Три ягоды инжира в повозке

Албанская сказка

Взял однажды Насреддин три спелых ягоды инжира, положил их на дно высокой корзины, которую используют для сбора винограда, поставил корзину на повозку, запряг в повозку волов и поехал к визирю.
Когда визирю доложили, что приехал Насреддин с большой корзиной на повозке, тому стало очень интересно, что же такое Насреддин ему привез. Поэтому визирь быстро спустился во двор и подошел к его повозке. Насреддин с почтением приветствовал визиря и сказал:
— Благословенный господин, поскольку я человек очень бедный, мне до сих пор никогда не доводилось что-нибудь подарить тебе. Сегодня удача посетила меня, и я увидел на своем инжире три крупных и спелых плода. Я сорвал их и привез тебе в подарок.
Визирь, увидев, что на дне корзины действительно лежат всего-навсего три ягоды инжира и ради них-то Насреддин и запряг волов и приехал к визирю, спросил его как бы в шутку:
— Спасибо, Насреддин, но тогда уж ты расскажи мне, как их едят, эти ягоды?
— Какие ягоды, вот эти? Ах вот оно что, благословенный господин, ты, оказывается, не знаешь, как их едят? Да проще простого, я тебя мигом научу. Смотри!
Насреддин взял в горсть все три ягоды, одну за другой отправил их в рот и — хруп, хруп! — раскусил и проглотил.
А визирь так и остался стоять на месте с открытым от изумления ртом.

Ешь мясо, чурк!

Албанская сказка

Позвали однажды Насреддина в гости. Он как был после работы, так и отправился туда, не заходя домой и не переодеваясь. Хозяева увидели, что он в старой и поношенной одежде, и посадили его в самый дальний угол комнаты.
Позвали Насреддина в этот же дом еще раз. Насреддин надел новый чурк — выходное пальто, подбитое мехом, — и отправился в гости. Хозяева увидели, что на нем новый богатый тулуп, и усадили его во главе стола.
Когда хозяева и гости приступили к еде, Насреддин поднял полу чурка, сунул ее в котелок с чорбой и проговорил:
— Раз уж тебе такой почет, мой чурк, то ты и ешь это мясо и хлебай эту чорбу!

Мул с приплодом

Албанская сказка

Послал однажды визирь за Насреддином и велел ему прийти в его крепость. Насреддин, чуть живой от страха, отправился к визирю, рассуждая по дороге сам с собой:
— Зачем он позвал меня, боже праведный? Что со мной будет? Наверно, кто-нибудь донес на меня! Ох-ох-ох! Этого еще не хватало! А вдруг он собирается отрубить мне голову? Боже упаси! Что может быть на свете хуже того, что происходит: я сам, на своих собственных ногах, никто меня на веревке не тянет, иду в крепость, чтобы живым попасться в когти этому дикому зверю! Как я умудрился оказаться в такой ловушке? А может, не ходить туда? Да разве можно не пойти? Ну, будь что будет… Кто знает, вдруг со мною ничего плохого не случится, обойдется как-нибудь… Пойду уж, авось аллах не даст меня в обиду, а там как получится… Все равно рано или поздно придется умирать…
Когда он открывал ворота крепости, ноги у него тряслись и не слушались, словно ватные. Он попросил слуг проводить его к визирю. Визирь встретил Насреддина во дворе, держа за поводок хорошего молодого мула.
— Ты кто такой? — спросил визирь.
— Господин! — простонал Насреддин, дрожа от страха. — Я человек бедный, такой бедный, что второго такого ты не встретишь под нашими небесами, ничего у меня за душою нет, а то, что есть, заработано потом и кровью. Я человек спокойный, живу тихо, в трудах и заботах, никогда ни с кем не ссорюсь и не спорю, никогда и ничем воды не замутил…
— Ну, хорошо, хорошо, достаточно. Скажи, как тебя зовут?
— Меня? Как зовут? Ох, сейчас скажу, да, да… Но я ничего плохого не сделал… Я вообще не способен ни на что плохое… Все, кто знают твою мудрость, скажут тебе… Я не говорю это, чтобы хвалить себя, но ты можешь спросить кого угодно… Более доброжелательного человека, чем я, найти невозможно! Я ведь с детства так воспитан: никогда не скажу «нет!», всегда скажу «да!».
— Имя, имя! Перестань стонать и охать, скажи, как тебя зовут!
— Меня-то? Сейчас, сейчас… Ох уж… Да что и говорить, для меня это такая огромная честь — собственными глазами видеть визиря! Мало того, беседовать с визирем, назвать ему свое имя! О, великий аллах, какое это счастье! А зовут меня Насреддин…
— Да, правда… Я ведь звал тебя! Но до чего же ты успел мне надоесть своей болтовней, а мы еще и не начинали разговора! Вот что, Насреддин, скажи мне, только без лишних слов, что обо мне говорят люди?
— О тебе? Да такое говорят, что лучше ничего и сказать нельзя.
— Это обо мне-то, который камня на камне не оставил во всей округе? Который сажает всех в тюрьмы, режет и убивает безо всякой жалости, грабит, выгоняет людей из домов? Как можно говорить обо мне хорошее?
— Да, да, все говорят о тебе только хорошее… и стар и млад… и мужчины и женщины… все хвалят тебя… благословляют… клянутся именем твоим…
— Ну, ладно, ладно, хватит… А ты, Насреддин, что обо мне говоришь?
— Я? Я говорю, что другого такого прекрасного правителя, как ты, нет на белом свете! Я говорю, что в сердцах наших потому расцветает счастье, что мы живем под сенью твоей…
— Ох, Насреддин, Насреддин, не говоришь ты мне правды… Но послушай, что я тебе скажу. Мало у меня друзей, конечно, но знаешь ли ты, что среди этого небольшого числа друзей находишься и ты?
— Я?! Я — друг визиря?! Нет, это невозможно. Слишком я маленький человек для этого. Мне даже во сне такое не снилось…
— Да, с сегодняшнего дня и до конца своей жизни ты будешь моим самым лучшим другом. И в знак своей любви и дружбы я дарю тебе этого мула. Я хочу, чтобы ты мог совершать на нем прогулки в свое удовольствие, возить все, что тебе вздумается… А через год ты вернешь мне его с приплодом. Понял?
— Да продлит аллах твою жизнь, благословенный господин! Да сопутствует тебе удача во всех твоих делах! А что касается меня, то почему же через год я не верну тебе мула с приплодом?
Взял Насреддин мула под уздцы и вывел его из крепости. Затем уселся на него верхом и проскакал через весь город и базарную площадь, вздымая клубы пыли. Все горожане увидели его на муле и очень удивлялись. Кто-то спросил:
— Где ты взял, Насреддин, этого мула?
— Мне подарил его визирь в знак дружбы!
— Подарил визирь в знак дружбы? Как же ты сумел подружиться с визирем?
— А вот сумел и подружился! Когда приходит удача, открывай дверь шире! Правда, у подарка есть свой секрет, да ладно уж… Может, обойдется…
— Какой же это секрет?
— Да вот, велел он мне через год вернуть этого мула с приплодом.
— Мула с приплодом? Да что ты? Кого же этот мул, по-твоему, родит?
— Вы, конечно, правы, дорогие друзья, — ответил Насреддин. — Я тоже знаю, что до сих пор ни один мул еще никого не родил, но ведь в году триста шестьдесят пять дней! Фью! До тех пор или я помру, или мул околеет, или черти сожрут визиря, провались он пропадом! А сейчас я буду кататься на муле в свое удовольствие! Недаром говорят — что бог ни делает, все к лучшему.

