Повесть о Тадж-аль-Мулуке, продолжение, ночь 135

Повесть о Тадж-аль-Мулуке, продолжение, ночь 135

Тысяча и одна ночь

Когда же настала сто тридцать пятая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что евнух сказал старухе: «Я не знаю ни невольницы, ни кого другого, и никто не войдёт раньше, чем я обыщу его, как велел мне царь». И старуха воскликнула с гневным видом: «Я знаю, что ты умный и воспитанный, а если ты теперь переменился, я сообщу царевне, что ты не пускал её невольницу». И потом она крикнула Тадж-аль-Мулуку: «Проходи, девушка!» И царевич прошёл внутрь прохода, как она ему велела, а евнух промолчал и ничего не сказал.
А затем Тадж-аль-Мулук отсчитал пять дверей и, войдя в шестую, увидел Ситт Дунья, которая стояла и ждала его. И царевна, увидев Тадж-аль-Мулука, узнала его и прижала юношу к груди, и он прижал её к своей груди, а потом к ним вошла старуха и нашла способ отослать невольниц, боясь срама. «Будь ты привратницей», — сказала Ситт Дунья старухе, и потом она уединилась с Тадж-аль-Мулуком, и они, не переставая, обнимались, прижимались и сплетали ноги с ногами до самой зари. А когда приблизилось утро, Ситт Дунья вышла и заперла за собою дверь, а сама вошла в другую комнату и села там, как всегда. И невольницы пришли к пей, и она исполнила их просьбы и поговорила с ними, а потом сказала им: «Выйдите теперь от меня — я хочу развлечься одна». И невольницы вышли, а царевна пошла к Тадж-аль-Мулуку, а после пришла к ним старуха с коекакой едой, и они поели и ласкались до самой зари, а старуха заперла к ним дверь, как и в первый день, и они не прекращали этого в течение месяца.
Вот что было с Тадж-аль-Мулуком и Ситт Дунья. Что же касается везиря и Азиза, то, когда Тадж-аль-Мулук отправился во дворец царской дочери и провёл там столько времени, они поняли, что он не выйдет оттуда и погибнет несомненно. «О родитель мой, что ты будешь делать?» — спросил Азиз везиря, и тот сказал: «О дитя моё, это дело трудное, и если мы не воротимся к его отцу и не уведомим его об этом, он будет упрекать нас».
И они в тот же час и минуту собрались и направились к Земной земле и стране Двух Столбов, где была столица царя Сулейман-шаха, и пересекали долины ночью и днём, пока не вошли к царю Сулейман-шаху и не рассказали ему, что случилось с его сыном: с тех пор, как он вошёл в замок царской дочери, они не имели вестей о нем. И тогда перед царём предстал судный день и его охватило сильное раскаяние, и он велел кликнуть в своём царстве клич о войне, и войска выступили в окрестности города, и для них поставили палатки, и царь сидел в своём шатре, пока войска не собрались со всех областей. А подданные любили его за великую справедливость и милости, и он выступил во главе войска, которое застлало горизонт, и отправился на поиски своего сына Тадж-аль-Мулука.
Вот что было с этими. Что же касается Тадж-аль-Мулука и Ситт Дунья, то они провели так полгода, каждый день все сильнее любя друг друга, и Тадж-аль-Мулука охватила столь великая страсть, безумие, любовь и волнение, что он изъяснил ей затаённое и сказал: «Знай, о возлюбленная сердца и души: чем дольше я остаюсь у тебя, тем сильнее моё безумие, любовь и страсть, так как я не достиг желаемого полностью». — «А чего ты желаешь, о свет моего глаза и плод моей души? — спросила она. — Если ты хочешь не только обниматься и прижиматься и обвивать ноги ногами — сделай то, что тебе угодно, — ведь нет у Аллаха для нас сотоварищей». — «Не этого я хочу, — сказал Тадж-аль-Мулук. — Я желаю рассказать тебе, кто я в действительности. Знай, что я не купец, — нет, я царь, сын царя, и имя моего отца — великий царь Сулейман-шах, который послал везиря послов к твоему отцу, чтобы посватать тебя за меня, а когда весть об этом дошла до тебя, ты не согласилась».
