Павел, неученый землепашец,

Византийская легенда

Кроний, святой Иерак и многие другие рассказывали мне о том, что я намереваюсь изложить, т. е.: некто Павел, неученый землепашец, на редкость незлобивый и простой, был женат на очень красивой, но злонравной женщине, которая долгое время тайно от Павла грешила с каким-то человеком. Неожиданно возвратившись с поля, он застал их за постыдным делом — провидение путеводило Павла ему на благо. Он, засмеявшись, говорит им: «Так, так. Воистину, мне это все равно. Иисус свидетель, я отказываюсь от этой женщины, забирай ее вместе с ее детьми, а я уйду и стану монахом».
Не сказав никому ни слова, Павел обходит восемь монастырей и, пришедщи к блаженному Антонию, стучится в дверь. Тот выходит и спрашивает его: «Что тебе надо?». Павел говорит ему: «Я хочу стать монахом». Антоний отвечает на это: «Здесь ты, шестидесятилетний старик, не можешь быть монахом. Лучше возвращайся в деревню, работай и проводи жизнь в трудах, благодаря бога. Тебе ведь не перенести тягот пустыни». Опять старик отвечает: «Я буду делать все, чему ты меня научишь». Антоний говорит ему: «Сказано тебе, что ты стар и этого не можешь. Если непременно хочешь быть монахом, иди в общежительный монастырь со многими, братьями — они скорее снизойдут к твоей немощи, а я ведь живу здесь один, ем не чаще, чем по-однажды в пять дней, и то не досыта».
Этими и другими подобными словами он гнал от себя Павла, а так как тот не отставал, Антоний закрыл дверь и не выходил из-за Павла три дня даже по нужде. А Павел не уходил. На четвертый день Антоний по необходимости открыл дверь, вышел и снова говорит: «Иди отсюда, старик. Что ты докучаешь мне? Ты не можешь жить тут». Павел отвечает: «Невозможно мне умереть в ином месте, кроме этого».
Антоний взглянул на него и, заметив, что старик не принес с собой ничего съестного — ни хлеба, ни воды — и уже четвертый день наблюдает пост. «Не умирай, — говорит, — и не запятнаешь мне грехом душу».
И впускает Павла.
В эти дни Антоний стал вести такую суровую жизнь, какую не вел никогда и в молодые годы. Намочив ветки, он велит Павлу: «На, сплети, как я, веревку». Старик работает до девятого часа и с великим трудом сплетает пятнадцать локтей. Взглянув, Антоний остался недоволен и говорит ему: «Дурно сплел, расплети и начни сызнова». Так Антоний укорял Павла (а тот ведь ничего не ел и по годам был ему ровесник), чтобы, потеряв терпение, старик от него ушел. А Павел расплел веревку и снова сплел из тех же веток, хотя это было труднее, потому что ветки теперь скрутились. Когда Антоний увидел, что старик не ропщет, не малодушествует, не огорчается на него, он смягчился и на закате солнца говорит ему: «Хочешь, съедим по куску хлеба?». Павел говорит ему: «Как тебе угодно, авва». Антонию опять понравилось, что Павел не ухватился за предложение поесть, но предоставил решать ему. И вот Антоний ставит стол и приносит хлеб. Положив хлебцы по шести унций весом, он размочил себе один — ведь они были черствы, а Павлу три. Затем, чтобы испытать Павла, он начал петь псалом, который знал наизусть, повторяет его двенадцать раз и двенадцать раз читает молитву. А Павел опять усердно молится вместе с ним. Ведь он, мне думается, предпочитал быть пищей скорпионов, чем жить с прелюбодейкой-женой. Когда все двенадцать молитв были прочитаны, они уже поздним вечером сели есть. Антоний съел один хлебец, а другого и не коснулся. Старик ел медленнее и еще не кончил своего. Антоний подождал, покуда он съест, и говорит ему: «Бери второй, отец!». Павел говорит ему: «Если ты съешь, то и я тоже, если не съешь, и я не съем». Антоний говорит ему: «Мне достаточно: ведь я монах». Павел говорит ему: «И мне достаточно: ведь я хочу быть монахом». Антоний снова встает, прочитывает двенадцать молитв и поет двенадцать псалмов. Потом немного спит и опять встает, чтобы с полуночи до рассвета петь псалмы. Увидев, что старик охотно подражает его суровой жизни, Антоний говорит ему: «Если можешь так всякий день, оставайся со мной». А Павел говорит: «Не знаю, снесу ли большее, а то, что видел, могу без труда делать». На следующий день Антоний говорит ему: «Вот ты и стал монахом». По прошествии определенных месяцев Антоний, уверившись, что Павел совершенен душой, хотя по благодати божией очень прост, строит ему келию за три или четыре тысячи шагов от своей. «Вот ты и стал монахом. Живи теперь один, чтобы испытать искушения от демонов». Проведя так год, Павел удостоился благодати на бесов и на болезни. Как-то раз Антонию в числе прочих привели одного, особенно люто одержимого бесом: в него вселился самый старший демон, который хулил даже небеса. Взглянув на бесноватого, Антоний говорит тем, кто его привел: «Это не мое дело, ибо не удостоен власти над главным чином бесов, а Павла». И вот Антоний ведет их к Павлу и говорит: «Авва Павел, изгони беса из этого человека, чтобы он вернулся восвояси здоровым». Павел говорит ему: «А что же ты?». Антоний говорит: «Мне недосуг, у меня есть дело». И, оставив его, опять пошел в свою келию. Старец поднимается и, горячо помолившись, говорит бесноватому: «Авва Антоний сказал — выйди из этого человека».
А бес начал выкрикивать поношения, говоря: «Не выйду, злодей!». Тогда Павел милотью [мантией, плащом] ударил его по спине и сказал: «Выйди, говорит тебе авва Антоний». А бес опять еще пуще стал поносить Антония и его самого. Наконец, Павел говорит ему: «Выйдешь, а не то я пойду скажу Христу. Свидетельствуюсь Иисусом, если ты не выйдешь, я пойду скажу Христу, и тогда тебе будет худо». Бес снова стал изрыгать хулу, крича: «Не выйду!». Тогда Павел разгневался на беса и в самый полдневный зной вышел из келий, а египетская жара — пещь вавилонская. Стоя в горах на камне, он молится и говорит так: «Ты видишь, Иисусе Христе, распятый при Понтии Пилате, что не сойти мне с этого камня, не есть и не пить до смерти, если ты не изгонишь злого духа из этого человека и не освободишь его». Не успели уста Павла произнести эти слова, как бес воскликнул: «О, какая сила, меня изгоняют! Простота Павла изгоняет меня, и куда мне деться?». Злой дух тотчас вышел и, претворившись в огромного дракона семидесяти локтей, пополз к Чермному морю, дабы сбылось реченное: «Явленную веру возвестит праведный».8
Таково чудо Павла, всей братией прозванного простым.