Крестьянин, уходивший на заработки

Албанская сказка

Крестьянин, уходивший в чужие страны на заработки, возвращался домой. Немного не дойдя до родной деревни, встретил он на дороге корчмаря.
— Здравствуй! — обрадовался крестьянин старому знакомому. — Ну, расскажи, как дела, как вы тут поживаете? Дома у меня все в порядке?
— Здравствуй, добро пожаловать в родные края! — ответил корчмарь. — Дома у тебя, слава богу, все в порядке. Живут, как у Христа за пазухой. Грех на бога роптать. Только вот собака у вас недавно издохла.
— Жалко. А что случилось с собакой?
— Мяса объелась.
— Где же она взяла столько мяса, чтобы объесться?
— Так у вас же волы пали, мяса было хоть отбавляй.
— Как волы пали? Почему они пали?
— Надорвались. Тащили надгробный камень на могилу хозяйки, надорвались и пали.
— Какой надгробный камень? Разве она умерла, моя жена?
— Так ведь у нее брат умер, Суло, она день и ночь по нему плакала, а потом и сама умерла.
— Как же так? Выходит, у меня теперь никого больше нет? И дом стоит с заколоченной дверью?
— С какой заколоченной дверью? О чем ты говоришь? Дверь вообще не закрывается. Я забрал дом за долги и там, где у тебя раньше висели старые ружья, развесил бурдюки с вином, так дверь теперь день и ночь открыта, народ, сам понимаешь, идет и идет.