И он поведал ей свою повесть с начала до конца, — а в повторении нет пользы, — и сказал: «А теперь я хочу отправиться к моему отцу, чтобы он послал посланного к твоему родителю и посватал тебя у него, и тогда мы успокоимся».
Услышав эти речи, Ситт Дунья сильно обрадовалась, так как это сходилось с её желанием, и они заснули, согласившись на этом. И случилось, по предопределённому велению, что в эту ночь, в отличие от других ночей, сон одолел их, и они проспали, пока не взошло солнце.
А в это самое время царь Шахраман сидел на престоле своего царства, и эмиры его правления были перед ним, как вдруг вошёл к нему староста ювелиров с большою шкатулкою в руках. Он подошёл и раскрыл шкатулку перед царём и вынул из неё маленький ларчик, стоивший сто тысяч динаров — столько было в нем жемчуга, яхонтов и смарагдов, которых не мог иметь ни один царь в какой-нибудь стране. И царь, увидев шкатулку, подивился её красоте и, обернувшись к старшему евнуху, у которого случилось со старухою то, что случилось, сказал ему: «Эй, Кафур, возьми этот ларчик и отнеси его Ситт Дунья!» И евнух взял его и ушёл. И он достиг комнаты царевны и увидел, что дверь её заперта и старуха спит на пороге. «До такого часа вы ещё спите!» — воскликнул евнух, и старуха, услышав его слова, пробудилась от сна и испугалась. «Постой, я принесу тебе ключ», — сказала она и выбежала куда глаза глядят, убегая от евнуха, и вот все, что было с нею.
Что же касается евнуха, то он понял, что старуха смутилась, и, сорвав дверь, вошёл в комнату и увидел Ситт Дунья в объятиях Тадж-аль-Мулука, и оба они спали. Увидев это, евнух не знал, что делать, и собирался вернуться к царю, но тут Ситт Дунья проснулась и увидела его. И она изменилась в лице, побледнела и воскликнула: «О Кафур, покрой то, что покрыл Аллах!», а евнух ответил: «Я не могу ничего скрывать от царя!»
Потом он запер к ним дверь и вернулся к царю, и царь спросил его: «Отдал ли ты ларчик твоей госпоже?» — а евнух ответил: «Возьми ларец, вот он! Я не могу ничего от тебя скрыть! Знай, что я увидел подле Ситт Дунья красивого юношу, который спал с нею в одной постели, и они были обнявшись».
И царь велел привести обоих, и когда они явились к нему, крикнул: «Что это за дела?» И его охватил сильный гнев, и, взяв плеть, он собирался ударить ею Тадж-альМулука, но Ситт Дунья бросилась к нему и сказала своему отцу: «Убей меня раньше его». И царь выбранил девушку и велел отвести её в её комнату, а потом он обратился к Тадж-аль-Мулуку и спросил его: «Горе тебе, откуда ты и кто твой отец и как ты дерзнул посягнуть на мою дочь?» — «Знай, о царь, — ответил Тадж-аль-Мулук, — если ты убьёшь меня, то погибнешь, и раскаетесь и ты и жители твоего царства». И царь спросил: «А почему это?» И юноша отвечал: «Знай, что я сын паря Сулейман-шаха, и ты не узнаешь, как он уже подойдёт к тебе с конными и пешими». Услышав эти слова, царь Шахраман захотел отложить убийство юноши и посадил его в тюрьму, чтобы посмотреть, правильны ли его слова. Но везирь сказал ему: «О царь нашего времени, по-моему следует поспешить с убийством этого мерзавца, — он ведь осмелился посягнуть на царских дочерей».
И тогда царь крикнул палачу: «Отруби ему голову, он обманщик!» И палач взял Тадж-аль-Мулука, затянул на нем верёвки и поднял руки, спрашивая разрешения эмиров, один и другой раз, так как он хотел, чтобы случилось промедление. И царь закричал на него: «До каких пор ты будешь спрашивать? Если ты ещё раз спросишь, я отрублю тебе голову!» И палач поднял руку, так что стали видны волосы у него под мышкой, и хотел отсечь голову юноше…»
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Дерево света

