Гусиная война

Латышская сказка

Была у одного крестьянина придурковатая жена. Осенью муж забил скот, а мясо прибрал.
— Куда мы столько мяса денем? — спрашивает его жена.
— Как куда? В капусту класть будем, про долгий день прибережем, — ответил ей муж. На другой день ушел муж на заработки, а жена за мясо взялась. Одни куски про долгий день отложила, другие в капусту на огород снесла — все, как муж сказал. Вдруг, откуда ни возьмись, заходит в ворота тощий долговязый нищий и просит:
— Дай мне мяса кусочек!
— Не могу! Муж велел часть в капусту положить, а часть — про долгий день.
— Ой, хозяюшка! Так ведь я и есть тот самый долгий день, отдай, сколько для меня отложено, — сказал нищий.
— Так, значит, ты и есть тот долгий день?! Давно я про тебя слыхала, вот и увидала. Ну, так забирай, что твоё!
А пока жена долгий день за ворота провожала, собаки в капусте до мяса добрались. Увидала это хозяйка и закричала:
— Ах вы, утробы ненасытные! Я-то маюсь, мясо в капусту таскаю, а они, отродье собачье, мясо из капусты растаскивают!
Недолго думая, схватила хозяйка коровьи путы, разогнала собачью свору, а самого большого пса за шиворот ухватила. А пес вырывается, совсем от страха ошалел. Где ж с таким совладать? Подумала хозяйка и привязала пса к затычке, которой пивная бочка забита. Пес рванулся, вырвал затычку и — в лес. Хлынуло пиво из бочки, весь амбар залило. Тут жена вспомнила, что муж наказывал пол в амбаре сухим держать — тогда мука не заплесневеет и в отрубях черви не заведутся. Стала хозяйка муку из закромов выгребать и лужу засыпать, пока пол не высох.
Вернулся муж домой. Захотелось ему пить, и пошел он за пивом, а бочка-то пустая.
Всего полведра нацедил, да и то с дрожжами. Поглядел муж на пол: вся мука в луже плавает. Глянул на потолок: мяса на крючьях нет. И давай муж жену бранить:
— Все добро ты перевела: мясо собаки в лес утащили, от пива одни подонки остались, да и те с дрожжами. Зачем они? Ты бы и их в лес снесла! А жена думает: “Так вот почему муж так разозлился! Да я эту каплю пива мигом в лес отнесу. И всего-то забот!” Подхватила жена подойник, побежала в лес и выплеснула пиво под большой серый камень, приговаривая:
— Теки туда, теки! Только она это промолвила, пиво землю размыло, и блеснули из-под камня монеты.
Нагребла жена денег в подойник и домой притащила. Муж на жену не нарадуется — уж такая она у него добрая да разумная.
А на другой день до барина слухи дошли, какое счастье мужику привалило. Приказал он все деньги в имение принести. Крестьянин чуть ума не лишился. Стал он жену бранить, зачем барину проболталась. Да делать нечего. Думает он, думает, как бы собрать то, что наземь пролилось. И придумал-таки! Сказал он жене, что завтра гусиная война начнется.
— Что, гусиная война? — всполошилась жена. — Страх-то какой, господи!
— Вот те и господи! — проговорил муж. — Прячься-ка ты загодя в яму, я тебя шкурой прикрою, может, и уцелеешь. А жене стало мужа жаль.
— Ой, а ты как же, муженек? — спрашивает она.
— Обо мне не горюй, я тоже воевать пойду! — отвечает муж.
Посадил он жену в яму, прикрыл задубевшей шкурой, сверху гороху насыпал и согнал туда всю птицу. Затеяли куры, утки да гуси драку на шкуре и такой шум подняли, словно на войне. А мужу и этого мало, схватил он палку и давай по углам избы колотить, чтоб шуму больше было. Потом к яме подошел, жену выпустил и говорит ей:
— Вылезай, кончилась гусиная война. А поутру запряг муж лошадь, на передок телеги жену посадил, сам сзади уселся и погнал лошадь во всю прыть к барину.
По дороге муж незаметно вытащил калач из кармана и кинул жене через голову прямо на колени.
— Что это? — удивилась жена.
— Эх, дуреха! Ведь мы до той поры дожили, когда булки с неба сыплются, — отвечает муж. Едут дальше. Видят: стоит у дороги сарай, а в нем козел блеет.
— Кто там кричит? — спрашивает жена.
— Опять ты не знаешь! Ну не дуреха ли? Это черт нашего барина в сарае мучает, — говорит муж. Наконец приехали они в имение. Барин тотчас им навстречу.
— Деньги где? — спрашивает.
— Какие деньги? — удивляется крестьянин. Рассердился барин:
— Что ты мне голову морочишь! Твоя жена сказала, что она деньги нашла! Ну, коли жена сказала, — отвечает крестьянин, — с нее и спрашивай. Подозвал барин женщину и спрашивает:
— Скажи мне, когда ты деньги нашла?
— Да эдак за недельку до гусиной войны.
— Когда же эта гусиная война была? — удивился барин.
— А за день до того, как булки с неба посыпались. Барин в сердцах спрашивает:
— Что сыпалось? Когда сыпалось?
— Булки! А тогда они сыпались, когда тебя черт в сарае мучил, а мне жаль тебя было — орал ты, ровно козел. Тут уж барин совсем рассвирепел да как гаркнет на бабу:
— Сгинь, дура, с глаз моих! И прогнал ее вместе с мужем за ворота. Так все деньги и остались у мужа.

