Богобоязненный монах и кража мафория

Византийская легенда

В одном монастыре готовились приобщиться святых тайн, и диаконы собирались облачиться в свои мафории, но не нашли одного и после долгих поисков сказали об этом авве. А он говорит им: «Поищите еще». Мафорий так и не нашелся, и авва, рассерженный странным этим происшествием, говорит: «Здесь живут разбойники. И, жив бог, никто не будет причащаться, и мы не вкусим ничего, пока не найдется вор».
Когда авва с диаконами обыскивали келии, а братья были в церкви, укравший мафорий монах сказал брату своему, человеку весьма богобоязненному: «Увы, что мне теперь будет?». Тот говорит ему: «За что?». Укравший отвечает: «Я украл мафорий, и он спрятан в моей келии на дне кувшина для вина». Богобоязненный монах говорит ему: «Не печалься, ступай и поставь кувшин в мою келию». Ушедши, вор перенес кувшин в келию того брата. Когда авва и диаконы в поисках пропажи взошли туда, где стоял кувшин этого брата, один из диаконов, опустив в него руку, вытащил мафорий и начал кричать: «Вот богобоязненный этот брат оказался вором». И, придя в церковь, они наложили на него руки свои, и нанесли ему множество ударов, и, вытащив его, прогнали из монастыря. А он взывал к ним, говоря: «Дайте мне раскаяться, и я больше так не сделаю». А диаконы вытолкали его за ворота, говоря: «Не можем мы терпеть у себя вора», и вернулись, чтобы преподать братьям святое причастие. И, когда диакон хотел поднять с престола покровец, он не совлекался. И все стали смотреть, нет ли там какой помехи, и ничего не нашли. А авве пришла на ум премудрая мысль, и он сказал: «Не случилось ли это оттого, что мы прогнали брата? Ступайте, приведите его, и тогда узнаем». По приходе того брата стали снимать покровец, и тотчас он свободно совлекся.
Это называется положить душу свою за ближнего. Если нам и не достичь подобного совершенства, да не оговорим хотя бы ближнего своего и не осудим, чтобы не лишиться блаженства, сужденного праведникам.

