Комар-хвастун

Комар-хвастун

Кабардинская сказка

Когда в лесу наступает ночь, все звери и птицы засыпают в своих норах и гнёздах. Никто не нарушит тишины до тех пор, пока первый луч солнца не проникнет сквозь листву.
Однажды, когда всё утихло в лесу, вдруг раздался грозный рёв, словно гром грянул среди ночи.
Что случилось?
Это спросонья зарычал Лев — плохой сон приснился ему.
Испуганные звери повыскакивали из своих нор, птицы вспорхнули с насиженных мест.
Проснулся и Комар. Досадно стало ему, что Лев нарушил его сладкий сон. И решил Комар отомстить Льву. Точит он свой хоботок, а сам приговаривает, похваляется:
— Лучше бы этому Льву не попадаться мне на глаза, а то плохо ему будет!
Услышал Лев эти слова, в ярость пришёл:
— Мне, царю зверей, грозит какой-то Комаришка! Да я его раздавлю, он и пикнуть не успеет!
Взвился Комар, расправил крылышки и впился прямо в нос Льву.
Завыл Лев от боли. Он и катался по земле, и царапал когтями нос, а Комар цел-невредим. Ещё пуще жалит.
— Пусти меня, сдаюсь, ты осилил меня! — заревел Лев.
Отпустил Комар могучего Льва и полетел по лесу хвастать всем о своей победе.
— Я сильнее самого царя зверей — Льва! — трубил он. — Никому не одолеть меня.
И совсем забыл Комар-хвастун о Пауке.
Расхвастался Комар, загордился. Закружилась у него от радости голова, и залетел он прямо в сеть к Пауку. Тут и пришёл конец Комару-хвастуну.

Овца и коза

Овца и коза

Кабардинская сказка

Жил старик со старухой. Жили они бедно, только и богатства у них было — Овца да Коза. Да и тех нечем было кормить. И решили они прогнать Козу с Овцой — пусть сами себе корм добывают!
Шли, шли Овца и Коза, вдруг видят — лежит на дороге сумка. Заглянули, а в ней Волчья голова. Взяли сумку, пошли они дальше.
Наступила ночь. Темно стало в лесу. Куда дальше идти? Глядят — горит на поляне костёр, а около костра три Волка варят в котле пшённую кашу — пасту.
Обрадовались Волки, как увидели Овцу и Козу:
— Теперь у нас будет и мясо!
— А что вы варите? — спрашивает Коза.
— Кашу варим, — отвечают Волки.
— Вот и хорошо, будет и у нас закуска. А ну, достань из сумки самую большую волчью голову, — сказала Коза Овце.
Достала Овца волчью голову, а Коза как закричит:
— Разве хватит нам такой маленькой головы? Я же тебе сказала — достань самую большую!
Испугались глупые Волки.
— Дрова у нас кончаются, пойду наберу сухих веток, — сказал один Волк и мигом скрылся в кустах.
Стал костёр затухать, а Волк всё не возвращается.
— Где это бродит наш братец? Пойду поищу его, — сказал второй Волк и тоже исчез.
Вскоре третий Волк говорит:
— Пока за ними не пойдёшь, они сами не придут, — и убежал в лес.
Только скрылся последний Волк, Коза с Овцой сняли кашу с огня, поели, а котёл разбили. Потом забрались на дерево — отдыхать.
Вернулись глупые Волки на поляну. Видят, каши нет, разбитый котёл на земле валяется.
— Почему мы испугались тех, кто всегда был нашей пищей? — удивляются Волки. — Разве могут Овца с Козой Волка съесть? Давайте найдём их. Теперь уж они нас не обманут.
Тут Коза с дерева как крикнет Овце:
— Скорее лови самого большого Волка! Что-то я проголодалась.
Услышали глупые Волки такие слова, ещё больше испугались и разбежались кто куда.

