Пять каше

Пять каше

Еврейский анекдот

Беседуют два студента иешивы:
— Когда гой лопает селедку, имеют место пять каше (буквально: «проблемы»; здесь в значении: «этапы»).
Сначала он вымачивает селедку — и эту воду выпивает.
Потом снимает с селедки кожу — и эту кожу съедает.
После этого разрезает селедку на маленькие кусочки — и запихивает себе в пасть сразу по три куска.
Потом угощает другого гоя водкой из своей фляжки, и сам пьет из фляжки другого гоя.
Ну а после этого вцепляется другому гою в волосы — а другой гой вцепляется в волосы ему самому…
— Вот и неправильно. Тут не пять, а целых пятнадцать каше
— Как так пятнадцать?
— Ты видел, чтобы гой за один раз слопал меньше трех селедок?

Как это вы столько насчитали

Как это вы столько насчитали?

Еврейский анекдот

Коммивояжер ехал на своем автомобиле через Подолье; в каком-то местечке автомобиль у него сломался. Он попробовал починить машину сам, но все его труды были напрасны. Тогда он позвал на помощь еврея-жестянщика.
Тот поднял капот, заглянул внутрь, стукнул один-единственный раз молоточком — и двигатель заработал!
— С вас двадцать злотых, — сказал жестянщик
— Так дорого? Как это вы столько насчитали?
Жестянщик взял бумажку и написал:

стукнуть один раз — 1 злотый
знать, где — 19 злотых
________________________
всего — 20 злотых.

Ходжа Насреддин, топор и осел

Ходжа Насреддин, топор и осел

Турецкая сказка

Нарубив на горе дров, Ходжа Насреддин навьючил их на осла.
Топор, абу положил он сверху и пошел напрямик, а ослу сказал: «Ну, а ты иди кругом, дорогой». Ходжа пришел
 домой, смотрит, а осла еще нет. Он спросил у жены:
 «Осел пришел?» — «Нет, не приходил»,— отвечала
 жена. «Вот не думал, что я приду раньше осла»,— за
метил Ходжа. Прошло некоторое время, а осла все не
было; Ходжа подумал: «Пойду-ка посмотрю, где это застрял осел?» Он поднялся на гору, смотрит, а осел
 пасется на том же месте, где он его оставил. Но ни топора, ни абы уже нет. Тогда, скинув с осла дрова, он
 взвалил себе на спину седло и, выговаривая ослу, сказал: «Так! ты все пасешься, где я тебя оставил. Ладно,
ладно! Прежде принеси мне топор и абу, а тогда получишь обратно седло».

Почему локшен называют локшен

Почему локшен называют локшен

Еврейский анекдот

— Янкель, почему локшен (лапшу) называют «локшен»?
— Это же очень просто. Они такие же длинные, как локшен, мягкие, как локшен, и выглядят, как локшен. Так почему бы локшен не называть «локшен»?

Как еврея застали в постели с чужой женой

Письмо жене

Еврейский анекдот

Еврея застали в постели с чужой женой — и привели его к раввину. Факта прелюбодеяния еврей не отрицает; но признать свою вину отказывается наотрез.
— Негодяй, развратник! — кричит на него раввин.
— Рабби, — обращается к нему прелюбодей, — в Писании же сказано: никто не может быть осужден, прежде чем будет выслушан.
Раввин вынужден с ним согласиться.
— Рабби, — продолжает грешник, — я имею право спать с моей собственной женой?
— Что за чушь! Разумеется!
— Рабби, а муж той женщины, с которой меня застали, имеет право спать со своей женой?
— Ясное дело, имеет.
— А имеет он право спать с моей женой?
— Тьфу на тебя! Что ты такое несешь?
— Тогда смотрите сами: если я имею право спать с женщиной, с которой никто другой права спать не имеет, то насколько же больше у меня права спать с женщиной, с которой имеет право спать даже он!

Талмудический распил

Талмудический распил

Еврейский анекдот

— Распили-ка мне это бревно на три части! — приказал Янкель слуге-еврею и уехал. Слуга стал размышлять. Что хозяин имел в виду: три распила и четыре части? А может, подумал он, два распила и три части?
Так он ломал голову, но ничего не придумал — и отправился к ребе.
Ребе тоже долго размышлял — и пришел к такому выводу:
— Он, конечно, имел в виду три распила и четыре части. Иначе бы он так и сказал: два. Конечно, можно возразить, что он мог иметь в виду один распил и две части. Но тогда он сказал бы еще определеннее: один. И в этом случае было бы ясно, что он имеет в виду один распил и две части Меньше ведь просто быть не может. Так что ясно, он имел в виду такой вариант: три распила и четыре части.

Письмо жене

Письмо жене

Еврейский анекдот

Из письма мужа жене:
«Дорогая Ривка, будь добра, пришли мне твои домашние туфли! Конечно, я говорю про мои, а не про твои домашние туфли. Но если бы я написал «мои домашние туфли», ты бы прочла и подумала, что я пишу про твои домашние туфли. Если же я пишу «твои домашние туфли», ты так и прочтешь: «твои домашние туфли» — и пришлешь мне именно мои домашние туфли. Короче говоря, пришли мне твои домашние туфли.

Придется

Придется

Еврейский анекдот

— Янкель, у меня для тебя е,сть каше. Дается пруд. На берегу стоит такса и хочет перебраться на другой берег, но ни плыть, ни бежать кругом она не хочет. Как ей перебраться на другой берег?
— Хм, надо подумать … Нет, не знаю!
— Очень просто: она туда переплывет.
— Но она же не хочет плыть!
— А что делать: придется!

О пользе изучения Талмуда

О пользе изучения Талмуда

Еврейский анекдот

Иешиве-бохер (студент-талмудист) говорит своему однокашнику:
— Уверяю тебя: если еврей изучал Талмуд, ты никогда не поставишь его в тупик. Приведу пример.
Вот стих из Библии: «И упрекали Мариам и Аарон Моисея за жену Кушитинку (Ефиоплянку), которую он взял, — ибо он взял за себя Кyшитинку» ( Числ. 12, 1). Вопрос: почему «Кушитинка» упоминается в этом стихе дважды?
Вот тебе ответ. Моисей знал, что придет когда-нибудь время евреев-талмудистов. Они посчитают, что он, Моисей, поступил не совсем правильно, взяв в жены нееврейку, да еще чернокожую, и попытаются вывести его на чистую воду.
Вот почему Моисей настойчиво, дважды упоминает ее в одной и той же фразе. И что мы имеем? Действительно, как раз повторение этого слова и.. настораживает евреев-талмудистов.
«Два минуса, — говорят они, — в математике дают плюс . Следовательно, — делают они вывод, — два утверждения означают на самом деле отрицание. Стало быть, — заключают они с торжеством, — никакой «Кушитинки» не было. Была еврейка. только с черным лицом!»

Ходжа Насреддин отгадывает загадку о яйце

Ходжа Насреддин отгадывает загадку о яйце

Узбекская сказка

Некий человек, встретив Ходжу Насреддина, сказал ему:
— Если отгадаете, что у меня в руке, угощу вас яичницей.
— Ладно, только скажите хоть некоторые приметы,— попросил Ходжа.
— Идет. Снаружи белое, внутри желтое.
— А, знаю, знаю! — ответил Ходжа.— У вас в руке луковица, начиненная желтой морковью!