Дерево света

Арабская легенда из «Чудес мира»

В Табаристане есть дерево, которое называют «деревом света». По ночам на горе оно светится так, словно находится рядом с ярким красным огнем. Подобное дерево я видел в лесу и даже привез кусок его древесины. Когда она высохла, свечение пропало. Когда я положил древесину в
воду, она снова стала излучать свет.

Дерево из Сирийской пустыни

Дерево из Сирийской пустыни

Арабская легенда из «Чудес мира»

В Сирийской пустыне растет высокое дерево, у него — глубокие корни. Когда наступает ночь, видят, как сверкают огоньки — на каждом листке по огоньку. Чем темнее ночь, тем ярче горят огни. Если кто-нибудь поднесет руку к ветке, рука обгорит. Когда листья опадут, огня не видно, пока в следующем году вновь не появятся листья .

Чудесный идол

Чудесный идол

Арабская легенда из «Чудес мира»

На территории же Индии есть город, который называют Клба. Там из меди изготовили колонну, на нее поставили фигурку утки тоже из меди. Перед идолом находится большой водоем. Ежегодно, когда наступает время сева, утка широко раскрывает крылья, погружает голову в водоем и поднимает воду из источника наверх, до половины столба. Тогда из колонны льется наружу такое количество воды, какое достаточно для орошения полей того города, чтобы засеять все его земли. Когда все засеют, вода останавливается до того же времени в следующем году.

Наука, познать которую не дано людям

Наука, познать которую не дано людям

Арабская легенда из «Чудес мира».

В Индии есть город. Чужеземец, который придет в тот город, ни с кем не сможет вступить в интимные отношения. Когда же он покинет город, вновь обретет силу и сможет делать все, что захочет. Историю эту рассказали одному мужу. Он ушел в тот город, был там тринадцать лет и совершенно не знал, мужчина он или женщина. Лечился известными ему способами, но пользы не было. Когда же он ушел оттуда, то мог делать все, что хотел. Он дивился, говоря: «Это — наука, познать которую не дано людям!»

Повесть о Тадж-аль-Мулуке, продолжение, ночь 134

Повесть о Тадж-аль-Мулуке, продолжение, ночь 134

Тысяча и одна ночь

Когда же настала сто тридцать четвёртая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что когда Тадж-аль-Мулук заплакал, старуха сказала ему: «Успокой свою душу и прохлади глаза, — я непременно приведу тебя к твоей цели». А потом она поднялась и, оставив его на огне, отправилась к Ситт Дунья и увидала, что у той изменился цвет лица от гнева из-за письма Тадж-аль-Мулука. И старуха подала ей письмо, а она ещё более разгневалась и сказала: «Не говорила ли я тебе, что он будет желать нас!» — «А что такое эта собака, чтобы ему желать тебя?» — воскликнула старуха. И Ситт Дунья сказала ей: «Пойди и скажи ему: «Если ты будешь впредь посылать мне письма, я отрублю тебе голову!» — «Напиши ему эти слова в письме, а я возьму письмо с собою, чтобы стал сильнее его страх», — сказала старуха. И Ситт Дунья взяла листок и написала на нем такие стихи:

«О ты, кто небрежен был к превратности случая
И близости с милыми достигнуть бессилен был»
Ты хочешь обманутый, достигнуть Медведицы,
Но светлого месяца не мог ты достичь ещё,
Так как же надеешься и хочешь быть близок к нам
И жаждешь счастливым быть, сжимая наш тонкий стаи?
Забудь же ты эту цель, страшась моей ярости
В день мрачный, когда глава седою становится».

Потом она свернула письмо и подала его старухе, а старуха взяла его и пошла к Тадж-аль-Мулуку. И юноша, увидев её, поднялся на ноги и воскликнул: «Да не лишит меня Аллах благословения твоего прихода!» — «Возьми ответ на твоё письмо», — сказала старуха. И юноша взял листок и, прочитав его, горько заплакал и воскликнул: «Я хотел бы, чтобы кто-нибудь убил меня теперь, и я бы отдохнул! Поистине, смерть для меня легче, чем то, что теперь со мною!» И он взял чернильницу, калам и бумагу и написал письмо, где вывел такие стихи: Читать далее