Заур

Заур

Кабардинская сказка

В одном ауле жил бедный старик. И было у него три сына. Далеко по Кабарде шла молва о храбрости старших его сыновей, а о третьем никто не говорил доброго слова.
Старшие братья часто уходили в боевые походы, а Заур дома оставался, носил воду, готовил еду. Много времени проводил Заур у очага, и старшие братья часто насмехались над ним.
Была у старика одна-единственная кобылица. Никому старик её не показывал. Сам чистил кобылицу, сам кормил и поил, а по ночам, когда все спали, выводил пастись.
Однажды занемог старик и, чувствуя приближение смерти, позвал своих сыновей.
— Должен я открыть вам одну тайну. Оставляю я вам в наследство одну-единственную кобылицу, равной которой нет на всём свете, — сказал старик. — Каждый год приносит она необыкновенного жеребёнка, но в ту же ночь какой-то злодей похищает его. Ни разу за всю жизнь не смог я уберечь жеребёнка. Вас трое, вы молоды и сильны, сумеете сохранить жеребят. Если у каждого из вас будет по коню от этой кобылицы, вам никто не страшен.
С этими словами старик умер.
Похоронили братья своего отца. Опечаленные, вернулись они домой. Наступил вечер.
— Сегодня должна ожеребиться кобылица, надо уберечь жеребёнка, — сказал Заур.
— Я пойду в конюшню и уберегу жеребёнка от злодея. Вор не уйдёт живым! А когда я вернусь — чтоб меня ждал тёплый чурек, — сказал старший брат, облачился в доспехи, взял острый меч и отправился.
Пришёл он в конюшню, залез на балку и притаился с обнажённым мечом наготове. Долго сидел он, не спуская глаз с дверей. Всю ночь не смыкал глаз, а под утро сморил его крепкий сон. Проснулся старший брат, когда солнце уже высоко стояло, и видит: кобылица ожеребилась, а жеребёнка и след простыл.
Не хотелось ему признаться, что проспал он жеребёнка. Вернулся старший брат в дом и говорит:
— Наш отец сказал неправду. Всю ночь не смыкал я глаз, но не видел ни жеребёнка, ни вора. Видно, отец хотел, чтобы мы хорошо стерегли кобылицу, потому и придумал про жеребёнка.
Прошёл год, опять наступил срок кобылице принести жеребёнка, и Заур сказал:
— Братья, надо нам выполнить завет отца. Читать далее

Жир-Аслан

Жир-Аслан

Кабардинская сказка

Давным-давно, когда в дождь пыль столбом поднималась, а в сушь люди не могли из грязи выбраться, когда солнце светило ночью, а днём мерцали звёзды, жил да был на свете мальчик. Звали его Жир-Аслан. Мать у него умерла, и отец привёл в дом мачеху. Невзлюбила мачеха Жир- Аслана, заставляла его работать, караулить двор и дом. Не мог Жир-Аслан ни поиграть вдоволь, ни поспать всласть. Рассыплет мачеха по всему двору пшено сушиться, а Жир-Аслан должен сторожить, чтобы не склевали куры или птицы.
Скучно было мальчику сторожить целыми днями. Однажды он сидел, сидел да уснул. А куры налетели на пшено и склевали всё, до единого зёрнышка. Вышла мачеха во двор, увидела, что нет пшена, разозлилась, раскричалась, толкнула мальчика ногой.
Вздохнул Жир-Аслан и говорит:
— Эх, нана, зачем ты разбудила меня, я видел такой чудесный сон!
— Расскажи-ка, что за сон ты видел.
Но Жир-Аслан не хотел рассказать свой сон. Пуще прежнего разозлилась мачеха и прогнала его со двора. Что делать? Пошёл Жир-Аслан куда глаза глядят.
Нанялся он в работники к старому князю. Прилежно трудился Жир-Аслан. Заметил князь трудолюбивого работника и однажды позвал его к себе. Стал князь расспрашивать Жир-Аслана, чей он родом, почему ушёл из дому.
Рассказал Жир-Аслан, как плохо жилось ему у мачехи, как однажды он увидел чудесный сон, а в это время куры склевали всё пшено, как злая мачеха прогнала его из дому.
Захотелось князю узнать, что за сон он видел, но Жир- Аслан не рассказал и ему. Разгневался князь, прогнал юношу. Читать далее