Сказка о Мазлуме

Албанская сказка

Как-то рано утром отправился крестьянин обрабатывать свое поле вместе с женой, сыном и дочерью. Наступил полдень, и крестьянин сказал дочери:
— Сходи-ка, дочка, домой, принеси нам чего-нибудь поесть.
Девушка пришла домой и стала собирать обед. Взгляд ее случайно упал на сосуд из тыквы, в котором в жару хранят воду, чтобы она оставалась холодной. Сосуд был подвешен к стене. Девушка подумала:
— Скоро отец выдаст меня замуж, а потом я рожу мальчика. А уж если я рожу сына, то обязательно дам ему имя Мазлум. Потом Мазлум встанет на ножки, начнет ходить, пойдет вдоль стены, а в это время тыква сорвется, упадет и пришибет моего Мазлумчика насмерть.
И девушка расплакалась. В поле она больше не пошла, осталась дома, сидит и плачет навзрыд:
— Мазлум, сыночек мой! Мазлум, сыночек мой!
Ее брат, работавший в поле, сказал матери:
— Сходи домой и посмотри, почему сестра не возвращается и не несет нам обед?
Мать пришла домой и видит, что дочь сидит и горько плачет.
— Что случилось, дочка? — спросила, испугавшись, мать.
Дочь рассказала, какие мысли пришли ей в голову. Мать уселась рядом и тоже разрыдалась, приговаривая:
— Да как же это случилось-то?! Мазлум, внучек мой! Мазлум, внучек мой!
Время идет, а они сидят себе, плачут и причитают в два голоса:
— Мазлум, сыночек мой! Мазлум, внучек мой!
В поле сын сказал отцу:
— Сходи, отец, домой, взгляни, почему мать с сестрой не возвращаются и не несут нам обед? Может, случилось что?
Пришел крестьянин домой и видит: жена с дочерью сидят и плачут навзрыд. Он испуганно спросил:
— Что случилось, почему вы плачете?
Жена с дочерью рассказали ему о Мазлуме. Бедный старик, услышав о таком несчастье, тоже разрыдался:
— Мазлум, внучек мой маленький! Как же это случилось-то? Мазлум, внучек мой!
Все трое остались дома и в поле больше не пошли.
Недолго проработал в поле и юноша. Напрасно прождав отца, он стал еще больше беспокоиться и поспешил домой, а когда увидел, что отец, мать и сестра сидят и плачут, очень испугался и решил, что произошло какое-то несчастье.
— Почему вы плачете? — спросил он с замиранием сердца.
Домашние рассказали ему всю эту историю о том, как сосуд из тыквы упал и убил маленького Мазлума. Юноша страшно рассердился.
— Если не найду трех дураков глупее вас, так и знайте — вернусь домой, убью! — крикнул он, сорвал со стены тыкву, в бешенстве изрубил ее топором на мелкие куски и ушел из дому искать трех дураков, которые были бы глупее его родных.
Идет по дороге и видит: стоит бедная и ветхая лачуга без окон, а вокруг нее ходит старик с ножом в руке и время от времени ковыряет им стену то в одном, то в другом месте. Юноша очень удивился и спросил:
— Что ты делаешь, отец?
Старик ответил:
— Ох, сынок! Вот уже семьдесят лет, как я живу в этой лачуге, а еще ни разу не видел в ней солнечного света. Хоть бы раз лучик солнца прорвался вовнутрь! Вот и ковыряю ножом стену, думаю, может быть, хоть перед смертью увижу в своем доме солнечный свет, да, видно, не судьба.
Юноша сказал:
— А что ты мне дашь, если я исполню твоё желание?
— Я дам тебе денег, — ответил старик.
Тогда юноша взобрался на крышу и на самой ее верхушке сделал большое отверстие. Лучи солнца сразу же осветили темную лачугу. Старик на радостях дал юноше денег и с почетом, с похвалами проводил его в дорогу. А юноша подумал:
— Одного дурака нашел, интересно, найду ли еще двоих?
Идет он дальше и видит сватов с невестой, которые остановились у ворот дома жениха. Невеста, как ей и положено, богато убранная, сидит на лошади. Но ворота такие низкие, что она никак не может проехать, и сваты жениха и невесты, сгрудившись возле нее, спорят, как быть: то ли невесту разрубить и укоротить вполовину, то ли отрубить ноги у лошади?
Юноша, поняв, что невесте угрожает серьезная опасность, подошел к сватам и сказал:
— Я берусь ввести невесту во двор жениха верхом на лошади, не укорачивая вполовину ни ее, ни лошадь! Что вы мне за это дадите?
Сваты ответили:
— Мы дадим тебе за это много денег!
Тогда юноша подошел к невесте, стукнул ее между лопатками, пригнул ей голову к холке лошади, и она проехала под аркой ворот. Отец жениха и сваты очень обрадовались. Они хвалили и благословляли юношу, дали ему много денег и пригласили на свадьбу.
Ночью после свадьбы юноша вместе с другими гостями улегся спать. Только стал засыпать, вдруг слышит, как в соседней комнате кто-то изо всех сил стучит ногами об пол. Долго он ворочался, но заснуть так и не смог, потому что стук продолжался. Не выдержав, юноша встал и спросил родственников жениха:
— Кто так стучит в соседней комнате?
Родственники жениха ответили:
— Жених обязательно должен надеть подштанники из приданого невесты, когда его впервые к ней отводят. В наших краях такой обычай.
— Хорошо, — ответил юноша, — но зачем же так стучать об пол? Весь дом дрожит от стука.
Родственники ответили:
— А никто и не стучит. Это он подпрыгивает, чтобы попасть в штанину, их же две, попробуй попади!
Юноша спросил:
— Можно мне пойти посмотреть, как жених надевает подштанники?
— Можно, — ответили ему.
Вошел юноша в комнату жениха и видит: тот держит в руках подштанники и подскакивает, но попасть ногами сразу в обе штанины никак не может.
— Послушай, что я тебе скажу, — обратился к нему юноша. — Ты брось скакать, а сделай лучше так: подними одну ногу и продень ее в штанину, потом подними вторую ногу и продень ее во вторую штанину, а уж потом тяни подштанники кверху!
Жених сделал так, как ему посоветовал юноша, и сразу же, причем без всякого труда надел подштанники из приданого своей невесты!
Родственники жениха очень благодарили юношу и хвалили за ум:
— Спасибо, что ты научил нас, как они надеваются, теперь мы хоть будем знать, а то в наших краях как свадьба, так одно мученье обрядить жениха!
На другой день жених, его родственники и гости с почетом проводили юношу в дорогу. А он подумал:
— Спаслась моя семья: нашел дураков еще глупее их.
И, успокоившись, вернулся домой.