Кто не работает, тот не ест

Латышская сказка

Хотел парень на дочери соседа жениться, но сосед не отдавал ему дочку.
— Почему дочь за меня не отдаешь? — спрашивает парень.
— Уж больно она ленива, — отвечает сосед. — Не хочу я видеть, как ты с ней маяться будешь, как за лень колотить станешь.
— Отдай ее за меня, — уговаривает парень отца, — я добром с ней полажу, есть у меня лекарство от лени.
— Ладно, — согласился отец и отдал за него дочь. Привез парень жену домой. Первую неделю жена еще работала, а как вторая пошла, стала она от работы отлынивать. А муж ничего, молчит. Однажды спозаранку пошел он с работниками сено косить, а жена до самого завтрака в постели провалялась. Воротился муж с работниками завтракать, а жена знай, потягивается — едой и не пахнет. Не сказал муж ни слова. Поели, что под рукой было, и опять ушли сено косить. А муж, из дому уходя, позапирал все двери и ключи с собой прихватил, чтоб жена кусочка съесть не могла. И в обед он так сделал, и в ужин. Подергала жена двери — все заперто. Так весь день и просидела голодная. На следующее утро пришел муж с работниками завтракать, а жена ему навстречу:
— Муженек, а я пол-избы подмела!
— Вот и ладно, — сказал муж, дал ей полтарелки каши и пол-ломтика хлеба и ни словечка больше не сказал. На другое утро жена всю избу подмела. Дал ей муж целый ломоть хлеба и полную тарелку каши. На третье утро жена избу подмела, пастуха проводила, котел на огонь поставила и бегом к мужу кинулась:
— Муженек, вода в котле кипит, иди крупу засыпь!
— Ну, коли уж ты котел на огонь смогла поставить, то и крупу сама засыплешь — держи ключи! Взяла жена ключи, и с той поры стала она лучшей на свете хозяйкой. Через недельку-другую пришел тесть поглядеть, что его ленивая дочка поделывает. Вошел старик в избу и сел. А дочка говорит:
— Не сидите, батюшка, не сидите! Тем, кто без дела сидит, у нас есть не дают.
— Сидите, отец, сидите! — говорит муж. — Гости сидя хлеб зарабатывают, а свои — рук не покладая.