Мудрый ёж

Мудрый ёж

Кабардинская сказка

Однажды сын Хачага, Батараз, запряг жерёбую кобылу и поехал в гости. Встретили его с почестями, привязали кобылу к арбе и дали ей немного сена.
Утром хозяин вошёл во двор и видит: ожеребилась кобыла — стоит рядом с нею на тонких ножках хорошенький маленький жеребёнок. Захотелось хозяину взять того жеребёнка себе.
— Это ожеребилась наша арба, — сказал он и отвёл жеребёнка в свою конюшню.
Вышел во двор Батараз. Понял он, что ожеребилась его кобыла, но не нашёл жеребёнка.
Пошёл Батараз в конюшню и увидел своего жеребёнка. Хотел он взять его себе, а хозяин не отдаёт.
— Это ожеребилась наша арба, — говорит он.
Жалко было Батаразу лишиться хорошего жеребёнка, и позвал он на совет всех зверей.
Скоро собрались звери — не было только Ежа. Наконец пришёл Еж.
Рассердились звери на Ежа за то, что он заставил их так долго ждать.
А Еж говорит им:
— Не сердитесь. Если бы вы знали, какое дело задержало меня, то не стали бы сердиться. Иду я к вам, — начал рассказывать Еж, — и вижу: горит весь Кавказский хребет. Стал я таскать сено и тушить пожар.
— И не стыдно тебе, Еж, такую чепуху молоть! Разве можно сеном тушить пожар? — закричали звери.
— Если нельзя сеном потушить пожар, то как же арба могла ожеребиться! — ответил им Еж.
Громко рассмеялись все звери.
Что было делать хозяевам. Пришлось им отдать жеребёнка Батаразу.

Хоже и князь

Хоже и князь

Кабардинская сказка

Рассказывают в Кабарде о проделках Хоже. Он мог перехитрить любого, но никому не удавалось обмануть его. Однажды какой-то князь решил испытать, сумеет ли Хоже обмануть и его.
Велел князь оседлать лучшего из своих коней, надел белоснежную черкеску, взял лучшее оружие и отправился в путь.
А Хоже в это время нанялся в чабаны. Подъехал князь к Хоже, остановился:
— Да умножится твоё стадо!
— Да будешь ты, князь, всегда здоров! Сделай милость, сойди с коня, будь моим гостем — угощу тебя как положено.
Спешился князь. Принял Хоже его коня, пустил его пастись на сочной траве, стал угощать князя.
Разговорились они.
— Чего только не рассказывают о тебе, Хоже! А мне не верится, что ты можешь обмануть любого. Если правду говорят — обмани меня! — сказал князь.
Посмотрел Хоже на князя, подумал, да и говорит:
— Желание гостя — закон. Да не могу я сейчас выполнить твоего желания: оставил я дома брусок, с помощью которого я обманываю всех.
— Ах, какая жалость! — огорчился князь. — Что же теперь делать?
— Надо пойти домой и принести тот брусок.
— Так иди поскорее!
— Я пошёл бы, да ведь это далеко, к вечеру не вернусь, — раздумывал Хоже.
— Возьми моего коня!
— И правда! — согласился Хоже. — На коне я мигом слетаю домой. Но по обычаю не положено, чтобы князь оставался пастухом при стаде. Увидит тебя кто-нибудь — опозорит на всю Кабарду. Давай поменяемся и одеждой.
Поменялись. Хоже отдал князю свои лохмотья, а сам нарядился в княжеские одежды.
Сел Хоже на коня и поехал. Никто не узнал бы в красавце джигите оборванца Хоже!
А князь пасёт стадо. Уж полдень миновал, стало солнце садиться, вечер наступил, а Хоже всё не возвращается.
Когда совсем стемнело, понял князь, что обманул его Хоже.
Что делать? Пригнал он стадо в аул, потихоньку пробрался к себе домой. Никому не рассказал князь о проделке Хоже — решил сам разыскать его и как следует проучить.
Рано утром отправился он в аул, где жил Хоже. Увидел Хоже, что приближается к его дому князь, и говорит жене:
— Совсем забыл, что мне надо на мельницу! Если кто спросит меня, скажи, что я там.
Выскочил он из дому и побежал огородами прямо к мельнице.
Подъехал князь, спрашивает жену Хоже:
— Хозяин дома?
— На мельницу пошёл, — отвечает жена.
А Хоже, запыхавшись, прибежал на мельницу.
— Ой, добрый человек, не знаешь ты, какая лютая беда ждёт тебя! — крикнул он мельнику. — Злой князь ищет тебя! Я хочу помочь тебе. Давай поменяемся одеждами, и беги отсюда, пока не поздно.
Испугался мельник, быстро снял свою одежду, надел лохмотья Хоже и побежал куда глаза глядят.
Хоже переоделся, обсыпался мукою — не узнать его — и спокойно расхаживает по мельнице. Подъезжает князь:
— Не был ли здесь Хоже?
— Только что был, — отвечает «мельник».
— А где теперь?
— Вон туда побежал.
Поскакал князь во весь опор, догнал мельника и здорово отстегал его.