Король и крестьянин-лекарь

Албанская сказка

Жили-были король с королевой, и была у королевы служанка, вредная и хитрая баба. Служанка королевы очень не любила своего мужа и всегда старалась причинить ему зло.
Когда жена короля была на сносях, королю захотелось узнать, кто у них родится, сын или дочь. Собрал он лекарей со всей страны и приказал им:
— Узнайте, кто родится у нас с королевой, мальчик или девочка. Я хочу знать это заранее.
Бедняги-лекари прикидывали и так и эдак, но определить ничего не смогли. Они ответили королю:
— Не знаем мы, ваше величество, кто родится у королевы, мальчик или девочка.
Король рассердился:
— Вы очень плохие лекари! Мне не нужны такие лекари! И никому в моем королевстве не нужны такие плохие лекари!
И он велел бросить их всех в темницу.
Зловредная служанка королевы, узнав, какая участь постигла несчастных лекарей, прибежала к королю и сказала:
— Ах, ваше величество, я хочу сообщить вам приятную новость: мой муж лекарь и вообще человек очень сведущий, но очень уж скромный и потому скрывает свои знания и умение. Уж он-то непременно определит, кого родит королева, мальчика или девочку. Прикажите его позвать.
Король велел немедленно привести во дворец мужа служанки. А тот был крестьянином, умел обрабатывать землю и сеять хлеб, но ничего не понимал во врачевании. В отличие от своей жены он был человеком справедливым и доброжелательным. Он прекрасно понимал, что это козни его жены, и очень боялся идти во дворец, но делать нечего, раз король велел явиться, пришлось явиться.
Во дворце король привел крестьянина к королеве и приказал:
— Определи, кого родит королева, сына или дочь.
Крестьянин перепугался еще больше и подумал, что теперь ему не избежать виселицы. Он не знал, как выйти из положения, но все же сказал:
— Ваше величество! Это ведь как сказать и как посмотреть на дело, но, по моему мнению, как мне кажется, если взглянуть на королеву с одной стороны, то будет сын, а если посмотреть с другой стороны, то совсем напротив того, будет дочь. Короче говоря, двое детей будет, мне кажется.
Хорошим людям помогает бог. Прошло десять дней, и королева родила двоих детей, сына и дочь. Счастливый король позвал мужа служанки и на радостях сказал ему:
— Что ты хочешь в награду? Проси, я все дам.
Крестьянин ответил:
— Ничего мне не надо, но прошу тебя, освободи из темницы лекарей.
Король сказал:
— Этого не будет. Такие плохие лекари никому не нужны. А денег проси у меня, сколько хочешь.
Но крестьянин отказался взять деньги, а королю сказал:
— Побеседуй об этом деле с королевой, ваше величество, а я тем временем постою здесь и подожду.
Король отправился в покои королевы, и та уговорила его выполнить просьбу крестьянина и отпустить на волю лекарей. Король так и сделал, а самого крестьянина щедро наградил.
Служанка королевы лопалась от досады: хотела навредить мужу, а получилось наоборот.
Король содержал недалеко от дворца больницу для своих подданных. Народу там набралось столько, что больница уже не вмещала всех страждущих, а вылечить их никто не мог, не было такого лекарства. Что им ни давали: настойки разных трав и кореньев, порошки, капли, они лишь охали да стонали, но не поправлялись. Король измучился с этими больными, ведь их надо было не только лечить, но еще содержать и кормить.
Однажды служанка королевы, хитрая ведьма, сказала королю:
— Ваше величество! Позови моего мужа, он мигом их вылечит.
Король вспомнил мужа служанки, очень обрадовался и велел его немедленно позвать. Когда крестьянина прямо с поля, где он пахал и сеял, привели к нему, король велел переодеть его в богатый костюм придворного лекаря и пошел с ним в больницу.
По дороге крестьянин, дрожа от страха, повторял про себя:
— Ах, жена, жена, что ты наделала! Как же мне теперь быть, как спастись от этой напасти?!
Вошли они в больницу, король показал крестьянину всех больных и спросил:
— Какое лекарство дать им, чтобы они вылечились?
Крестьянин, богато одетый, напустил на себя важный вид и громко ответил:
— Ваше величество, для того, чтобы их вылечить, нужно зарезать десять человек из тех, кто поздоровей, и мясом их накормить остальных, тогда они все поправятся.
— Хорошо, — сказал король, — выбери из них десять человек, которые поздоровей, и я прикажу их зарезать.
Крестьянин обратился к тому больному, который лежал к ним ближе всех, и сказал:
— Ты мне кажешься поздоровей остальных. Начнем с тебя. Зарежьте его.
— Я не только поздоровей остальных, я вообще здоров, — ответил больной, вскакивая с постели. — Мне здесь делать больше нечего.
Он быстро оделся и бегом направился к выходу.
Тогда крестьянин обратился к следующему больному:
— Ты мне тоже кажешься поздоровее остальных. Сейчас мы тебя зарежем.
— Что ты, что ты! — закричал больной, спрыгнул с постели и, схватив одежду, помчался на улицу.
— И ты выглядишь намного лучше других, — обратился крестьянин к третьему больному. — Придется тебя зарезать.
Но больной уже собирал свои вещи и, даже не одевшись как следует, побежал к выходу.
В больнице поднялась суматоха, все повскакали с постелей, кое-как одевались и бежали прочь, а король с крестьянином обходили ряды кроватей и высматривали тех, кто поздоровей. Не прошло и получаса, как больница опустела. Осталось в ней лишь несколько человек, которые не могли уже ни встать, ни пошевелиться, так как находились на пороге смерти.
Король был в восторге от нового лекаря, такого многоопытного и сведущего. С тех пор он поселил его во дворце и обходился с ним не хуже, чем с принцами крови.