У нас дома уже давно все спят

Латышская сказка

Приглянулся засидевшейся в невестах девице молодой парень, и захотела она, чтобы он женился на ней. Согласился парень, да только велел, чтоб она родителям ничего не говорила. Девица не сказала ни слова, сложила все свое приданое в амбаре и дожидается суженого. А тот и не думал жениться на такой старой карге. Ввечеру приехал он за невестой. Сложили они все добро на телегу и поехали. Говорит парень девице:
— Вот что, милая, придется нам через чащобу продираться! Не хочу, чтоб тебе глаза выцарапало. Завяжи-ка их лучше. Согласилась девица и завязала глаза. Завернул жених за хлев, в густую коноплю, и погнал лошадь во всю прыть — только треск кругом. — Ох и страшные кусты! — говорит девица. — Скоро ль мы выберемся? Хочется мне глаза развязать.
— Скоро уж, скоро. Да только придется еще через реку широкую переезжать. Неохота мне пугать тебя, ты уж потерпи, глаза не развязывай. Выбрался парень из конопли, заехал в пруд и давай по нему вдоль и поперек колесить, только брызги во все стороны летят. Подъехал он, наконец, к избе и говорит невесте:
— Теперь отведу я тебя в избу, посиди, подожди, пока я лошадь распрягу, приданое уберу, тогда приду и развяжу тебе глаза. Села девица в избе на лавку и ждет. Часы полночь пробили.
— А-а, — зевает девица, — у нас дома уже давно все спят. Ждала она, ждала, а жениха все нет как нет.
— А-а, — опять зевает невеста, — у нас дома уже давно все спят. Пошарила она руками возле печки:
— Лежанка-то такая же, как у нас дома, и лавка такая же. Тут мать проснулась и прислушалась, что дочка бормочет.
— Ты про что это? — спрашивает мать.
— Да я, мамаша, ваша невестка, — отвечает дочка.
— Какая еще невестка? — удивилась мать и засветила огонь. Увидала она дочь с завязанными глазами и поняла, что дочку-то вокруг пальца обвели. Тотчас разбудила мужчин, кинулись они за парнем вдогонку, да не поймали. Удрал пройдоха со всем добром.

Отцовы советы

Латышская сказка

Отец, умирая дал своему сыну три совета: — Часто в гости не ходи, не то презирать тебя станут; лошадей на базаре не меняй, не то ходить тебе пешком всю жизнь; жены на чужбине не ищи, не то весь век горевать будешь. Слушает сын отцовы слова и на ус мотает. После смерти отца он подумал: “Надобно отцовы советы испытать”. Ладно, пошел он в гости. В первый раз встретили его пирогами, во второй раз — тоже грех пожаловаться, а в третий раз — уже с холодком, в четвертый раз — и того хуже, в пятый раз ушел он ни сыт ни голоден, а в шестой раз подали ему хлеб из мякины да скабпутру. Съел он один ломоть хлеба, а другой домой принес и в амбаре в свой сундучок убрал. А стал спать ложиться, про себя проговорил:
— Первый отцов совет верен, надобно второй испытать. Ладно. Стал он ездить по базарам, лошадей менять. Да и тут ничего путного не вышло: выменял он под конец такую клячу, что в пути она ноги протянула, и пришлось сыну пешком домой идти. Содрал он с клячи шкуру и в свой сундучок убрал. А стал спать ложиться, промолвил про себя:
— Два отцовых совета верны оказались, надобно третий испытать. Ладно. В следующее воскресенье зашагал он на другой край света невесту присмотреть. Искал он, искал и нашел — идет девица, земли ногами будто не касается. Куда уж лучше-то? Уговорились в следующее воскресенье женихово хозяйство поглядеть. Однако вечером, домой идучи, сын подумал: “Два отцовых совета у меня уже в сундучке. А третий, прежде чем в сундучок положу, хорошенько разглядеть надо. Воскресенье оно и есть воскресенье — ничего не разберешь, а вот будни — совсем иное дело. Сделаю я так: ворочусь назад, заберусь потихоньку на гумно, переночую, а утром погляжу, какова моя суженая за работой”. Утром чуть свет старики торопятся на поле рожь жать, а дочери нигде не видно. Чудно! Уже полдень на дворе, а ее все нет и нет — надо бы в избе поглядеть. Зашел и видит: передник, что на невесте вчера был, валяется посреди избы, будто место ему там, а девица за печкой храпит, только стены дрожат. Подобрал сын передник и — домой. Убрал он передник в свой сундучок и стал спокойно ждать следующего воскресенья. Пришло воскресенье — невеста с родителями уж тут как тут. Оглядели они все углы — все хорошо! Зашли в амбар, увидели заветный сундучок и спрашивают:
— А там что?
— Это я не могу показать, там то, что дороже всего!
— Да уж покажи, не отказывай!
— Ну, так и быть! Открыл он сундучок — что это?
— Как это, паренек, мой передник к тебе попал?
— В этом сундучке, девонька, советы моего отца. Пока люди спят, мой сундучок для меня полезные советы собирает. Уже три совета в моем сундучке: ломоть хлеба, конская шкура и твой передник. Первый учит: часто в гости не ходи, не то презирать тебя станут; второй учит: лошадей на базаре не меняй, не то пешком всю жизнь проходишь; а третий, твой передник, учит: жену на чужбине не ищи, не то горя не оберешься! Устыдилась девица и домой уехала.