Как Хоже умирал

Как Хоже умирал

Кабардинская сказка

В один день запряг Хоже своего ишака и поехал в лес за дровами. Выбрал он высокое дерево, привязал к нему ишака, а сам взобрался на дерево и стал рубить ту ветку, на которой сидел.
Шёл мимо путник.
— Что ты делаешь, Хоже?
— Разве не видишь — рублю. Дрова нужны, — отвечает Хоже.
— Да разве можно рубить сук, на котором сидишь? Ведь ты упадёшь вместе с веткой.
— Иди своей дорогой, а я сам знаю, что делаю, — ответил Хоже.
Удивился прохожий и пошёл дальше. Не успел он далеко отойти, слышит — подрубил Хоже сук и упал на землю.
Сильно ушибся Хоже, но тут же вскочил и говорит:
— Раз этот человек мог предсказать, что я упаду, может быть, он предскажет мне и то, когда я умру.
Догнал Хоже прохожего.
— Добрый человек, раз ты мог наперёд сказать, что я упаду, — может быть, ты скажешь мне, когда я умру? Будь добр, скажи мне, — просит Хоже.
— Как твой ишак крикнет трижды, тут и придёт твоя смерть, — ответил прохожий.
Вернулся Хоже, нагрузил ишака дровами и поехал домой. Дорога была не близкая. Тяжело маленькому ишаку тащить нагруженный воз, да ещё и Хоже сверху уселся.
Стал ишак подниматься в гору и закричал от натуги.
— Вот и приближается моя смерть, — говорит Хоже.
Дотащил ишак повозку до середины горы — ещё раз крикнул.
— Совсем близко моя смерть! — снова говорит Хоже.
Добрался ишак до вершины горы да от радости снова как закричит! Хоже и говорит:
— Вот я уже умер!
Выкопал он себе яму у дороги и лёг в неё.
Наступила ночь. Выбежали из лесу голодные волки и зарезали ишака.
На рассвете Хоже выглянул из ямы, увидел, что остался он без ишака.
— Ну что ж, у кого нет головы, тот останется без ишака, — сказал Хоже.
Улёгся он опять в яму. Вдруг слышит — шум. Глядит — спускается с горы караван верблюдов. Навьючены те верблюды глиняными горшками.
Хоже как выскочит из ямы да как крикнет. Верблюды испугались, вдребезги разбили все горшки. Уцелели только те, что были навьючены на последнем верблюде.
Погонщики верблюдов бросились к Хоже и стали избивать его. А Хоже орёт:
— Не троньте меня, ведь я мёртвый!
Но погонщики не слушали Хоже. Они били его, пока не устали, а потом легли отдохнуть.
Только уснули погонщики, Хоже сел на верблюда, на котором уцелели горшки, и стал спускаться вниз.
А гора та была крутая, высокая.
— Помоги, аллах, благополучно спуститься, — взмолился Хоже. — Я поделюсь с тобою прибылью, когда продам эти горшки.
Осторожно идёт верблюд вниз, скоро кончится спуск.
Тут Хоже и говорит:
— Ой, аллах, и дурак же ты! А ведь обманул я тебя — ничего тебе не дам.
Только проговорил он эти слова, как верблюд вдруг споткнулся, и горшки разбились вдребезги.
Обидно стало Хоже:
— Хоть ты и аллах, а всё ж таки глупый — не понял, что я пошутил с тобою!
Собрал Хоже черепки, думает: «Всё-таки я не умер окончательно. А после первой смерти мне ещё много лет жить. Возьму-ка я эти черепки и сделаю с ними хорошее дело».
Перетащил он все черепки к себе в дом, истолок их в порошок, нагрузил мешки и поехал в соседнее селение.
— Эй, эй! Кому нужна хорошая отрава, убивает блох! Э-эй, люди добрые, покупайте, пока я не уехал! — кричит Хоже.
Сбежался народ, раскупают у Хоже порошок и платят, как назначил Хоже: за чашку порошка — чашку муки. Нагрузил Хоже своего верблюда мешками муки и уехал.
Хватились люди, что никто не спросил у Хоже, как употреблять порошок. Один из них помчался вдогонку за Хоже. Догнал его и спрашивает:
— Скажи нам, добрый человек, как же употреблять этот порошок?
— Очень просто, — отвечает Хоже, — изловишь блоху, возьмёшь в руки и насыплешь ей порошок в глаза. Она когда-нибудь и подохнет.
Посланец говорит:
— Да если я поймаю блоху, так я её и ногтём раздавлю.
Хоже в ответ:
— Волаги, это ещё лучше! Это самое что ни на есть верное средство!