Младший брат — самый слабый и болезный

Албанская сказка

Жили три брата, и была у них сестра. Подросла сестра, собрались братья и стали решать, куда им лучше выдать сестру замуж. Старший брат сказал:
— Выдадим ее в деревню, до которой от нас один день пути. Так мы будем часто ее видеть.
Средний брат сказал:
— Если мы отдадим ее в деревню, до которой два дня пути, тоже ничего страшного не произойдет. Мы сможем ездить за ней и привозить ее к нам в гости.
Младший брат, который был плешивым, сказал:
— Нет, давайте отдадим ее в деревню, до которой три дня пути, потому что жених из той деревни самый богатый.
Братья согласились и отдали ее замуж в деревню, до которой было три дня пути.
Прошло несколько лет. Братья соскучились по сестре и решили привезти ее домой погостить.
Отправился за сестрой старший брат. Когда муж сестры увидел на пороге своего деверя, он очень обрадовался, вышел навстречу, крепко обнял его и расцеловал. Потом привел в комнату и позвал жену:
— Смотри, жена, кто пришел к нам в гости! Твой старший брат, а старший брат, сама знаешь, самый дорогой и любимый!
Затем он попросил жену приготовить хороший ужин и испечь пирог.
Настало время ужина. Сестра накрыла стол и поставила на него много вкусных блюд. Хозяин взял кусочек пирога, откусил два-три раза, затем вытер губы, встал из-за стола и сказал:
— Слава богу, сыт ли я, не сыт, не важно, зато гость сыт!
С этими словами он вышел из комнаты и отправился спать. Пришлось и гостю встать из-за стола, не успев проглотить ни кусочка, и лечь спать голодным.
В час ночи хозяин встал, позвал жену и сказал:
— Принеси-ка пирогов и лепешек, которые там на столе остались. Ужасно есть хочется!
Жена принесла все, что было приготовлено, и скупой хозяин съел ужин до последней крошки.
На рассвете встал старший брат, всю ночь проворочавшийся от голода. Выпили они по чашке кофе с хозяином, побеседовали о том о сем, и гость как бы между прочим спросил:
— Не отпустишь ли ты сестру со мной на несколько дней? Очень уж мы по ней соскучились.
Но муж придумал тысячу причин, по которым он не может отпустить жену даже на один день. Так старший брат вернулся домой не солоно хлебавши и без сестры.
Услышав, как обернулось дело, средний брат заявил:
— Теперь я поеду за сестрой и не успокоюсь, пока не приведу ее!
Отправился он в путь, пришел в дом сестры, и там повторилось то же самое, что было и со старшим братом. Через неделю средний брат вернулся домой изголодавшийся и ни с чем.
— У вас ничего не получилось, зато у меня все получится! — заявил старшим младший брат, тот, что был плешивым. — Уж я-то непременно приведу сестру домой!
Пришел младший брат в дом сестры. Зять, увидев его на пороге, очень обрадовался, вышел навстречу, обнял, расцеловал и сказал жене:
— Смотри, жена, кто пришел к нам в гости! Твой младший брат! А младший брат, сама знаешь, самый слабый и болезный! Приготовь нам хороший ужин да испеки пирог!
Настало время ужина, хозяин и гость уселись за стол, уставленный вкусными блюдами. Хозяин первым взял кусок пирога, откусил два-три раза, вытер губы, встал из-за стола и сказал:
— Ну, слава богу, сыт ли я, не сыт, не важно, зато гость сыт!
С этими словами он направился в другую комнату.
— Сдается мне, — ответил ему плешивый, — что ты сегодня поздно обедал. А я страшно проголодался, потому что три дня шагал по горам, а сегодня так у меня вообще крошки хлеба с утра во рту не было.
Сидя один за столом, он не торопясь принялся за еду и с аппетитом поужинал. Наевшись до отвала, он увидел, что на противне остался еще один большой кусок пирога.
— Поди сюда, сестра, — позвал он. — Попробуй и ты кусочек пирога!
Но сестра ответила:
— Нет, не хочу я, не буду. Я сыта.
Тогда плешивый позвал собаку, которая сидела в углу комнаты, дожидаясь объедков после ужина, и бросил ей все, что на столе оставалось.
Хозяин дома в душе разгневался не на шутку, но вслух ничего сказать не решился. После ужина плешивый сделал вид, что его сморил сон, и, растянувшись на тюфяке в той же комнате, где находился очаг, тотчас захрапел. А хозяин дома отправился спать на голодный желудок и до полуночи вертелся на своей постели, как на раскаленной сковороде. Наконец он не выдержал, позвал жену и сказал:
— Жена, приготовь мне чего-нибудь поесть, а то я просто умираю с голоду!
— А что приготовить? Испечь крендель на углях или сварить мучную похлебку? — шепотом спросила жена.
— Что скорее, то и сделай, — ответил муж. — Только не мешкай, сил нет терпеть.
Жена взяла квашню, быстро замесила сдобный крендель, пошла к очагу и зарыла крендель в горячие угли.
Плешивый, который и не думал спать, а краем глаза наблюдал за сестрой, прекрасно понял, что она делает. Он быстро вскочил со своего тюфяка и подошел к ней.
— Что ты так поздно здесь делаешь, сестра? — спросил он.
— Ничего, пришла погасить огонь в очаге.
— Тогда послушай, что я хочу тебе рассказать, — начал он, понизив голос. — Как хорошо, что мы можем поговорить наедине. Посмотри, как мы, братья, решили разделить между собой нашу землю, пашни, луга и пастбища.
Он взял в руки щипцы для углей и продолжал:
— Старшему брату мы отдадим участок, который начинается вот здесь, около дома, и заканчивается там, где растут рядом два дуба, — при этом он провел глубокую линию вдоль сдобного калача, вдавив в сырое тесто горячие угли. — Среднему отдадим вот эту землю, которая начинается около двух дубов и заканчивается здесь, около арыка, — младший брат провел щипцами еще одну линию поперек калача, — а мне, сама понимаешь, что достанется — вот этот участок земли, от сих до сих пор.
Тут плешивый хорошо помял щипцами крендель, окончательно перемешав тесто с золой и углями и сделав его совершенно непригодным для еды.
Сестра, закусив в смущении губу, слушала рассказ брата, а когда увидела, что сдобный крендель сгорел и испорчен, воскликнула:
— Что ты наделал, брат! Ведь там, на углях, я пекла крендель для мужа!
— Разве? — удивился тот. — Вот уж не думал!
И он снова улегся на тюфяк и сделал вид, что спит.
Сестра пошла к мужу и рассказала ему, что произошло.
— Но я же умираю с голоду! — взмолился муж. — Ради бога, свари мне скорее мучную похлебку!
Жена положила в котелок все, что нужно для похлебки, залила водой и поставила котелок на очаг. Плешивый тихонько наблюдал за сестрой. Заметив, что вода в котелке закипает, он неожиданно вскочил на ноги и подошел к очагу.
— Что ты опять здесь готовишь, сестра? — спросил он с деланным изумлением.
— Я вчера не успела белье прокипятить, — ответила та. — Не хочу оставлять эту работу на завтра.
— Вот и хорошо, — отозвался плешивый. — Постирай уж тогда заодно и мою феску!
И он швырнул свою феску в котелок с похлебкой.
— Что ты сделал, брат! — крикнула сестра. — Зачем ты бросил ее, ведь это же мучная похлебка!
Но было поздно: похлебка выплеснулась из котелка, а на дне его плавала грязная феска плешивого.
Сестра пошла и снова рассказала все мужу.
— Тогда надои мне хоть молока, — попросил тот.
Отправилась она доить корову, а плешивый тихонько вышел из комнаты, прокрался за ней и спрятался под лестницей. Когда сестра подоила корову, он шагнул ей навстречу и, изменив голос, прошептал:
— Жена, давай я здесь молока выпью, а то как бы этот плешивый опять чего-нибудь не натворил.
Сестра, не узнав его, отдала ему кринку, и он выпил все молоко до последней капли.
Вернувшись в комнату, сестра увидела своего мужа, который с нетерпением ждал ее.
— Что же теперь делать, придется мне, видно, пойти на огород и поесть хотя бы сырой капусты, — сказал муж, выслушав рассказ жены.
Вышел хозяин дома на огород и стал там обдирать и жевать капустные листья, а плешивый выскользнул из двери за ним, схватил первое попавшееся под руку полено и давай что есть силы колотить зятя по спине. Колотит да еще кричит во все горло:
— Сестра, сестра! Скорее сюда! На ваш огород забрался осел и ест капусту!
Хозяин убежал домой, со стыда так и не подав голоса. У себя в комнате он улегся спать с синяками и занозами на спине и до самого рассвета терпел муки голода.
Утром плешивый весело приветствовал хозяина, будто между ними ничего плохого не произошло. Хозяин тоже даже намеком не выдал, как настрадался от непрошеного гостя. Стали они пить кофе, и плешивый спросил:
— Ну как, отпустишь к нам сестру погостить на несколько дней? Или у тебя снова найдется тысяча причин ее не отпустить?
Хозяин побоялся, что плешивый расскажет всем родным и соседям, как он проучил его за скупость, и решил отпустить с ним жену к братьям.
Плешивый вернулся в родную деревню в добром здравии и хорошем настроении вместе с сестрой. Дома он рассказал братьям, как ему удалось перехитрить и проучить скупого зятя, ведь недаром же он был младшим братом, а младший брат, как вы знаете, самый слабый и болезный.