Дурак

Латышская сказка

Жил-был дурак, и вот, на беду, вздумал он жениться, а как посвататься к девице, не знает. Делать нечего, попросил он мать, чтобы она привезла ему жену. Ладно. А у матери в ту пору гусыни на яйцах сидели, тут уж за ними глаз да глаз нужен. Поэтому, собравшись за невестой, наказала мать дураку:
— Если гусыни с гнезда сойдут, ты пусти их поплескаться, да только ненадолго. Не зевай, гони назад, чтоб яйца не остыли! Мать уехала, а дурак глаз с гусынь не сводит. Вдруг сошла одна гусыня с гнезда, загоготала и в речку кинулась. А дурак гонит ее, гонит назад, да не тут-то было: только он с одного берега зайдет, как гусыня к другому, он с другого подберется, а гусыня — назад. Да вдруг вспомнил дурак: яйца остынут, быть беде! Сломя голову кинулся он в хлев: сам в гнездо сядет. Сидит он, сидит, вот и гусыня воротилась, а он все сидит. Гусыня гогочет:
— Га-га-га! Уйди, уйди! А дурак расселся — сидеть-то куда как хорошо! — и ни с места. Приехали вечером мать с невестой, а он загоготал, как гусак, и навстречу побежал — молодую жену поглядеть. Догадалась мать, что случилось, и давай причитать:
— Ох и дурень же ты, ох и дурак! Никак сам в гусиное гнездо уселся и все яйца передавил, глянь-ка, на кого ты похож! Тут и дурак смекнул, что он яйца раздавил, однако и ухом не повел: огляделся, отряхнулся — и ладно! Коли работаешь, одежку-то, бывает, и замараешь, где уж тут уберечься! А невеста хмурит брови и думает: “Неладно что-то, дождусь-ка я ночи и убегу лучше домой”. И вот ночью говорит она жениху:
— Подожди меня, я сейчас вернусь!
А дурак вспомнил: “Нельзя ее отпускать. Ведь мать за ужином наказывала: “Держись, сынок, да покрепче за добро, что я нынче тебе привезла, жена — это сокровище!” Привяжу-ка я ее на веревку и тогда выпущу, так оно вернее будет”. Ладно. Привязал он невесту на веревку, выпустил на двор и тут же назад потянул. А девица успела узел развязать, привязала на веревку козу, а сама убежала. Втащил дурак козу в избу и впотьмах ничего понять не может. Спрашивает он мать:
— Матушка, что это по полу стучит? Нешто у моей жены башмаки есть?
— Да, сынок, как и у всех жен. Пощупал дурак козу и спрашивает:
— Матушка, нешто у моей жены и рога есть?
— Да, сынок, у всех жен крепкие рога! Нащупал он козью бороду и кричит:
— Матушка, у моей жены все лицо волосатое!
— Да, сынок, у жен волос долог, у твоей тоже! Нащупал под конец он хвост и говорит:
— Матушка, у моей жены хвост! Мать никак в толк не возьмет, что это за хвост. Засветила свечу и поглядела:
— Да это ж коза, сынок!
— Вот те на! — Тут и дурак смекнул: видать, убежала невеста от меня! Догонять надо! Бежал он, бежал и догнал все же. А невеста взяла и стала на четвереньки посреди дороги, дурак подбежал, да впотьмах не разглядел. “Забор”, — думает и ну бежать назад за топором, чтоб забор развалить, а пока он бегал, невеста уж до дому добралась. Вот так и остался дурак без жены, и с тех пор все дураки бобылями живут.