Глупая жена

Албанская сказка

Женился храбрый молодец, и попалась ему в жены дурочка.
Говорит он однажды своей жене:
— У нас, жена, на пороге рамазан. Нужно закупить как можно больше припасов. Рамазан длинный, и еды на него не напасешься.
Жена ему отвечает:
— Что же делать? Если еды на него не напасешься, то поди на базар и закупи всего как можно больше, а уж об остальном не беспокойся, положись на меня.
Муж отправился на базар, накупил всякой снеди и отослал ее домой жене. Та сложила все, что получила, на улице возле ворот дома и уселась рядом. Каждого человека, который проходил мимо, она спрашивала:
— Ты длинный Рамазан?
Но люди шли и не обращали внимания на слова глупой женщины. Наконец на улице показался высокий юноша и звали его по чистой случайности Рамазаном. Когда он поравнялся с воротами их дома, женщина остановила его и спросила:
— Послушай, это ты длинный Рамазан?
— Да, это я, — ответил юноша.
— Как хорошо! — сказала женщина. — А то я уже устала сидеть здесь и ждать тебя. Мой муж купил для тебя еды на базаре, вот забирай все скорее и иди.
Рамазан взвалил на плечи тяжелые мешки с припасами, поблагодарил женщину и отправился по своим делам.
Вечером пришел муж и спросил жену:
— Принесли тебе с базара мешки с едой?
— Да, — ответила жена, — принесли, и я распорядилась ими так, как ты велел. Отдала все длинному Рамазану.
Муж удивился:
— О чем ты говоришь, жена?
— Как о чем? О том и говорю. Всю еду я отдала длинному Рамазану.
— Какому Рамазану? — вскричал муж.
Жена ему все подробно рассказала. Муж не нашел ничего лучше, как хорошенько ее поколотить.
На следующий день он сказал жене:
— Купить много еды я уже не могу, у меня почти не осталось денег, но все же постараюсь выторговать сегодня на базаре баранью тушу и велю тебе ее прислать.
Жена спросила:
— А как ее едят, эту баранью тушу?
Муж ответил:
— Сначала нужно ее приготовить, как любое другое мясо: нарубить на куски и потушить с капустой. Не забыть посолить, конечно.
— Очень хорошо! — ответила жена.
Муж пошел на базар, купил баранью тушу и отослал ее домой. Жена получила баранину и нарубила ее на куски. Капусты у нее на огороде было много, но жечь понапрасну дрова ей не захотелось. Поэтому она пошла на огород и разложила куски мяса прямо на капусте.
— В такую жару мясо и на солнце испечется, — подумала она, затем посолила куски баранины и кочны капусты и вернулась в дом заниматься своими делами.
К вечеру глупая жена вышла на огород посмотреть, готова ли баранья солянка. Она увидела, что кочны капусты стоят на своих местах сырые, как и были, а мяса нет, потому что его съели собаки. Что было делать бедной женщине? Рассердилась она, поймала одну собаку, привязала во дворе к крану от бочки с вином и стала бить. Собака взвыла, заметалась из стороны в сторону, дергая кран, и до тех пор его дергала, пока ни вырвала совсем. Потом собака убежала, а вино хлынуло из бочки и текло до тех пор, пока бочка ни опустела. Женщина очень расстроилась, увидев во дворе лужу грязи. Она взяла серп и долго била им по утоптанной площадке перед бочкой, чтобы вино впиталось в землю. Серп покривился и затупился, но земля подсохла и грязи больше не было.
Вечером пришел муж и спросил:
— Принесли тебе мясо?
Жена ответила:
— Да, принесли, и я сделала все, как ты велел: нарезала тушу на куски, а дров решила не расходовать, потому что и так на солнце жарко. Разложила баранину в огороде прямо на кочнах капусты и все посолила, как ты сказал, а стеречь мне было некогда, и я пошла домой. К вечеру выхожу посмотреть, хорошо ли запеклось мясо, а его и след простыл, все собаки съели. Ну, я поймала одну собаку, привязала к крану бочки и как следует отлупила. Собака дергалась, дергалась, кран из бочки вырвала, потом убежала, а вино все вытекло. Я взяла серп и хорошенько побила им по земле, чтобы не было грязи, долго била, даже серп покривился. Зато на сердце у меня теперь спокойно, потому что грязи во дворе нет.
Муж в отчаянии стал бить себя в грудь кулаками, вопить и кричать на весь дом:
— О аллах, зачем ты допустил, чтобы я женился на такой дурочке?! Бедный я, горемычный! Что мне делать теперь, как жить?
Через несколько дней у паши, жившего неподалеку от них, убежал верблюд. Злосчастный муж глупой жены поймал этого верблюда и с помощью друзей привел к себе во двор. Задумал он верблюда убить и пустить на мясо, ведь денег у него больше не было, чтобы закупить продуктов на весь долгий рамазан. Но одно смущало его: боялся он, что жена проболтается и выдаст его паше. Взял он тогда огромный казан, подвесил его к сказал жене:
— Придется тебе залезть под этот казан и спрятаться там, потому что аллах решил наказать нас и забить камнями насмерть, но я хочу спасти от гибели хотя бы тебя.
А своим друзьям он сказал:
— Соберите побольше камней и сидите наготове. Как только я начну запихивать жену под казан, пусть один из вас бросает на дно казана камни, а другие в это время удавят верблюда. Тогда жена и не поймет, что такое мы делаем.
Но глупая женщина, когда муж запихивал ее под казан и держал там, чтобы она раньше времени не вылезла, все же сумела заметить, как его друзья удавили верблюда, нарубили верблюжью тушу на куски и побросали мясо в казан. Как только с верблюдом было покончено, муж вытащил жену из-под казана и сказал:
— Вылезай. Аллах простил нас.
На следующий день паша послал своих сыновей искать верблюда. Сыновья обходили дом за домом и всех спрашивали:
— Не видали вы нашего верблюда?
Пришли они к глупой женщине и тоже спросили:
— Не видала ты нашего верблюда?
— Видала, — спокойно ответила женщина.
— Где же? Когда ты его видала? — заволновались сыновья паши.
— Когда его душили у нас во дворе, тогда и видала, — ответила женщина.
Сыновья паши отправились к отцу и все ему рассказали. Паша немедленно позвал к себе мужа глупой женщины и спросил:
— Это ты задушил моего верблюда?
Тот испугался и стал все отрицать:
— Ничего я не знаю. Я вообще не видел верблюда.
Но паша настаивал:
— Твоя жена говорит, что это ты его удавил.
— Ничего я не знаю, не видал я твоего верблюда, — отнекивался несчастный муж глупой женщины.
Паша не поверил ему и велел своим сыновьям бросить его в темницу. Но сомнения все же не оставляли его. Он решил сам побеседовать с женщиной и позвал ее к себе. А паша, надо сказать, был старый и кривой: глаз он когда-то потерял на войне.
Когда глупая женщина пришла к нему, он спросил:
— Верно ли сказали мои сыновья, что твой муж удавил моего верблюда?
Женщина ответила:
— Верно, паша.
Тогда паша решил узнать, как же и когда это могло случиться.
— А когда твой муж удавил его? — спросил он.
Женщина ответила:
— Он удавил его в тот день, когда аллах, рассердившись на нас, бросал с неба каменья и какие-то другие тяжелые вещи и выбил тебе глаз.
Паша очень рассердился, прогнал женщину, позвал своих сыновей и сказал им:
— Я не для того посылал вас искать моего верблюда, чтобы вы нашли вместо него эту сумасшедшую, которая еще и насмехается надо мной.
Он велел освободить мужа глупой женщины из темницы и посадить туда для острастки своих сыновей. Вот такая получилась история: сначала эта неразумная женщина довела мужа своими глупостями до тюрьмы, а потом, наговорив еще больше глупостей, сумела его оттуда освободить.