Крестьянин, уходивший на заработки

Албанская сказка

Крестьянин, уходивший в чужие страны на заработки, возвращался домой. Немного не дойдя до родной деревни, встретил он на дороге корчмаря.
— Здравствуй! — обрадовался крестьянин старому знакомому. — Ну, расскажи, как дела, как вы тут поживаете? Дома у меня все в порядке?
— Здравствуй, добро пожаловать в родные края! — ответил корчмарь. — Дома у тебя, слава богу, все в порядке. Живут, как у Христа за пазухой. Грех на бога роптать. Только вот собака у вас недавно издохла.
— Жалко. А что случилось с собакой?
— Мяса объелась.
— Где же она взяла столько мяса, чтобы объесться?
— Так у вас же волы пали, мяса было хоть отбавляй.
— Как волы пали? Почему они пали?
— Надорвались. Тащили надгробный камень на могилу хозяйки, надорвались и пали.
— Какой надгробный камень? Разве она умерла, моя жена?
— Так ведь у нее брат умер, Суло, она день и ночь по нему плакала, а потом и сама умерла.
— Как же так? Выходит, у меня теперь никого больше нет? И дом стоит с заколоченной дверью?
— С какой заколоченной дверью? О чем ты говоришь? Дверь вообще не закрывается. Я забрал дом за долги и там, где у тебя раньше висели старые ружья, развесил бурдюки с вином, так дверь теперь день и ночь открыта, народ, сам понимаешь, идет и идет.

Барсук и лиса

Боснийская сказка

Повстречались как-то лиса и барсук на дороге, и спрашивает лисица:
— Куда путь держишь, барсучище?
Отвечает барсук:
— Да вот иду искать себе в товарищи мудреца — такого, чтоб он разумным советом мог меня из любой беды выручить. Например, про твою премудрость, тетушка, много я наслышан. Слава о тебе по всему свету идет, даже в песнях и то тебя воспевают!
— Скажи-ка ты мне, барсучище, — говорит лиса, — сколько ты хитростей придумал, которые из беды тебя выручить могут?
— Признаться, я придумал три хитрости. Отменные хитрости, замечу я тебе. А теперь ты мне скажи, сколько хитрых уловок, которые могут от любого несчастья избавить, изобрела ты сама?
— Девять уловок, — отвечает лиса.
Барсук так и подскочил от восторга! — Тебя-то мне и нужно в товарищи! У тебя девять уловок да у меня три, значит, никакой черт нам не страшен. Давай, лиса, побратаемся!
— Ладно! — согласилась лиса, и пошли они вместе. Да только у лисы одно баловство на уме — все бы ей взад-вперед через дорогу перепрыгивать, да перекувыркиваться, да скакать туда-сюда. И понятно, попалась она в капкан. Попалась и молит барсука:
— Эй, барсучок, побратим дорогой! Стряслась со мной лихая беда! Что мне теперь делать? Выбери из своих хитрых способов какой-нибудь похитрее, авось да и пособишь мне в моем несчастье.
— Не стану я тебя выручать! Сама ты себя погубила!
А лиса не унимается:
— Милый барсучок! Любезный мой братик! Не дай мне пропасть! Посоветуй, как из неволи вырваться!
Отвечает барсук:
— Если бы не побратались мы с тобой, лиса, ни за что бы я тебя не стал из беды выручать. Но теперь, так и быть, дам совет. Как только приблизится к тебе тот человек, что капкан ставил, ты и начни о его ноги тереться да ластиться к нему. Человек подумает, что ты ручная, и выпустит тебя. Да смотри сразу не удирай, не то пристукнет тебя человек чем ни попадя; тогда не стоило и труда из капкана вырываться. Ты сперва пойди за человеком, а потом улучи минутку — и беги со всех ног.
Не успели барсук с лисой толком переговорить, глядь — человек идет. Увидел его барсук и бросился в кустарник — поминай как звали! А лиса осталась человека дожидаться. Вот подошел мужик к лисе, и она стала к нему ластиться, о ноги тереться. Решил мужик, что лиса ручная, выпустил ее, наладил капкан и домой побрел. Лиса за ним вдогонку затрусила, а возле первой же рощицы задала стрекача. Только ее и видели. Обернулся мужик лисицы и след простыл.
— Ну, ладно, плутовка, во второй раз тебе уж от меня не улизнуть!
Слонялась как-то лисица по лесу, да и угодила опять в тот же самый капкан. И вот прикидывает и так и сяк, — неужели нельзя извернуться. Вдруг откуда ни возьмись барсук, и к лисе:
— Что с тобой, тетушка, приключилось?
— Да вот, побратим, снова я в капкан попалась! Прошу тебя — помоги. У тебя ведь еще два хитрых способа про запас остались, научи меня одному. Может, мне удастся из капкана вырваться.
— Хорошо! — говорит барсук. — Притворись мертвой, человек и отшвырнет тебя прочь! Да смотри не вскакивай сразу! Дождись, покуда он станет капкан заряжать, вот тогда и беги!
В скором времени приходит мужик. Увидел он дохлую лису, вытащил ее из капкана и отшвырнул в сторону. Стал капкан заряжать, а лиса вскочила на ноги и была такова. Оглянулся мужик — да куда там, лиса уж в гору трусит рысцой. Покачал он головой да пробурчал что-то сквозь зубы, а барсук глаз с него не сводит, наблюдает из-за кочки. Наладил человек капкан и побрел домой.
Время шло, и вот однажды, на беду свою или на счастье, попался и барсук в злополучный капкан. Лиса между тем следила за ним из-за куста и, как увидела барсука в ловушке, стала над ним потешаться. Бедняга барсук и ну ее упрашивать:
— Ради бога, сестричка, у тебя ведь есть девять хитрых уловок, открой мне одну, помоги спастись!
А лиса недаром известна вероломством своим и ответ дала, словно ножом полоснула:
— Ого! Вот это мне нравится! Раньше я все страдала, а ты на мои муки со стороны смотрел, а теперь сам помучайся да мозгами пошевели! Свои хитрые уловки я лучше на черный день для себя приберегу.
Выслушал барсук лисицыны слова и проговорил жалобным голосом:
— Подойди ко мне поближе, сестрица! Давай хоть попрощаемся друг с другом напоследок, — знать, конец мой пришел!
Лиса поверила барсуку. Подползла к нему, а барсук рванулся словно бешеный и схватил ее. А тут как раз идет тот самый мужик, от которого лиса дважды убегала. Увидел он, что творится возле его капкана, и крикнул:
— Держи ее, барсук, пока я не подоспею. Я тебя отпущу, а с лисой-обманщицей сведу свои счеты!
Барсук дождался человека и сдал ему на руки лису. Человек выпустил барсука на волю, а лисице топором вдолбил в голову все ее девять хитрых уловок.