Как парень жену искал

Латышская сказка

Был у матери один-единственный сын, да и тот не то чтобы дурак, а так — придурковат немного. Вырос он. Что поделаешь, мать стала уговаривать его жениться. Сын согласился. И поехал. Присмотрел невесту, пошел в гости, а там его яйцами потчуют. Парень лакомства такого давно не пробовал и давай уплетать яйцо за яйцом. Воротился он домой, а мать спрашивает:
— Чем же нынче, сынок, тебя угощали?
— Ох и знатно угощали — одними яйцами!
— Верно, досыта наелся?
— Да там и есть нечего! Проглотил — только и всего.
— Ох, сынок, нельзя в гостях с такой жадностью есть. Надо было яйцо на три-четыре кусочка разрезать, так-то оно приличнее.
Вскоре сын опять отправился к невесте. Пришло время за стол садиться. На этот раз подали вареный горох. Ладно. А сын крепко запомнил, что мать наказывала: в гостях степенно есть надо, каждый кусочек на три-четыре части резать. Вытащил он из кармана нож и давай резать каждую горошинку пополам да еще раз пополам. Хозяева удивляются: “Что за чужестранец такой объявился, горох и то есть не умеет!” А парень и в ус не дует. Почавкал он, почавкал и так, ни сыт ни голоден, домой укатил. Мать спрашивает его:
— Ну, сынок, чем нынче тебя потчевали?
— Горохом вареным. Да что толку! Одна возня, так и голодным остаться недолго. Подумай-ка, эдакую мелкоту на части резать! Тут уж и есть недосуг!
— Ох, сынок, ну и глуп же ты! В гостях горох ножом резал! Да его ж горстями едят!
Вскоре отправился сын в третий раз свататься. Приехал. Пришла пора за стол садиться, подали на этот раз кашу. Помнит сын, что мать наказывала, загребает кашу горстью, словно каменщик глину, и знай в рот себе кидает. Тут отец невесты не стерпел, шепнул парню на ухо, чтоб убирался он восвояси и глаз своих не казал. Так и поехал сын домой: коль не хотят — не больно надо! Приехал он домой, а мать спрашивает:
— Что так рано воротился?
— А долго ли кашу-то есть! Кинул в рот горсть, другую, третью — вот и сыт.
— Ох, сынок, — застонала мать, — ты кашу ел горстями, а ложка-то на что? Видно, век тебе не жениться.
И мать права оказалась.