Кто работает, тот и ест

Албанская сказка

В одном доме хозяин имел обыкновение каждый вечер спрашивать жену, что сделал каждый из домочадцев за день. После этого он делил ужин и испеченный к вечеру хлеб по справедливости — сколько работал, столько еды и получай.
Пришло время хозяину женить своего сына, а тот захотел взять в жены девушку хорошую и добрую, но страшную лентяйку. Хозяина дома предупреждали, чтобы он на порог не пускал бездельницу-невестку, но старик сказал:
— Ничего, я сделаю так, что она сама и по доброй воле будет работать не хуже нас.
Сыграли свадьбу, и молодые зажили с родителями жениха. Каждый вечер хозяин дома выслушивал рассказ жены о том, кто что за день сделал, и делил хлеб и ужин по справедливости. День за днем невестка уходила спать голодная. А потом взялась за ум и стала работать не хуже остальных.
Отправилась она как-то в лес за хворостом и, возвращаясь обратно с охапкой за спиной, повстречала на дороге своих братьев, которые шли навестить ее. Она обрадовалась, завидев их, поздоровалась, но сразу же с беспокойством предупредила:
— Если вы собрались ко мне в дом, то возьмите в руки по нескольку поленьев или по охапке хвороста, потому что свекор куска хлеба вам не даст на ужин, если вы сегодня не работали.
— Не беспокойся, дорогая сестра, — ответили ей, рассмеявшись, братья. — Нас твой свекор не оставит без ужина, потому что мы гости, а вот что тебя сделало такой труженицей, хотелось бы знать? Видно, кусок хлеба научил работать даже такую лентяйку, какой была ты.

