Бежевая леди из Бертон-Агнес

Английская легенда

Бертон-Агнес – это знаменитый йоркширский дом, о котором ходило множество страшных историй, особенно в связи со спрятанным в нем черепом. Следующий коротенький рассказ был прислан лорду Галифаксу в 1915 году миссис Уикхэм Бойнтон, хозяйкой.

Миссис Лэйн Фокс сообщила мне, что вы интересовались, видели ли здесь привидения в течение последнего месяца, и что вы бы хотели побольше узнать об этом.
Мы пили чай в зале, когда я, внезапно подняв взгляд, увидела маленькую худенькую женщину, одетую в бежевое; она пришла со стороны сада, торопливо поднялась по ступеням и скрылась через переднюю дверь, которая, как я полагала, была открыта. Я приняла ее за жену приходского священника и сказала своему мужу, который никого не видел:
– Это миссис Коутс. Пойди и пригласи ее.
Он сразу же пошел вслед за ней, но вскоре вернулся, сообщив, что никого не увидел, а передняя дверь заперта.
Тогда мне вспомнилась старая история о бежевой даме, которая появлялась в имении. Удивительно то, что когда ее видели последний раз много лет назад, она тоже спешила по лестнице в дом, но с восточного входа. Мой отец видел ее и пошел вслед за ней внутрь, но она исчезла. Вероятно, это прародительница Гриффитов, жившая в начале семнадцатого века, чей череп все еще находится в имении, только никто не знает, где именно он замурован. Ее сестра и наследница вышла замуж за сэра Мэтью Бойнтона, и таким образом Бертон-Агнес перешел во владение этой семьи. Разумеется, мне сказали, что все эго игра воображения, тем не менее, случай показался мне любопытным.

О женщине, которая презирала мужа

Сказка амхара (Эфиопия)

Одна женщина вышла замуж за крестьянина, который был хорошим пахарем и хозяйственным человеком. Она ела инджэра из полной корзины, она готовила тэлля в огромном чане, а потом наливала его в аборе и пила. В конце концов она избаловалась и пресытилась такой жизнью. Ее сердце стало черствым, и ей захотелось чего-то необычного.
Постепенно она стала высокомерной и кичливой и своему мужу предпочла молодого деревенского бездельника. Мужа она презирала и не слушалась его. Она не хотела спать с ним в одной постели и нередко спала одна. И хоть ее муж сердился на нее, он все же терпел и продолжал жить с ней.
Однажды женщина посоветовалась со своим любовником и решила уйти от мужа. В полночь она разбудила ненавистного ей мужа и говорит ему:
— Знаешь, я сейчас видела сон.
— Какой сон? Что тебе приснилось? — спросил он ее.
— Мне приснился святой Георгий на коне с копьем и щитом. Он остановился передо мной и говорит: «Ты такая красивая, а живешь с этим уродом».
— Пожалуйста, не обращай внимания. Это же сон. Успокойся и спи, — отвечал он ей.
— Почему сон? Я на самом деле видела его. Святой Георгий на коне сам говорил мне это, — сказала она ему.
Через некоторое время они опять легли спать. Однако муж очень разгневался и никак не мог уснуть: он весь кипел от злобы. Спустя немного, когда она крепко спала, он разбудил ее и говорит:
— Послушай, а после того как ты снова уснула, какой тебе сон приснился?
— После этого мне больше ничего не снилось, — ответила она ему.
— А вот мне приснился удивительный сон. Вставай, разожги огонь в очаге, и я тебе расскажу свой сон, а ты подумай, как его надо толковать.
— Хорошо, — сказала она, встала с постели и разожгла огонь. Потом она попросила рассказать ей, что ему приснилось.
— Вдруг стало очень светло и пришел один молодой человек, лицо которого сияло как солнце. Он остановился передо мной и говорит мне: «Если той, которая спит с тобой, нравится другой, встань и отлупи ее палкой».
— Послушай, так это же сон! Ложись спать! — сказала она ему.
— У меня был не сон, а вот у тебя был сон, — сказал он и, взяв палку с набалдашником, отделал ею жену как следует.
А чтобы никто не пришел мирить их, он закрыл дверь на засов. Была полночь, и, несмотря на крики женщины, никто не пришел ей на помощь.
— Ну, перестань, пожалуйста. Сколько можно бить палкой? — взмолилась она.
Тогда он поднял голову и, увидев висящий на стене кнут, которым погоняют волов, снял его и так отхлестал ее, что у нее даже дух зашелся.
Так рассказывают.