Моисей-эфиоп

Византийская легенда

Некто по имени Моисей, чернокожий эфиоп, был рабом одного сановника. Господин прогнал его от себя из-за его великого своенравия и воровства, ибо рассказывали, что Моисей дошел и до смертоубийства. Мне должно говорить и о злых делах Моисея, чтобы показать, какова была после добродетель его покаяния. Рассказывали даже, что Моисей был главарем разбойничьей шайки. Нрав его виден в том, что, желая отомстить одному пастуху, который однажды вместе со своими собаками помешал ему ночью в каком-то деле, Моисей, чтобы убить пастуха, обходит место, где тот пас свои стада. Ему донесли, что пастух на том берегу Нила, и, так как река разлилась и была около мили в ширину, он зажал в зубах нож, повязал вокруг головы хитон и так переплыл реку.
Пока Моисей плыл, пастух успел спрятаться, зарывшись в песок. И вот, зарезав четырех отборных баранов и связав их веревкой, Моисей тоже вплавь вернулся назад. Придя в какую-то хижину, он разделал баранов, лучшее мясо съел, и продал шкуры, чтобы купить вина, и выпил целую сайту, а она равняется примерно 18 италийским секстариям, и ушел за 50 миль туда, где находились его сотоварищи.
Этого столь закоренелого разбойника подвигнул наконец какой-то случай удалиться в монастырь, и таково было его покаяние, что вскоре Моисей привел ко Христу и самого с юных лет сообщника в злых своих делах, диавола, согрешавшего вместе с ним. Рассказывают, что в те времена разбойники, не зная, кто он, напали однажды на Моисея, когда он отдыхал в своей келии. Было их четверо. Он связал их всех и, взвалив на плечи, словно мешок соломы, принес в собрание братьев, сказав: «Мне нельзя никому причинять вред, что повелите с ними делать?».
Так разбойники покаялись и, узнав, что это тот Моисей, который некогда был известен и знаменит среди разбойников, восславили бога и тоже отверглись мира, потому что обратился сам Моисей, рассудив так: «Если он, столь сильный муж и славный разбойник, убоялся бога, зачем же нам откладывать свое спасение?».
На этого Моисея восстали демоны, стараясь ввергнуть в привычный ему блудный грех. Так они его искушали, рассказывал он, что едва не свели с избранного пути. И вот, представ перед Исидором великим, подвизавшимся в Ските, он поведал ему о прении, которое имел с демонами. И Исидор говорит ему: «Не печалься — это высший чин демонов, и потому они с великой силой теснят тебя, что жаждут того, к чему привыкли. Ведь как пес, который привык не уходить со съестного рынка, когда же рынок закроют, и никто ему ничего «не даст, не идет туда и близко, так и демон, если ты будешь тверд, отчаявшись, отступится от тебя». И вот Моисей ушел и с того часа стал вести более суровую жизнь, особенно же воздерживался от пищи, и ничего не ел, кроме двенадцати унций сухого хлеба, исполнял тяжелую работу и творил пятьдесят молитв. Но, изнурив тело, он продолжал пылать и видеть грешные сны.
Снова он явился к какому-то другому святому и говорит ему: «Что мне делать — грешные видения души, привыкшей к наслаждению, мрачат мне ум?». Тот говорит ему: «Ты не отвратил мыслей своих от подобных видений и потому покоряешься им. Бодрствуй и бессонно молись и тотчас освободишься от них». Моисей, услышав это наставление, вернулся в свою келию и дал обет всю ночь проводить без сна и на ногах. И вот, оставаясь в келии около шести лет, он все ночи стоял посеред келии и молился, не смыкая очей, но не мог одолеть соблазна. Тогда он опять положил себе жить иначе, и, выходя по ночам, шел к келиям старцев и великих подвижников, и брал водоносы их, и тайно наполнял водой.
Ибо отшельники носят воду издалека — одни за две мили, другие за пять, третьи за полмили. В одну из ночей демон подстерег Моисея, и, не в силах обороть, ударил палкой по чреслам, когда тот наклонился над колодцем, и оставил бездыханным, и Моисей не понимал ни того, что претерпел, ни того, от чьей руки. На другой день кто-то пришел зачерпнуть воды, и нашел его лежащим там, и сказал великому Исидору, пресвитеру Скита. И вот тот поднял Моисея, и отнес в церковь. И около года Моисей так хворал, что тело его и душа с трудом оправились. И великий Исидор говорит ему: «Перестань, Моисей, сражаться с демонами, ибо и мужеству и подвигу положена мера». Тот говорит: «Не перестану, пока не оставит меня диавольское наваждение». Исидор говорит ему: «Именем Иисуса Христа да пропадут видения твои. Приобщись спокойно святых тайн. Дабы ты не тщеславился, что оборол страдание, должно тебе подчиниться». Моисей возвратился в свою келию. Около двух месяцев спустя спрошенный Исидором, он ответил, что более уже не терпит страданий. Моисею дарована была такая благодать на демонов, что он страшился их менее, чем мы простых мышей.
Такова жизнь Моисея эфиопа, который был причтен к лику великих отцов. Он скончался семидесяти пяти лет, будучи в Ските пресвитером, и оставил после себя семьдесят учеников.