Больной лев

Хорватская сказка

Жил-был лев. Однажды он заболел и лежал в своем логовище. Приходит к нему на поклон медведь. Лев его спрашивает:
— Послушай, медведушка, скажи-ка мне, не воняет ли тут, в моем логовище?
— Да, здорово воняет, — отвечает медведь.
Рассердился лев и растерзал медведя.
А заяц стоял у входа в логовище и все видел. Пошел он на поклон ко льву, а тот спрашивает:
— Послушай, зайчик, скажи-ка, воняет ли тут, в моем логовище?
— О нет! — говорит зайчик. — Чему бы тут вонять, тут очень хорошо пахнет!
— Врешь, — отвечает лев, — здесь не пахнет, а воняет, — и растерзал зайца.
Все это видел и слышал волк, который ждал перед логовищем. Приходит и он на поклон ко льву. Тот его спрашивает:
— Скажи, волк, в логовище моем воняет или пахнет?
Волк отвечает:
— И не воняет и не пахнет.
— Врешь ты, должно либо вонять, либо пахнуть, — сказал лев, схватил волка и растерзал.
Все это видела и слышала лисица. Когда она пришла ко льву на поклон, он ее спрашивает:
— Послушай, лиса, скажи-ка мне, воняет или пахнет в моем логовище? Лисица отвечает:
— Прости меня, пресветлый царь, ей-богу, не знаю, пахнет ли тут или воняет: я простудилась, насморк у меня, оттого и не могу тебе сказать, а врать не смею.
И лев не растерзал лисицу, потому что она была умна.

Святой старец в монастыре в Фиваиде

Византийская легенда

Один христолюбец рассказывал так: «Побывали мы в Фиваиде в монастыре святого старца, и, когда пришли туда, огромные пастушеские собаки зарычали на нас с монастырской стены. Я, устрашившись, хотел было соскочить с коня, но бывшие со мной, которые не впервые слышали лай этот, сказали: «Не надо, господин, ибо псы имеют от аввы повеление не сходить со стены». Мы вошли в монастырь и удостоены были молитвы отцов, и они повели нас в час службы к колодцу. Там, не сходя с места своего, стоял верблюд, который доставал воду. Мы спросили, почему верблюд не делает своего дела, и нам ответили: «Авва наш повелел, чтобы во время службы, едва ударят в било, он смирно стоял, пока служба не кончится. Ибо однажды, когда служба началась, человек при колодце из-за скрипа ворота не услышал била и не пришел в церковь. И вот авва, подойдя к колодцу, говорит тому человеку: «Почему ты не был в церкви, когда следовало?». Тот сказал: «Прости мне, отец, скрип ворота не дал мне услышать била». Тогда авва сказал верблюду, который доставал воду: «Благословен господь, когда будут созывать в церковь, стой на месте, пока не кончится служба». И верблюд послушался его веления. Если другого какого верблюда приставить к колесу, он тоже будет соблюдать такое веление его». И выслушав это, мы восславили бога.

