вилами. Триста-четыреста грешников стояли на очереди. Они обнимались и рыдали. Или было там меченосное дерево, высокое и раскидистое, величины необъятной. Корни, ствол, ветви и листья — все было из мечей. Люди, возводившие хулу на других, как будто по собственному желанию взбирались на дерево, цепляясь за ветки. Туловище и голова были в сплошных порезах: раны прямо на глазах становились столь глубокими, что куски тела отваливались.
Чжао Тай увидел в аду деда, мать и двух младших братьев. Они расплакались при встрече.
Как-то, выйдя за ворота ада, Чжао Тай увидел двух служек, принесших документы, удостоверяющие скорое прибытие трех человек, радея за которых, семьи вывешивали в монастырях траурные стяги, возжигали благовония. Этих троих надлежало перевести в странноприимные дома-пуньяшала. Вскоре Чжао Тай увидел тех троих: они вышли из ада и были в своей обычной одежде. Они двинулись на юг и подошли к воротам с надписью: «Большая обитель, открывающая свет». Трехстворчатые ворота осветились и раскрылись. Те трое вошли внутрь. Чжао Тай последовал за ними.
Перед ним был большой дворец в богатом убранстве. Ложе из золота и драгоценных камней блистало ясным блеском. Чжао Тай узрел божество величавое и красоты необыкновенной. Оно восседало на ложе, а по сторонам в великом множестве стояли шрамана-прислужники. К божеству подходили правители областей и с превеликим почтением исполняли ритуал поклонения. Чжао Тай спросил у служки, кто этот господин, которому правители областей оказывают столь высокие почести.
— Миром почитаемый и людей спасающий наставник, — огласил имя божества служка и продолжил: — Все, кто пребывают на путях порока, выходят послушать его сутры. Все до единого живые существа, пришедшие сюда, чтут его Закон. Хотя некоторым из них и недостает благих деяний, они все же надеются обрести спасение. Потому они и внемлют закону сутр. А через семь дней, согласно добрым и дурным деяниям, совершенным ими ранее, их по очереди отпускают.
За то время, что Чжао Тай провел в обители, десять человек поднялись ввысь и улетели.
Покинув обитель, Чжао Тай увидел город в две сотни ли под названием Город меняющих обличье. Тот, кто завершил пребывание в земном аду, получал в этом городе превращение согласно содеянному. Чжао Тай вошел в город и увидел земляное здание в несколько тысяч комнат, крытое черепицей. К каждой комнате вела улочка, а посреди города стояло высокое кирпичное здание, обнесенное разукрашенной изгородью. Там было несколько сотен служащих. Сверяясь по бумагам, они губителей живых существ определяли в поденки, рождающиеся утром и гибнущие вечером, грабителей и разбойников — в свиней и баранов, приготовленных на убой, развратников и ленивцев — в журавлей и уток, кабаргу и оленя, болтунов — в гусей, сов и филинов, должников и ростовщиков делали мулами, овцами и лошадьми.
Дело Чжао Тая вернули на рассмотрение в водное ведомство. Глава ведомства спросил Чжао Тая:
— Вы сын влиятельного лица. За какие же грехи Вы здесь находитесь?
— Мой дед и братья получали жалованье в две тысячи даней. И я был выдвинут на соискание официальных должностей. Меня даже произвели в должность, но я назначения не принял. Я устремлялся к возвышенному и не впитал людские пороки, — был ответ.
— У Вас, сударь, нет в прошлом грехов, и потому Вас прислали в распоряжение водного ведомства. Будь подругому, Вы ничем не отличались бы от обитателей ада, — заметил Глава ведомства.
— Какие же деяния должен совершить человек, чтобы по смерти обрести благое воздаяние? — спросил Чжао Тай.
— Следуйте Закону, совершенствуйтесь в вере и соблюдайте обеты! Тогда Вы обретете благое воздаяние и Вас не постигнет никакая кара. Карать будет не за что! — молвил только в ответ Глава ведомства.
— Если человек не служил Закону, но позднее стал его слугой, списываются ли ему прежние грехи? — опять вопрошал Чжао Тай.
— Полностью списываются, — ответил Глава ведомства и на том закончил. Он развязал шнурки на футляре и проверил по книге счет годов Чжао Тая. По всем расчетам у того оставалось тридцать лет в запасе. Тогда Чжао Тая вернули к жизни. На прощание Глава ведомства сказал ему так:
— Вы видели, как грехи воздаются в земном аду. Сообщите об этом людям в миру. Пусть все они творят добро! Добрые или злые поступки следуют за человеком, будто тень или эхо. Как же тут не остеречься?!
По возвращении Чжао Тая к жизни его навестили пять или шесть десятков близких и дальних родственников, а также знакомых. Все они выслушали его рассказ. В назидание современникам Чжао Тай оставил запись этого рассказа. Произошло сие в тринадцатый день седьмого месяца пятого года правления династии Цзинь под девизом Начало благоденствия (360 г.).
Радея за деда, мать и двух младших братьев, Чжао Тай устраивал монашеские собрания, повсеместно производил сбор пожертвований. Сыновьям и внукам тех, кто томился в аду, он передал наказ: отвратиться от прежних помыслов и предаваться Закону с усердием и верой.
Люди прослышали о том, что Чжао Тай после смерти вернулся к жизни, повидав многие кары и воздаяния. Они приходили к нему с расспросами. В доме Чжао Тая однажды собрались восемнадцать человек, среди которых были придворный советник Сунь Фэн из Учэна, Хао Бопин из Чаншани, носивший титул Гуаньнэйхоу, и другие. Они любезно осведомились у него обо всем и пришли в ужас от услышанного. Все они стали чтить Закон.