Сказка о Мазлуме

Албанская сказка

Как-то рано утром отправился крестьянин обрабатывать свое поле вместе с женой, сыном и дочерью. Наступил полдень, и крестьянин сказал дочери:
— Сходи-ка, дочка, домой, принеси нам чего-нибудь поесть.
Девушка пришла домой и стала собирать обед. Взгляд ее случайно упал на сосуд из тыквы, в котором в жару хранят воду, чтобы она оставалась холодной. Сосуд был подвешен к стене. Девушка подумала:
— Скоро отец выдаст меня замуж, а потом я рожу мальчика. А уж если я рожу сына, то обязательно дам ему имя Мазлум. Потом Мазлум встанет на ножки, начнет ходить, пойдет вдоль стены, а в это время тыква сорвется, упадет и пришибет моего Мазлумчика насмерть.
И девушка расплакалась. В поле она больше не пошла, осталась дома, сидит и плачет навзрыд:
— Мазлум, сыночек мой! Мазлум, сыночек мой!
Ее брат, работавший в поле, сказал матери:
— Сходи домой и посмотри, почему сестра не возвращается и не несет нам обед?
Мать пришла домой и видит, что дочь сидит и горько плачет.
— Что случилось, дочка? — спросила, испугавшись, мать.
Дочь рассказала, какие мысли пришли ей в голову. Мать уселась рядом и тоже разрыдалась, приговаривая:
— Да как же это случилось-то?! Мазлум, внучек мой! Мазлум, внучек мой!
Время идет, а они сидят себе, плачут и причитают в два голоса:
— Мазлум, сыночек мой! Мазлум, внучек мой!
В поле сын сказал отцу:
— Сходи, отец, домой, взгляни, почему мать с сестрой не возвращаются и не несут нам обед? Может, случилось что?
Пришел крестьянин домой и видит: жена с дочерью сидят и плачут навзрыд. Он испуганно спросил:
— Что случилось, почему вы плачете?
Жена с дочерью рассказали ему о Мазлуме. Бедный старик, услышав о таком несчастье, тоже разрыдался:
— Мазлум, внучек мой маленький! Как же это случилось-то? Мазлум, внучек мой!
Все трое остались дома и в поле больше не пошли.
Недолго проработал в поле и юноша. Напрасно прождав отца, он стал еще больше беспокоиться и поспешил домой, а когда увидел, что отец, мать и сестра сидят и плачут, очень испугался и решил, что произошло какое-то несчастье.
— Почему вы плачете? — спросил он с замиранием сердца.
Домашние рассказали ему всю эту историю о том, как сосуд из тыквы упал и убил маленького Мазлума. Юноша страшно рассердился.
— Если не найду трех дураков глупее вас, так и знайте — вернусь домой, убью! — крикнул он, сорвал со стены тыкву, в бешенстве изрубил ее топором на мелкие куски и ушел из дому искать трех дураков, которые были бы глупее его родных.
Идет по дороге и видит: стоит бедная и ветхая лачуга без окон, а вокруг нее ходит старик с ножом в руке и время от времени ковыряет им стену то в одном, то в другом месте. Юноша очень удивился и спросил:
— Что ты делаешь, отец?
Старик ответил:
— Ох, сынок! Вот уже семьдесят лет, как я живу в этой лачуге, а еще ни разу не видел в ней солнечного света. Хоть бы раз лучик солнца прорвался вовнутрь! Вот и ковыряю ножом стену, думаю, может быть, хоть перед смертью увижу в своем доме солнечный свет, да, видно, не судьба.
Юноша сказал:
— А что ты мне дашь, если я исполню твоё желание?
— Я дам тебе денег, — ответил старик.
Тогда юноша взобрался на крышу и на самой ее верхушке сделал большое отверстие. Лучи солнца сразу же осветили темную лачугу. Старик на радостях дал юноше денег и с почетом, с похвалами проводил его в дорогу. А юноша подумал:
— Одного дурака нашел, интересно, найду ли еще двоих?
Идет он дальше и видит сватов с невестой, которые остановились у ворот дома жениха. Невеста, как ей и положено, богато убранная, сидит на лошади. Но ворота такие низкие, что она никак не может проехать, и сваты жениха и невесты, сгрудившись возле нее, спорят, как быть: то ли невесту разрубить и укоротить вполовину, то ли отрубить ноги у лошади?
Юноша, поняв, что невесте угрожает серьезная опасность, подошел к сватам и сказал:
— Я берусь ввести невесту во двор жениха верхом на лошади, не укорачивая вполовину ни ее, ни лошадь! Что вы мне за это дадите?
Сваты ответили:
— Мы дадим тебе за это много денег!
Тогда юноша подошел к невесте, стукнул ее между лопатками, пригнул ей голову к холке лошади, и она проехала под аркой ворот. Отец жениха и сваты очень обрадовались. Они хвалили и благословляли юношу, дали ему много денег и пригласили на свадьбу.
Ночью после свадьбы юноша вместе с другими гостями улегся спать. Только стал засыпать, вдруг слышит, как в соседней комнате кто-то изо всех сил стучит ногами об пол. Долго он ворочался, но заснуть так и не смог, потому что стук продолжался. Не выдержав, юноша встал и спросил родственников жениха:
— Кто так стучит в соседней комнате?
Родственники жениха ответили:
— Жених обязательно должен надеть подштанники из приданого невесты, когда его впервые к ней отводят. В наших краях такой обычай.
— Хорошо, — ответил юноша, — но зачем же так стучать об пол? Весь дом дрожит от стука.
Родственники ответили:
— А никто и не стучит. Это он подпрыгивает, чтобы попасть в штанину, их же две, попробуй попади!
Юноша спросил:
— Можно мне пойти посмотреть, как жених надевает подштанники?
— Можно, — ответили ему.
Вошел юноша в комнату жениха и видит: тот держит в руках подштанники и подскакивает, но попасть ногами сразу в обе штанины никак не может.
— Послушай, что я тебе скажу, — обратился к нему юноша. — Ты брось скакать, а сделай лучше так: подними одну ногу и продень ее в штанину, потом подними вторую ногу и продень ее во вторую штанину, а уж потом тяни подштанники кверху!
Жених сделал так, как ему посоветовал юноша, и сразу же, причем без всякого труда надел подштанники из приданого своей невесты!
Родственники жениха очень благодарили юношу и хвалили за ум:
— Спасибо, что ты научил нас, как они надеваются, теперь мы хоть будем знать, а то в наших краях как свадьба, так одно мученье обрядить жениха!
На другой день жених, его родственники и гости с почетом проводили юношу в дорогу. А он подумал:
— Спаслась моя семья: нашел дураков еще глупее их.
И, успокоившись, вернулся домой.