Притворщицы

Португальская скзака

Жил на свете король, и были у него в свите два дворянина. Имел один из них трех дочерей, уж таких, по его словам, набожных, таких далеких от мирского. У другого была всего одна дочка, бойкая да смешливая.
Собрались как-то знатные дамы и заговорили о своих дочерях. Поблизости принц оказался. Услыхал он их речи и тотчас к королеве: одолжить у нее украшенья. Сам коробейницей переоделся и отправился к дому дворянина — родителя трех богомолок. Постучался он, слуги пошли за хозяйкой, и она ему сказала:
— Что ты, что ты! До украшений ли моим дочкам! Да у них на уме одни молитвы.
Тогда напросилась торговка к дворянину на ночлег, да непременно у девиц спать пожелала: там-де ей будет покойнее за украшенья, они ведь немалых денег стоят. Передала мать старухины речи дочкам, а те — ни в какую:
— Только старух нам и не хватало. Нам молиться нужно.
Но и мать не уступает:
— Тут она ляжет, в углу на рогожке. Упаси господь, чтоб ограбили ее в моем доме.
Вошла коробейница в комнату к девицам, легла и спящей притворилась. А глубокой ночью пожаловали три парня — возлюбленные девиц. Уходя, позабыл каждый по вещице. Углядела старуха те вещицы, схватила и была такова.
На другой день дождался принц ночи и пошел в старушечьем обличье к дому другого дворянина. Постучался, вышла к нему сама хозяйка. Коробейница — ей: при мне, мол, украшенья, не захочет ли ваша дочка на них взглянуть.
Дочка долго ждать себя не заставила — прибежала, украшенья в руках повертела, а потом сказала:
— Что-то ничего мне, голубушка, не приглянулось. А что до ночи тебя продержала, так ночуй у нас, хоть бы и у меня в спаленке.
Накормила она старуху ужином, в спальню проводила, на свою постель уложила. Улеглась торговка и спящей притворилась. А девушка кудри расчесала, богу помолилась и, скинувши сорочку, подле старухи прилегла. Только глаза она смежила — коробейница за сорочку — и была такова.
На другой день рассылает принц гонцов ко всем дворянам, велит им во дворец со всем семейством явиться. Вот приходят они, подзывает принц одного дворянина и выкладывает ему вещицу: не его ли. Дворянин ту вещицу признал и во всем перед принцем покаялся. Задал принц такой же вопрос двум другим молодцам. От такого позору богомолкам было впору сквозь землю провалиться. Настает черед сорочки. Подзывает принц ее хозяйку, а та ну хохотать. Мать ее одергивает:
— Постыдись, дочка, не пристало тут смеяться.
— Ах, матушка! Это ж принц той торговкой прикинулся и сорочку мою украл.
Принц и спрашивает:
— Не эту ли?
— Эту самую.
— Если так, получайте назад вашу сорочку и знайте, что отныне жена вы мне перед богом и людьми. А для богомолок этих велю я возвести монастырь и упрятать их туда навсегда.

Вылитый отец

Немецкий шванк из «Фацетий» Генриха Бебеля

Одну женщину, когда она только что родила сына, другие женщины стали поздравлять и, как водится, говорить ей, что сын — вылитый отец. Тогда она спросила, есть ли у него на голове тонзура.
Так она показала, что он — сын священника, и выдала свой грех.