Три желания

Албанская сказка

Трое приятелей обычно ужинали в одной корчме. Однажды вечером в эту корчму зашел король, переодетый дервишем. Он присел отдохнуть в той же комнате, где ужинали трое приятелей, и сказал:
— Вот и я решил зайти к вам в гости, отдохнуть немного.
— Добро пожаловать, отец-ходжа, — ответили ему приятели. Потом, не обращая внимания на дервиша, продолжали ужинать и развлекать друг друга веселым разговором. Один из них сказал:
— Как бы я хотел жениться на дочери короля!
Другой сказал:
— А я хочу, чтобы король подарил мне самую хорошую лошадь из своих конюшен!
Третий сказал:
— А мне ничего не надо, лишь бы у меня никогда не было долгов.
Король все слышал. На следующий день, придя к себе во дворец, он велел позвать троих приятелей, ужинавших накануне в корчме. Когда те явились, король их спросил:
— Кто вы такие и чем занимаетесь?
Приятели ответили:
— Мы люди бедные, несчастные: весь день работаем, а вечером ходим в корчму, ужинаем да тешим себя веселым разговором.
Тогда король сказал:
— Вчера, когда вы ужинали, приходил кто-нибудь в корчму?
Приятели перепугались, но король сказал:
— Не бойтесь, говорите правду!
Те ответили:
— Да, вчера вечером приходил к нам в корчму дервиш.
— Тогда расскажите мне, о чем вы говорили в его присутствии, — приказал король.
Первый из них признался:
— Я сказал: как бы я хотел жениться на дочери короля!
— Ну что ж, — сказал король, — идем на женскую половину, где живет моя дочь.
Пришли они в богато обставленную комнату. Там уже было приготовлено блюдо, на котором вперемешку лежали ягоды винограда трех сортов: белого, красного и черного. Жениху завязали платком глаза, и король спросил:
— Ты видел на блюде три сорта винограда: белый, красный и черный. Бери ягоды по одной и ешь. Если ты скажешь мне, какую ягоду ты ешь, белую, красную или черную, я отдам тебе в жены свою дочь.
Принялся бедняк есть ягоды одну за другой, ел и белые, и красные, и черные, но не мог назвать, какую ест. Наконец блюдо опустело.
Король спросил:
— Ну, какие же были самые вкусные?
— Да все одинаковые, — ответил бедняк, — все вкусные.
Тогда король ему сказал:
— Если тебе одинаково вкусны все три сорта винограда, разве ты сможешь разобрать, чья дочь лучше — бедняка, ремесленника или короля? Иди-ка лучше домой, и пусть каждый из вас — и ты, и моя дочь — останется при своих заботах.
Незадачливый жених ушел.
Король спросил второго приятеля:
— А ты что говорил в присутствии дервиша?
Тот признался:
— Я сказал: как я хочу, чтобы король подарил мне самую хорошую лошадь из своих конюшен!
— Иди в мои конюшни и выбери себе самую лучшую лошадь, — сказал король.
Слуги короля повели бедняка в конюшни, и он выбрал себе лошадь по вкусу. Король ему сказал:
— А теперь садись на нее и уезжай.
Так бедняк уехал из дворца на прекрасной лошади.
— А ты что хотел? — спросил король третьего бедняка.
— Я сказал: ничего мне не надо, лишь бы у меня никогда не было долгов! — признался тот.
— Где же это видано, чтобы у тебя не было долгов, если я — король, да и то весь в долгах? Но будь по-твоему. Могу снять с тебя эту заботу, но только вместе с твоей неразумной головой.
И велел казнить бедняка.

Кукушка и рыбы

Хорватская сказка

Собрались раз птицы и стали судить да рядить, кто чем плох. Одну корят за одно, другую за другое, и каждая честно признается, если в чем виновата. Да и что тут долго разговаривать, ведь все друг друга знают.
Дошел черед до кукушки.
— Эх, кукушка, кукушка, тебе больше других должно быть стыдно, ты ведь яйца свои кладешь в чужие гнезда!
Все думали, что она от стыда голову склонит и ни слова в ответ не промолвит, но ошиблись. Кукушка нахохлилась и разинула клюв:
— Подумаешь! Меня вы укоряете, что я кладу яйца в чужие гнезда, а рыбам ни слова не говорите, а ведь они свою икру мечут прямо в воду.
— Не беспокойся, кукушка, — сказала одна старая птица, которая немало кукушкиных яиц высидела, — если бы нам пришлось и рыбьих детенышей выкармливать, то и рыбам бы от нас досталось, да еще как!