Семь лет с белой змеёй

Словенская сказка

Жил-был на свете маленький мальчик, он часто ходил в лес по дрова. Проходил он раз мимо глубокой ямы, поскользнулся и упал в нее. А яма та кишмя кишела змеями. Была у них своя королева — белая змея, со сверкающим алмазом на голове. У мальчика душа ушла в пятки от страха, но змеи его не тронули. Скоро он к ним привык, только очень уж есть хотелось. Тут увидел он, что змеи лижут какой-то камень, и тоже стал его облизывать, и сразу голода как не бывало. Так он прожил со змеями семь долгих лет. Раз змеиная королева и спрашивает его:
— Сынок, поди хочется тебе домой?
— Еще бы! — отвечает мальчик. — Да ведь отсюда никак не выбраться.
— Уж так и быть, помогу тебе, только смотри никому про нас не сказывай, не то худо тебе придется!
Мальчик поклялся змеиной королеве не выдавать змей, потом сел ей на хвост, и она выбросила его из ямы.
Мальчик радостный пошел домой. Родные очень удивились — они думали, что его давно уже нет в живых — и давай его расспрашивать, где он столько времени пропадал. Долго мальчик отмалчивался, да они так привязались, что сдался он наконец и рассказал про жизнь свою у белой змеи. Родные пуще прежнего дивятся, опять ему покою не дают — покажи да покажи им ту яму. Уж очень всем любопытно было на змеиную королеву поглядеть.
Подошли к яме. Мальчик взобрался на десятый от ямы бук и громко свистнул. Свистнул раз — никого, свистнул другой — опять никого, свистнул третий раз — из ямы высунулась королева, белая змея, с алмазом на голове, и печально так проговорила:
— Сынок, сынок, ведь ты поклялся не выдавать меня!
А потом велела всем отойти подальше — ей, мол, нужно еще разок потолковать с мальчиком. Только все отошли, как она взметнется, да и повалила девять буков, только десятый, на котором сидел мальчик, не смогла свалить. Его счастье, что влез он на десятое дерево, не то худо бы ему пришлось.