Старик-крестьянин и король

Албанская сказка

Как-то зимой отправился король со своей свитой верхом на прогулку. Спускаясь по склону горы, он увидел старого крестьянина, который, сгибаясь под тяжестью большой корзины, тащил наверх землю, чтобы насыпать ее на свою террасу. Крестьянин едва передвигал ноги от усталости, пот лил с него градом, но, опираясь на палку, он все же медленно, шаг за шагом поднимался в гору. Проезжая мимо него, король со своей свитой остановился и спросил:
— Расскажи мне, крестьянин, как ты живешь? Как тебе достаются эти девять перед тремя?
Старик опустил корзину, вздохнул и ответил:
— Так они мне тяжело достаются, что раньше времени без тридцати двух остался.
Король сказал:
— Если бы ты вовремя женился, сейчас вдоль стен твоего дома лавок стояло бы больше, чем нужно.
Старик ответил:
— Это верно, я и женился, но меня раздели и разули и все добро из дома вынесли.
Тогда король сказал ему:
— Я хочу помочь тебе. Если я пришлю к тебе гусыню, не обойдешься с ней слишком строго?
— Ничего гусыниного гусыне не оставлю, — ответил тот.
Король распрощался с крестьянином и вернулся к себе во дворец. Вызвал адъютанта и спросил его:
— Ты слышал, о чем я говорил с крестьянином?
— Слышал, ваше величество, — ответил адъютант.
— А понял, о чем мы говорили?
— Нет, ваше величество.
— Тогда поди к нему и попроси, чтобы он объяснил тебе, о чем мы беседовали, а потом возвращайся обратно и все мне расскажи.
Отправился адъютант короля к крестьянину и говорит:
— Я хочу, чтобы ты объяснил мне, о чем вы с королем говорили?
А старик ему отвечает:
— Не буду объяснять.
Адъютант принялся его уговаривать:
— Очень прошу тебя, объясни, я тебе хорошо заплачу.
Тогда старик и говорит:
— Если ты отдашь мне урожай одного года и все вещи, утварь и мебель, которые находятся в твоем доме, тогда объясню.
Адъютанту ничего другого не оставалось, как выполнить требование старика. После того, как он перевез в его жилище урожай одного года со своих обширных полей и все вещи из своего богатого дома, старик сказал ему:
— Король спросил меня: «Как тебе достаются эти девять перед тремя?» Девять — это девять месяцев весны, лета и осени, а три — это три месяца зимы. Я ответил: «Так тяжело, что я состарился раньше времени и во рту у меня ни осталось ни одного зуба». Король сказал: «Если бы ты женился вовремя, то наплодил бы детей, и сейчас лавок в твоем доме стояло бы больше, чем нужно, были бы у тебя помощники, а тебе не пришлось бы на старости лет так тяжело работать». — «Я женился вовремя, — ответил я королю, — но у меня не было сыновей, которые остались бы в доме и жили вместе со мной, а были только дочери. Я всех их выдал замуж и дал им хорошее приданое, зато сам обнищал и остался ни с чем». Гусыня — это ты, а теперь поди и расскажи обо всем королю.