Волхв Месит и христолюбивый нотарий

Византийская легенда

Прекрасно и поучительно поведать об этом дивном и великом чуде.
При блаженной памяти императоре Маврикии жил в Константинополе некий человек по имени Месит, превосходящий в искусстве волхования всех когда-либо бывших чародеев. И вот этот трижды злосчастный и проклятый Месит познакомился однажды с весьма христолюбивым и богобоязненным нотарием. Желая свести его с правильного пути и завладеть его умом при помощи своего преступного и нечестивого искусства, как-то раз вечером этот безумный и исполненный скверны человек уговорил нотария проехаться с ним верхом. Когда уже смеркалось, они сели на быстрых коней и вдвоем выехали из города. Оказавшись в полночь на пустынной равнине, где не было ни жилищ, ни каких-либо владений, они вдруг видят крепость. Оба спешиваются и привязывают своих коней к какому-то росшему там дереву, а Месит начинает стучать в ворота крепости. Им тот-час отворили ворота, и большая толпа находившихся в крепости эфиопов вышла навстречу Меситу и приветствовала его. Затем эфиопы, указывая дорогу, привели их в огромный, расположенный на уровне земли покой, где пришедшие увидели множество ярко горящих серебряных светильников и золотых подсвечников с зажженными свечами, скамьи справа и слева и высокий престол, на котором восседал какой-то рослый и безобразный эфиоп, а вокруг него справа и слева сидели другие. Месит приветствовал сидящего на престоле и пал к его ногам. Тот же встретил его, говоря: «Как дела, господин мой Месит? Все ли твои желания исполняются?». Несчастный говорит ему в ответ: «Да, владыка, и потому я пришел поклониться тебе и воздать тебе великую благодарность». Сидящий на престоле говорит ему: «Изволь, и для тебя будет сделано еще больше. Садись». Тогда Месит занял первое место на правой скамье. «Я же, — рассказывал потом нотарий, — видя вокруг себя только эфиопов и гнушаясь приблизиться к кому-нибудь из них, отошел и встал позади несчастного Месита. А сидящий на престоле, пристально взглянув на меня, спросил злополучного Месита, говоря: „Кто этот человек, стоящий позади тебя?». Несчастный Месит говорит ему: „Твой раб, владыка»». Тогда сидящий на престоле спрашивает нотария, говоря ему: «Скажи, достойный юноша, ты мой раб?». Христолюбивый нотарий, осенив все тело свое крестными знамениями, не медля, ответил, сказав: «Я раб отца и сына и святого духа». И чуть только он произнес эти страшные и святые слова, как сидевший на престоле рухнул на пол, престол рассыпался, светильники угасли, эфиопы с воплем бежали, покой исчез, земля поглотила крепость, Месит скрылся и все пропало. Нигде ни звука, нигде ни души, кроме нотария и двух привязанных к дереву коней. Когда случились эти страшные и предивные чудеса, боголюбезный тот нотарий не стал дожидаться или искать Месита, но, взяв обоих коней, тотчас вскочил на одного из них и быстро поскакал к богохранимому граду. Вскоре он достиг его и постучал в те ворота, откуда вечером вышел. Оказавшись внутри городских стен, он все рассказал стражу, бывшему при воротах, и вошел в дом его, и отдыхал там в полном одиночестве, не вспоминая о несчастном и ненавистном Месите, и только хвалил и славил господа.
По прошествии некоторого времени христолюбивый тот нотарий прилепился сердцем своим к одному патрикию, мужу премилостивому и христолюбивому. Однажды поздним вечером оба они, патрикий и нотарий, идут в храм во имя спасителя, называемый Плифрон или храм у святого кладезя. Когда они вошли и стали молиться, встав перед честной и святой иконой господа нашего Иисуса Христа, святой лик оборотился к нотарию и взирал на него. Заметив это, патрикий попросил нотария стать по другую сторону от себя, и снова святой и предивный лик спасителя, также оборотившись, взирал на боголюбезного нотария. Тогда страх и душевное смятение одержали патрикия, и он пал на лицо свое и с несказанными слезами и громкими стенаниями стал взывать к господу нашему Иисусу Христу, говоря: «Благой владыка и человеколюбец, ведающий людскую слабость и страдание, не отврати лика своего от меня, нижайшего и недостойного раба твоего, но призри на меня и помилуй. Сознаю, владыка, ведаю и знаю, что — грешен и ничтожен, но нет на мне такого греха, чтобы ты так отвращал лик свой от меня, жалкого и нижайшего раба твоего. Помилуй меня, человеколюбец, и прости, терпел, ибо я — творение пречистых рук твоих. Ведь ты единый непогрешим и всемилостив, и слава тебе вовеки. Аминь».
Долго патрикий говорил такое и тому подобное и каялся со слезами и воплями. А Христос, взирая на боголюбезного нотария со святой и пречистой иконы, рек христолюбивому патрикию: «Тебе, патрикий, я воздаю великую благодарность за то, что всякий день ты приносишь мне от того, что получил от меня, подавая нищим и жертвуя на церкви. Пред этим же человеком я в долгу, ибо в решительный и страшный час он не отрекся своей веры, но признал, что чтит и поклоняется отцу и сыну и святому духу. За это в день воздаяния я почту его достойной наградой».
Вы услышали, возлюбленные братья мои, страшное и предивное предание, узнали, благочестивые прихожане, достохвальный и исполненный назидания рассказ о том, как по благоутробию и человеколюбию своему бог сказал одному из рабов своих, что благодарен ему, а другому, что в долгу перед ним и щедро воздаст ему. Прочитав это предание или узнав его изустно, все мы да возблагодарим за них господа и да восславим отца и сына и святого духа, единое божество и силу в трех ипостасях, ибо слава, сила, честь, могущество и величие ему ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Как молодой рыбак женился на дочери короля