Как дурак по дрова ездил

Латышская сказка

Было у отца три сына: два умных, а третий — дурак. Отправились все трое жен себе искать. Дурак быстро невесту нашел, а умные с носом остались. Разозлились умные сыновья и задумали над дураком посмеяться. В субботу утром уговорили они отца, чтоб не давал дураку дров баню топить, пусть к венцу замарашкой идет. А дурачок нипочем не хочет немытым венчаться. Наконец отец говорит:
— Да что мне с тобой спорить! Поезжай в лес да сруби на дрова ту ель, что я давеча пометил! А кобыла у них до того была тоща, что и порожнюю телегу едва могла с места сдвинуть, где уж ей целую ель притащить? Оставил дурачок кобылу в лесу травы пощипать под елью, а сам давай дерево рубить. Вскоре ель повалилась, да так неудачно — прямо на кобылу, и убила ее. Как же быть-то? Отцу сказать — добра не жди. Надо попробовать его исподволь задобрить. Знал дурак, что отец до дичины был охоч. Разделся догола и полез в озеро диких уток наловить. А утки плавать мастерицы, в руки не даются. Кинул в них дурак топором, авось попадет, да промахнулся и топор утопил. Тем временем цыган подкрался к одежде дурачка и унес ее. Как же голый людям на глаза покажешься? В сумерки пробрался дурачок во двор к невесте и в конопле притаился. А собаки учуяли, что в конопле кто-то прячется, обступили беднягу и такой лай подняли — никак не унять. Делать нечего, пришлось в ригу удирать, а собаки — за ним. К счастью, увидал дурачок перед ригой большую бадью и прыгнул в нее, так и спасся от собак. А бадья-то до краев была дегтем полна. Вот и оказался дурак с головы до пят в черной шкуре, черта черней. Ничего иного не оставалось, как лезть в риге на печь сушиться. А на печи в тот день его будущая теща куриные перья сушила. Только дурак на печку залез, как весь в перьях вывалялся. Ну прямо черт чертом. Но это еще полбеды. Вскоре пришла в ригу теща с невестой лепешки печь, а дурак-то на печи сидит. Пекли они, пекли, и все бы ладно было. Да на беду одна лепешка у тещи уж больно удалась — пышная да румяная. Перебрасывает она горячую лепешку с руки на руку и приговаривает:
— Вот это, доченька, лепешка так лепешка! Такую и жениху не стыдно подать! Захотелось дурачку на лепешку жениховскую взглянуть, он и свесился с печки. А женщины невзначай глаза подняли, увидали черта живого и сломя голову во двор выскочили, к людям кинулись, рассказывают: какой-то негодник их напугал. А тем временем дурачок счастливо до дому добрался и прямо в горячую баню прибежал, где братья уже парились. И давай они дурака оттирать да вениками хлестать, пока добела не отмыли. Сыграли свадьбу. Спустя месяц после свадьбы поехал дурачок с женой к теще погостить. По дороге жена наказывала мужу, чтоб в гостях много не ел: нехорошо, мол, это. Приехали они, поели, дурачок больше одной-то лепешки есть не стал и спать лег. Проснулся он ночью, а есть хочется — моченьки нет. Делать нечего, пришлось вылезать из кровати и лепешки искать. Пошарил там и сям — нет ничего.
Наконец до запечья добрался, нащупал что-то мягкое и хвать зубами. А это котенок был, не по зубам дураку такая лепешка! Вернулся он к жене и пожаловался, что не нашел еды. А жена и говорит:
— В квашне тесто есть, пойди и наешься вволю. Хватал дурачок тесто пригоршнями и глотал, пока до отвала не наелся. А руки-то как теперь помыть? Опять у жены совета спрашивает.
— Там на столе кувшин с водой стоит, — говорит жена, — возьми да помой! Сунул дурак обе руки в кувшин, а вытащить не может. И опять к жене за советом.
— Выйди во двор и разбей кувшин о столб! — говорит жена.
Ладно. А тут теща вышла во двор блох вытряхнуть. Подумал дурак: “А вот и столб!” — размахнулся да как даст теще кувшином по спине. Кувшин раскололся, а тещу похоронить пришлось. Похороны справили богатые; еще и по сей день дурачок на поминках лакомится, если только домой не воротился.

Да неужто?