Подвиг блаженного Нафанаила

Византийская легенда

Был там некто другой из старшего поколения по имени Нафанаил. Его я уже не застал в живых, ибо он почил за пятнадцать лет до моего прихода, но, встретившись с теми, кто подвизался и жил вместе с ним, я расспрашивал о добродетели этого мужа. Мне показали и его келию, в которой никто больше не живет, ибо теперь она недалеко от поселений, а построил он ее, когда отшельников здесь было немного. И вот что мне рассказывали о нем: Нафанаил постоянно пребывал в своей келии и не отступал от этого правила. Тогда-то в первый раз его стал обольщать демон, который всех обольщает и вводит в соблазн, и Нафанаил решил оставить свою первую келию. И, уйдя, он построил другую ближе к селению. Спустя три или четыре месяца как келия была готова и Нафанаил в ней поселился, ночью является диавол с бичом, как у палача, в обличии одетого во вретище воина и начинает громко хлопать своим бичом. Блаженный Нафанаил ответил ему и стал говорить: «Кто ты, который творит это в моей келии?». Демон отвечал: «Я тот, кто изгнал тебя из прежней келии, и вот я пришел заставить тебя бежать и из этой». Нафанаил, поняв, что был прельщен, возвратился в первую свою келию. И 37 лет он не переступил ее порога и противился демону.
А тот столько всякого сделал праведнику, принуждая его выйти из келии, что невозможно рассказать о том. Среди прочего было и такое: дождавшись прихода семерых святых епископов, которые прибыли то ли по предусмотрению божию, то ли по диавольскому искушению, диавол едва не заставил блаженного отступить от обета. Когда епископы после посещения Нафанаила выходили из его келий, он не сделал ни шага, чтобы проводить их. Диаконы говорят ему: «Ты надменно поступаешь, авва, что не провожаешь епископов». Он же говорит им: «Я умер и для владык моих епископов, и для всего мира. У меня есть сокровенная цель, и бог ведает сердце моё, потому и не провожаю их». Диавол, потерпев тут поражение, за девять месяцев до кончины святого преображает облик свой и принимает вид мальчика лет десяти, погонщика осла, везущего корзину с хлебами. Поздним вечером оказавшись вблизи келий Нафанаила, диавол сделал так, что осел упал, а ребенок стал кричать: «Авва Нафанаил, смилуйся надо мной и подай мне руку». А праведник услышал голос мнимого мальчика, отворил дверь и, стоя в келии, стал говорить ему: «Кто ты и чего хочешь от меня?». Он говорит: «Я — прислужник такого-то брата и везу хлебы, ибо у него вечеря любви, и наутро в субботу нужны будут приношения. Молю, не оставь меня, чтобы меня не растерзали гиены, ибо в местах этих много гиен». Блаженный Нафанаил молча стоял, смущенный сердцем, и рассуждал в уме своем, говоря: «Я должен преступить либо заповедь господню, либо свое правило». Однако он положил, что лучше в посрамление диавола не нарушать правила, которое соблюдал столько лет, и, сотворив молитву, говорит позвавшему его мнимому отроку: «Послушай, дитя. Я верую, что бог, которому я служу, в нужде твоей пошлет тебе помощь, и не причинят тебе вреда ни гиены, ни что другое. Если же ты — искуситель, это откроет мне бог». И, затворив дверь, он отошел в глубину келии. Демон, посрамленный поражением, скрылся в вихре и шуме, какой поднимают скачущие и бегущие онагры. Таков подвиг блаженного Нафанаила, таково житие, таково скончание дней праведника.

Король и крестьянин-лекарь

Албанская сказка

Жили-были король с королевой, и была у королевы служанка, вредная и хитрая баба. Служанка королевы очень не любила своего мужа и всегда старалась причинить ему зло.
Когда жена короля была на сносях, королю захотелось узнать, кто у них родится, сын или дочь. Собрал он лекарей со всей страны и приказал им:
— Узнайте, кто родится у нас с королевой, мальчик или девочка. Я хочу знать это заранее.
Бедняги-лекари прикидывали и так и эдак, но определить ничего не смогли. Они ответили королю:
— Не знаем мы, ваше величество, кто родится у королевы, мальчик или девочка.
Король рассердился:
— Вы очень плохие лекари! Мне не нужны такие лекари! И никому в моем королевстве не нужны такие плохие лекари!
И он велел бросить их всех в темницу.
Зловредная служанка королевы, узнав, какая участь постигла несчастных лекарей, прибежала к королю и сказала:
— Ах, ваше величество, я хочу сообщить вам приятную новость: мой муж лекарь и вообще человек очень сведущий, но очень уж скромный и потому скрывает свои знания и умение. Уж он-то непременно определит, кого родит королева, мальчика или девочку. Прикажите его позвать.
Король велел немедленно привести во дворец мужа служанки. А тот был крестьянином, умел обрабатывать землю и сеять хлеб, но ничего не понимал во врачевании. В отличие от своей жены он был человеком справедливым и доброжелательным. Он прекрасно понимал, что это козни его жены, и очень боялся идти во дворец, но делать нечего, раз король велел явиться, пришлось явиться.
Во дворце король привел крестьянина к королеве и приказал:
— Определи, кого родит королева, сына или дочь.
Крестьянин перепугался еще больше и подумал, что теперь ему не избежать виселицы. Он не знал, как выйти из положения, но все же сказал:
— Ваше величество! Это ведь как сказать и как посмотреть на дело, но, по моему мнению, как мне кажется, если взглянуть на королеву с одной стороны, то будет сын, а если посмотреть с другой стороны, то совсем напротив того, будет дочь. Короче говоря, двое детей будет, мне кажется.
Хорошим людям помогает бог. Прошло десять дней, и королева родила двоих детей, сына и дочь. Счастливый король позвал мужа служанки и на радостях сказал ему:
— Что ты хочешь в награду? Проси, я все дам.
Крестьянин ответил:
— Ничего мне не надо, но прошу тебя, освободи из темницы лекарей.
Король сказал:
— Этого не будет. Такие плохие лекари никому не нужны. А денег проси у меня, сколько хочешь.
Но крестьянин отказался взять деньги, а королю сказал:
— Побеседуй об этом деле с королевой, ваше величество, а я тем временем постою здесь и подожду.
Король отправился в покои королевы, и та уговорила его выполнить просьбу крестьянина и отпустить на волю лекарей. Король так и сделал, а самого крестьянина щедро наградил.
Служанка королевы лопалась от досады: хотела навредить мужу, а получилось наоборот.
Король содержал недалеко от дворца больницу для своих подданных. Народу там набралось столько, что больница уже не вмещала всех страждущих, а вылечить их никто не мог, не было такого лекарства. Что им ни давали: настойки разных трав и кореньев, порошки, капли, они лишь охали да стонали, но не поправлялись. Король измучился с этими больными, ведь их надо было не только лечить, но еще содержать и кормить.
Однажды служанка королевы, хитрая ведьма, сказала королю:
— Ваше величество! Позови моего мужа, он мигом их вылечит.
Король вспомнил мужа служанки, очень обрадовался и велел его немедленно позвать. Когда крестьянина прямо с поля, где он пахал и сеял, привели к нему, король велел переодеть его в богатый костюм придворного лекаря и пошел с ним в больницу.
По дороге крестьянин, дрожа от страха, повторял про себя:
— Ах, жена, жена, что ты наделала! Как же мне теперь быть, как спастись от этой напасти?!
Вошли они в больницу, король показал крестьянину всех больных и спросил:
— Какое лекарство дать им, чтобы они вылечились?
Крестьянин, богато одетый, напустил на себя важный вид и громко ответил:
— Ваше величество, для того, чтобы их вылечить, нужно зарезать десять человек из тех, кто поздоровей, и мясом их накормить остальных, тогда они все поправятся.
— Хорошо, — сказал король, — выбери из них десять человек, которые поздоровей, и я прикажу их зарезать.
Крестьянин обратился к тому больному, который лежал к ним ближе всех, и сказал:
— Ты мне кажешься поздоровей остальных. Начнем с тебя. Зарежьте его.
— Я не только поздоровей остальных, я вообще здоров, — ответил больной, вскакивая с постели. — Мне здесь делать больше нечего.
Он быстро оделся и бегом направился к выходу.
Тогда крестьянин обратился к следующему больному:
— Ты мне тоже кажешься поздоровее остальных. Сейчас мы тебя зарежем.
— Что ты, что ты! — закричал больной, спрыгнул с постели и, схватив одежду, помчался на улицу.
— И ты выглядишь намного лучше других, — обратился крестьянин к третьему больному. — Придется тебя зарезать.
Но больной уже собирал свои вещи и, даже не одевшись как следует, побежал к выходу.
В больнице поднялась суматоха, все повскакали с постелей, кое-как одевались и бежали прочь, а король с крестьянином обходили ряды кроватей и высматривали тех, кто поздоровей. Не прошло и получаса, как больница опустела. Осталось в ней лишь несколько человек, которые не могли уже ни встать, ни пошевелиться, так как находились на пороге смерти.
Король был в восторге от нового лекаря, такого многоопытного и сведущего. С тех пор он поселил его во дворце и обходился с ним не хуже, чем с принцами крови.