Албанская сказка

На окраине большого города, на самом берегу моря жил рыбак со своею женою. Каждый день он ходил на море ловить рыбу, и его улова им вполне хватало и для пропитания, и для продажи. И были бы они счастливы, да вот беда — шли годы, а детей у рыбака и его жены все не было.
Однажды сидел рыбак на берегу моря и ловил рыбу. Неподалеку от него играли ребятишки, мимо то и дело проходили родители с маленькими детьми. Рыбак провожал их взглядом, на глаза у него наворачивались слезы, он вздыхал и думал: «Ах, если бы у меня был сынок, как я был бы счастлив!»
Вдруг он услышал позади себя шорох, обернулся и увидел старика.
— О чем ты так горько задумался? — спросил старик. — Какое-нибудь несчастье случилось?
— Нет, просто мне очень грустно оттого, что у нас с женой нет детей, — ответил ему рыбак.
— Не огорчайся, — сказал старик. — Не пройдет и года, как господь наградит тебя сыном.
Сказав это, старик исчез.
И действительно, через девять месяцев жена рыбака родила сына. Радости родителей не было предела. Стало дитя подрастать, и родители с изумлением увидели, что их маленький сын необычайно красив.
Однажды рыбак сказал жене:
— Послушай, жена, давай не будем выпускать ребенка из дома. Он так красив, что пусть лучше люди не видят его.
— Конечно, муж, — с готовностью согласилась жена. — Ни у кого нет такого красивого мальчика, как наш.
Счастливые родители берегли своего сына как зеницу ока. А он становился чем старше, тем красивее, и потому рыбак с женой в конце концов совсем перестали выпускать его из дому, и мальчик ничего не знал о том, что творится за порогом.
Как-то раз, когда сын уже подрос, жена рыбака сказала мужу:
— Ты уже начал стареть, муж, тебе трудно каждый день ходить на рыбную ловлю, а потом продавать рыбу. Что нам делать? Кто позаботится о нас на старости лет? Кто будет кормить нас?
— Нужно будет приучить к работе сына, другого выхода у нас нет, — ответил рыбак. — Завтра же возьму его с собой на рыбную ловлю.
На следующий день собрались рыбак с сыном, отправились к лагуне на берег моря, уселись там и стали ловить рыбу. Все, кто проходили мимо них, останавливались, потрясенные красотой юноши, и смотрели на него, не отрывая глаз.
Когда отец и сын наловили достаточно рыбы, они пошли в город ее продавать. Проходя квартал за кварталом, старый рыбак зазывал покупателей:
— Рыба! Кому рыбы?!
Они продали уже много рыбы, у них в корзине оставалось всего несколько небольших рыбешек, когда сын сказал отцу:
— Ты устал, отец, иди домой. Остальную рыбу я продам сам. Я уже научился продавать рыбу!
Отец пошел домой, а сын направился дальше, выкрикивая:
— Рыба! Кому рыбы?!
Когда он проходил мимо королевского дворца, из окна выглянула дочь короля, привлеченная необычайно красивым и мелодичным голосом, призывавшим:
— Рыба! Берите рыбу!
Красота юноши поразила королевну, и она велела слугам немедленно привести его во дворец. Когда он вошел в ее покои, королевна сказала:
— Давай сюда свою рыбу!
Юноша отдал ей свою рыбу, а она насыпала ему в руку полную пригоршню золотых монет и сказала:
— Никому не рассказывай, где ты продал эту рыбу!
Придя домой, юноша отдал золотые монеты отцу. Тот очень удивился.
— Где ты нашел это золото? — спросил он.
— Я продал рыбу, — ответил тот.
— Ты заработал за один день столько, сколько я зарабатываю за два или три года! — воскликнул отец.
Но старого рыбака весь вечер мучили сомнения. Он не верил, что сын мог за несколько небольших рыбешек получить столько золота, и решил проследить за ним. На следующий день он снова взял сына на рыбную ловлю, а потом отдал ему всю пойманную рыбу и велел ее продать. Затем рыбак сделал вид, что пошел домой, а на самом деле незаметно отправился вслед за сыном, чтобы посмотреть, что тот будет делать. Сын продал в городе несколько рыбок и, проходя мимо королевского дворца, стал громко кричать:
— Рыба! Кому рыбы?!