Пара для Лжи

Еврейская притча

Узнав о повелении Ною ввести в ковчег и представителей “всякой плоти”, пришла и Ложь, стараясь прокрасться туда же. Но Ной заметил ее и сказал:
— В ковчег принимается и всякая нечистая тварь, но только “по паре”. Иди же, сперва найди себе своего суженого.
Пошла Ложь искать себе суженого, а навстречу — Проклятие.
— Откуда, — спрашивает, — идешь ты?
— Ходила я, — отвечает Ложь, — к Ною, а он говорит: “найди себе сперва пару”. Не согласишься ли ты сочетаться со мною?
— Чем же ты меня вознаградишь за это?
— А вот чем. Составим договор, чтобы все приобретаемое мною, принадлежало тебе.
На том и покончили. И с той поры все, что приобретается Ложью, становится достоянием Проклятия и гибели.

Господин из Яоани

«Заметки из хижины «Великое в малом»» Цзи Юня

Господин из Яоани был человеком строгим, сдержанным, редко кого принимал у себя дома. Однажды он беседовал с каким-то человеком, одетым в лохмотья, потом позвал моего младшего брата и сказал ему:
— Это правнук Сунь Мань-чжу. Я давно о нем ничего не слыхал, теперь вот удалось свидеться. Во время военного мятежа в конце династии Мин твоему прадеду было одиннадцать лет. Он погиб бы на чужбине, если бы не Сунь Мань-чжу. — И тут же начал строить планы, как помочь гостю.
Предостерегая моего брата, он сказал:
— Проявление чувства долга должно быть вознаграждено и без разговоров о делах и воздаянии за них.
В этих «воздаяниях за дела» ошибок не бывает.
Когда-то один человек был обязан другому жизнью. Разбогатев, он узнал, что семья его благодетеля разорилась, но отнесся к этому совершенно безразлично, будто речь шла о совсем чужих ему людях.
Прошло время, он заболел. Только было собрался принять лекарство, как вдруг, словно во сне, увидел руку своего благодетеля, протягивающего ему два письма, оба не запечатанные. Пригляделся, а это его старые письма, в которых он просил о помощи. Тогда он бросил на пол чашку с лекарством и сказал:
— Я умираю с опозданием.
Он умер в ту же ночь.