Хоже приглашает гостей на пир

Хоже приглашает гостей на пир

Кабардинская сказка

Вышли старики из мечети после полуденной молитвы. Один из стариков говорит:
— Добрые люди, давайте испытаем терпение Хоже. Попросим его, чтобы он всю ночь, до утренней молитвы, простоял нагишом возле мечети.
Услышал Хоже эти слова и спрашивает:
— А что дадите мне за это?
— Дадим тебе всё, что ты ни пожелаешь.
Согласился Хоже простоять всю ночь возле мечети. Наутро приходят старики, видят — стоит Хоже нагишом.
Удивились старики, стали спрашивать:
— Неужели ты не озяб, Хоже?
А Хоже только рассмеялся в ответ:
— Э-эй, чудаки! Я ведь грелся. Над горой Эльбрус сверкала звезда, а я поворачивался к ней то одним, то другим боком, вот и не озяб.
— Раз ты согревался, значит, ты обманул нас, и мы тебе не должны ничего давать, — сказали старики.
Ну что мог поделать Хоже? Ушёл он домой и решил проучить их.
В одну из пятниц, когда старики совершили в мечети полуденную молитву, пришёл Хоже и сказал:
— Добрые люди! Прошу вас ко мне в гости. Я зарезал бычка и хочу угостить вас.
По обычаю кабардинцев, нельзя отказываться от приглашения. Старики пообещали прийти.
Хоже поспешил домой и стал готовиться к встрече.
Удивляются старики:
— Что это случилось с Хоже? Не в его обычае звать гостей.
Известно, что Хоже бедняк из бедняков. Двор у него был без изгороди, а вместо ворот — два столба.
Пришли старики и направились во двор, не обратив внимания на столбы.
Рассердился Хоже:
— Что вы, как овцы, через забор лезете? Заходите в ворота, как подобает людям.
Старики чинно прошли между столбов и расселись.
Хлопочет Хоже, бегает туда-сюда, отдаёт жене приказания.
Старики ждут, обсуждают аульские новости. Час сидят они, два сидят, три сидят. Солнце вовсю жарит. Старикам в тулупах уже и сидеть невмочь, а торопить хозяина, по обычаю, не положено.
— Если бы бычка стали резать после того, как мы пришли, и то можно было бы давно приготовить угощение, — говорят старики.
Нет сил больше терпеть, и, вопреки обычаю, послали они к хозяину двух стариков узнать, отчего так долго держат гостей.
Что же увидели посланцы? Высоко-высоко на крюке висит огромный котёл, полный воды, а под ним горит малюсенькая свечечка. Ветер колышет пламя туда-сюда. Хоже сидит рядом, руки сложил и ждёт, когда же закипит вода в котле.
— Хоже! Что ты делаешь? — удивились старики. — Разве можно на такой маленькой свечке вскипятить огромнейший котёл?
— Можно, — отвечает Хоже.
— Кто же поверит этому? — рассердились они.
— А когда я сказал, что маленькая звёздочка над Эльбрусом обогревала меня, вы поверили? Почему же вы не верите, что пламя свечки может закипятить воду в котле?