Глупая жена

Албанская сказка

Женился храбрый молодец, и попалась ему в жены дурочка.
Говорит он однажды своей жене:
— У нас, жена, на пороге рамазан. Нужно закупить как можно больше припасов. Рамазан длинный, и еды на него не напасешься.
Жена ему отвечает:
— Что же делать? Если еды на него не напасешься, то поди на базар и закупи всего как можно больше, а уж об остальном не беспокойся, положись на меня.
Муж отправился на базар, накупил всякой снеди и отослал ее домой жене. Та сложила все, что получила, на улице возле ворот дома и уселась рядом. Каждого человека, который проходил мимо, она спрашивала:
— Ты длинный Рамазан?
Но люди шли и не обращали внимания на слова глупой женщины. Наконец на улице показался высокий юноша и звали его по чистой случайности Рамазаном. Когда он поравнялся с воротами их дома, женщина остановила его и спросила:
— Послушай, это ты длинный Рамазан?
— Да, это я, — ответил юноша.
— Как хорошо! — сказала женщина. — А то я уже устала сидеть здесь и ждать тебя. Мой муж купил для тебя еды на базаре, вот забирай все скорее и иди.
Рамазан взвалил на плечи тяжелые мешки с припасами, поблагодарил женщину и отправился по своим делам.
Вечером пришел муж и спросил жену:
— Принесли тебе с базара мешки с едой?
— Да, — ответила жена, — принесли, и я распорядилась ими так, как ты велел. Отдала все длинному Рамазану.
Муж удивился:
— О чем ты говоришь, жена?
— Как о чем? О том и говорю. Всю еду я отдала длинному Рамазану.
— Какому Рамазану? — вскричал муж.
Жена ему все подробно рассказала. Муж не нашел ничего лучше, как хорошенько ее поколотить.
На следующий день он сказал жене:
— Купить много еды я уже не могу, у меня почти не осталось денег, но все же постараюсь выторговать сегодня на базаре баранью тушу и велю тебе ее прислать.
Жена спросила:
— А как ее едят, эту баранью тушу?
Муж ответил:
— Сначала нужно ее приготовить, как любое другое мясо: нарубить на куски и потушить с капустой. Не забыть посолить, конечно.
— Очень хорошо! — ответила жена.
Муж пошел на базар, купил баранью тушу и отослал ее домой. Жена получила баранину и нарубила ее на куски. Капусты у нее на огороде было много, но жечь понапрасну дрова ей не захотелось. Поэтому она пошла на огород и разложила куски мяса прямо на капусте.
— В такую жару мясо и на солнце испечется, — подумала она, затем посолила куски баранины и кочны капусты и вернулась в дом заниматься своими делами.
К вечеру глупая жена вышла на огород посмотреть, готова ли баранья солянка. Она увидела, что кочны капусты стоят на своих местах сырые, как и были, а мяса нет, потому что его съели собаки. Что было делать бедной женщине? Рассердилась она, поймала одну собаку, привязала во дворе к крану от бочки с вином и стала бить. Собака взвыла, заметалась из стороны в сторону, дергая кран, и до тех пор его дергала, пока ни вырвала совсем. Потом собака убежала, а вино хлынуло из бочки и текло до тех пор, пока бочка ни опустела. Женщина очень расстроилась, увидев во дворе лужу грязи. Она взяла серп и долго била им по утоптанной площадке перед бочкой, чтобы вино впиталось в землю. Серп покривился и затупился, но земля подсохла и грязи больше не было.
Вечером пришел муж и спросил:
— Принесли тебе мясо?
Жена ответила:
— Да, принесли, и я сделала все, как ты велел: нарезала тушу на куски, а дров решила не расходовать, потому что и так на солнце жарко. Разложила баранину в огороде прямо на кочнах капусты и все посолила, как ты сказал, а стеречь мне было некогда, и я пошла домой. К вечеру выхожу посмотреть, хорошо ли запеклось мясо, а его и след простыл, все собаки съели. Ну, я поймала одну собаку, привязала к крану бочки и как следует отлупила. Собака дергалась, дергалась, кран из бочки вырвала, потом убежала, а вино все вытекло. Я взяла серп и хорошенько побила им по земле, чтобы не было грязи, долго била, даже серп покривился. Зато на сердце у меня теперь спокойно, потому что грязи во дворе нет.
Муж в отчаянии стал бить себя в грудь кулаками, вопить и кричать на весь дом:
— О аллах, зачем ты допустил, чтобы я женился на такой дурочке?! Бедный я, горемычный! Что мне делать теперь, как жить?
Через несколько дней у паши, жившего неподалеку от них, убежал верблюд. Злосчастный муж глупой жены поймал этого верблюда и с помощью друзей привел к себе во двор. Задумал он верблюда убить и пустить на мясо, ведь денег у него больше не было, чтобы закупить продуктов на весь долгий рамазан. Но одно смущало его: боялся он, что жена проболтается и выдаст его паше. Взял он тогда огромный казан, подвесил его к сказал жене:
— Придется тебе залезть под этот казан и спрятаться там, потому что аллах решил наказать нас и забить камнями насмерть, но я хочу спасти от гибели хотя бы тебя.
А своим друзьям он сказал:
— Соберите побольше камней и сидите наготове. Как только я начну запихивать жену под казан, пусть один из вас бросает на дно казана камни, а другие в это время удавят верблюда. Тогда жена и не поймет, что такое мы делаем.
Но глупая женщина, когда муж запихивал ее под казан и держал там, чтобы она раньше времени не вылезла, все же сумела заметить, как его друзья удавили верблюда, нарубили верблюжью тушу на куски и побросали мясо в казан. Как только с верблюдом было покончено, муж вытащил жену из-под казана и сказал:
— Вылезай. Аллах простил нас.
На следующий день паша послал своих сыновей искать верблюда. Сыновья обходили дом за домом и всех спрашивали:
— Не видали вы нашего верблюда?
Пришли они к глупой женщине и тоже спросили:
— Не видала ты нашего верблюда?
— Видала, — спокойно ответила женщина.
— Где же? Когда ты его видала? — заволновались сыновья паши.
— Когда его душили у нас во дворе, тогда и видала, — ответила женщина.
Сыновья паши отправились к отцу и все ему рассказали. Паша немедленно позвал к себе мужа глупой женщины и спросил:
— Это ты задушил моего верблюда?
Тот испугался и стал все отрицать:
— Ничего я не знаю. Я вообще не видел верблюда.
Но паша настаивал:
— Твоя жена говорит, что это ты его удавил.
— Ничего я не знаю, не видал я твоего верблюда, — отнекивался несчастный муж глупой женщины.
Паша не поверил ему и велел своим сыновьям бросить его в темницу. Но сомнения все же не оставляли его. Он решил сам побеседовать с женщиной и позвал ее к себе. А паша, надо сказать, был старый и кривой: глаз он когда-то потерял на войне.
Когда глупая женщина пришла к нему, он спросил:
— Верно ли сказали мои сыновья, что твой муж удавил моего верблюда?
Женщина ответила:
— Верно, паша.
Тогда паша решил узнать, как же и когда это могло случиться.
— А когда твой муж удавил его? — спросил он.
Женщина ответила:
— Он удавил его в тот день, когда аллах, рассердившись на нас, бросал с неба каменья и какие-то другие тяжелые вещи и выбил тебе глаз.
Паша очень рассердился, прогнал женщину, позвал своих сыновей и сказал им:
— Я не для того посылал вас искать моего верблюда, чтобы вы нашли вместо него эту сумасшедшую, которая еще и насмехается надо мной.
Он велел освободить мужа глупой женщины из темницы и посадить туда для острастки своих сыновей. Вот такая получилась история: сначала эта неразумная женщина довела мужа своими глупостями до тюрьмы, а потом, наговорив еще больше глупостей, сумела его оттуда освободить.