Одержимая подвижница

Византийская легенда

В этом [Тавеннисском] монастыре жила другая девушка, показывавшая себя дурочкой и одержимой; все ею настолько гнушались, что даже не сажали за один стол с собой — такое она избрала подвижничество. Она жила на поварне, выполняла всякую работу и, будучи, по пословице, посмешищем всего монастыря, на деле исполняла писание: «Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтоб быть мудрым».
Голову она повязала вретищем — все же остальные как уже постриженные носили наглавники — и так и работала. Ни одна из четырехсот сестер не видела за все годы ее жизни, чтобы эта женщина ела: она не садилась трапезовать, не брала себе и куска хлеба, но довольствовалась сметенными со столов крошками и объедками. Никогда она никого не обижала, не роптала, не говорила ни слова, ни полслова, хотя ее били, наносили ей оскорбления, ругали и сторонились.
И вот святому Питируму, мужу преславному, отшельнику, удалившемуся на Порфирит, предстал ангел и говорит ему: «Зачем превозносишься, что благочестив, а между тем живешь в столь удаленных местах? Хочешь увидеть женщину, благочестивее тебя, так ступай в женский Тавенниский монастырь и найдешь там одну женщину с повязкой на голове. Она — лучше тебя. Ведь та сталкивается с великим множеством людей, но сердцем ни разу не отступила от бога, а ты, сидя здесь, мысленно блуждаешь по городам».
И вот Питирум, никогда не покидавший Порфирита, дошел до того монастыря и просил учителей пустить его в женский монастырь. Те решились ввести его, так как Питирум был прославлен, а к тому и в преклонных летах. Войдя в монастырь, он старался увидеть всех женщин.
Но та не появлялась. Наконец, Питирум говорит монахиням: «Приведите мне всех; ведь одной не достает». Они говорят ему: «У нас есть еще дурочка на поварне». Так ведь зовут юродивых. Питирум говорит им: «Ведите и ее, дайте мне взглянуть на эту женщину». Они пошли, чтобы позвать ее, а она не послушалась — то ли поняла, зачем, то ли получила откровение. Тогда ее ведут насильно и говорят ей: «Святой Питирум хочет тебя видеть». Ведь имя его было знаменито.
И вот когда эта женщина пришла и Питирум увидел у нее на голове вретище, он пал ей в ноги и говорит: «Благослови меня». Она тоже пала ему в ноги со словами: «Ты, владыка, благослови меня». Все монахини бросились поднимать Питирума и говорят ему: «Авва, не срами себя — она безумна». Питирум отвечает всем им: «Вы безумны. Ведь она амма мне и вам. (Так называют духовных матерей). И я молюсь о том, чтобы оказаться достойным ее в день суда».
Услышав эти слова, женщины пали ему в ноги, признаваясь в различных прегрешениях: одна, что выплескивала на нее помои, другая, что била бе кулаками, третья, что мазала ей нос горчицей —все до одной рассказали о различных своих проступках.
Питирум помолился за них и ушел. Спустя немного дней она оставила монастырь, тяготясь славой и почётом от сестер и совестясь их извинений. Куда она ушла, где скрылась и как скончала жизнь, никто не знал.

Равклявол и сирота

Чукотская сказка

Говорят, жил давным-давно Равклявол. Трое их было: жена, сын и он.
Сын вырос. Стал один охотиться на байдаре. Вот однажды ушел в одиночку на байдаре. И застало его ненастье. Потерялся неизвестно где.
Ждет его Равклявол. Не возвращается сын. Вот уж несколько месяцев прошло.
Подумал тогда Равклявол: «Наверное, погиб где-нибудь!»
И вот решил однажды устроить камлание. Всех шаманов пригласил, а также сиротку. Говорит им:
— Один месяц я буду камлать. — И еще сказал: — Если не сможете найти сына, то и меня убейте!
И вот собрались все шаманы, начали камлать. Только сиротки нет. Он решил на второй день прийти. И вот отправился открыто к камлающим по подскалью.
Когда до середины дошел, слышит, кто-то его зовет:
— Эй, иди сюда!
Отвечает сиротка:
— Да я вот иду к камлающим, поесть иду!
Голос говорит:
— Идем со мной! Тебе хорошо будет!
Пошел с ним сиротка. Вошли в полог. Говорит мужчина жене:
— Дай-ка мне бубен!
Дала жена.
Оказывается, этот мужчина — касатка. Стал он камлать, совсем разошелся.
Вдруг две птицы-кэле в полог влетели. А в пологе были две дырочки.
Пока он камлал, из дырочек морская вода лилась. Он еще камлает. Наконец нос байдары показался. А птицы-кэле вокруг него ныряют.
Затем мужчина говорит сиротке:
— А теперь ты камлай! Только пой мою песню!
И вот стал сиротка камлать. Делает то же самое, что и мужчина. Затем говорит мужчина сиротке:
— Ну, теперь можешь идти. Будешь делать все, как я тебя научил!
Говорит ему сирота:
— Ладно, буду!
И вот отправился сиротка к камлающим. Равклявол говорит своим товарищам:
— Хорошенько смотрите! Скоро сиротка может подойти!
Камлают шаманы, обманывают Равклявола. Одни говорят: «Нет его нигде», другие говорят: «Умер он», а третьи говорят: «Не знаем».
Вдруг видят — кто-то идет. Говорят:
— Вон там идет кто-то. Одежда у него из собачьей шкуры.
Равклявол говорит:
— Наверное, это он, позовите его сюда!
Позвали. Пришел он к камлающим. Рявклявол говорит ему:
— А ну, попробуй теперь ты покамлать!
Говорит сирота:
— Не смогу я, пожалуй. Не умею камлать!
Говорит ему Равклявол:
— Ну хоть немного!
Начал сиротка около костра камлать. Спел все песни касатки. Наконец совсем разошелся. И вот птицы-кэле влетели.
Сидят шаманы, друг на друга смотрят. Потом встали, все до одного вышли, даже свои одежды пооставляли.
Наконец из дырок шатра вода полилась, затем нос байдары появился.
Сирота говорит Равкляволу:
— Ну так вот, я еще покамлаю, а вы возьмитесь за лодку и тащите.
Опять начал камлать.
Узнал Равклявол байдару, им самим сделанную, схватились все за нее. Вытащили охотника.
За то Равклявол на нарте волоком отвез сиротку домой. Да еще мяса ему дал! Конец.