Латышская сказка

Жил однажды богач, и была у него дочь-красавица. От женихов отбою не было — уж очень хороша была богатая невеста, но отец всем отказывал и говорил:
— Свою дочь отдам только за того, кто будет богат, как я! Однако никто не мог сравняться с ним в богатстве; так дочь-красавица и не могла выйти замуж. Но вот появился в тех краях молодец — парень не промах. Раздобыл он богатую карету, резвых коней, бойкого на язык кучера и поехал к богачу девицу сватать. По дороге спрашивает парень у кучера:
— А ты складно врать умеешь?
— Врать-то я не горазд, а вот поддакивать тебе — с этим я справлюсь.
— И то ладно. Гони-ка во дворец к богачу! Вскоре въехали они к богачу во двор. Вылез парень из кареты, глядит на дворец, надивиться не может. Вышел им навстречу богач и спрашивает, на что, мол, парень так загляделся.
— У нас, — отвечает парень, — постройки чуток иные. Вот у меня такой дворец, что в верхних покоях слыхать, как ангелы поют.
— Да неужто? Не зайдешь ли ко мне? Куда путь держишь?
— Ну, моему пути конца не видно. Лучше уж не стану заходить, боюсь замешкаться.
— Нет, нет, заходи. Дочка моя нынче превкусный обед состряпала. Надо тебе его отведать. Парень согласился. А пока он ел, богач к кучеру вышел и давай его расспрашивать:
— Послушай, да неужто у твоего барина такой дворец, как он рассказывал? В верхних покоях слыхать, как ангелы поют?
— Про ангелов ничего не скажу, не довелось мне в верхних покоях бывать, а вот своими глазами я видал, как на днях курица забралась на крышу дворца и с неба звезды клевала. Услыхал богач такое, распалился и — бегом к гостю. Подсел к нему и стал допытываться, куда едет и зачем.
— Свататься еду, — отвечает парень.
— Хоть бы и свататься! — воскликнул богач. — Сегодня все равно тебя не отпущу. Куда поедешь на ночь глядя? Недолго парня уговаривать пришлось.
После обеда повел богач парня в огород и показал, какая у него громадная капуста уродилась. А парень лишь плечами пожимает:
— У нас такая капуста и не в счет. У меня самого на огороде такие кочаны, что под ними человек десять-двенадцать от дождя укрыться могут. Услыхал это богач и опять к кучеру — про капусту расспросить. А кучер отвечает:
— Велика ли нынче капуста, не знаю, нынешним летом на хозяйском огороде не бывал, а вот прошлой осенью, помню, сорвал ветер крышу с сеновала, так мы срезали капустный лист и из одного-единственного листа крышу сделали.
— Да неужто?
— Да вот так-то. Нам это не в диковинку. Повел богач парня на сыроварню. Показал, какие у него большущие сыры, и спрашивает:
— А у вас как сыр делают?
— Как? У нас его лошадьми уминают. Услыхал это богач и опять к кучеру — про сыры расспросить. А кучер отвечает:
— Вот уж как они там сыры делают, этого я не скажу, к этой работе меня не ставили. А знаю я вот что: с неделю назад ходили мы в лес по дрова и взяли с собой один сыр. Пришло время обедать, начали мы сыр топорами рубить и — что бы ты думал — вырубили из серединки сыра целого жеребенка. Этого богачу было довольно: повел он гостя в дом, а сам то и дело речь о женитьбе заводит и, будто невзначай, свою дочку нахваливает. Заметил это парень и, будто сам себе, говорит:
— Хорошая жена — великое дело. Вот кабы мне такую! Да ведь она не пойдет за меня. Услыхал богач эти слова и спрашивает:
— Кто ж это не пойдет за тебя, за такого молодца?
— Твоя дочь!
— Это она-то не пойдет?! Ну, это еще я погляжу! Завтра — на сборы, послезавтра — гостей созовем, на третий день — под венец, а там я вас домой провожу. На том и порешили. Утром парень шепнул своему кучеру:
— Послушай-ка, наша взяла. Однако пока мы тут на свадьбе гулять будем, поезжай побыстрее домой и построй из досок высокую-превысокую башню. Как буду я с тестем к дому подъезжать, ты ее подожги, пусть горит поярче. Тесть спросит, что горит. А я отвечу: “Вот беда! Пока мы свадьбу справляли, мой дворец сгорел, от капусты головешки остались, сыры в угли рассыпались!” И все вышло так, как задумали. Тесть, правда, очень горевал о сгоревшем дворце, но под конец воскликнул:
— Да неужто денег у меня мало? Возьми, зятек, сколько надо, и строй новый дворец!