Людоед Шариа и Куарайя-Солнце

Людоед Шариа и Куарайя-Солнце

Сказка гуарани

Людоед Шариа нашел носух и убил одну из них. Куарайа-Солнце вскарабкался на дерево, и Шариа послал в него стрелу. Солнце притворилось мертвым и испражнилось. Шариа собрал испражнения, завернул их в листья лилии и положил в свою корзину вместе с трупом, а сверху прикрыл носухами. Потом он пошел ловить рыбу, а корзину оставил на берегу. Солнце воспользовалось этим, чтобы убежать, но сначала положило на дно корзины камень.
Шариа пришел в свою хижину, его дочери заглянули в корзину: «Вот Ниаканрашишан! Вот его испражнения!» Дочери стали вынимать носух: «Вот носухи… а это… это камень!» Под носухами лежал только камень…

Сестра Биримодо и происхождение болезней

Сестра Биримодо и происхождение болезней

Сказка индейцев бороро

В те времена, когда болезни были еще неизвестны и люди не ведали боли, один подросток упорно отказывался посещать дом мужчин и запирался в семейной хижине.
Раздраженная таким поведением, его бабушка каждую ночь подходила к спящему внуку и, присев над его лицом, отравляла его своими кишечными газами. Мальчик слышал шум и чувствовал зловоние, но не знал причины. Больной, похудевший и полный подозрений, он притворился спящим и, обнаружив наконец зловредные действия старухи, убил ее заостренной стрелой, которую вонзил так глубоко в заднепроходное отверстие бабушки, что все её внутренности вывалились наружу.
С помощью броненосцев — в следующем порядке: оквару, энокури, жерего, бокодори — он тайно выкопал яму и зарыл в ней труп, в точности на том месте, где спала старуха, а потом замаскировал свежевыкопанную землю циновками.
В тот же самый день индейцы организовали поход на рыбалку «на отраву», чтобы добыть еды на обед.
На следующий день женщины пошли на место рыбалки, чтобы собрать дохлых рыб. Перед выходом сестра Биримоддо хотела оставить своего малыша бабушке: но бабушка не откликнулась, и на то была причина.
Тогда женщина посадила ребенка на ветку дерева и велела ждать ее возвращения. Оставленный ребенок превратился в термитник.
Река была полна дохлой рыбы. Но вместо того чтобы, как это делали другие женщины, ходить туда и обратно, доставляя добычу в деревню, мать малыша стала жадно пожирать рыбу. Ее живот раздулся, и она почувствовала мучительные боли.
Женщина стонала, и вместе с ее воплями из нее вылетали болезни: все болезни, которыми она заразила деревню и которые сеяли смерть среди людей. Таково происхождение болезней.
Два брата виновной, Биримоддо и Кабореу, решили убить ее ударом рогатины. Один из них отсек сестре голову и бросил ее в озеро на востоке, другой отсек ноги и бросил в озеро на западе. Затем братья воткнули свою рогатину в землю.

Как появилась земля и первые люди

Как появилась земля и первые люди

Миф гуронов

Вначале ничего, кроме воды, не было. Только широкое-широкое море. Единственными обитателями его были животные. Они жили на воде, под водой или летали по воздуху. Потом с неба упала женщина. Две полярные гагары пролетали мимо и успели подхватить ее на свои крылья. Однако ноша была слишком тяжела. Гагары испугались, что уронят женщину и она утонет. Громко воззвали они о помощи. На их зов прилетели и приплыли все твари. Великая Морская Черепаха сказала: — Опустите небожительницу мне на спину. Никуда она с моей широкой спины не денется. Гагары так и сделали. Затем совет зверей стал думать, как быть дальше. Мудрая Морская Черепаха сказала, что женщине для жизни нужна земля. Все звери по очереди стали нырять на дно морское, но никто так и не достиг дна. Наконец, нырнула Жаба. Прошло много времени, прежде чем она появилась снова и принесла горсточку земли. Эту землю она отдала женщине. Женщина разровняла ее на спине Черепахи. Так возникла суша. Со временем выросли на ней деревья, потекли реки. Стали жить дети самой первой женщины. И по сей день земля покоится на спине Великой Морской Черепахи.