Обезьяна, морская свинка и ягуар, или Легенда о том, как появился огонь

Бразильская сказка

В стародавние времена индейцы не умели разжигать огонь. Один раз они подсмотрели, как это делает обезьяна, и научились у нее.
Когда-то обезьяна была совсем как человек: шерсти на ней не было, она умела плавать в лодке, ела маис и спала в гамаке. Индейцы рассказывают, что в те времена обезьяна ехала как-то в лодке вместе с морской свинкой и вдруг видит, что та жадно грызет маис на дне лодки.
Обезьяна ей говорит:
— Свинка, а свинка, ты так не делай, а то, пожалуй, прогрызешь дерево, лодку зальет, и тогда тебе уж несдобровать: тебе ведь придется броситься в воду, и зубастые рыбы дорадо обязательно тебя сожрут.
Но морская свинка не обратила внимания и продолжала грызть. В конце концов она прогрызла дно лодки, и лодку сначала залило водой, а потом и вовсе перевернуло. Свинка поплыла, поплыла, но рыбы окружили ее и стали щипать, вырывая куски мяса. Так они ее и съели. Но обезьяна плавала ловко, и когда рыбы ее окружили, она схватила одну из них за голову, засунула руку ей в жабры и так вытащила на берег.
И обезьяна пошла бродить по лесу, неся издыхающую рыбину за жабры, и бродила так, покуда ей не повстречался ягуар.
— Здравствуй, подружка, — сказал ягуар, — ты, верно, поймала эту рыбу для того, чтобы нам с тобой было что поесть?
Обезьяна отвечала:
— Правильно, дружок, я поймала эту рыбу для того, чтобы нам с тобой было что поесть.
Тогда ягуар сказал:
— Это хорошо, что ты поймала рыбу, но где мы возьмем огня, чтобы ее сварить?
Обезьяна показала на солнце, которое садилось за лесом, и сказала:
— Да вон он, огонь. Ты, дружок, сбегай за ним, чтоб мы могли поджарить рыбу.
Солнце в это мгновенье раскинуло над самым краем леса свой огненный зонт.
Ягуар сказал:
— Да где же огонь? Не вижу.
А обезьяна в ответ:
— Погляди, вон он горит, разве не видишь, какой красный! Сходи за ним.
Ягуар пошел и шел долго, долго, далеко, далеко, но чем дальше он шел, тем дальше казалось солнце. И он вернулся назад и сказал обезьяне:
— Подружка, я не нашел огня.
Но обезьяна отвечала:
— Да ты взгляни, как он горит и сверкает! Беги, беги снова и постарайся на этот раз дойти до того места, где горит огонь. А то как же мы поджарим рыбу? Беги же, беги скорее.
И ягуар снова отправился искать огонь. Когда он отошел уже совсем далеко, обезьяна сломала два сучка, потерла их один о другой и добыла свет и пламя.
И она зажгла сухие ветки, и изжарила на костре рыбу, и съела. Потом положила рыбьи кости у потухшего костра и взобралась на дерево. Там она и уселась в ожидании ягуара. Ягуар пришел и сразу направился туда, где только что обезьяна жгла костер. Всё осмотрел внимательно и понял, что его обманули. И сказал:
— Вы посмотрите, что сделала эта мерзавка! Вот мерзавка-то, посмотрите! Ну, теперь я пущу в ход зубы! Я ее убью! Куда запропастилась эта негодяйка?