Хоже и Аллах

Хоже и Аллах

Кабардинская сказка

Был у Хоже ишак. Хоже на нём и на базар ездил, и в лес за дровами. И вдруг этот ишак пропал.
Целый день искал Хоже своего ишака, но не нашёл. И тогда взмолился Хоже:
— О аллах! Если разыщу я своего ишака, то завтра же продам его за один рубль.
Не успел договорить, глядит — бредёт навстречу ему ишак.
Жалко стало Хоже, что дал он такой обет, но делать нечего.
На следующий день погнал Хоже ишака на базар и старого кота прихватил.
Спрашивают покупатели:
— Что продаёшь, Хоже?
— Ишака продаю.
— Сколько ты за него хочешь?
— Всего-навсего рубль.
— Что так дёшево?
— Дал я такой обет аллаху.
— Я куплю твоего ишака!
Тогда Хоже говорит:
— Я продаю вместе с ишаком и кота.
— А сколько стоит твой кот? — спрашивают у Хоже.
— Всего-навсего девяносто девять рублей.
Целый день ходил Хоже по базару, но никто не хотел купить ишака вместе с котом.
— Вот видишь, аллах, — сказал Хоже, — я не обманул тебя. Никто не хочет купить у меня ишака за рубль.

Куйцук и шайтан

Куйцук и шайтан

Кабардинская сказка

Жил-был в Кабарде Куйцук — Маленький плешивец. Был он беден, ходил в дырявых чарыках, но никогда не унывал.
Идёт однажды Куйцук с сенокоса. Несёт он на плече косу, песню напевает — хорошо поработал! Навстречу ему шайтан:
— Откуда и куда путь держишь?
— С сенокоса иду.
— Расскажи мне что-нибудь интересное!
— О чём же тебе рассказать! Вот разве о том, как девять косарей одного комара убили?
— Разве это трудно — убить комара? Ведь он крохотный!
— Может быть, и крохотный, да только девять сторожевых собак не смогли съесть одну ногу того комара.
— Значит, то были не сторожевые псы, а дворняжки!
— Может, и дворняжки. Да только каждая из них, стоя на задних лапах, может поймать парящего орла.
Разозлился шайтан, видит, что не переспорить ему Куйцука.
— Значит, то не орлы, а воробьи!
— Может быть, и воробьи, да только крыло каждого из них накроет сразу десять домов.
Совсем разозлился шайтан:
— Скажи, Куйцук, что те дома совсем крошечные!
— Может быть, и крошечные, да только я сам видел, что в каждом доме живёт по двадцать великанов, — сказал Куйцук и засмеялся.
Шайтан даже задрожал от злости:
— Значит, то были не великаны, а карлики!
— Должно быть, карлики, но каждый из них съедал на завтрак огромного вола и выпивал колодец воды.
— Да колодец тот, должно быть, мальчишки палочкой вырыли! Я сам видел, как колодцы роют, — сказал шайтан, сверкая глазами.
— Если и вправду сам видел, значит, не глубокий. Но я знаю, что, если в тот колодец утром опустить ведро, всплеск воды услышишь только на следующее утро, — отвечает Куйцук, а сам смеётся.
— Наверно, мало ты успел сена накосить. День-то был короткий. Поздно рассвело да рано стемнело, — сказал шайтан, а сам от злости чуть не лопнет.
— Много было работы. Я и не заметил, короткий был день или длинный. Знаю только, что утром пастух угнал в горы телят, а вечером пригнал стадо огромных быков, — расхохотался Куйцук.
— Представляю, что это были за быки! — сказал шайтан. — Их и в арбу, наверное, нельзя было впрягать.
— Не стану спорить. Пожалуй, слабосильные были те быки. Каждый из них мог тащить столько, сколько и восемь наших волов не дотащат, — ответил весёлый Куйцук.
— Не пойму я, и что ты всё веселишься? Бешмет у тебя весь в заплатах и чарыки дырявые! — выпалил шайтан и даже ногами затопал от злости.
— Зато иду я, куда хочу, и говорю всё, что хочу! — ещё громче рассмеялся Куйцук.
Нечего было возразить шайтану. Посинел он со злости и лопнул.