Белая змея

Словенская сказка

Белая змея — прародительница и королева всех других змей. Но белой она становится только в глубокой старости. Голова у нее круглая, как у кота, а на темени сверкает корона с огромным алмазом. И такое от него идет сияние, что четыре портных могут шить всю ночь без всякого иного света. Кто добудет тот алмаз, всю жизнь будет удачлив и счастлив. Многие пытались завладеть этим камнем, но добыть его не так-то просто: белая змея, повелительница всех змей, очень коварна, живет она всегда в больших змеиных норах и редко выползает из них на вольный свет.
Жил некогда один охотник на змей — он собирал змеиный жир. Набрел он раз высоко в горах, в буковом лесу, на большое змеиное гнездо, решил наловить здесь гадюк и натопить змеиного жира. А как змей там было видимо-невидимо, то взял он с собой в помощники товарища. Вот пришли они в горы. Охотник выбрал подходящее место, выломал в кустах орешника прут. Очертил окрест себя круг, приготовил свою снасть и взял в руки дудку, чтоб подманить змей. Товарищ очень боялся белой змеи, он тут же выбежал из круга и влез на девятый от него бук. Охотник заиграл на дудке, и в круг со всех сторон поползли змеи: коричневые, пестрые, полосатые — каких там только не было! И все положили голову на черту. Вдруг приползла белая змея, тоже положила голову на черту, потом взмахнула хвостом, и вмиг все змеи кинулись на охотника, да так его искусали, что он тут же упал и помер. Если б товарищ не укрылся на девятом буке, ему бы тоже несдобровать.