С этими словами он съел рыбьи кости и потом стал искать следов обезьяны, но никаких следов не обнаружил.
Тут обезьяна присвистнула на дереве. Ягуар поглядел туда-сюда — обезьяны нет. Тут она опять присвистнула. Тогда ягуар взглянул вверх, увидал, что обезьяна сидит на дереве, и сказал:
— Подружка, слезай.
Но обезьяна не хотела слезать.
Тогда ягуар рассердился:
— Я ж тебе говорю, подружка, чтоб ты слезала!
Но обезьяна не слезла и говорит:
— Я не слезу, а то ты меня убьешь.
— Нет, не убью.
Но обезьяна все-таки не слезла. Тогда ягуар обратился к ветру и попросил, его помочь. Ветер налетел с такой силой, что дерево стало качаться из стороны в сторону, и обезьяна, не в силах удержаться на ветке, закричала:
— Ай, ай, ай! Дружок, я срываюсь, руки не держат. Помоги, дружок, а то руки не держат!
И правда, сначала левая рука обезьяны, а потом и обе ноги соскользнули с ветки, так что обезьяна теперь висела только на правой руке. И она закричала:
— Дружок, открой рот, сейчас сорвусь.
Ветер так тряс дерево, что обезьяну в конце концов оставили силы и она выпустила ветку. И, уже летя вниз, успела крикнуть ягуару:
— Дружок, открой скорее рот, падаю!
Ягуар разинул пасть, и обезьяна влетела туда и мигом скользнула прямо в живот своего дружка, покуда тот напрасно облизывался, стараясь почувствовать ну хоть какой-нибудь обезьяний привкус. И ягуар поплелся по лесу отяжелевший, с обезьяной в животе, мрачно урча. Но дела его становились всё хуже и хуже, потому что обезьяна у него в животе была живехонька и всё время ерзала и разгуливала там взад-вперед.
Тогда ягуар сказал:
— Подружка, ты бы поменьше толкалась и потише ходила, а? Потише, говорю, не юли!
Куда там: обезьяна сняла каменный нож, который носила на веревке, обвязанной вокруг шеи, и стала ковырять ягуару живот изнутри. Ковыряла, ковыряла, так что в конце концов распорола совсем. Ягуар упал и стал подыхать, а обезьяна преспокойно выбралась на свет. Когда ягуар уж кончился, она содрала с него шкуру и разрезала на полосы и завязала их вокруг головы для украшения. И отправилась на охоту.
Попался навстречу обезьяне другой ягуар, пристально так на нее посмотрел и говорит:
— Гадкая обезьяна, я сейчас тебя убью!
Но обезьяна гордо выкрикнула:
— Ах, вот как? Ну убей, попробуй. Тут один ягуар тоже хотел меня убить, и видишь, что с ним стало!
И она указала на свою голову, на которой как трофей красовался тюрбан из ягуаровой шкуры. Ягуар задрожал и не только не напал на обезьяну, а, напротив, убежал со всех ног.

Женщина и курица

Басня Эзопа

У одной вдовы была курица, которая каждый день несла по яйцу. Вдова подумала, что если курицу кормить побольше, то она будет нести и по два яйца в день. Так она и сделала; но курица от этого разжирела и вовсе перестала нестись.
Басня показывает, что многие люди, стремясь из жадности к большему, теряют и то, что у них есть.