Тотчас из окна выглянула дочь короля и позвала его. Юноша с корзиной рыбы вошел в королевские палаты. Через несколько минут он вышел оттуда с пустой корзиной, зажав в руке пригоршню золота.
— Теперь я понимаю, где мой сын продает рыбу за чистое золото, — подумал рыбак. — Нет, его и впрямь нельзя выпускать из дому.
Вернувшись домой, сын отдал золото отцу, а тот все, что видел, рассказал жене, и они решили больше сына никуда не выпускать.
Дочь короля, не дождавшись юного рыбака ни завтра, ни послезавтра, велела своим слугам обойти весь город дом за домом и найти его. Долго ли, коротко ли ходили они, но юношу нашли. Однако родители наотрез отказались выпустить его из дому, и потому королевна втайне от своего отца-короля стала присылать к нему на дом учителей, которые научили его читать и писать. После этого королевна велела юноше собраться, тайно покинуть родителей и отправиться в европейские страны, чтобы выучиться разным языкам и наукам. С собой она дала ему много денег, которые велела потратить на учение.
Получив в Европе блестящее образование, юноша, никем не узнанный, возвратился в родной город и явился прямо во дворец к королевне. Довольная его успехами в образовании, королевна открыла отцовскую казну, вытащила оттуда огромный кожаный мешок с золотом и сказала:
— А теперь поезжай в европейские страны, накупи самых дорогих и прекрасных товаров и открой у нас в городе такой магазин, чтобы ни один другой не мог с ним сравниться по красоте и роскоши.
Юноша сделал все, как ему сказала королевна. Он проехался по европейским странам и накупил таких прекрасных товаров, каких в его городе никто не видел. С собой он привез мастеров, которые разукрасили помещение и вставили в витрины красивые стекла. Изнутри стены магазина были отделаны огромными зеркалами, хрусталем и разноцветными блестящими камнями. Эти камни привораживали взор всех, кто находился рядом. Пол в салонах и на лестницах был устлан коврами, вышитыми шелком и золотой нитью. Магазин выглядел, как дворец. В услужении у хозяина находились семьдесят молодых продавцов, очень хорошо наряженных. Сам хозяин был так красив, умен и обходителен, так приятно беседовал с каждым, кто приходил к нему, что в городе ни о чем другом не говорили, как только об этом роскошном магазине и его замечательном красавце хозяине. Все посетители восхищались его образованностью, обходительностью и знанием языков.
Когда король узнал, что какой-то знатный европеец открыл невиданный доселе магазин в его городе, он велел передать ему через своих генералов, что собирается этот магазин посетить. Юноша подготовил королю королевскую встречу. Семьдесят своих продавцов он нарядил в одежды принцев, из них тридцать поставил на улице у входа, двадцать расставил внутри магазина и еще двадцать вдоль лестницы, сам же встречал короля наверху у входа в главный салон.
Король был потрясен красотой юноши и его богатством. Он подумал:
— Так вот каков этот европеец, оказывается! Пожалуй, такого красавца и умницу я мог бы назвать своим зятем.
И король послал своих генералов известить торговца, что хочет назвать его своим зятем и выдать за него замуж свою дочь.
Через несколько дней король в разукрашенном в честь праздника дворце сыграл свадьбу дочери с красавцем юношей. Но не хуже королевского дворца выглядел и дворец жениха, куда тот привел свою молодую жену-королевну и где празднества продолжались еще целую неделю.
После свадьбы зять короля отправился на окраину города в рыбацкую хижину своих родителей и объявил им, что он их сын. Бедные старики были обрадованы и поражены до глубины души, так как после исчезновения сына считали его погибшим. Сын сказал отцу с матерью:
— Вы уж простите меня, что я не открылся вам раньше, но я не мог сделать этого, пока не довел задуманное до конца и не добился своей цели.
А народ радовался и ликовал, когда узнал, что сын рыбака женился на дочери короля.
Вот как бывает: если человек старается употребить свои знания в дело, удача идет к нему, и он добивается счастья.