Жизнь и деяния святых бессребреников Космы и Дамиана

Византийская легенда

Во дни царствия господа нашего Иисуса Христа к скончанию пришло всякое заблуждение и почитание демонов. Во времена те жила некая благочестивая-и богобоязненная женщина по имени Феодота. Все дни жизни своей она придерживалась всяческого благочестия и, живя по заповедям божиим, родила святых Коему и Дамиана. Когда они родились, блаженная Феодота растила их во всяческом благочестии и обучила священному писанию. А дух святой вразумил врачебной науке, чтобы исцеляли по слову евангелия «всякий недуг и всякую немощь не только в человеках, но и в скотах», так что исполнилось реченное пророком: «Человеков и скотов хранишь ты, господи». А недуги, которые врачевали святые Косма и Дамиан, таковы: именем Иисуса Христа слепым они возвращали зрение, хромым способность ходить, увечных делали здоровыми, изгоняли демонов и по дарованной им благодати исцеляли всякую немощь в теле человеческом. За врачевание никогда не брали они ни с кого мзды: ни с богатого, ни с бедного, исполняя заповеданное Спасителем: «Даром получили, даром давайте».
В дни те жила некая женщина по имени Палладия, прикованная к постели недугом. Она истратила все деньги, но не получила облегчения от ходивших к ней врачей. Услышав о врачевании и исцелениях, которые совершали Косма и Дамиан, она, обратившись к ним с верой, попросила прийти к ней. А святые рабы Христовы Косма и Дамиан, увидев веру ее, с готовностью пришли и помогли ей. Когда женщина узнала, что исцелилась благодаря их помощи и приходу, она восхвалила бога, даровавшего им венец целений; зная же, что они никогда не брали ни с кого мзды, ни с богатого, ни с бедного, ибо исполняли заповеданное Спасителем, Палладия украдкой подносит святому Дамиану три яйца; когда же он отказался их принять, женщина пала перед ним на колени и уговаривала его со страшными клятвами, и святой Дамиан взял от нее те три яйца, чтобы не пренебречь клятвой, ибо женщина закляла его господней силой. Святой Косма, узнав об этом, весьма опечалился тем, что брат его взял те три яйца, и велел после своей смерти похоронить врозь с ним. Той ночью господь во сне явился своему слуге Косме, говоря: «Зачем ты так сказал? Брат твой взял те три яйца не как мзду, но взял их, будучи заклят моим именем, не смея пренебречь клятвой, ибо женщина закляла его именем моим».
Когда братья явили множество чудес и знамений, святой Дамиан почил в мире и удостоился венца вместе со всеми святыми. Святой Косма совершал исцеления не только в городе, но и в пустынях призревал на бессловесных, так что все твари, страдающие каким-нибудь недугом, шли за ним следом. Придя в одну местность, он увидел верблюдицу, покалеченную диаволом, и призрел на нее, и уврачевал, и отпустил восвояси. Явив множество чудесных исцелений и знамений в пустынях и в городе, святой Косма тоже почил и удостоился венца со всеми угодниками Христовыми. Великая толпа стекалась к его останкам. Люди сомневались, не зная, где и как похоронить святого, но вдруг прибежала верблюдица, крича и человеческим голосом говоря: «Люди божий, вы видели множество чудес и знамений святых и славных рабов Христовых Космы и Дамиана, и не только вы, но и мы, твари, данные вам в услужение. Потому, благодарная им, как все, я прибежала возвестить вам, что господь дал слуге своему Косме откровение — братья не должны быть разлучены друг с другом, но покоиться рядом». Весь народ, окружавший останки святого, услышав это, воздал хвалу богу, открывшему тайну через бессловесную тварь, наделенную человеческой речью; Косму похоронили рядом с братом в месте, называемом Фереман. Эти братья по крови и по вере до сего дня продолжают совершать исцеления.
Когда их похоронили в месте, называемом Фереман, некий живший там землепашец во время жатвы пошел работать на свое поле. Страдая от жары, он скрылся под деревом, чтобы там найти прохладу. Когда землепашец крепко заснул, в открытый рот ему вползла змея и попала в желудок его. Он проснулся и, не зная о случившемся, поспешил на поле работать. Вечером он возвратился в дом свой, и домашние, приготовив ему еду, поставили перед ним, и он поел, и попил, и лег спать на постелю свою. Только землепашец заснул, змея стала терзать ему внутренность, а он закричал. Все пробудились, и оглядывали его, и не могли понять, какая ему приключилась болезнь. Землепашец же вскричал громким голосом, говоря: «Боже святых Космы и Дамиана, помоги мне».
А так как змея еще сильнее стала терзать его, он побежал в место, называемое Фереман, где покоились святые, и вскричал громким голосом, говоря: «Боже святых Космы и Дамиана, помоги мне». Услышав это, слуги господни Косма и Дамиан навели на землепашца глубокий сон, чтобы изгнать из него начальника зла, диавола в образе змеи, той же дорогой, которой он вошел. Когда святые стали изгонять змею, она высунулась изо рта его, чтобы выйти. Весь народ видел это чудо, сотворенное святыми. Когда же змея целиком вышла, человек тот проснулся и вскричал, говоря: «Пусть никто не поднимет руку на змею, ибо ей приказано уйти в геенну». При этих словах его змея исчезла.
Был некто по имени Малх. Он постоянно пребывал в храме святых Космы и Дамиана и видел чудеса, творимые ими. Собираясь в далекий путь, он пришел в дом свой и сказал жене своей: «Пойдем в храм святых Космы и Дамиана». Она же, услышав это, охотно последовала за мужем. Когда же они пришли в место, называемое Фереман, Малх сказал жене своей: «Вот, я собираюсь в далекий путь и поручаю тебя святым Косме и Дамиану. Оставайся в доме своем, и вот тебе условные слова, и, когда господь захочет, я пошлю за тобой и возьму тебя к себе».
Сказав так, этот человек отправился в путь, а жена его возвратилась в дом свой. Спустя немного дней диавол, зная условные слова, которые муж сказал жене своей, оборотился юношей и, придя к ней, предстал перед женщиной и сказал ей: «Вот, муж твой послал меня, чтобы из этого города я отвел тебя к нему». Так как она не хотела идти, диавол сказал ей условные слова. Женщина ответила ему: «Я узнаю эти слова, но не могу пойти за тобой, ибо муж поручил меня святым Косме и Дамиану. Но если хочешь, взойди в храм их и, возложив руку на престол, подтверди мне, что не сделаешь мне ничего дурного». А начальник зла, диавол, охотно согласился, решив презреть могущество святых, и, взойдя в храм, возложил руку на жертвенник и сказал: «Клянусь могуществом святых Космы и Дамиана, я не сделаю тебе ничего дурного, но, уведя отсюда, передам тебя мужу твоему». Она же, заставив его поклясться, охотно последовала за ним. Когда они пришли в какое-то место, где не ступала нога человеческая, диавол набросился на сидящую на лошади женщину, чтобы убить ее. Она воздела глаза к небу и вскричала громким голосом, говоря: «Боже святых Космы и Дамиана, помоги мне, ибо по вере в вас я последовала за этим человеком. Скорее поспешите прийти мне на помощь и спасите от руки кровожадного диавола». Когда она так вскричала, вот появились святые в образе всадников и толпа народа.
А начальник зла, диавол, увидев их, побежал к круче и бросился оттуда вниз, и все кости его рассеялись в разные стороны, и ад раскрыл пасть свою, и пожрал его, и исполнилось реченное Давидом: «Рыл ров, и выкопал его, и упал в яму, которую приготовил. Злоба его обратится на его голову, и злодейство его упадет на его темя». А слуги Христовы, Косма и Дамиан, взяв ее за руку, отвели в дом ее. Тогда они рассказывают ей: «Мы — Косма и Дамиан, в которых ты уверовала. Потому мы поспешили прийти тебе на помощь и спасти от руки кровожадного диавола». Услышав это, женщина задрожала, и простерла к ним руки, и, ликуя сердцем, сказала: «Господь, бог отцов моих, Авраама, Исаака, Иакова и их благого семени, ты умерил жар печи трем отрокам и обратил его в росу, ты спас в театре Феклу, ты, господь бог, не презрел меня, рабу свою, и избавил от руки кровожадного диавола через угодников своих, святых Косму и Дамиана. Потому восхваляю и славлю тебя, бога всяческих, ибо царствие твоё, сила и слава отца и сына и святого духа ныне и присно и во веки веков. Аминь».