Халиф Моавия и бедуин

Халиф Моавия и бедуин

Арабская легенда

В самый жаркий час чрезвычайно знойного дня халиф Моавия, сын Абу Суфьяна, сидел в своих покоях, открытых со всех сторон для проветривания, когда увидел, что к нему приближается босой бедуин. Удивляясь тому, что могло побудить этого человека пренебречь сильной жарой, монарх заявил придворным, что, если незнакомец пришел просить помощи и справедливости, его просьба будет уважена. Бедуин обратился к халифу в стихах с жалобой на деспотизм Марвана, сына аль-Хакама (впоследствии халифа, четвертого наследника Моавии), который насильно отобрал у него любимую жену Соаду. Когда халиф потребовал подробностей, жалобщик сообщил нижеследующие факты. У него была жена, дочь дяди по отцу, которую он любит безмерно. Бедуин владел несколькими верблюдами, что обеспечивало достаток его жизни. Но год ужасной засухи лишил его всего имущества и привел к крайней нужде. Друзья бросили его, а жену забрал ее отец. Чтобы вернуть жену, он обратился к Марвану, губернатору округа Аль-Мадины, который, вызвав к себе отца жены и ее саму, был так пленен ее красотой, что решил сам жениться на ней. Для этого он заключил мужа в темницу и предложил отцу жены тысячу динаров и 10 тысяч дирхемов за согласие отдать за него дочь. Марван пообещал, что заставит реального мужа развестись с ней. И, добившись согласия отца, вырвал развод от несчастного бедуина самыми жестокими пытками. Сопротивление женщины новому замужеству было бы бесполезно, и она стала женой Марвана.
Рассказав обстоятельства своей драмы, удрученный бедуин упал в обморок и лежал на полу бездыханным, подобно мертвой змее. Когда он пришел в себя, халиф написал поэтическое послание Марвану, строго осудив его за низость и повелев ему под страхом смерти развестись с женщиной и прислать ее вместе с гонцом властителя. Соответственно она получила развод и была отослана с ответным посланием, составленным стихами того же размера и рифмы. В нем халифа заверяли, что он сам убедится в невозможности противиться чарам Соады при встрече. И это было действительно так. Сам Моавия, едва увидев женщину, возжелал ее. Он предложил бедуину за нее трех своих рабынь-девственниц, а также тысячу динаров и большую ежегодную пенсию в придачу. В отчаянии бедуин застонал, словно ему нанесли смертельный удар, и с негодованием отверг предложение. Тогда халиф сказал ему: «Ты признался, что развелся с ней, а Марван сказал, что женился на ней и развелся. Поэтому мы поставим ее перед выбором. Если она пожелает в мужья кого-нибудь помимо тебя, мы выдадим ее замуж за него. Если же она предпочтет тебя, то достанется тебе». Женщина предпочла неимущего бедуина, и халиф передал ее ему, подарив к тому же 10 тысяч дирхемов.

Харун ар-Рашид и Сулейман, сын абу-Джафара

Харун ар-Рашид и Сулейман, сын абу-Джафара

Арабская легенда

Харун-ар-Рашид, навестив Сулеймана, сына Абу Джафара, одного из своих военачальников, увидел рядом с ним рабыню по имени Даифа. Она отличалась необыкновенной красотой, и он, сраженный ее чарами, вытребовал ее себе в качестве подарка. Требование монарха было удовлетворено, но Сулейман, горевавший в связи с потерей возлюбленной, заболел и во время болезни восклицал:
– Я жалуюсь Аллаху на несчастье, которое Он послал мне посредством халифа. Мир знает о его справедливости, но он стал тираном в случае с Даифой. Любовь к ней запечатлелась в моем сердце, как чернила на бумаге.
Узнав о стенаниях юноши, ар-Рашид вернул ему возлюбленную и вместе с ней мир и покой в его душу.

Цветы, вызывающие огонь из воды

Цветы, вызывающие огонь из воды

Арабская сказка, «Чудеса мира»

В Индийском океане есть остров, который весь утопает в цветах. Среди цветов есть большой источник. Вода в нем — светлая, в ней водятся всякого рода водяные животные .
Если ты нарвешь тех цветов и положишь их на покрывало, а покрывало будешь держать над водой, то из воды появится огонь и сожжет все цветы, покрывалу же не причинит ущерба.

Чудесные мирты

Чудесные мирты

Арабская сказка, «Чудеса мира»

В конце владений румского императора есть остров. На том острове много миртовых деревьев. Никто в мире не укажет деревьев огромнее этих. Весной на деревьях распускаются цветы. Тот, кто понюхает их, сразу погрузится в сон и увидит много сновидений.