Хорошие советы

Латышская сказка

Нанял однажды хозяин батрака за хорошее жалованье, но со строгим уговором — всегда и во всем слушаться хозяина. А батрак обещал хозяину, коли понадобится, советы добрые давать. Поначалу все у них шло гладко, и ладили они друг с другом. Но вот пришла пора сенокоса. Луга у хозяина были в четырех верстах от дома. И у соседей луга были там же. Как-то вечером говорит хозяин батраку:
— Завтра спозаранку пойдем на дальние луга сено косить. Соседи тоже завтра на луга собираются. А мы их опередим. Но назавтра, как назло, хозяин проспал, а когда встал, увидел, что соседи уже уходят. Он быстро собрался и крикнул батраку:
— Скажи мне, Микелис, как нам побыстрее до луга добраться? А Микелис, глаза протирая, отвечает:
— Могу дать хороший совет. Ты, хозяин, будь вроде бы зайцем, а я — собакой. Ты удирай, а я за тобой вдогонку припущу, так мы быстро и добежим. Схватил хозяин косу и побежал, а батрак затявкал и за ним кинулся. И впрямь, прибежали они на луг прежде соседей. На лугу хозяин остановился и говорит Микелису:
— И правда, хороший был совет. И тут только хозяин заметил, что у батрака нет косы.
— А где же твоя коса? — удивился он. А батрак отвечает:
— Разве собаке нужна коса? Не стал хозяин на него сердиться и сказал:
— Ступай за своей косой, а я, пока ты ходишь, один покошу. Батрак, не торопясь, домой за косой пошел, а хозяин косит и все думает, как бы ему батрака проучить. Тут пришло время завтрака, соседи сели и завтракают, а Микелису с хозяином есть нечего.
— Сядем и мы завтракать, — говорит хозяин.
— А что же мы есть-то будем? — спрашивает Микелис. Поднял хозяин оселок, поднес его ко рту, будто хлеб, и говорит Микелису:
— Пусть соседи думают, что и мы едим. И Микелис сделал так же. Когда соседи поели и отдохнули, хозяин тоже встал, и все снова принялись косить. А пока хозяин отдыхал, Микелис снял косу с косовища. Стал Микелис на прокос хозяина и крикнул:
— А теперь, хозяин, коси поживей, назад не оглядывайся! Обрадовался хозяин и давай косить что есть мочи, а батрак размахивает косовищем у него за спиной, будто вот-вот подрежет. Притомился, наконец, хозяин и говорит:
— Микелис, не коси ты так быстро, умаемся!
— Ничего, — отвечает Микелис, — зато быстрее закончим.
Кончили они прокос, обернулся хозяин и видит, что у батрака в руках косовище без косы.
— Как же ты косишь без косы? — спрашивает хозяин.
— А ничего, — отвечает Микелис, — зато соседи думают, что я кошу. На другой день они опять пришли на луг и усердно косили до завтрака. Принесла хозяйка на завтрак кашу, а в каше ямка была большая, и в ней — растопленное масло. Только начали они есть, как хозяин и говорит хозяйке:
— Знаешь, хозяюшка, как первый прокос прошли, похоже стало, будто на лугу вот такая канава пролегла. И проделал канавку от ямки с маслом до своего края миски, чтобы все масло к его краю стекло, а батраку постная каша досталась. Увидев это, батрак вздохнул и сказал:
— А вот что про Вавилонскую башню рассказывают. Задумали в старину люди построить башню до самого неба, а бог рассердился на них за это и заставил их говорить на разных языках, так что перестали они понимать друг друга. На том затея с башней и закончилась. А языки бог смешал вот так. Взял батрак ложку и хорошенько перемешал кашу с маслом. Досадно стало хозяину, отдал он батраку жалованье и отпустил его со словами:
— А ты умнее меня.

Как же это так?

Латышская сказка

Жил-был хозяин, а у этого хозяина был батрак. Хозяин всяко ломал себе голову, как бы заставить батрака больше работать и поменьше есть. Работал он вместе с батраком и кормил его только тогда, когда сам от голода чуть с ног не падал. А ел хозяин только мякиш хлебный, батраку же одни корки доставались. Но и батрак был не лыком шит, придумал он, как хозяина проучить. Вот как-то поработали они на славу, хозяин и говорит батраку:
— Что-то мне есть хочется!
— Чудно! — удивился батрак. — А мне так вовсе неохота!
— Как же это так? — не понимает хозяин.
— А я хлебных корок наелся. Пока они в животе не размякнут, есть-то и не хочется. “Хорошо, что я про это узнал, — подумал хозяин. — Теперь я сам корки буду есть, тогда и работать подольше смогу, а мякиш пусть этот прохвост батрак лопает”. И верно, с того раза стал хозяин кормить батрака одним только мякишем, корки же сам съедал. Прошло немного времени. Поработали как-то они на славу, и хозяин опять говорит батраку:
— Что-то мне есть хочется!
— Чудно! — удивился батрак. — А мне так совсем неохота!
— Как же это так? — не понимает хозяин.
— А я мякиша наелся, — ответил батрак. — Хлебный-то мякиш слипается в животе, словно глина, и пока не разойдется, человек и сыт. “Ну, теперь-то я понял, — подумал хозяин, — надо есть все вместе — и мякиш, и корки, эдак-то лучше будет”. С тех пор хозяин уж не старался дать батраку кусок похуже.