Медведь, свинья и лиса

Сербская сказка

Подружились медведь, свинья и лиса и вздумали вместе пахать землю и сеять пшеницу. Стали договариваться, что каждый возьмется делать.
— Я проберусь в ригу и украду зерно, а потом вспашу поле рылом, говорит свинья.
— А я буду сеять, — говорит медведь.
— А я буду боронить хвостом, — говорит лиса.
Вспахали, посеяли. Пришло время жатвы. Стали решать, кто что будет делать.
— Я буду жать, — говорит свинья.
— Я буду снопы вязать, — говорит медведь.
— Я буду упавшие колосья собирать, — говорит лиса.
Сжали пшеницу, связали в снопы и стали договариваться, как молотить.
— Я расчищу гумно, — говорит свинья.
— Я буду таскать снопы и молотить, — говорит медведь.
— Я буду трясти снопы и отделять солому, — говорит свинья.
— А я хвостом буду очищать зерно от мякины, — говорит лиса.
— Я буду веять, — говорит свинья.
— Я буду делить хлеб, — говорит медведь.
Так и сделали. Приступили к дележке урожая. Медведь разделил хлеб, да несправедливо. Свинья упросила дать ей солому, а зерно он взял себе, лисе же ничего не досталось. Рассердилась лиса, разворчалась и сказала, что приведет из царского двора человека и тот все поделит справедливо. Свинья и медведь струсили и решили спрятаться.
— Заройся ты, свинья, в солому, а я залезу на грушевое дерево, — сказал медведь.
Так и сделали. А лиса пошла, отыскала кошку и позвала ее с собой на гумно ловить мышей. Кошка охотно согласилась, знала, лакомка, что там их много. Идет с лисой, а сама по дороге нет-нет да и побежит за птицами. Медведь с груши еще издали увидел их и говорит свинье:
— Беда, свинья! Вон лиса ведет какое-то страшное чудовище: на нем мех, как у куницы, но оно и птиц крылатых на лету хватает.
Потом медведь потерял кошку из виду, а та в траве неслышно пробралась до гумна и, отыскивая мышей, стала шуршать соломой. Свинья подняла морду, — захотелось узнать, в чем дело, а кошка приняла ее рыло за мышь, подскочила и вцепилась в него когтями. Свинья от страха хрюкнула, прыгнула и угодила прямо в ручей, а кошка испугалась свиньи и полезла на грушевое дерево. Медведь подумал, что она уже прикончила свинью и идет на него, со страха упал с груши, разбился и околел. А лисе достались и зерно и солома.

Ручная веприца на горнем месте

Византийская легенда

Ручная веприца, питавшаяся отбросами, бродя по митиленским улицам и переулкам и валяясь по присущей ей любви к нечистоте в грязи, оказалась однажды вблизи одного из местных храмов. Так как веприца постоянно делала набеги на окрестные поля и топтала их, в наказание за потравы ей отрезали уши, и, как домашняя свинья, она была покрыта великим множеством рубцов. И вот, увидев храм этот, носом, как это свойственно свиньям, веприца толкнула двери и, протиснувшись в щель, вошла внутрь, затем направилась к святому алтарю и, поднявшись по его ступеням, села, сколько ей возможно пристойно, на горнее место.
Многие из числа бывших в храме людей, увидев это, были поражены ужасом и, усмотрев в происшедшем зловещее знамение, тут же с побоями вытолкали ее. И действительно, появление в алтаре веприцы предуказывало грядущее отпадение от веры — оскверняющаяся грязью веприца обозначала грязь, которой осквернится церковь, и показывала будущих иереев ее, являя собой для способных понимать и вникнуть разумом в то, что произошло, мерзость тех иереев, ибо «когда увидите мерзость запустения, стоящую на святом месте, читающий да разумеет».
Кроме того, веприца предуказывала грядущие беззакония нечестивых и исполненных скверны, грозящие церковному престолу, а также то, что иереи оставят священнослужение. Свершившееся не следует объяснять неосмотрительностью веприцы, ибо не по обычному своему побуждению, не в поисках пищи взошла она в церковный алтарь, но движимая некоей силой, предуказывающей грядущее. На этом закончим и перейдем к другому преданию.